РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ года 

<

адрес>

Московский районный суд 

<

адрес> в составе: 

председательствующего судьи Егоровой Е.Н., 

с участием: помощника прокурора 

<

адрес> Кабочкиной И.Н., 

представителя истца ФИО1 – ФИО3, 

представителя ответчика – ГБУ 

<

адрес> «Областная клиническая больница» - ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУ Рязанской области «Областная клиническая больница» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению Рязанской области «Областная клиническая больница» о компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ умер его папа -ФИО2 Приговором Московского районного суда г. Рязани от ДД.ММ.ГГГГ, вступившем в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, в смерти ФИО2 виновной признана врач реаниматолог-анестезиолог ГБУ РО ОКБ ФИО5, которая осуждена по ч.2 ст. 293 УК РФ.

Смерть ФИО2 наступила в результате ненадлежащего исполнения ФИО5 своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного отношения к службе.

ФИО1 полагает, что фактически ФИО5 отняла у его отца право на жизнь и право на медицинскую помощь, закрепленные в ст. 20 и 41 соответственно Конституции РФ, что подтверждено и установлено приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ, отказав в реализации его права на организацию и оказание реанимационной помощи в региональном сосудистом центре, в котором имелось все необходимое для немедленного оказания ему квалифицированное помощи (страница 28 приговора).

Истец отмечает, что он был очень близок с отцом, который являлся для него примером для подражания, всегда находил для ФИО1 нужные слова и советы в трудных жизненных для него ситуациях. В результате смерти отца истец испытал огромные нравственные страдания, которые сильно травмировали его психику, глубоко затронули его, в результате чего у него 

<

данные изъяты>. Несмотря на длительный период, прошедший с момента смерти отца, боль потери не утихла.

Указывает, что боль, причиненную смертью отца, никогда нельзя будет заглушить, забыть, выплата компенсации в полной мере не может загладить его страдания, однако смысл компенсации морального вреда видится в том, что за счет взысканной суммы он должен испытать положительные эмоции, соразмерные физическим и нравственным страданиям, что несколько нейтрализует полученный негативный эффект.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ГБУ РО Областная клиническая больница в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 500 000, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Истец ФИО1 и третье лицо ФИО5, извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. 

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Представитель истца ФИО1 - ФИО3 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Областная клиническая больница» - ФИО4 исковые требования не признала, пояснила, что наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью. Стороной истца, не представлено каких-либо доказательств того, что истец претерпел нравственные страдания, отсутствуют каких-либо доказательства, подтверждающих факт причинения истцу морального вреда, доказательств, характеризующих характер и степень понесенных им нравственных страданий.

Помощник прокурора Московского района г. Рязани Кабочкина И.Н. в заключении указала, что считает исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению Рязанской области «Областная клиническая больница» о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению. Полагает, что в пользу ФИО1 должна быть взыскана компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> 00 копеек.

Выслушав объяснения представителя истца ФИО1 - ФИО3, представителя ответчика Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Областная клиническая больница» - ФИО4, заключение помощника прокурора Московского района г. Рязани Кабочкиной И.Н., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что приговором Московского районного суда г. Рязани от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что ФИО5 совершила халатность, т.е. ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного отношения к службе, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление ею совершено при следующих обстоятельствах.

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии со ст. 1 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утвержденных ВС РФ 22 июля 1993 года № 5487-1, гражданам Российской Федерации гарантируется право на охрану здоровья.

Согласно ст. 2 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утвержденных ВС РФ 22 июля 1993 года № 5487-1, основными принципами охраны здоровья граждан являются: соблюдение прав человека и гражданина в области охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет профилактических мер в области охраны здоровья граждан; доступность медико-социальной помощи; социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций независимо от формы собственности, должностных лиц за обеспечение прав граждан в области охраны здоровья.

Приказом главного врача ГУЗ «РОКБ» № ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 принята на должность врача анестезиолога-реаниматолога отделения интенсивной терапии и реанимации для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения ГУЗ «РОКБ» с ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО5, будучи назначенной на должность врача анестезиолога - реаниматолога отделения интенсивной терапии и реанимации для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения ГУЗ «Рязанская областная клиническая больница» (далее ГУЗ «РОКБ»), имея высшее медицинское образование, обладая специальными познаниями в области анестезиологии и реаниматологии, в соответствии с сертификатом № от ДД.ММ.ГГГГ, осуществляла профессиональную деятельность по оказанию квалифицированной медицинской помощи пациентам в соответствии с должностной инструкцией врача анестезиолога-реаниматолога отделения интенсивной терапии и реанимации для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ главным врачом ГУЗ «РОКБ», согласно которой в обязанности ФИО5, в том числе, входило:

- участвовать в приеме больных, поступающих в отделение интенсивной терапии для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения, проводить их осмотр, назначать необходимые лечебно – диагностические мероприятия и заполнять в установленном порядке историю болезни (п. 2.12);

- знать и уметь применять на практике современные методы и средства диагностики и лечения больных (расшифровка ЭКГ, рентгенограмм, интерпретация результатов лабораторных исследований и др.) (п. 2.9).

Кроме того, в соответствии с п. 1.4 указанной выше должностной инструкции, ФИО5 в своей работе должна руководствоваться законодательными, нормативными актами, официальными документами в области здравоохранения, приказами, настоящей инструкцией, а так же распоряжениями и указаниями вышестоящих органов и должностных лиц.

Согласно п.п. 3.1 и 3.3 должностной инструкции врача анестезиолога-реаниматолога отделения интенсивной терапии и реанимации для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ главным врачом ГУЗ «РОКБ», врач анестезиолог-реаниматолог назначает и отменяет любые лечебно-диагностические мероприятия, вытекающие из изменяющегося состояния больного и наличия возможностей в области диагностики и лечения, осуществляет перевод больных в другие отделения больницы по согласованию с заведующим отделением, профильным специалистом, а в случае необходимости – с заместителем главного врача по медицинской части.

Согласно п. 5 Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения (далее Порядка оказания медицинской помощи), утвержденного приказом Минздравсоцразвития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения», больные с признаками острого нарушения мозгового кровообращения (далее ОНМК) при поступлении в Отделение в экстренном порядке осматриваются дежурным врачом, который:

- оценивает жизненно важные функции (при наличии медицинских показаний осуществляет их коррекцию), общее состояние больного и неврологический статус в специально выделенном помещении;

- организует выполнение электрокардиографии (далее - ЭКГ), забор крови для определения количества тромбоцитов, содержания глюкозы в периферической крови, международного нормализованного отношения (далее - МНО), активированного частичного тромбопластинового времени (далее - АЧТВ).

В соответствии с п. 9 Порядка оказания медицинской помощи, при подтверждении диагноза ОНМК больные госпитализируются в блок интенсивной терапии и реанимации Отделения для проведения диагностических и лечебно-профилактических мероприятий.

Согласно п. 4 Положения о враче анестезиологе-реаниматологе лечебно-профилактического учреждения, утвержденного приказом Министра здравоохранения СССР № 501от 27 июля 1970 года «Об улучшении анестезиолого – реанимационной службы в стране», врач анестезиолог-реаниматолог обеспечивает и несет непосредственную ответственность за надлежащий уровень специального обследования больных, проведение обезболивания и оказание анестезиологической и реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях.

В соответствии с п. 5 Положения о враче анестезиологе-реаниматологе лечебно-профилактического учреждения, утвержденного приказом Министра здравоохранения СССР№ 501 от 27 июля 1970 года «Об улучшении анестезиолого – реанимационной службы в стране», врач-анестезиолог-реаниматолог обязан знать и уметь применять современные (апробированные) методы и средства диагностики и лечения острых нарушений функции жизненно важных центров, методы обезболивания, нести дежурства по учреждению в качестве врача анестезиолога-реаниматолога по утвержденному графику. Дежурный анестезиолог-реаниматолог в отсутствие заведующего отделением выполняет обязанности и пользуется правами последнего.

Согласно п.п. 1, 5 Положения о заведующем отделением анестезиологии-реанимации лечебно-профилактического учреждения, утвержденного приказом Министра здравоохранения СССР № 501 от 27 июля 1970 года «Об улучшении анестезиолого – реанимационной службы в стране», заведующий отделением анестезиологии-реанимации осуществляет непосредственное руководство деятельностью подчиненного ему врачебного, среднего и младшего персонала и несет полную ответственность за организацию и постановку анестезиологической и реанимационной помощи в лечебно-профилактическом учреждении. В соответствии с задачами отделения анестезиологии-реанимации заведующий организует и обеспечивает комплекс мероприятий по реанимации и интенсивной терапии лицам с расстройством жизненно важных органов до стабилизации их деятельности.

Таким образом, ФИО5 в период времени с 08 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 08 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, находясь на дежурстве в ГУЗ «РОКБ» в качестве врача анестезиолога-реаниматолога и выполняя обязанности заведующего отделением, являлась должностным лицом.

ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов 30 минут в ГУЗ «РОКБ», расположенное по адресу: 

<

адрес>, из ГУЗ «Рязанский областной клинический кардиологический диспансер» (по тексту ГУЗ «РОККД») по предварительному согласованию дежурного врача ГУЗ «РОККД» ФИО7 с дежурным врачом - неврологом ГУЗ «РОКБ» ФИО9, реанимационной бригадой скорой медицинской помощи для дальнейшего лечения был доставлен больной ФИО2, у которого ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов стала развиваться неврологическая симптоматика ОНМК. Данное решение было принято в связи с тем, что в ГУЗ «РОККД» из-за неисправности рентгеновской трубки не работал рентгеновский компьютерный томограф 

<

данные изъяты>, следовательно, необходимое обследование и лечение ФИО2 в условиях ГУЗ «РОККД» было невозможно.

Поступив в приемный покой ГУЗ «РОКБ», ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов 50 минут больной ФИО2 был осмотрен дежурным врачом – терапевтом ФИО8, который по окончании осмотра вызвал дежурного врача-невролога ФИО9 и дежурного врача анестезиолога-реаниматолога ФИО5, сообщив им о результатах осмотра последнего для определения дальнейшей тактики ведения его обследования.

После этого ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 10 минут ФИО9 совместно с ФИО5 осмотрели больного ФИО2 По окончании осмотра ФИО9 направила больного для проведения рентгеновской компьютерной томографии (далее РКТ) головного мозга.

ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 19 минут при проведении РКТ у ФИО2 подтвердилось 

<

данные изъяты>

В связи с этим, для консультации был приглашен дежурный врач-нейрохирург ФИО10, который, осмотрев больного, поставил ему диагноз: 

<

данные изъяты>. При этом ФИО10 указал на то, что операция больному не показана, так как 

<

данные изъяты> и подобное вмешательство может привести к летальному исходу. Об этом им была сделана соответствующая запись в справке, выданной ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ «РОКБ» на имя ФИО2

Затем ФИО5, являясь должностным лицом, обладая организационно-распорядительными функциями заведующего отделением, на основании осмотра больногоФИО2 и результатов РКТ, имея соответствующую квалификацию, достаточный опыт и навыки работы в данной должности, в нарушение п.п. 4 и 5 Положения о враче анестезиологе-реаниматологе не обеспечила надлежащий уровень специального обследования больного и оказание ему анестезиологической и реанимационной помощи, не применила современные методы лечения острых нарушений функции жизненно важных центров, при не в полной мере проведенном обследовании (диагностики) ФИО2, у которого имело место расстройство функций жизненно важного органа – головного мозга (ОНМК), не организовала и не оказала ему реанимационную помощь до стабилизации деятельности его головного мозга.

При этом ФИО5, диагностировала, что ФИО2 транспортабелен по профилю лечения по месту регистрации, о чем сделала соответствующую запись в справке, выданной ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ «РОКБ» на имя ФИО2 и совместно с врачом-неврологом ФИО9, в нарушение п. 9 Порядка оказания медицинской помощи, не госпитализировали ФИО2 в БИТР для проведения диагностических и лечебно-профилактических мероприятий, а приняли решение о направлении (переводе) последнего в МУЗ «ГКБ №» 

<

адрес>.

Таким образом, врач анестезиолог-реаниматолог ФИО5, являясь должностным лицом, имея соответствующую квалификацию, достаточный опыт и навыки работы в данной должности, отвечая за надлежащий уровень специального обследования больных, оказание реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях, организацию комплекса мероприятий по реанимации и интенсивной терапии лицу с расстройством жизненно-важных органов до стабилизации их деятельности, без уважительных причин, недобросовестно относясь к исполнению должностных обязанностей, предвидя, что транспортировка ФИО2 увеличит срок от начала развития инсульта до оказания специализированной медицинской помощи по поводу данного заболевания и самонадеянно рассчитывая на предотвращение вредных последствий в виде смерти ФИО2, без достаточных к тому оснований, при не в полной мере проведенном обследовании (диагностики) ФИО2, у которого имело место расстройство функций жизненно важного органа – головного мозга (ОНМК), не организовала и не оказала ему реанимационную помощь до стабилизации деятельности его головного мозга, хотя в проведении указанных мероприятий он нуждался безотлагательно (экстренно), при этом имея реальную и субъективную возможность исполнить свои должностные обязанности.

Ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ФИО5, указанных выше, повлекли нарушение прав ФИО2 на охрану здоровья и медицинскую помощь, предусмотренных ч. 1 ст. 41 Конституции РФ и ст. 1 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан. При этом она имела как реальную возможность исполнить свои должностные обязанности, так как региональный сосудистый центр ГУЗ «РОКБ» обеспечен необходимым составом врачей, оборудованием и лекарственными средствами для оказания медицинской помощи при заболевании 

<

данные изъяты> имевшем место у ФИО2, так и субъективную возможность - поскольку обладала необходимым уровнем профессиональной подготовки и опытом, не находилась в состоянии, препятствующем выполнению служебных функций.

После этого, ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут, больной ФИО2, врачом-неврологом ФИО9, в нарушение п. 9 Порядка оказания медицинской помощи, с этой же реанимационной бригадой скорой медицинской помощи был направлен на лечение в МУЗ «Городская клиническая больница №» (далее МУЗ «ГКБ №») 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, куда его доставили ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 30 минут, где он в экстренном порядке был осмотрен дежурными врачами: терапевтом, неврологом, реаниматологом и помещен в блок интенсивной терапии и реанимации (далее БИТР). Далее ему было назначено и проведено лечение, которое не дало положительных результатов и ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 50 минут, находясь в БИТР, он умер.

Причиной смерти ФИО2 явилось заболевание – 

<

данные изъяты>

Непосредственной причиной смерти ФИО2 явилось осложнение геморрагического инсульта – отек и набухание головного мозга с явлениями его дислокации (смещения).

Тактика ведения пациента ФИО2 с учетом установленного диагноза в МУЗ «ГКБ №» была правильной. Медицинская помощь, оказанная ФИО2 в ГУЗ «РОККД» с учетом установленного ДД.ММ.ГГГГ диагноза 

<

данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ) в период его госпитализации в ГУЗ «РОККД», была выполнена верно, своевременно и в полном объеме.

Лечебно-профилактические мероприятия по поводу развившегося 

<

данные изъяты> в период нахождения ФИО2 в ГУЗ «РОКБ» не проводились, в связи с чем, начало проведения лечебно-профилактических мероприятий явилось отсроченным, несвоевременным, поскольку оно должно осуществляться как можно в более ранние сроки, а последующая объективно необоснованная транспортировка пациента из ГУЗ «РОКБ» в МУЗ «ГКБ №» увеличила срок от начала развития инсульта до оказания необходимой ему специализированной медицинской помощи по поводу данного заболевания. Учитывая общее состояние и неврологический статус, описанные у ФИО2 в ГУЗ «РОККД» (перед транспортировкой в ГУЗ «РОКБ»), а также динамику указанных параметров на момент его поступления в МУЗ «ГКБ №», с учетом данных инструментальных методов исследования (после нахождения в ГУЗ «РОКБ»), отмечено наличие отрицательной динамики развития инсульта за указанный промежуток времени (произошло утяжеление как общего состояния, так и неврологической симптоматики). Врачам ГУЗ «РОКБ», являющимся региональным сосудистым центром,ФИО2 необходимо было госпитализировать в БИТР (блок интенсивной терапии и реанимации) или в отделение реанимации и интенсивной терапии данного учреждения и экстренно безотлагательно начать проведение диагностических и лечебно-профилактических мероприятий по поводу установленного острого нарушения мозгового кровообращения геморрагического инсульта в полном объеме. Направление ФИО2 из ГУЗ «РОКБ» в МУЗ «ГКБ №» было противопоказано.

Учитывая развитие заболевания, ФИО2 необходимо было экстренно госпитализировать в ГУЗ «РОКБ», поскольку в указанном лечебном учреждении имеется состав необходимых врачей-специалистов, и начать лечение. Каких-либо объективных причин, указывающих на необходимость дальнейшего перевода ФИО2 в любое иное лечебное учреждение, в том числе МУЗ «ГКБ №», не установлено.

Между перечисленными действиями (объективно необоснованной транспортировкой больного) и бездействиями, выразившимися в неоказании необходимой медицинской, реанимационной помощи больному ФИО2, и наступлением смерти последнего имеется причинно-следственная связь.

Ненадлежащее исполнение врачом анестезиологом-реаниматологом ГУЗ «РОКБ» ФИО5 своих должностных обязанностей, без уважительных причин, при наличии возможности их исполнения, вследствие недобросовестного отношения к ним, повлекло по неосторожности наступление смерти ФИО2

Приговором Московского районного суда 

<

адрес> ФИО6 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, и ей назначено наказание в виде трех лет лишения свободы с лишением права заниматься лечебной деятельностью сроком на 3 года, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, дополнительное наказание в виде лишения права заниматься лечебной деятельностью исполнять самостоятельно. На основании п. 9 и п. 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» ФИО5 освобождена от назначенного основного и дополнительного наказания со снятием судимости.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Поскольку вступившим в законную силу приговором суда установлен факт совершения работником ответчика – ФИО5 виновных действий, повлекших по неосторожности смерть ФИО2, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения иска о возмещении морального вреда, причиненного смертью ФИО2 с Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Областная клиническая больница».

Согласно представленной в материалы дела стороной истца копии свидетельства о рождении серии № № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 является сыном ФИО2.

ФИО1 компенсацию морального вреда обосновывает потерей близкого человека, своего отца. Суд соглашается с тем, что любой человек, оказавшийся в подобной ситуации, испытал физические и нравственные страдания, выразившиеся в чувстве боли, психологического стресса, в связи с чем, доводы истца являются обоснованными. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в п. 8 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ N 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 2 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывает существенность пережитых им нравственных страданий, связанных с утратой близкого им человека – отца. 

При этом суд принимает во внимание, что гибель ФИО2 сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его близких родственников, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. 

В связи с чем, доводы стороны ответчика об отсутствии оснований для компенсации истцу морального вреда, суд находит несостоятельными.

Учитывает суд и особую привязанность истца к погибшему, взявшему на себя из-за сложившихся в их семье обстоятельств заботу о сыне, принимает во внимание, что смерть отца повлекла и продолжает причинять ему нравственные страдания от любого напоминания и воспоминания о погибшем отце, и учитывает это при определении размера компенсации. 

Свидетели ФИО11 и ФИО12 подтвердили в суде, что гибель отца крайне отрицательно сказалось на душевном состоянии истца.

Учитывает суд также конкретные обстоятельства причинения вреда, а именно: причинение смерти по вине работника ответчика. 

Исходя из изложенного, установленных судом фактических обстоятельств дела, степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 800000 рублей, полагая данная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости. Определяя указанный размер компенсации, суд в том числе исходит из того, что тяжелое финансовое положение ответчика не должно нарушать право истца на справедливое возмещение вреда, причиненного от утраты близкого ему человека.

Вместе с тем, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, в связи с чем заявленную ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере 5 500 000 рублей 00 копеек суд считает завышенной. 

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей 00 копеек (чек- ордер от ДД.ММ.ГГГГ).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению Рязанской области «Областная клиническая больница» о компенсации морального вреда- удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Областная клиническая больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 800 000 (Восемьсот тысяч) рублей 00 копеек и расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (Триста) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований -отказать.

Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд через Московский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья -подпись-

Копия верна. Судья Е.Н. Егорова