Дело № 1-8/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Выльгорт 12 февраля 2018 года

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе:

судьи Семенова В.С.,

при секретаре судебного заседания Барминской Е.В., 

с участием:

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Сыктывдинского района Михеевой В.В., 

подсудимого ФИО1, 

защитник – адвоката Кадиевой Р.К., предоставившей удостоверение № 477 и ордер № 199 от 14.12.2017, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

08 декабря 2016 года мировым судьёй Зеленецкого судебного участка Сыктывдинского района Республики Коми по ч. 1 ст. 214 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ) к штрафу в размере 15000 рублей.

Постановлением мирового судьи Зеленецкого судебного участка Сыктывдинского района Республики Коми от 15 августа 2017 года наказание в виде штрафа заменено на 4 месяца исправительных работ с удержанием 5% заработной платы в доход государства.

Постановлением мирового судьи Зеленецкого судебного участка Сыктывдинского района Республики Коми от 11 января 2018 года наказание в виде исправительных работ заменено на 01 месяц 10 дней лишения свободы в колонии-поселении. Срок отбытия наказания исчислен с 11 января 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

установил:

ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, при следующих обстоятельствах.

17 июня 2017 года в период времени с 02 часа 00 минут до 03 часов 06 минут между ФИО1 и потерпевшим В. находившимися в состоянии алкогольного опьянения возле дома 

<

адрес> Сыктывдинского района Республики Коми, произошла ссора, в ходе которой, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений у ФИО1 возник преступный умысел на причинение смерти В.

С целью осуществления своего преступного умысла, действуя умышлено, осознавая общественно-опасный характер своих действий, ФИО1 проследовал в квартиру 

<

адрес> Сыктывдинского района Республики Коми, где взял кухонный нож, после чего вернулся к дому 

<

адрес> Сыктывдинского района Республики Коми, где в это время также находился В. 

Далее, в указанные время и месте ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на причинение смерти В. демонстрируя нож, приблизился к последнему. Понимая опасность намерений и действий ФИО1, В. стал убегать от него, а ФИО1 начал преследование В.., однако последний, пробежав небольшое расстояние, споткнулся и упал во дворе вышеуказанного дома. 

После чего, в вышеуказанный период времени, ФИО1 настиг упавшего В. и находясь во дворе дома 

<

адрес> Сыктывдинского района Республики Коми, действуя умышлено, продолжая реализацию своего преступленного умысла, направленного на причинение смерти В.., осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти В.., и желая их наступления, используя в качестве орудия преступления кухонный нож, нанес им потерпевшему не менее шести ударов в область расположения жизненно важных органов, а именно не менее трех ударов в область грудной клетки, не менее одного удара в паховую область, не менее одного удара в область живота и не менее одного удара в поясничную область.

Однако ФИО1 не смог завершить начатое преступление до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку его дальнейшие действия были пресечены находившимися рядом А. и З.., которые повалили ФИО1 на землю и выбили из рук нож, удерживая ФИО1 до прибытия сотрудников правоохранительных органов, а также вызвали бригаду скорой помощи, работники которой оказали потерпевшему первую медицинскую помощь и госпитализировали его в медицинское учреждение, в результате своевременных оперативных действий вышеуказанных лиц и последующего лечения, смерть потерпевшего не наступила. 

В результате преступных действий ФИО1 В.. были причинены следующие телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Вышеуказанные повреждения, как в отдельности, так и в совокупности по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 21-го дня квалифицируются как легкий вред здоровью.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал частично и показал, что действительно между ним и В. произошел конфликт из-за того, что потерпевший оскорбил его и его семью. Поскольку он воспитывался в детском доме, а присутствующие там его знакомые посчитали бы за слабость отсутствие активных действий с его стороны по наказанию обидчика за высказанные оскорбления, он пошел домой и взял специально нож с длинным, но мягким лезвием, собираясь с помощью ножа заставить В.. извиниться за сказанное. Когда он подошел к потерпевшему и предложил последнему извиниться прилюдно, то В.., испугавшись демонстрируемого им (ФИО1) ножа стал убегать. Он стал его преследовать и, желая лишь обездвижить В.. и заставить извиниться, хаотично наносил удары ножом потерпевшему. Он нанес потерпевшему несколько ударов ножом и видел как у него идет кровь. Он видел как нож спокойно входит в мягкие ткани потерпевшего, но полагал, что поскольку у клинка острое, но гибкое лезвие, оно не должно глубоко проникнуть, так как рассчитывал, что лезвие будет сгибаться. В какой-то момент потерпевший упал, он встал над ним, при этом не выкинув нож и, демонстрируя его потерпевшему, требовал извинений. Но потерпевший уснул или потерял сознание и на него не реагировал. В этот момент его сбили с ног, выбили нож и избили. 

Допросив подсудимого, свидетелей, огласив показания неявившихся потерпевшего и свидетелей, исследовав письменные материалы уголовного дела, суд считает, что вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Показаниями потерпевшего В. в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) с согласия сторон, из которых следует, что 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 87-90).

Показаниями свидетеля Е. в судебном заседании, из которых усматривается, что 

<

данные изъяты> 

Показаниями свидетеля А. аналогичными, по сути, показаниям свидетеля Е. подтвержденными свидетелем и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1, л.д.66-69).

Показаниями свидетеля Г. в судебном заседании, из которых усматривается, что 

<

данные изъяты>

Показаниями свидетеля Ю. в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, из которых следует, что 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 44-46).

Показаниями свидетеля З.. в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, из которых усматривается, что 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 50-53).

Показаниями свидетеля Ч. в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, из которых усматривается, что 

<

данные изъяты> (т.1, л.д. 57-60).

Показаниями свидетеля Ч.. в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, из которых усматривается, что 

<

данные изъяты>. (т. 1, л.д. 72-75).Кроме того вина подсудимого подтверждается следующими письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

Протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 11-12, 13-17);

Протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты> (т. 1, 18-19, 21-22);

Заключением эксперта №, из которого следует, что у В. обнаружено: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> (т.1, л.д. 116-117).

Заключением эксперта № № подтверждается локализация механизм телесных повреждений, нанесенных В. 

<

данные изъяты> (т.1, л.д.123-131).

Совокупность исследованных в суде доказательств позволяет суду сделать вывод о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении покушения на убийство В. Объективно его вина подтверждается показаниями подсудимого ФИО1, в которых он не отрицает наличия конфликта с В.. и факта нанесения ему ножевых ранений, показаниями потерпевшего, свидетелей 

<

данные изъяты> 

Показания указанных свидетелей последовательны, логичны, согласуются между собой, дополняют друг друга. Между показаниями указанных лиц нет каких-либо существенных противоречий, которые бы ставили под сомнение факт нанесения потерпевшему ножевых ударов ФИО1 Небольшие противоречия суд объясняет динамикой и скоротечностью происходившего, а также личностным восприятием каждым происходящего, при этом свидетели наблюдали за действиями ФИО1 и В. из разных мест.

Суд считает, что показания свидетеля А.. в ходе предварительного расследования были наиболее объективными и с большей достоверностью отражали происходившее в ночь на 17 июня 2017 года между ФИО1 и В.., и именно поэтому этим показаниям отдается предпочтение. По мнению суда, показания А. в судебном заседании им даны с целью помочь ФИО1 избежать ответственности за совершение покушения на особо тяжкое преступление.

Вина подсудимого подтверждается также указанными заключениями экспертов о механизме причинения и локализацией телесных повреждений потерпевшему, что согласуются с показаниями подсудимого, потерпевшего, свидетелей.

Нарушений норм УПК РФ при сборе доказательств не установлено.

В судебном заседании не установлено оснований не доверять показаниям потерпевшего, свидетелей. Оснований для оговора подсудимого у свидетелей и потерпевшего, как и оснований для самооговора, не установлено.

Показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе судебного следствия об обстоятельствах причинения телесных повреждений потерпевшему суд признает допустимыми доказательствами и кладет их в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны им добровольно и в присутствии адвоката, показания подсудимый давал с соблюдением права на защиту и права не свидетельствовать против себя, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, и достоверными, поскольку они согласуются с совокупностью других исследованных в суде доказательств и подтверждаются в частности, показаниями потерпевшего и свидетелей, заключениями судебно-медицинских экспертиз, протоколом осмотра места происшествия и другими письменными материалами уголовного дела.

Покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам, что и было установлено в судебном заседании.

ФИО1 после конфликта с потерпевшим пошел домой за ножом, чтобы наказать обидчика за высказанные оскорбления. По мнению суда, наказать обидчика другим способом в данной ситуации ФИО1 было проблематично, так как зарождавшаяся драка между ним и потерпевшим была предотвращена присутствующими, поэтому только применение ножа для разрешения конфликта могло восстановить для него справедливость. Поэтому ФИО1, вооружившись ножом и подойдя к В. пытался нанести последнему колющий удар и требовал извинений. После того, как у потерпевшего не получилось выбить нож, он стал убегать, а ФИО1 – преследовать его и наносить удары. После того. как потерпевший споткнулся и оказался лежачим на земле, ФИО1 нанес ему не менее двух ударов острием клинка, что в данном случае полностью опровергает версию ФИО1 о том, что он пытался обездвижить потерпевшего и выбить из него извинения. Потерпевший, лежащий на земле, в данном случае был наиболее уязвим для ФИО1, не нуждался в дальнейшем обездвиживании со стороны последнего, чем ФИО1 и воспользовался. Активное сопротивление потерпевшего, не желавшего расставаться с жизнью, состояние опьянения ФИО1 не позволили последнему причинить потерпевшему более тяжкий вред от ножевых ранений. Локализация и количество ножевых ранений, длина клинка – 23 сантиметра свидетельствует в данном случае только о желании ФИО1 лишить жизни В.. После того, как В. вырвался, ФИО1, продолжая его преследование, нанес не менее одного удара ножом в спину в область близкую к расположению сердца. Допрошенные в судебном заседании свидетели показали, что в какой-то момент В. стал терять сознание, скорость его бега значительно замедлилась, но это не явилось основанием для ФИО1 для прекращения активных действий. Активные действия ФИО1 были прекращены присутствующими там свидетелями, которые выбили у него нож и повалили на землю. В данной ситуации, учитывая агрессивное состояние ФИО1, не реагировавшего на крики присутствующих, требовавших прекратить насилие, и отгонявшего их ножом, создавая себе условия для реализации умысла на убийство В.., у суда нет оснований сомневаться в том, что ФИО1 хотел лишить В.. жизни.

Судом достоверно установлено, что В. не представлял для подсудимого ФИО1 никакой реальной угрозы, а также, что ФИО1 в момент совершения преступления не находился в состоянии необходимой обороны или превысил её пределы. Не установлено в ходе судебного следствия и то, что у ФИО1 имелись основания защищаться от действий В. опасаться за свою жизнь и здоровье. Конфликт между ФИО1 и В.. возник из-за оскорбления подсудимого потерпевшим. 

В действиях подсудимого ФИО1 отсутствуют признаки совершения преступления в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), так как подсудимый, как в ходе предварительного следствия, так и судебного следствия, полно и подробно описывал все происходившее. Подсудимый логически обосновывает свое поведение, как до совершения преступления, так и долгое время после совершения преступления, у него не было накопления эмоционального напряжения с восприятием ситуации как безвыходной, отсутствовали признаки выраженной дезорганизации поведения, он вступал в адекватный речевой контакт с окружающими, что подтверждается материалами дела (т. 1, л.д. 108-112).

Анализ вышеперечисленных доказательств в их совокупности свидетельствует о доказанности вины подсудимого в совершении данного преступления.

При разрешении в соответствии со ст. 300 УПК РФ вопроса о вменяемости подсудимого суд приходит к следующему.

Подсудимый не состоит на учете у психиатра, нет данных о наличии у них психических болезней и расстройств, исключающих вменяемость, тяжелых травм головы не имел.

Из заключения психолого-психиатрической экспертизы комиссии экспертов № следует, что у ФИО1 не обнаруживались и не обнаруживается в настоящее время признаков хронического или временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, которые бы могли мешать возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, не обнаруживалось признаков временного психического расстройства, в том числе патологического опьянения, находился в состоянии простого алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 108-112).

Как установлено судом, подсудимый во время и после совершения преступления действовал целенаправленно, и в судебном заседании вел себя адекватно, придерживаясь избранной им линии защиты.

С учетом изложенного суд считает подсудимого вменяемым.

У суда не имеется оснований не доверять выводам данных экспертных заключений, поскольку экспертизы проведены в специализированных экспертных учреждениях в соответствии с требованиями уголовно – процессуального законодательства Российской Федерации лицами, имеющими специальные познания. Заключения экспертов научно обоснованы, аргументированы, даны специалистами высокой квалификации и на основе глубокого и всестороннего изучения материалов уголовного дела, представленного на экспертизы, и, в том числе, с участием самого ФИО1, каких - либо объективных данных, позволяющих подвергнуть сомнению достоверность и обоснованность указанных экспертных заключений, у суда не имеется.

Дав оценку совокупности доказательств, суд считает установленной вину ФИО1 и его действия квалифицирует по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам. 

Оснований для иной квалификации содеянного подсудимым, в том числе по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, суд не усматривает. 

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает противоправность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для конфликта.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд с учетом фактических обстоятельств уголовного дела, количества выпитого подсудимым спиртного, его позиции о способствовании состояния алкогольного опьянения совершению преступления, признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванное употреблением алкоголя, которое спровоцировало совершение преступления, в соответствии с п.п. 1.1 ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса РФ, поскольку, по мнению суда, именно состояние опьянения повлияло на совершение им преступления.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особого тяжкого преступления, его личность, возраст, состояние здоровья, который воспитывался в детском доме, неофициально работал, который после совершения инкриминируемого преступления совершал административные правонарушения, поведение которого ранее не являлось примерным, который злостно уклонялся от отбытия наказания по приговору от 08 декабря 2016 года мирового судьи Зеленецкого судебного участка Сыктывдинского района Республики Коми, характеризуется по месту отрицательно, является студентом 

<

данные изъяты>», судим за совершение вандализма в состоянии алкогольного опьянения, наличие сведений о многочисленных нарушениях им общественного порядка и правил дорожного движения, имеет постоянное место жительства, семьей и детьми не обременен.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, наличие смягчающего и отягчающего наказание обстоятельства, с учетом тяжести совершенного преступления, степени и характера общественной опасности преступления, отношения к содеянному, принимая во внимание личность подсудимого, вместе с тем суд приходит к выводу, что исправление подсудимого ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений невозможно без изоляции его от общества, и ему необходимо назначить наказание в виде реального лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступной деятельности, поведением подсудимого ФИО1, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного подсудимым, по делу не имеется, и в этой связи нет оснований для применения ч. 6 ст. 15, 64, 73 Уголовного Кодекса РФ.

Дополнительный вид наказания, предусмотренный ч. 1 ст. 105 УК РФ, в виде ограничения свободы суд полагает возможным подсудимому ФИО1 не назначать, учитывая, что основное наказание подсудимый будет отбывать в местах лишения свободы, а также принимая во внимание совершение преступления на бытовой почве и считая достаточным воспитательного воздействия основного наказания.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного Кодекса РФ видом исправительного учреждения подсудимому ФИО1 необходимо назначить исправительную колонию строгого режима.

В целях обеспечения исполнения приговора суд полагает необходимым ФИО1 изменить меру пресечения на заключение под стражу.

Вещественные доказательства 

<

данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 Уголовного Кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет.

На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 08 декабря 2016 года мирового судьи Зеленецкого судебного участка Сыктывдинского района Республики Коми окончательно назначить наказание в виде 06 (шести) лет 05 (пяти) дней лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с 12 февраля 2018 года.

Вещественные доказательства 

<

данные изъяты>

Приговор может быть обжалован или представлен прокурором для апелляционного рассмотрения в Верховный Суд Республики Коми в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, со дня вручения ему копии приговора, путем подачи жалоб и представления через Сыктывдинский районный суд Республики Коми. 

В случае подачи апелляционной жалобы в соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также данное ходатайство может быть заявлено им в возражениях на жалобу, представление, принесенными другими участниками процесса, которое может быть подано в срок, установленный судом согласно требованиям ст. 389.7 УПК РФ.

Судья В.С. Семенов