Дело № 2-23/2020

УИД 11RS0016-01-2019-001336-60

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе судьи Сурниной Т.А.,

при секретаре судебного заседания Поповой Е.Г.,

с участием представителя истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ш 

представителя ответчика ФИО3 Ковелько П.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в с. Выльгорт

15 января 2020 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО3, ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ш, ФИО5 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании права собственности ФИО3 на жилое помещение, прекращении права пользования ФИО2, Ш, ФИО5 жилым помещением и снятии с регистрационного учета,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ш ФИО5 о признании договора купли-продажи квартиры от 20.05.2019, заключенного между ФИО3, ФИО2, Ш и ФИО5, недействительным, применении последствий его недействительности, признании права собственности ФИО3 на жилое помещение, являющееся предметом договора купли-продажи, и прекращении права пользования ФИО2, Ш и ФИО5 спорным жилым помещением и снятии их с регистрационного учета. 

В обоснование заявленных требований указал, что с 29.08.2014 по 09.01.2019 стороны состояли в зарегистрированном браке. Спорная квартира является совместной собственностью. Вместе с тем, зная о наличии гражданского дела о разделе совместно нажитого имущества, в том числе спорного жилого помещения, ФИО3 продала указанную квартиру ответчикам, которые знали о наличии спора о разделе совместно нажитого имущества. 

Истец ФИО4, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, направив своего представителя.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивал в полном объеме, указал, что спорная квартира является совместно нажитым имуществом, что не оспаривается ответчиком ФИО3 в гражданском деле по иску о разделе имущества, ответчики ФИО2, Ш и ФИО5 знали о том, что истец претендует на спорное жилое помещение, вместе с тем, заключили договор купли-продажи квартиры.

Ответчик ФИО2, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ш в судебном заседании исковые требования не признала. В ходе рассмотрения дела пояснила, что является матерью ответчиков ФИО5 и Ш При совершении сделки они не знали и не могли знать, что спорная квартира является совместной собственностью бывших супругов ФИО3 и ФИО4 При заключении договора купли-продажи ФИО3 указала, что квартиру приобретала до заключения брака с истцом и что супруги расторгли брак. Законность сделки проверена Пенсионным фондом, поскольку использовался материнский капитал, и Росреестром, который произвел регистрацию сделки. О наличии между бывшими супругами спора о разделе имущества ФИО2 узнала уже после регистрации сделки, получив с Росреестра уведомление о наложении ареста на квартиру и сходив в Сыктывкарский городской суд.

Ответчики ФИО3, ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными, в судебное заседание не явились. 

Представитель ответчика ФИО3 Ковелько П.А. в судебном заседании возражал удовлетворению исковых требований, ссылаясь на законность совершенной между ответчиками сделки. 

Суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Заслушав объяснения явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 29.08.2014 между ФИО6 и ФИО4 

<

данные изъяты> зарегистрирован брак, супруге присвоена фамилия «Зотова» (запись акта 

<

данные изъяты>).

Также судом установлено и не оспаривается сторонами, что за два дня до официальной регистрации брака, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.08.2014 ФИО6 приобрела у 

<

данные изъяты> жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> 

Согласно п.п. 2.1, 2.2 договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.08.2014 стоимость квартиры составляет 

<

данные изъяты> руб., оплата по договору в период с 01.10.2014 по 17.11.2015 производится ежемесячными платежами в размере 

<

данные изъяты> руб. в месяц, последний платеж 15.12.2015 в размере 

<

данные изъяты> руб. 

Впоследствии между ФИО3 и 

<

данные изъяты> было заключено соглашение № согласно которому по состоянию на 01.01.2016 задолженность ФИО3 по договору от 28.04.2014 составляет 

<

данные изъяты> руб., сторонами установлен график оплаты данной задолженности на период с 20.01.2016 по 31.12.2016.

Согласно справке 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО3 работает в 

<

данные изъяты> с 08.10.2008, по договору купли-продажи квартиры от 27.08.2014 за 2016 год ФИО3 оплачено 

<

данные изъяты> руб. путем удержания из заработной платы. 

Из искового заявления и объяснений представителя истца следует, что указанная квартира приобретена ФИО4 и ФИО3 за счет общих денежных средств, оплата по договору производилась в период брачных отношений, в связи с чем квартира является совместно нажитым имуществом. 

Решением мирового судьи Выльгортского судебного участка Республики Коми от 09.01.2019 брак между ФИО3 и ФИО4 расторгнут, о чем 21.02.2019 

<

данные изъяты> произведена запись акта о расторжении брака №.

28.05.2019 между ФИО2, Ш ФИО5 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

Согласно п.1.2 договора квартира принадлежит ФИО3 на праве собственности на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.08.2014. 

В соответствии с п. 1.3 договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019 квартира приобретается в общую долевую собственность покупателей, размер доли ФИО2 – 

<

данные изъяты>, ФИО5 – 

<

данные изъяты>, Ш. – 

<

данные изъяты>. 

Стоимость квартиры составляет 

<

данные изъяты> руб. (п. 2.1 договора).

Согласно пункту 2 договора порядок оплаты определен в следующем порядке:

<

данные изъяты> руб. за счет собственных средств, из них 

<

данные изъяты> руб. в день подписания договора, 

<

данные изъяты> руб. в срок до 25.08.2019.

<

данные изъяты> руб. за счет средств федерального бюджета, предоставляемых ФИО2 путем перечисления средств материнского капитала в соответствии с Федеральным законом «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», на основании Государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии №, выданного 12.03.2013 на основании решения ГУ – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Сыктывкаре Республики Коми от 21.02.2013 №, путем перечисления с назначением платежа на лицевой счет на имя ФИО3, после регистрации договора в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Коми, но не позднее 10 рабочих дней с даты принятия решения об удовлетворении заявления в распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, при этом возникает залог в силу закона в пользу продавца. 

В силу п. 3.4 договора продавец гарантирует, что на момент подписания договора является полноправным и законным собственником квартиры, которая не отчуждена, не заложена, в споре и под арестом не состоит, в аренду (наем) не сдана, возмездное или безвозмездное пользование не передана, не обременена правами третьих лиц, право собственности продавца никем не оспаривается. Лиц, сохраняющих в соответствии с законом право пользования квартирой после государственной регистрации перехода права собственности на квартиру к покупателю не имеется. 

04.06.2019 зарегистрировано право общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес> (ФИО2 - 

<

данные изъяты> доли в праве, ФИО5 - 

<

данные изъяты> доли в праве, Ш 

<

данные изъяты> доли в праве). 

Истец, полагая, что при заключении вышеуказанного договора, были нарушены его права, поскольку данное имущество на момент его отчуждения являлось общей совместной собственностью ФИО4 и ФИО3 и последняя не имела права продавать его без разрешения истца, а ответчики ФИО2, ФИО5, Ш – покупать, в связи с чем договор является недействительным, обратился в суд рассматриваемым иском. 

На основании ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Вместе с тем, из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, а также способов доказывания тех или иных обстоятельств, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации и федеральных законов.

В соответствии со ст. ст. 8, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 4 Семейного кодекса Российской Федерации к названным в ст. 2 данного Кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (ст. 3 данного Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К общему имуществу супругов относятся, в том числе доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу ст. 38 и ст. 39 Семейного кодекса РФ при отсутствии брачного договора между супругами, все имущество, приобретенное супругами в браке считается их совместной собственностью, и при разделе доли супругов признаются равными.

Общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу согласно пунктам 1, 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1, 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно статье 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляется по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В соответствии с п. 3 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи. Положения ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, суду надлежит установить наличие или отсутствие полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.

Также суду следует установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор купли-продажи квартиры заключен между ответчиками 28.05.2019, т.е. после расторжения 09.01.2019 брака между ФИО7 и ФИО3

Таким образом, в данном случае подлежат применению положения ст.253 Гражданского кодекса РФ.

На основании вышеизложенных правовых норм и обстоятельств дела, учитывая, что оплата по договору купли-продажи от 27.08.2014 производилась ФИО3 в период брачных отношений с ФИО4, в том числе путем удержаний денежных средств из заработной платы ФИО3, относящейся к имуществу, нажитому супругами во время брака, ответчик ФИО3 не оспаривает, что спорное имущество является совместно нажитым в браке, напротив, в отзыве на настоящий иск и в отзыве на иск о разделе имущества в рамках гражданского дела Сыктывкарского городского суда Республики Коми №2-5250/2019 (2-34/2020), ФИО3 признает, что спорная квартира является совместно нажитым имуществом, суд приходит к выводу, что квартира по адресу: 

<

адрес> относится к общему имуществу ФИО3 и ФИО4, в связи с чем на основании положений ст.253 Гражданского кодекса Российской Федерации требовалось согласие ФИО4 на совершение сделки по распоряжению общим имуществом.

Вместе с тем, по смыслу вышеуказанных норм действующего законодательства требование о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона по сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

В нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, истец не представил надлежащих доказательств, в подтверждение того факта, что ответчики ФИО5 и ФИО2, действующая также в интересах несовершеннолетнего Ш знали о том, что истец имеет право на спорную квартиру, и что он претендует на ее часть.

Из материалов дела следует, что на дату совершения спорной сделки (28.05.2019) и дату регистрации сделки (04.06.2019) в отношении объекта недвижимости – квартиры по адресу: 

<

адрес> не зарегистрировано правопритязаний, ограничений (обременении) права, заявленных в судебном порядке прав требования, возражений в отношении зарегистрированного права.

Обязанность доказать, что контрагент (ФИО2, ФИО5, Ш.) знал о несогласии другого супруга на совершение сделки, исходя из общего правила распределения обязанностей по доказыванию, возлагается на супруга, заявляющего требование о признании этой сделки недействительной. При этом истец должен представить доказательства не только того, что он был не согласен на распоряжение имуществом, но и того, что другая сторона знала или должна была знать об этом обстоятельстве.

Таких доказательств в нарушение положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной истца не представлено.

Представленные истцом суду сведения из социальной сети «Вконтакте», согласно которым ФИО2 и ФИО3 состоят в друзьях, что, по мнению стороны истца, свидетельствует о договоренности между указанными лицами, опровергаются объяснениями ФИО2

Из объяснений ФИО2, данных в ходе рассмотрения дела следует, что объявление о продаже спорной квартиры она нашла в интернете, на тот момент она не знала ни ФИО3, ни ФИО4 В социальной сети «Вконтакте» ФИО2 и ФИО3 добавились в друзья лишь после переговоров о совершении сделки, в сети «Вконтакте» ФИО4 скидывала ей проект договора, и они решали вопросы по сделке. По денежным средствам, за счет которых приобретена спорная квартира, ФИО2 пояснила, что решением суда на администрацию Сыктывдинского района была возложена обязанность предоставить ФИО2 жилое помещение взамен аварийного. Четыре года ФИО2 ждала предоставления жилья, однако квартиру администрация так и не предоставила, в связи с чем судом был заменен способ исполнения решения суда на денежную компенсацию. С указанного момента ФИО2 стала искать квартиру и увидела в интернете объявление ФИО3 о продаже квартиры. При осмотре квартиры ФИО3 не участвовала, квартиру показывал мужчина, которого ФИО2 также не знала. Осмотрев квартиру, ФИО2 решила ее приобрести, поскольку квартира и местность, в которой она расположена, ей понравились, квартира продавалась с мебелью, что тоже ее устраивало. Приемлемой для ФИО2 была и стоимость квартиры, поскольку она не хотела брать на ее покупку кредит, а рассчитывала оплатить ее за счет присужденных судом денежных средств и материнского капитала. До заключения сделки ФИО2 предупредила ФИО3 о том, что оплата по договору купли-продажи квартиры будет производиться частями, администрация переведет деньги в течение трех месяцев, пенсионный фонд переведет материнский капитал в течение шестидесяти дней, ФИО3 согласилась с таким порядком оплаты. Для того чтобы снять квартиру с продажи и закрепить за собой, ФИО2 внесла ФИО3 аванс в размере 

<

данные изъяты> руб. После внесения аванса ответчики заехали жить в спорную квартиру, поскольку у сторон была такая договоренность. О наличии между бывшими супругами спора о разделе имущества ФИО2 узнала, сходив в Сыктывкарский городской суд Республики Коми после получения с Управления Росреестра по Республике Коми уведомления о наложении ареста на квартиру. 

То обстоятельство, что определением Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 04.06.2019 на спорную квартиру был наложен арест, не принимается судом во внимание, поскольку обременение (права ареста) на квартиру проведено Управлением Росреестра по Республике Коми 14.06.2019, о наличии спора между бывшими супругами о разделе совместно нажитого имущества ни Управление Росреестра по Республике Коми, ни покупатели (ФИО2, ФИО5, Ш) на дату регистрации сделки не были уведомлены.

Иных доказательств, что ответчики знали или должна были знать о несогласии истца на совершение сделки, суду не представлено, в связи с чем оснований полагать, что ФИО2, ФИО5 действовали неосмотрительно, не имеется.

Доводы представителя истца, что спорное жилое помещение ответчиками приобретено по большей цене, чем ФИО3 было заявлено в объявлении о продаже, что ФИО2 с семьей переехала жить из города в район, не свидетельствуют о недобросовестности действий ответчиков. 

Не свидетельствуют о недобросовестности действий ответчиков, об их неосмотрительности и те обстоятельства, что до продажи квартиры ФИО2 не проверила паспорт ФИО3 на предмет содержания в нем записи о расторжении брака с ФИО4

В судебном заседании ФИО2 пояснила, что до заключения договора ФИО4 ей пояснила, что спорная квартира куплена ею до заключения брака с ФИО4, в настоящее время они расторгли брак, и ФИО4 на квартиру не претендует. А поскольку сделка купли-продажи квартиры была одобрена пенсионным фондом, давшим согласие на ее приобретение, и Росреестром, зарегистрировавшим сделку, оснований усомниться в недобросовестности действий ФИО3 у ФИО2 не было. 

Действительно, из материалов дела следует, что 28.05.2019, т.е. в день заключения договора купли-продажи ответчики ФИО2 и ФИО5 обратились в Управление Росреестра по Республике Коми с заявлением (с приложением соответствующих документов) о регистрации договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019. 

04.06.2019 Управлением Росреестра по Республике Коми произведена государственная регистрация договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019. 

Решением ГУ-Управление Пенсионного фонда российской Федерации в г.Сыктывкаре Республики Коми (межрайонное) от 10.07.2019 № удовлетворено заявление ФИО2 о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий на оплату приобретаемого жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, в размере 

<

данные изъяты> руб., дата перечисления средств материнского (семейного) капитала установлена – 24.07.2019. При этом ответчиком ФИО2 в ГУ-Управление Пенсионного фонда российской Федерации в г.Сыктывкаре Республики Коми (межрайонное) был представлен договор купли-продажи от 28.05.2019. До выдачи разрешения на использование средствами материнского капитала пенсионным органом проведена проверка по спорному жилому помещению. 

Из материалов правоустанавливающего дела спорного жилого помещения следует, что денежные средства в размере 

<

данные изъяты> руб., полученные ФИО2 от администрации 

<

данные изъяты> в рамках дела о предоставления жилого помещения, переданы ФИО3 по расписке от 21.08.2019 (в договоре был установлен срок до 25.08.2019). 

В связи с изложенным несостоятельным является довод стороны истца о том, что и после получения сведений о наличии спора о разделе имущества между бывшими супругами ФИО2 продолжила исполнение договора в части оплаты денежных средств ФИО3 Порядок оплаты денежных средств определен сторонами в договоре от 28.05.2019, который был в установленном порядке зарегистрирован, в связи с чем, правовых оснований не исполнять договор у ФИО2 не имелось. 

При заключении договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019 ФИО3 гарантировала, что на момент подписания договора спорная квартира не обременена правами третьих лиц, в том числе чьим-либо правом пользования, в договоре не указано о наличии семейных правоотношений продавца. 

Оснований для признания данной сделки недействительной не имеется.

Доказательства, достоверно подтверждающие, что ФИО2 знала или заведомо должна была знать об отсутствии согласия истца на отчуждение ФИО3 спорного имущества, в материалах дела не содержатся и суду не представлены. Добросовестность приобретения ФИО2 спорного имущества относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнута.

С учетом приведенных выше правовых норм, исходя из того, что бремя доказывания недобросовестности покупателей спорной квартиры лежит на истце – стороне, оспаривающей сделку, достоверных и допустимых доказательств недобросовестности действий ФИО5, ФИО2, действующей также в интересах несовершеннолетнего Ш а также, что они знали или заведомо должны были знать об отсутствии у ФИО3 полномочий по заключению договора купли-продажи квартиры, суду не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019, применении последствий недействительности, равно как и для удовлетворения требований о признании права собственности ФИО3 на жилое помещение и прекращении права пользования ФИО2, Ш и ФИО5 спорным жилым помещением и снятии их с регистрационного учета.

При этом суд отмечает, что истец вправе защитить свои права иными способами, определенными законодательством, в частности вправе требовать с ФИО3 денежную компенсацию от продажи спорного жилого помещения. Таких исковых требований истцом по настоящему делу не заявлено, настоящий спор рассмотрен судом согласно положениям ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО3, ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ш ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 28.05.2019 и применении последствий недействительности сделки, признании права собственности ФИО3 на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, прекращении права пользования ФИО2, Ш, ФИО5 жилым помещением и снятии их с регистрационного учета – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Т.А. Сурнина

В окончательной форме решение принято 21.01.2020.