К делу № 1-282/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возвращении дела прокурору

30 октября 2018 года г. Белореченск

Судья Белореченского районного суда Краснодарского края Дадаш И.А. 

с участием государственного обвинителя помощника Белореченского межрайонного прокурора Смерникова И.Ф., 

подсудимого ФИО1, 

его защитника Кривецкого М.Ю., представившего удостоверение № 548 от 25.04.2016г. и ордер № 037021,

потерпевшей ФИО2 

при секретаре Погореловой С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый ФИО1 обвиняется в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 и его защитник заявили ходатайство о возвращении дела прокурору, ссылаясь на то, что во врученном им следователем постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от 07.09.2018 г. указано, что 14.02.2018 года, примерно в 11 часов 20 минут, на автодороге «Майкоп-Усть-Лабинск- Кореновск» 38 км +600 метров в Белореченском районе произошло ДТП с участием автомобиля ВАЗ 217230 под управлением ФИО3 и автомобиля Митсубиси Лансер под управлением ФИО1 Тогда как в материалах дела содержится указанное постановление с указанием на иное время совершения преступления в 11.15 (т.2 л.д.126-129). Утверждает защитник, что на имеющемся в материалах дела постановлении отсутствуют его подписи, тогда как на момент ознакомления им подписи проставлялись.

Считает что, следователем не были учтены первоначальные материалы, оформленными сотрудниками ДПС ФИО4 и ФИО5, в частности определение 23ДТ001524 от 14.02.2018 года о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, справка по дорожно-транспортному происшествию от 14.02.2018г., постановление № 17 о прекращении дела об административном правонарушении 23ДТ001524 от 14.03.2018г.), согласно которым водитель ВАЗ 217230 ФИО3 не выдержал безопасную дистанцию и допустил столкновение с движущимся попутно автомобилем Митсубиси Лансер под управлением ФИО1 Данное обстоятельство согласуется с показаниями свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО7, из которых следует, что водитель ФИО3 двигался со скоростью более 130 км/ч по полосе, предназначенной для движения встречных автомобилей. При этом ФИО3 показал, что на расстоянии 20-30 метров он заметил совершение маневра автомобилем Мисубиси. Из показаний потерпевшей ФИО2 следует, что до столкновения ФИО3 успел крикнуть ей: «Аня, что он делает; держись сейчас что-то будет». Следователем не была дана надлежащая оценка указанным письменным материалам и показаниям свидетелей. В рамках проведенного предварительного следствия не приняты меры к выяснению вопроса о наличии либо отсутствии в действиях водителей ФИО3 и ФИО1 технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия, т.е. столкновения двух автомобилей. Более того, 27.08.2018 года следователем в нарушение ч.2 ст. 195 УПК РФ, незаконно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты от 27.08.2018 года о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы, в том числе для выяснения вышеуказанного вопроса о наличии либо отсутствии технической возможности предотвратить ДТП. В рамках ранее проведенных экспертиз следствием не выяснялся вопрос о наличии либо отсутствии технической возможности предотвратить ДТП участниками ДТП. В протоколе осмотра места происшествия от 14.02.2018г., составленного следователем отсутствует описания повреждений имеющихся в задней левой части автомобиля Митсубиси Лансер. В результате эти повреждения не указаны в исходных данных постановления от 30.03.2018г. о назначении судебной автотехнической экспертизы, а затем и заключении эксперта №17/2-410э от 25.06.2018г. Экспертом определено, что первоначально автомобиль ВАЗ контактировал передней правой частью с левой боковой передней частью Митсубиси под углом 15 градусов. Местом столкновения является разгонная полоса, расположенная в центре проезжей части. 26.06.2018 года в ходе следственных действий (по ходатайству стороны защиты) при осмотре автомобиля Митсубиси Лансер следователем наряду с повреждениями в передней части автомобиля зафиксированы наслоения вещества черного цвета на задней левой фаре и крыле. 30.07.2018г. по ходатайству защитника следователем вынесено постановление о назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы, для проведения которой эксперту представлены результаты осмотра автомобиля Митсубиси Лансер, зафиксированные в протоколе от 26.06.2018г. 

Согласно заключению №17/2-849э от 18.08.2018г., эксперт ФИО8 без разрешения оставил вопрос о расположении автомобилей до столкновения. В ответе на вопрос о месте первоначального контакта автомобилей, эксперт не объясняет механизм возникновения повреждений в задней части Митсубиси. Обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ в окончательной редакции предъявлено ФИО1 07.09.2018г. После предъявления постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 07.09.2018г., следователем в соответствии ч.8 ст. 172 УПК РФ, копия постановления вручена стороне защиты. В соответствии с п.1 ч.1 ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). В рамках уголовного дела в отношении ФИО1 требования п.1 ч.1 ст. 73 УПК РФ, в части установления времени совершения преступления не выполнены, так как при изучении материалов уголовного дела установлены расхождения сведений, в части времени совершения преступления, содержащихся в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, в показаниях свидетелей, а также фабулой обвинения.

Допрошенный в качестве свидетеля следователь ФИО9 пояснил, что расхождение в имеющейся у защитника версии постановления о привлечении в качестве обвиняемого является ничем иным как проектом, который защитник мог случайно забрать с его стола. Также пояснил, что все проекты им всегда подписываются. Не смог пояснить суду вручалась ли защитнику и обвиняемому иное постановление с содержанием соответствующим постановлению, находящемуся в материалах дела. Все ходатайства защиты им рассмотрены и в том числе о назначении повторной экспертизы, по ним приняты процессуальные решения. Только полагая, что дело расследовано полно и всесторонне, он направляет дело для утверждения прокурору.

Потерпевшая ФИО10 не согласилась с ходатайством о возврате уголовного дела для устранения недостатков, считает, что доводы подсудимого и его защитника надуманны и не соответствуют действительности.

Гособвинитель не согласился с ходатайством о возврате уголовного дела в порядке 237 УПК РФ. Указывает, что обвинительное заключение составлено в полном соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ. Полагает, что в случае неполноты и неясности заключения эксперта суд вправе назначить повторную экспертизу, таким образом, любые сомнения можно устранить в ходе судебного следствия. Постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 07.09.2018 года, находящееся у адвоката, является проектом. В материалах дела содержание постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 07.09.2018 года соответствует обвинительному заключению.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

Исследовав обвинительное заключение, обозрев материалы уголовного дела, суд полагает, что обвинительное заключение по настоящему уголовному делу составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, поскольку в обвинительном заключении, в других материалах делу, в том числе в фабуле обвинения и постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, а также в показаниях допрошенных на стадии следствия свидетелей имеется расхождение во времени совершения преступления. 

Вместе с тем, фабула обвинения в обвинительном заключении должна точно соответствовать содержащейся в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, чтобы в этих процессуальных документах не было расхождений между указанными в них местами, датами и временем, а также между другими обстоятельствами, составляющими предмет доказывания. 

Тогда как само обвинительное заключение содержит противоречивые сведения о времени совершения преступления. Так, на л.д. 153 т.2 содержится указание на совершение преступления в 11.15 часов, а на л.д.154 т.2 того же обвинительного заключения время указано 11.20 часов. Указанные расхождения содержатся и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от 07.09.2018 года.

Суд считает, что расхождение во времени, составляющим предмет доказывания совершения преступления, содержащиеся в одном и том же обвинительном заключении, не могут быть устранены путем рассмотрения дела по существу.

Как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 № 16-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан ФИО11 и запросом Курганского областного суда» безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны. Вместе с тем, не может рассматриваться как принятие на себя судом не свойственной ему функции обвинения вынесение решения, направленного на исправление допущенных органами, осуществляющими уголовное преследование, нарушений или ошибок, которые могут затрагивать интересы как обвиняемых, так и потерпевших, - иное вынуждало бы его принять решение, заведомо противоречащее закону, что в принципе недопустимо.

Таким образом, суд не может построить приговор на предположении какое из предъявленного времени в обвинительном заключении соответствует действительности.

Кроме того, следователем в рамках проведенного предварительного следствия не приняты меры к выяснению вопроса о наличии либо отсутствии в действиях водителей ФИО3 и ФИО1 технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия, то есть столкновения двух автомобилей, с учетом первоначальных материалов, а также не приняты во внимание приобщенные к материалам дела фото и видео материалы. 

Так, стороной защиты было обращено внимание суда на видеоматериалы, снятые с камеры видеонаблюдения, приобщенные к материалам дела. Посчитав данные записи имеющими отношение к делу, отвечающими требованиям относимости и допустимости, следователь приобщил к материалам дела (т.1 л.д.158, т.1 л.д.223). Однако, обозрев указанные листы дела без исследования содержания записей, судом установлено, что экспертом конверты не вскрывались и не исследовались, так как отсутствуют соответствующие отметки, как и в самих экспертных заключениях отсутствует ссылка эксперта на их исследование.

Также 27.08.2018 года следователем в нарушение ч.2 ст. 195 УПК РФ было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы, Однако не был учтен тот факт, что при производстве автотехнической экспертизы эксперт не ответил на поставленный перед ним вопрос о наличии либо отсутствии технической возможности предотвратить ДТП.

Следствием не были выяснены причины отсутствия в проведенных экспертизах ответов на поставленные перед экспертом вопросов: о наличии либо отсутствии технической возможности предотвратить ДТП кем-либо из водителей, о расположении автомобилей до столкновения, отсутствует механизм возникновения повреждений в задней части Митсубиси.

Даже в ходе судебного следствия, при обозрении вещественных доказательств, приобщенных следователем и находящихся в материалах уголовного дела в виде пакета № 8 с диском видеозаписи ДТП, том 1 л.д.158, и флэшкарты том 1 л.д.223, вопреки доводам прокурора, судом не могут быть восполнены сомнения в установлении фактических обстоятельств путем производства повторной экспертизы, так как при производстве первоначальной и дополнительной экспертиз указанные доказательства не были предметом исследования и как следствие не учитывались экспертом при даче заключения, и не были проанализированы следователем, не имеющим специальных познаний в этой области при предъявлении обвинения. 

Применительно к уголовному судопроизводству это означает, что, разрешая дело, суд на основе исследованных в судебном заседании доказательств формулирует выводы об установленных фактах, подлежащих применению в данном деле нормах права и, соответственно, об осуждении или оправдании лиц, в отношении которых велось уголовное преследование. При этом состязательность в уголовном судопроизводстве во всяком случае предполагает, что возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а в предусмотренных уголовно-процессуальным законом случаях также потерпевшими. Возложение же на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность этих органов и лиц по осуществлению функции обвинения не согласуется с предписанием статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия, как того требуют статья 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации, а также статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (Постановление Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 № 16-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан ФИО11 и запросом Курганского областного суда»).

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2004г. №1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» в редакции от 01.06.2017г., под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовнопроцессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. 

Таким образом, допущенные на досудебной стадии нарушения невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, указанные упущения являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона, совершенным следователем, неустранение которых влечет за собой нарушение права подсудимого ФИО1 на защиту, и исключает возможность постановления судом приговора или иного решения. 

В связи с этим суд приходит к выводу о необходимости возвращения дела прокурору для устранения данного нарушения. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить Белореченскому межрайонному прокурору уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, для составления обвинительного заключения в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ.

Обязать прокурора в установленный срок обеспечить устранение допущенных нарушений.

Меру пресечения обвиняемому ФИО1 –подписку о невыезде и надлежащем поведении - оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Белореченский районный суд в течение 10 суток.

судья: подпись

Копия верна:

Судья И.А.Дадаш