РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 2-7/2019

№

25 июля 2019 года г. Боготол

Боготольский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Кирдяпиной Н.Г.,

при секретаре Музаффаровой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», ФИО2 о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, утраченного заработка в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов по оплате ксерокопия документов, транспортных расходов, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, 

с участием: 

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 по ордеру от 14.11.2018 № (т.3, л.д. 81) ФИО3,

представитель ответчика ФИО2 по доверенности от 21.08.2018 № № (т. 2, л.д.109) ФИО5,

третьего лица ФИО6,

третьего лица ФИО7,

старшего помощника прокурора Голубковой Ю.А., действующей на основании поручения Боготольского межрайонного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4, л.д. 21),

в отсутствие:

ответчика ФИО2,

представитель ответчика СПАО «Ингосстрах», 

третьего лица ИП ФИО9,

третьего лица ФИО10,

представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах»,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к СПАО «Ингосстрах», ФИО2 о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, утраченного заработка в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов по оплате ксерокопия документов, транспортных расходов, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что с 03.05.2011 она работала у индивидуального предпринимателя ФИО9 по трудовому договору в должности торгового представителя. 14.11.2014 года, выполняя трудовые обязанности, истец выехала на автомобиле 

<

данные изъяты> на собрание торговых представителей из г. Ачинска в г. Красноярск. Около 10.00 часов на 

<

адрес> М-53 «Байкал» водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> двигаясь со стороны г. Красноярска в направлении г. Ачинска, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения. Постановлением Емельяновского районного суда от 18.08.2015 ФИО2 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. На момент дорожно-транспортного происшествия ответственность водителя ФИО2 была застрахована в СПАО «Ингосстрах». По данному факту работодателем ИП ФИО9 07.04.2017 составлен акт о несчастном случае на производстве, выплачено пособие в сумме 112805,18 руб. за период временной нетрудоспособности с 14.11.2014 по 28.05.2015, период реабилитации с 28.05.2015 по 28.07.2015. Впоследствии 05.04.2018 истица обратилась в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставив необходимые документы, однако 17.04.2018 в выплате страхового возмещения ей отказано, поскольку вред причинен в результате несчастного случая на производстве в период исполнения трудовых обязанностей. В связи с этим, 10.05.2018 истицей в адрес страховой компании направлена претензия, на которую получен отказ. Сумма утраченного заработка за период с 14.11.2014 по 28.05.2015 (период нетрудоспособности), с 28.05.2015 по 28.07.2015 (период реабилитации) составляет 216880 руб., расходы на лечение, проезд, изготовление ксерокопий с учетом уточнения иска 321074,98 рубля. В связи с этим, с учетом уточненных исковых требований просит суд взыскать со СПАО «Ингосстрах» сумму страхового возмещения в размере 160000 руб., неустойку за просрочку выплаты страхового возмещения в сумме 120000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 5000 руб., штраф в размере 50% от разницы между суммой страхового возмещения, подлежащего выплате и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке. Взыскать с ФИО2 377954,98 руб. (367313,07 руб. + 10641,91 руб.) в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, компенсацию морального вреда в размере в размере 500000 руб.

Истец ФИО1, ее представитель по ордеру ФИО3 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержали в полном объёме по изложенным выше основаниям, просили иск удовлетворить. 

Ответчик ФИО2 для участия в судебном заседании не явился, о дате, времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, что подтверждается материалами дела.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО5 с исковыми требованиями о компенсации морального вреда согласился, при этом сумму компенсации просил уменьшить до 20000 рублей, против удовлетворения исковых требований в остальной части возражал, полагал, что срок исковой давности истцом пропущен, представил отзыв на исковое заявление (т. 4, л.д. 1), в котором анализируя положения норм материального права, регулирующие спорные правоотношения, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

От ответчика СПАО «Ингосстрах» представитель для участия в судебном заседании не явился, представил возражения на исковое заявление (т. 1, л.д. 226, т. 2, л.д. 114), в которых анализируя положения норм материального права, регулирующие спорные правоотношения, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо ФИО6 против удовлетворения исковых требований не возражала. 

Третье лицо ФИО7 возражала против удовлетворения исковых требований, представила возражения (т. 2, л.д. 209), в которых в удовлетворении иска просила отказать.

Третье лицо ИП ФИО9 для участия в судебном заседании не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (т. 2, л.д. 201).

Третье лицо ФИО10, представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах» для участия в судебном заседании не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседания не просили, каких-либо ходатайств не заявляли. 

Старший помощник прокурора Голубкова Ю.А. полагала исковые требования к СПАО «Ингосстрах», ФИО2 обоснованными, при этом подлежащими удовлетворению частично.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника прокурора Голубковой Ю.А., исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 1079 ГК РФвред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФвред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена и на лицо, не являющееся причинителем вреда (абз. 2 п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Так, в случае обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, при использовании которого причинен вред потерпевшему, страховщик, исходя из п. 1 ст. 931 ГК РФ, абз. 8 ст. 1 и п. 1 ст. 15 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 25.04.2002 № 40-ФЗ (далее по тексту - Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ), обязан при наступлении страхового случая возместить потерпевшему причиненный вследствие этого случая вред его имуществу в пределах определенной договором страховой суммы, но не выше установленной ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ страховой суммы.

В случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 ГК РФ), возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба (ст. 1072 ГК РФ).

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что страхование ответственности обеспечивает компенсацию причиненного страхователем вреда в пределах страховой суммы. Убытки, превышающие предельный размер страховой суммы, подлежат взысканию в пользу потерпевшего с причинителя вреда.

Как следует из материалов дела, 14.11.2014 года около 10.00 часов на 

<

адрес> км автодороги М-53 Байкал произошло столкновение двух транспортных средств: принадлежащего ФИО10 (ПТС - т. 2, л.д. 119) автомобиля марки 

<

данные изъяты> под управлением истца ФИО1 и принадлежащего третьему лицу ФИО7, ответчику ФИО2 (ПТС - т. 2, л.д. 207) автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением ответчика ФИО2 (т. 1, л.д. 172).

Данное дорожно-транспортное происшествие произошлов результате совершенного ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.24 КоАПРФ, как это следует из постановления по делу об административном правонарушении (т. 1, л.д. 177), согласно которому ФИО2, управляя транспортным средством 

<

данные изъяты> в нарушение п. 1.3, 10.1, 1.4, 9.1 ПДД РФ, не учел дорожные и метеорологические условия, двигался со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля над движением транспортного средства, при возникновении опасности для движения не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, допустил выезд на сторону проезжей части, предназначенной для встречного движения, пересек сплошную линию разметки 1.1.

В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Указанные требования водителем ФИО2 выполнены не были, вследствие чего вступившим в законную силу постановлением Емельяновского районного суда Красноярского края от 18.08.2015 г., ФИО2 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ (т. 1, л.д. 177).

При этом, в действиях водителя ФИО1 нарушения отсутствуют, вследствие чего постановлением от 15.07.2015 (т. 1, л.д. 238 оборотная сторона) производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено за отсутствием состава административного правонарушения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 29.06.2016 г. (т. 2, л.д. 73), вступившим в законную силу 05.08.2015 г., установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло14.11.2014 по вине водителя ФИО2, нарушившего п. 10.1 ПДД РФ, который при управлении транспортным средством не учел дорожные и метеорологические условия, двигался со скоростью, не обеспечивающей возможности контроля над движением транспортного средства, при возникновении опасности не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в нарушение п.п. 1.4, 9.1 ПДД допустил выезд на сторону проезжей части, предназначенной для встречного движения, пересек сплошную линию разметки 1.1, в нарушение п. 1.3 ПДД, в результате чего допустил столкновение с двигающимся во встречном направлении автомобилем 

<

данные изъяты> вследствие чего в пользу СПАО «Ингосстрах» с ФИО2 было взыскано страховое возмещение в порядке регресса в размере 87693 руб.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу указанным выше решением суда, являются обязательными в силу требования ч. 2 ст. 61 ГПК РФ. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию, поскольку при рассмотрении настоящего дела участвуют те же лица. Из исследованного решения следует, что истец ФИО1 по вышеуказанному делу имел процессуальный статус третьего лица, ответчик ФИО2 - статус ответчика, ответчик СПАО «Ингосстрах» - истца, третьи лица ФИО7, ФИО10 - третьих лиц. 

С учетом представленных сторонами доказательств, установленных по делу обстоятельств, поскольку нарушение ответчиком ФИО2 приведенных выше требований ПДД РФ находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью ФИО1, вследствие чего истец имеет право на возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, подтвердив эти расходы надлежащими средствами доказывания.

На момент ДТП гражданская ответственность собственника и водителя транспортного средства 

<

данные изъяты> (ФИО7, ФИО2) была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (страховой полис №), гражданская ответственность ФИО1 – в ООО «Росгосстрах» (страховой полис серии № - т. 2, л.д. 120). 

Вследствие этого, 05.04.2018 ФИО1 обратилась в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с причинением вреда здоровью в результате ДТП 14.11.2014 (т. 1, л.д. 234), однако, в выплате страхового возмещения истцу было отказано по причине причинения вреда в результате несчастного случая на производстве в период исполнения истцом трудовых обязанностей (т. 1, л.д. 264).

В связи с этим, 10.05.2018 ФИО1 в адрес СПАО «Ингосстрах» направлена претензия (т. 1, л.д. 264 оборотная сторона), в которой истец просила повторно рассмотреть вопрос о выплате страхового возмещения, в частности 164640 рублей – утраченный заработок за период с 14.11.2014 по 28.05.2015 (196 дней), 302807,92 руб. – расходы на лечение, на которую дан ответ (т. 1, л.д. 265 оборотная сторона), из которого усматривается, что позиция страховой компании относительно осуществления страховой выплаты в связи с причинением вреда здоровью в результате ДТП 14.11.2014 не изменилась.

Суд принимает во внимание то обстоятельство, что на момент ДТП ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО9 (т. 1, л.д. 167, л.д. 175, т. 3, л.д. 1), вследствие чего по факту произошедшего 14.11.2014 ДТП, комиссией работодателя проведено расследование (т. 1 л.д. 261 оборотная сторона), по результатам которого 07.04.2017 г. составлен акт № о несчастном случае на производстве (т.1, л.д. 169).

Однако, суд не соглашается с доводом представителя СПАО «Ингосстрах» о том, что обязанность по компенсации морального вреда должна быть возложена на работодателя ИП ФИО9, поскольку вред здоровью причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, как указывалось выше, по вине водителя ФИО2, доказательства, подтверждающие вину работодателя в причинении вреда здоровью истца при исполнении ею трудовых обязанностей материалы дела не содержат, при этом, как следует из апелляционного определения Красноярского краевого суда от 27.02.2019 (т. 3, л.д. 176) автомобиль 

<

данные изъяты> никогда не передавался во владение и пользование ИП ФИО9, проживающему в г. Красноярске, договор аренды был составлен только в целях компенсации ФИО1 расходов на бензин и амортизационных расходов, а использовался ею в личных целях и для работы по месту жительства в г. Боготоле. Кроме того, собственником данного транспортного средства является ФИО10 (т. 2, л.д. 119), она же заключала договор страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, в то время как договор его аренды заключен между ИП ФИО9 и ФИО1 в отсутствие доказательств того, что ФИО1 могла распорядиться не принадлежащим ей автомобилем без согласия собственника, акт приема - передачи, приказ о закреплении указанного автомобиля за ФИО1 для выполнения трудовой функции по состоянию на день причинения вреда 14.11.2014 не составлялись.

Вследствие этого решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 20.11.2018 по делу № 2-679/2018 (т. 3, л.д. 158), которым с ИП ФИО9 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, взыскано в пользу ФИО4 150000 рублей, в пользу ФИО1 70000 руб., апелляционным определением Красноярского краевого суда от 27.02.2019 (т. 3, л.д. 176) отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО4 и ФИО1 к ИП ФИО9 о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья при исполнении трудовых обязанностей, отказано в полном объеме. 

В связи с повреждением здоровья в результате ДТП, ФИО1 в период с 14.11.2014 по 26.11.2014 г. находилась на стационарном лечении (т. 1, л.д. 122, 213), после чего продолжила лечение амбулаторно: с 29.11.2014 по 14.01.2015 - у врача хирурга, с 15.01.2015 по 06.02.2015 - у врача терапевта, с 07.02.2015 по 19.03.2015 - у врача невролога, с 20.03.2015 по 26.03.2015 – у врача терапевта, с 27.03.2015 по 28.05.2015 - у врача невролога, что подтверждается листками нетрудоспособности (т. 1, л.д. 123-129)

В период нетрудоспособности ФИО1 с 14.11.2014 по 28.05.2015 г. КРО ФСС по Красноярскому краю выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере 112805,18 руб. (справка от 16.06.2915 № - т. 1, л.д. 164), (т. 2 л.д. 181).

Впоследствии ФИО1 проходила лечение в КГБУЗ «Боготольская МБ» с 29.04.2015 по 14.05.2015 (т. 1, л.д. 148), с 22.09.2015 по 05.10.2015 г. (т. 1, л.д. 130), с 11.12.2015 по 18.12.2015 (т. 2, л.д. 24), 21.07.2016 по 05.08.2016 (т. 1, л.д. 133), с 29.11.2016 по 08.12.2016 (т. 1, л.д. 137), с 15.06.2017 по 30.06.2017 (т. 1, л.д. 192), с 11.07.2017 по 12.07.2017 (т. 1, л.д. 135), с 30.11.2017 по 12.12.2017 (т. 1, л.д. 134), с 01.02.2018 по 15.02.2018 (т. 1, л.д. 132), с 05.06.2018 по 16.06.2018 (т. 1, л.д. 193), проходила амбулаторное обследование в консультативно-диагностической поликлинике КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с 17.04.2015 по 23.04.2015, с 23.10.2017 по 24.11.2017 (т. 1, л.д. 160, 162, 165), 28.03.2018 (т. 1, л.д. 140, 143, 145), что также подтверждается сведениями КГБУЗ «Боготольская МБ» (т. 1, л.д. 192, 199).

Оценивая требования истца ФИО1 о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, суд исходит из следующего.

По правилам ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом в соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», понимаются нравственные или физические страдания, причиненные в том числе действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как указывалось выше, дорожно-транспортное происшествие произошло 14.11.2014 по вине ответчика ФИО2

Согласно заключению от 25.05.2018 № (т. 3, л.д. 3-14), составленному ГБУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» по результатам комиссионной экспертизы, проведенной на основании определения Свердловского районного суда г. Красноярска от 18.04.2018 по делу № 2-679/2018, следует, что у ФИО1 при обращении за медицинской помощью в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 14.11.2014 г., имелись следующие повреждения: 

<

данные изъяты> которые квалифицируются как легкий вред здоровью и состоят в причинно-следственной связи с указанным ДТП. Кроме того, у ФИО1 имело место ухудшение 

<

данные изъяты> но не как биомеханический, а как психотравмирующий фактор, что вызвало ее более длительное лечение. 

Поскольку ФИО1 оспаривала данное заключение эксперта, составленное на основании определения Свердловского районного суда г. Красноярска от 18.04.2018 по делу № 2-679/2018, степень тяжести вреда, причиненного здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия 14.11.2014, в ходе судебного разбирательства по делу по ходатайству стороны истца определением суда от 19.03.2019 г. была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ Кемеровской области особого типа «Кемеровское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы». Изучив материалы дела, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующим выводам: подэкспертной были причинены 

<

данные изъяты> сопровождались кратковременным расстройством здоровья (временным нарушением функции на срок не более 21 дня), и по этому квалифицирующему признаку, в соответствии с п. 8.1 раздела 2 «Медицинских критериев степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, в совокупности квалифицированы как легкий вред здоровью. Данные повреждения образовались от воздействий тупых твердых предметов, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия 14.11.14г. 

Из данного заключения также следует, что при повторном изучении МСКТ органов грудной клетки от 17.07.2015, 22.11.2018 выявлен 

<

данные изъяты>, который,, как правило, сопровождается длительным расстройством здоровья (нарушение функции на срок более 21 дня) и, при благоприятном исходе и отсутствии опасных для жизни осложнении, в соответствии с п. 7.1 раздела 2 «Медицинских критериев степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Вместе с тем, комиссия пришла к выводу, что этот 

<

данные изъяты> образовался в срок более 3 месяцев до проведения обследования 17.07.2015, однако, учитывая отсутствие признаков перелома на рентгенограммах органов грудной клетки от 14.11.2014 (№), 24.11.2014, значительной давностью образования перелома на момент выполнения МСКТ 17.07.2015, достоверно подтвердить или исключить возможность его причинения в результате ДТП 14.11.2014 не представляется возможным.

Вместе с тем, экспертная комиссия установила, что согласно представленным медицинским документам, потерпевшая после выписки из стационара находилась на длительном амбулаторном лечении с оформлением временной нетрудоспособности в связи со срывом компенсации (возможно вследствие травмы) 

<

данные изъяты>), которое, судя по выраженности рентгенологических признаков, развилось до травмы 14.11.2014. В соответствии с п. 24 раздела 3 медицинских критериев степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное сопутствующей патологией, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

С учетом приведенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что истцу ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика ФИО2 причинен легкий вред здоровью.

При этом суд не может согласиться с представленным истцом ФИО1 в материалы дела заключением специалистов ООО «Сибирский экспертно-правовой центр» от 26.09.2017 (т.1, л.д. 240-252), поскольку данное исследование носит рекомендательный характер, лицензии на осуществление медицинской деятельности указанная организация не имеет (т. 4, л.д. 64). 

Согласно справкам МСЭ-2016 №, МСЭ-2006 № (т. 1, л.д. 189), серии МСЭ-2006 № ФИО1 04.04.2018 установлена 

<

данные изъяты> инвалидности впервые, при этом степень утраты профессиональной трудоспособности определена на срок с 04.04.2018 до 01.05.2019 - 40%, на срок с 30.05.2019 до 01.06.2020 - 30%. 

С учетом приведенных выше обстоятельств, в результате виновных действий ответчика ФИО2 истцу ФИО1 безусловно причинен моральный вред, обусловленный пережитыми нравственными и физическими страданиями, связанными с причиненной физической болью, последующим лечением, в связи с чем, исходя из представленных доказательств, требования Лосевой Н.А о компенсации морального вреда являются обоснованными.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, который определяется судом в каждом конкретном случае, исходя из анализа обстоятельств по делу, указанных в ч. 2 ст. 151 и ч. 2 ст. 1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из принципов конституционной ценности жизни и здоровья личности (ст.ст. 21и53 КонституцииРоссийской Федерации), а также принципов разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По смыслу вышеизложенных норм права, компенсация морального вреда имеет целью компенсировать неблагоприятное воздействие на личные неимущественные блага либо здоровье истца путем денежных выплат и не должна служить источником обогащения. Суд при определении размера денежной компенсации морального вреда должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, но и из требований разумности и справедливости, чтобы выплата компенсации морального вреда одним гражданам не нарушала бы права других.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, продолжительность лечения истца, тяжесть вреда ее здоровью, объем и характер причиненных ей физических и нравственных страданий, ее индивидуальные особенности, возраст, семейное положение, степень вины ответчика ФИО2 и с учетом принципов разумности и справедливости, установленных по делу обстоятельств, полагает необходимым удовлетворить исковые требования частично и взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсациюморального вреда в размере 50000 рублей.

При разрешении исковых требований ФИО1 о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, утраченного заработка в результате дорожно-транспортного происшествия, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Аналогичные положений разъяснены в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Оценивая довод стороны ответчика о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности по указанным требованиям, суд исходит из положений ст. 208 ГК РФ, в которой определено, что исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. 

Однако, требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска.

Аналогичные разъяснения изложены в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Из материалов дела следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло 14.11.2014, а значит, с этого момента у истца возникло право требования к ответчикам, однако, с исковым заявлением истец обратилась в суд 19.06.2018 (по истечении 3 лет 7 месяцев).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что с учетом положений ч. 4 ст. 1086 ГК РФ, п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», требования истца о возмещении вреда с применением абзаца 4 ст. 208 ГК РФ подлежат удовлетворению за предшествовавшие три года, то есть за период с 19.06.2015 по 19.06.2018.

С учетом приведенных выше норм права требования истца о взыскании суммы утраченного заработка за период с 14.11.2014 по 28.05.2015 (период нахождения на стационарном и амбулаторном лечении), с 29.05.2015 по 28.07.2015 (как указано в иске: период реабилитации) в сумме 216880 руб., удовлетворению не подлежат, поскольку период с 14.11.2014 по 18.06.2015 находится за пределами 3-летнего срока (до 19.06.2015), при этом в период с 19.06.2015 по 28.07.2015 истец ФИО1 на листке нетрудоспособности не находилась, с соответствующим заявлением в части периода с 29.05.2015 по 28.07.2015 истец в страховую компанию не обращалась, претензию в порядке досудебного урегулирования спора не предъявляла.

Разрешая требования истца о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, суд исходит из следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному п.п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как указывалось выше, в силу положений ч. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, подготовку к другой профессии, подлежат возмещению, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом, при этом бремя доказывания указанных обстоятельств возложено на истца.

Вместе с тем, применительно к настоящему делу, на истца, как лицо, предъявившее требования о возмещении расходов на приобретение лекарственных средств и прохождение медицинских обследований, законом возложена обязанность доказать наличие причинно-следственной связи между понесенными затратами и травмами, полученными в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Согласно представленному истцом расчету, платежным документам истцом понесены расходы в общей сумме 320470,58 рублей, в том числе:

3583,69 руб. – расходы на питание в столовой, кафе-баре 

<

данные изъяты> (чеки от 13.02.2015, 11.06.2015, 17.07.2015, 18.08.2015, 22.03.2017, 26.10.2017, 12.12.2017, 26.12.2017, 26.01.2018, 13.03.2018, 24.04.2018);

9211,50 руб. – на медицинские услуги: консультации врача, проведение обследований, УЗИ почек, печени, селезенки (т. 1, л.д. 109), МРТ-исследование (т. 1, л.д. 45, 47), анализы;

77639,13 руб. - на приобретение лекарственных средств за период с 02.12.2014 по 16.07.2018;

2037 руб. – на приобретение 19.04.2018 трости, 04.09.2017 батарейки для клюкометра, 11.07.2017 пластыря, 14.07.2017 повязки «Силкофикс», 11.02.2015 влажных салфеток, бахил, шприца, 12.07.2017 записи диска.

4779,90 руб.- на приобретение 18.02.2015 и 17.04.2017 линз, 29.03.2017 очков,

5490 руб. – на приобретение 17.04.2015 корсета, который рекомендован ФИО1 согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного (т. 2, л.д. 27) вследствие постановленного диагноза: 

<

данные изъяты>

С учетом положений ч. 4 ст. 1086 ГК РФ, п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, исходя из положений абз. 4 ст. 208 ГК РФ требования о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, за период до 19.06.2015, то есть за пределами 3-летнего срока, предшествующего дате обращения истца с иском в суд удовлетворению не подлежат.

При этом доказательств необходимости несения расходов в период после 19.06.2015 вследствие произошедшего 14.11.2014 дорожно-транспортного происшествия, в том числе наличия причинно-следственной связи между полученными травмами в ДТП и необходимостью произведенных расходов, истцом не приведено.

Как следует из пояснений стороны истца, перечисленные выше расходы понесены в том числе вследствие обострения у ФИО1 ряда заболеваний в 2015-2019 гг., однако, указанные обстоятельства не свидетельствуют однозначно о том, что ухудшение состояния здоровья истца в указанный период стало следствием ДТП, произошедшего 14.11.2014, и сами по себе не подтверждают бесспорно тот факт, что именно действия ответчика ФИО2 стали непосредственной их причиной, а значит, не могут служить основанием для возложения указанных расходов на ответчиков. 

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как указывалось выше, на истца возложена обязанность доказать не только наличие и размер причиненного вреда, но и представить доказательства того, что ответчик является лицом, обязанным возместить вред, то есть наличие причинно-следственной связи между полученными травмами в ДТП и необходимостью произведенных расходов.

Однако, указанное обстоятельство в ходе рассмотрения дела подтверждено не было, сведений о том, приведенные выше расходы произведены вследствие ДТП, по назначению врача, исходя из локализации повреждений, которые были причинены в результате ДТП материалы дела не содержат, доказательств отсутствия права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью, стороной истца не представлено, в связи с чем совокупность представленных доказательств не позволяет суду прийти к однозначному выводу о том, что ответчики являются лицами, на которых в силу закона лежит обязанность по возмещению расходов, понесенных истцом в период с 19.06.2015 по 19.06.2018.

Кроме того, как указывалось выше, истцу ФИО1 в результате ДТП причинен легкий вред здоровью, из представленных в материалах дела медицинских документов следует, что истец находилась на стационарном и амбулаторным лечении по причине в том числе и других заболеваний, не вызванных произошедшим 14.11.2014 ДТП, в заключении эксперта от 25.05.2018 № (т. 3, л.д. 3-14), составленному ГБУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» по результатам комиссионной экспертизы в том числе указано, что у истицы имелись хронические заболевания, ухудшение состояния здоровья, вызванное характером и тяжестью заболевания, сопутствующей патологией и другими причинами, не рассматриваются как причинение вреда здоровью и не подлежат оценке по степени тяжести (т. 2 л.д. 99). 

Вместе с тем, истец просит взыскать с ответчиков также следующие расходы: 6240 руб. – стоимость телефона, 4800 руб. – стоимость видеорегистратора, 6300 руб. – ремонт экрана, 1900 руб. – справка нотариуса (25.03.2017), однако, доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что данные расходы понесены вследствие неправомерных действий ответчиков, материалы дела не содержат и стороной истца в ходе судебного разбирательства по делу представлены не были.

При этом сведений о том, что расходы в сумме 10217,50 руб., в том числе: 9100 руб. – транспортировка 02.07.2015 принадлежащего на праве собственности ФИО10 транспортного средства, 716 руб. – извещение 15.07.2015 ГИБДД, 401,50 руб. – почтовые расходы, понесенные 22.01.2015, 25.08.2015, 28.07.2017, 04.08.2017, 06.12.2017, были понесены именно истцом, материалы дела не содержат, кроме того, данные расходы понесены в связи с рассмотрением иных дел, в частности: Емельяновским районным судом дела об административном правонарушении № 5-570/2015 (т. 1, л.д. 46, 48, 53, 177, т. 2, л.д. 6), 07.06.2016 Железнодорожным районным судом г. Красноярска по делу № 2-1530/2016 (т. 2, л.д. 122), 29.06.2016 Железнодорожным районным судом г. Красноярска по делу № 2-1810/2016 (т. 2, л.д. 73), 20.11.2018 Свердловским районным судом г. Красноярска по делу № 2-679/2018 (т. 3, л.д. 158).

При разрешении требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя по договору от 29.06.2015 в сумме 42000 рублей суд принимает во внимание, что договор на оказание юридических услуг от 29.06.2015 (т. 1, л.д. 83) был заключен с адвокатом ФИО8 третьим лицом ФИО4 и истцом ФИО1

Стоимость вознаграждения по условиям договора составляет 30000 рублей (п. 4.1 договора), командировочные расходы – 6000 рублей за каждую поездку (п. 4.2 договора), оплата услуг адвоката производится доверителями на указанные в договоре банковские реквизиты (п. 4.5 договора).

Однако, документов, подтверждающих факт оплаты по указанному договору, материалы дела не содержат.

Кроме того, по условиям данного договора адвокат принял на себя обязательство выполнить «правовую работу» (п. 2.1) в рамках административного дела (п. 4.1 договора), в том числе: давать консультации по правовым вопросам, осуществлять подготовку документов, проверять законность подписываемых им документов, представлять интересы доверителей «и его работников по указанию доверителя в государственных организациях в соответствии с Конституцией РФ, гражданско-правовым, административным, уголовно-процессуальным и другим законодательством Российской Федерации, в том числе и по отдельным соглашениям (п. 2.1 договора), после истечения срока действия договора, если стороны продолжают выполнять его условия, договор считается продленным на неопределенный срок (п. 5.1 договора).

С учетом приведенных выше обстоятельств, правовых оснований для взыскания расходов на оплату услуг представителя по договору от 29.06.2015 в сумме 42000 рублей у суда не имеется.

Оценивая требования истца ФИО1 о взыскании транспортных расходов в сумме 95747,86 руб. на проезд для участия в судебных заседаниях, в лечебные учреждения и обратно, суд принимает во внимание, что в подтверждение несения транспортных расходов истцом ФИО1 представлены кассовые чеки АЗС, разовые билеты, заказ-наряды на перевозку пассажиров, электронный проездной билет РЖД по направлению в 

<

адрес> за период с 13.02.2015 по 31.04.2018 и с учетом приведенных выше обстоятельств, правовых оснований для возложения указанных расходов на ответчиков не находит. Кроме того, из представленных кассовых чеков АЗС не усматривается, что расходы понесены именно ФИО1 с целью проезда в лечебные учреждения и обратно, по соответствующему маршруту, а также были минимально затратными. Сведения о протяженности маршрута по городу/по загородной трассе, документы, подтверждающие базовый расход ГСМ, материалы дела не содержат.

Оценивая требования истца о взыскании расходов в сумме 45000 рублей за проведение судебно-медицинского исследования, проведенного ООО «Сибирский экспертно-правовой центр», принимая во внимание, что данное исследование носит рекомендательный характер, лицензии на осуществление медицинской деятельности данная организация не имеет (т. 4, л.д. 64), в связи с чем необходимыми указанные расходы признаны быть не могут, вследствие чего правовых оснований для удовлетворения требований в указанной части не имеется.

С учетом приведенных выше норм права, установленных по делу обстоятельств и представленных сторонами доказательств правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, утраченного заработка в результате дорожно-транспортного происшествия, и, как следствие, производных требований о взыскании неустойки, морального вреда и штрафа с ответчика СПАО «Ингосстрах» не имеется.

Оценивая требования о взыскании расходов по оплате ксерокопирования документов, суд исходит из следующего. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые в силу положений ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в силу ст. 94 ГПК РФ относятся, в том числе, другие признанные судом необходимыми расходы (абзац 9).

Согласно материалам дела истцом ФИО1 понесены расходы по изготовлению ксерокопий документов в сумме 5524 руб., в том числе: 17.01.2016 - 110 руб., 27.12.2017 - 52 руб., 06.10.2017 - 825 руб., 13.04.2018 - 107 руб., 29.03.2018 - 1175 руб., 20.06.2018 - 3255 руб. (т. 3, л.д. 33).

Учитывая, что расходы по ксерокопированию в силу положений абз. 9 ст. 94 ГПК РФ являлись необходимыми по делу расходами, так как непосредственно связаны с рассмотрением спора в суде, данные расходы являются обоснованными в части - в сумме 3255 рублей, которые с учетом удовлетворения исковых требований к ФИО2 о компенсации морального вреда, подлежат взысканию с ответчика ФИО2, при этом в остальной части – 2269 руб. суд считает необходимым отказать, поскольку истцом не представлено доказательств того, что в период с 17.01.2016 по 29.03.2018 копировались документы в таком количестве для разрешения исковых требований по настоящему гражданскому делу.

Поскольку при подаче иска истец в силу пп. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобожден от уплаты госпошлины, то в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ расходы по уплате госпошлины в размере 300 рублей, исходя из требований неимущественного характера, подлежат взысканию в доход местного бюджета с ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», ФИО2 о возмещении расходов, связанных с восстановлением здоровья, утраченного заработка в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов по оплате ксерокопия документов, транспортных расходов, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, судебные расходы по изготовлению ксерокопий документов в размере 3255 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать. 

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Боготольский районный суд Красноярского края.

Судья Н.Г. Кирдяпина

Резолютивная часть решения объявлена ДД.ММ.ГГГГ.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.