Решение

 изготовлено в окончательном виде 26.10.2017г.

Дело 2-912/2017 22 сентября 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга

в составе: председательствующего судьи Шлопак С.А.

при секретаре Саенко Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, в котором указала, что ее бабушка Д.В.И. скончалась 31.01.2016г., а Д.Т.С., мать истца, дочь Д.В.И., не успев принять наследство после смерти своей матери, скончалась, а именно умерла 28.05.2016г. Истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти матери, другой наследник первой очереди, С.Г.Н., муж умершей и отец истицы, отказался от принятия наследства. 

Д.В.И. при жизни было составлено завещание в пользу ответчика, а предыдущее завещание в пользу Д.Т.С. – отменено. По мнению истца, Д.В.И. в силу состояния здоровья не могла оформить новое завещание, не понимала значение своих действий и руководить ими в момент отмены предыдущего завещания и составления завещания в пользу ФИО2, а потому, она просила суд признать завещание и распоряжение об отмене завещания от 15.01.2016г. от имени Д.В.И. недействительными.

Определением суда от 06.09.2017г. прекращено производство по делу в части требований истца о признании недействительным распоряжения об отмене завещания от 15.01.2016г. в связи с отказом истца от иска в этой части.

Истец ФИО1 и адвокат Комаров П.Д., действующий в интересах истца, в судебное заседание явились, иск поддержали.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена, ранее в судебных заседаниях иск не признала, ее представитель по доверенности ФИО3 в судебное заседание явилась, просила в иске отказать.

3-лицо нотариус ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена.

3-лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена, ранее в судебном заседании ею даны пояснения относительно удостоверения завещания (л.д. 200-201 Т.1). 

Суд, определив рассматривать дело в отсутствие ответчика и 3-лиц по правилам ст.167 ГПК РФ, изучив материалы дела, заслушав истца и представителей сторон, оценив показания свидетелей в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами, обозрев в судебном заседании медицинские карты в отношении Д.В.И. приходит к следующему. 

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом. 

Исходя из положений ст.111 ГК РФ, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст.1142 ГК РФ, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

Из материалов дела усматривается, что Д.В.И., скончавшаяся 31.01.2016г., приходилась истцу бабушкой, матерью Д.Т.С. (документы, подтверждающие родство, на л.д. 9, 11 Т.1). 

Д.В.И. при жизни было составлено завещание в пользу Д.Т.С.., а именно 26.06.2001г., которым она завещала принадлежащую ей квартиру 

<

адрес> (л.д. 40, 165 Т.1).

В материалы дела представлена копия наследственного дела № 42/2016 после умершей 

<

адрес>, заведенного нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга Ф.Е.Ю., согласно которому с заявлением о принятии наследства по всем основаниям (по закону и завещанию) обратилась ответчик по настоящему делу ФИО2, дочь умершей. Также обратилась истец ФИО1, как наследник по праву представления, поскольку ее мать Д.Т.С. скончалась 28.05.2016г., не успев принять наследство (л.д. 34-68 Т.1). Оба заявления поданы в течение шести месяцев, то есть в срок, предусмотренный ст.1154 ГК РФ для принятия наследства.

Завещанием от 15.01.2016г., удостоверенным нотариусом Всеволожского нотариального округа Ленинградской области Б.Н.Н. за реестровым № 6-10, подписанным рукоприкладчиком П.Г.М., Д.В.И. завещала все свое имущество, какое на день ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось, где бы оно ни находилось, в том числе 

<

адрес> (л.д. 39 Т.1).

Также суду представлена копия наследственного дела № 43/2016 после умершей ФИО6, которое заведено нотариусом Ф.Е.Ю., согласно наследственному делу, в течение шести месяцев с момента открытия наследства с заявлением о принятии наследства по всем основаниям (по закону и завещанию) обратилась дочь умершей ФИО1 (л.д. 69-86 Т.1). Второй наследник первой очереди, С.Г.Н., муж умершей и отец истицы, отказался от принятия наследства.

Истец в обоснование заявленных требований указала, что Д.В.И. в силу состояния здоровья не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания в пользу ФИО2, а потому, она просит суд признать завещание недействительным. В судебных заседаниях истец поясняла, что в 2011 г. ее бабушка еще могла себя обслуживать, принять пищу, через год у нее уже были проблемы с памятью, она не понимала цены денег, не могла сама совершать покупки в магазине, забывала покушать. У нее были проблемы с сердцем, венами, давлением, посещала флеболога, страдала кровотечением по причине онкологической болезни. С середины 2011 г. истец и ее родственники стали дежурить у бабушки, ее нельзя было оставить одну, она не могла самостоятельно сходить в магазин, приготовить пищу. Были странности в ее поведении, истцу она давала деньги старого образца. Был случай летом 2012 г., когда кто-то привел бабушку домой, она уже не ориентировалась, где находится. В первый год, когда истец приходила в Гериатрический центр, где находилась ее бабушка, та ее сначала узнавала, во второй узнавала уже хуже, это был 2014-2015 г., в 2015 она уже не выходила на улицу, говорила, что плохо себя чувствует. Летом 2015 г., когда истец приехала к бабушке, ей потребовалось больше 5 минут, чтобы ее узнать. Когда ее спрашивали, где ее дом, она не могла ответить. 

Ответчик, не признавая иск, указывала, что Д.В.И., ее мать, до последних дней жизни понимала значение своих действий и могла ими руководить, страдала только от онкологического заболевания, сильных, в том числе наркотических препаратов не принимала, также у нее был сахарный диабет, венозное расширение вен. Она, Д.В.И., была очень жизнерадостным человеком, находясь в Гериатрическом центре, вела активный образ жизни, решала кроссворды, читала журналы, у нее было много друзей и знакомых. Завещание было подписано рукоприкладчиком, поскольку очень ослабла после больницы из-за кровотечения, открывшегося в связи с онкологическим заболеванием, но, по мнению ответчика, она могла понимать значение своих действий.

Исходя из частей 1, 2 ст.166 ГК РФ в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Согласно п.1 ст.168 ГК РФ в редакции названного ФЗ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Исходя из положений ст.1131 ГК РФ, при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

По ходатайству истца судом была допрошена в качестве свидетеля Б.И.Л., которая пояснила суду, что с матерью истицы, Д.Т.С., знакомы много лет, истца также знает. Свидетель имеет дачу в пос.Токсово. Когда Д.В.И. лечилась в Токсовской больнице, а Д.Т.С. к ней приезжала, то она, свидетель, довозила последнюю до больницы, это было в 2014 и 2015г. С Д.В.И. свидетель была знакома со студенческих времен. Свидетелю известно, что последние два года Д.Т.С. регулярно ездила к Д.В.И., привозила ей продукты. После того, как Д.В.И. увезли в Токсовскую больницу с кровотечением, и она стала себя плохо чувствовать, летом 2015 г., Д.В.И.. уже не узнавала Д.Т.С., о чем свидетелю известно со слов Д.Т.С. Также свидетелю известно, что в конце лета 2015 г. Д.В.И. увезли в связи с инсультом в Токсовскую больницу. Свидетелю Д.Т.С. говорила, что ее мать не могла встать, почти не ходила, могла узнать, могла и не узнать знакомых ей людей. До 10 января 2016 г. свидетель с Д.В.И. общалась по телефону, до этого видела ее в декабре 2015 г., последний раз свидетель подвозила Д.Т.С. до центра в октябре 2016 г. Однако сама свидетель видела Д.В.И.. последний раз много лет назад (л.д. 172 Т.1).

Также были допрошены свидетели по ходатайству ответчика.

Так, свидетель К.Н. указала, что знает ответчицу и всю ее семью с 1969 г., Д.В.И. также знала. Последние три года свидетель очень часто видела Д.В.И., она находилась в том же гериатрическом центре, где и ее мама, на одном этаже, свидетель приезжала два раза в месяц, посещала обеих. С Д.В.И. свидетель разговаривала по 20-30 мин., та была совершенно адекватным человеком, ее всегда узнавала. Она говорила, что очень гордится, что находится в Гериатрическом центре, что за ней хорошо ухаживают, что там хорошее питание. Как утверждала свидетель, Д.В.И. ориентировалась в пространстве, времени, осознавала все свои действия. Д.В.И. в центре ходила на прогулки, пела в хоре, решала кроссворды, у них были танцы, гимнастика, они отмечали праздники, ходили на концерты, Д.В.И. ходила в библиотеку, читала журнал «Караван», который свидетель привозила ей, свидетель и ответчица узнавали каждую неделю состояние их матерей. Д.В.И. сама ходила обедать, сама спускалась в столовую, свидетель тоже ходила с ней обедать, та очень хорошо ела, могла сама себя обслуживать. Последний раз свидетель видела Д.В.И. 28.01.2016 г., она была слабенькая, худая, ей ставили капельницы, но даже в лежачем положении она узнавала всех знакомых. Свидетель вызывала нотариуса в центр для своей мамы, Д.В.И. тоже заинтересовалась, можно ли вызвать в центр нотариуса, она сказала, что ей тоже надо. Она сказала, что хочет сделать новое завещание. О лекарствах с Д.В.И. свидетель не разговаривала, Гериатрический центр не является лечебным учреждением. Проблем с памятью у Д.В.И. не было, обрывов в памяти у нее я не замечала. Д.В.И. говорила, что прекрасно понимает, кто за ней ухаживает, понимала, сколько ей лет, прямо мне сказала про завещание. 28.01.2016 г. Д.В.И. была в лежачем положении, слабенькая, у нее была капельница. Свидетель пояснила, что при оформлении завещания та могла держать ручку (л.д. 172-173).

Свидетель С.И.С. пояснил, что он бывший супруг ответчицы, последний раз видел Д.В.И. осенью 2015 г., 2-3 раза в год видел ее. Она была в Токсово в гериатрическом центре, он ее навещал в центре, пробыл у нее не больше 1-1,5 часа, были у нее в палате. Как он пояснил, она всегда его узнавала, ничего странного он в ее поведении не заметил, провалов в памяти у нее не было, ни на что не жаловалась (л.д. 174 Т.1). 

Определением суда от 23.05.2017г. была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, на разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Страдала ли Д.В.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ года, какими-либо психическими расстройствами и заболеваниями? В каком психическом состоянии находилась Д.В.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года, подписанного рукоприкладчиком П.Г.М.?

2. Могла ли Д.В.И. по своему психическому состоянию в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года понимать значение своих действий и руководить ими?

Проведение экспертизы было поручено экспертам СПб ГУЗ «Городская психиатрическая больница № 6».

Согласно выводам комиссии экспертов, изложенным в заключении от 24.07.2017г., в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года, подписанного рукоприкладчиком П.Г.М., Д.В.И. страдала психическим расстройством в форме органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F 07.8 по МКБ-10). Как следует из данных медицинской документации и материалов гражданского дела, подэкспертная на протяжении длительного периода времени страдала рядом сердечно-сосудистых заболеваний (гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, цереброваскулярная болезнь, атеросклероз сосудов головного мозга, атеросклеротический кардиосклероз, дисциркуляторная энцефалопатия), проявлявшихся, в частности, симптоматикой астено-невротического круга в виде головных болей, головокружения, шума в голове, снижением памяти, эмоциональной лабильностью. В октябре-ноябре 2009 г., при госпитализации в ГБ № 40 у подэкспертной отмечались интеллектуально-мнестическое снижение, эпизоды спутанности сознания, малопродуктивный контакт, в связи с чем, она была осмотрена психиатром, установлен диагноз: «Органическое заболевание головного мозга». По данным КТ-головного мозга от 29.12.09г. выявлено перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения по ишемическому типу. При последующих госпитализациях в ВМедА в 2009-2012 г.г. устанавливался диагноз: «Невыраженный психоорганический синдром». С 01.07.13г. Д.В.И. находилась в ЧУ ГМСЦ им. Императрицы Марии Федоровны, где на фоне прогрессирования вышеуказанных заболеваний отмечались постепенное нарастание когнитивных нарушений и снижение социального функционирования (при поступлении в ЧУ ГМСЦ им. Императрицы Марии Федоровны способность к самообслуживанию оценена как 20%, на 02.01.16 г. способность к самообслуживанию была снижена до 72,5%). При осмотре неврологом 03.09.14 г. указан, что контакт с подэкспертной затруднен из-за интеллектуально-мнестического снижения. При последующих осмотрах также отмечалась ограниченность контакта из-за интеллектуально-мнестического снижения. На момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года подэкспертная физиологические отправления не контролировала (нуждалась постоянно в использовании подгузников, прокладок, пеленок), полностью обслуживалась персоналом (ответ на вопрос № 1). 

На второй вопрос экспертами дан следующий ответ: психиатрический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации показал, что состояние Д.В.И. в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года характеризовалось выраженными когнитивными нарушениями, с отсутствием продуктивного контакта, неспособностью к самообслуживанию, передвижению, сужением круга интересов, пассивностью, утратой способности к реализации ранее имевшихся навыков (не смогла самостоятельно расписаться в завещании), таким образом, по своему состоянию она не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года (л.д. 238-249 Т.1).

Кроме того, в судебном заседании была допрошена в качестве эксперта М.Е.А., являвшаяся врачом-докладчиком комиссии экспертов, она в полном объеме поддержала выводы, указанные в заключении.

Эксперт пояснила, что состояние здоровья подэкспертной указано в представленных медицинских картах, выводы о психическом состоянии комиссия врачей сделала, оценив медицинские данные и материалы дела. Д.В.И. осматривалась в 2009 году психиатром, установлено органическое расстройство личности, учитывалось состояние спутанности сознания, которое нередко появляется у пожилых людей с сосудистым поражением головного мозга. На фоне ухудшения соматического состояния у нее развилось это состояние эпизодов спутанного сознания, которое зафиксировано ранее психиатром. При этом, такое состояние не является показанием для помещения в психиатрический стационар. Впервые в 2009г. зафиксировано достаточно грубое поражение головного мозга, она частично была дезориентирована в датах, контакт малопродуктивный, ответ односложный после паузы. Это укладывается в понятие «органическое расстройство личности». Диагноз установлен в соответствии с МКБ-10, раздел F07.8, более конкретный диагноз не указан по причине отсутствия данных и при том, что проводится посмертная экспертиза. Диагноз «органическое заболевание головного мозга» можно поставить только при осмотре, психиатр при осмотре оценил психическую картину, поставил диагноз. КТ-картина ОНМК по ишемическому типу в бассейне ПСМА свидетельствует о том, что Д.В.И. перенесла острое нарушение кровяного обращения, инсульт, то есть имелось грубое поражение мозга, имелась выраженная гидроцефалия, которая также свидетельствует об органическом поражении головного мозга. О достаточно глубоких нарушениях невролог указал в сентябре 2014г., а именно отмечено: контакт затруднен, при последующих осмотрах отмечает ограниченность контактов, на момент составления завещания физиологические отправления подэкспертная не контролировала, зафиксирована выраженная затрудненность контакта. При этом, эксперт отметила, что для выявления названного не требуется наличия жалоб больного. Также эксперт указала, что результаты компьютерной томографии не показали бы о наличии или отсутствии органического заболевания головного мозга.

Суд при вынесении решения по делу исходит из того, что оснований не доверять заключению комиссии экспертов, специалистов в области судебной психиатрии, предупрежденных об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, не усматривается, выводы комиссии экспертов даны однозначно, не противоречат исследовательской части заключения и материалам дела.

По аналогичным основаниям определением суда, принятым в соответствии с положениями ч.2 ст.224 ГПК РФ в протокольной форме, ходатайство ответчика о назначении повторной судебной экспертизы с поручением ее проведения тому же экспертному учреждению.

При этом, в обоснование ходатайство ответчик указала на то, что выводы эксперта необоснованные по причине того, что отсутствуют данные о наличии органического заболевания головного мозга у Д.В.И., компьютерная томография не проводилась. Вместе с тем, указанные доводы не являются основанием для назначения повторной судебной экспертизы, ходатайство не соответствует требованиям ч.2 ст.87 ГПК РФ. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Оценивая представленные сторонами доказательства по делу в совокупности, в том числе показания сторон, свидетелей, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства по делу нашел подтверждение довод истца, по мнению которой Д.В.И. в момент удостоверения завещания от 15.01.2016 года не могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что завещание от 15.01.2016 г., составленное от имени Д.В.И., подписанное рукоприкладчиком П.Г.М., в пользу ФИО2, удостоверенное нотариусом Всеволожского нотариального округа Ленинградской области Б.Н.Н. за реестровым № 6-10, следует признать недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 166, 167, 177 ГК РФ, ст. 12, 56, 67, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Признать недействительным завещание, составленное 15.01.2016 года Д.В.И., подписанное рукоприкладчиком П.Г.М., в пользу ФИО2, удостоверенное нотариусом Всеволожского нотариального округа Ленинградской области Б.Н.Н. за реестровым № 6-10.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд.

Судья