Дело № 2-554/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Таштагол «17» мая 2017 год

Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего судьи Башмаковой Н. С.

прокурора ФИО1 Л.

при секретаре Платоновой А. Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании, с извещением участвующих в деле лиц, гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному Обществу «Евразруда» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО «Евразруда» о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивировал тем, что он 07.12.2000 г. был принят учеником проходчика 1-го разряда на подземные работы в ОАО «Кузметкомбинат» горнорудное предприятие « Казский рудник». 04.04 2001 г. переведен проходчиком 4-го разряда на подземных работах 01.01.2002 г. был принят переводом в ООО Кузнецкий ГОК Казский рудник. 03.08 2004 г. принят переводом в ОАО « Евразруда Казский филиал проходчиком 4-го разряда на подземных работах. 05.04 2017 года уволен по соглашению сторон.

Актом о случае профессионального заболевания от 20 ноября 2015 года № 25-15 ему был установлен заключительный диагноз о профессиональных заболевании « 

<

данные изъяты> Заключением МСЭ (справка МСЭ - 2006 № 0454310 г.) ему установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности по указанному заболеванию с 30.11.2016 по 13.11.2017 года. Государственным учреждением Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования РФ ему назначена ежемесячная страховая выплата. Приказом ГУ КРУ ФСС РФ ему также назначена единовременная страховая выплата. Общий стаж работы в условиях воздействия вредного фактора согласно акта о случае профессионального заболевания составляет 14 лет 10 месяцев. В связи с полученным профессиональным заболеванием нарушено его неимущественное право, он утратил здоровье. Он фактически утратил возможность работать по своей профессии. Он испытал страх за свое здоровье и жизнь и продолжает его испытывать, испытывает ощущение своей неполноценности в обществе, переносит физическую боль. Полагает, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда, которую он оценивает в размере 500 000 рублей.

Просит суд взыскать с АО «Евразруда» в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей, а также судебные расходы за составление искового заявления в сумме 5000 рублей.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал полностью по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования признал частично в сумме возмещения морального ущерба в сумме 100 000 рублей и расходы в сумме 3500 рублей.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, изучив материалы дела, суд считает иск подлежащим удовлетворению частично.

В соответствии с положениями ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

При таком положении у суда первой инстанции в силу прямого указания закона не имелось правовых оснований для отказа работнику в иске к работодателю о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания (ст. 237 ТК РФ).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом, как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", следует понимать "нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина".

Как установлено судом, истец, согласно записи в трудовой книжке, с 13.09.1983 года в принят в Казское Рудоуправление учеником слесаря- ремонтника механического участка;

13.01.1984 года переоформлен эл. Слесарем по ремонту оборудования по 2 разряду на подземные работы добычного участка;

10.04.1984 года уволен в связи с призывом в Советскую Армию;

17.12.2000 года принят учеником проходчика по 1 разряду на подземные работы в ОАО «Кузметкомбинат» горнорудное управление Казский рудник;

04.04.2001 года переоформлен проходчиком по 4 разряду на подземные работы;

31.12.2001 года уволен с Казского рудника ОАО «КМК» в порядке перевода в ООО «Кузнецкий ГОК» Казский рудник;

01.01.2002 года принят переводом проходчиком по 4 разряду на подземные работы с полным рабочим днем;

02.08.2004 года уволен в связи с переводом в ОАО «Евразруда»;

03.08.2004 года принят в Казский филиал, шахта, участок нарезных работ № 5, проходчиком 5 разряда на подземных работах в порядке перевода;

01.10.2004 года переоформлен проходчиком 5 разряда занятый полный рабочий день на подземных работах участка нарезных работ № 5;

01.06.2016 года Казский филиал, шахта, переименован в «Горно-Шорский филиал, Казская шахта»;

08.06.2016 года ОАО «Евразруда» переименовано в АО «Евразруда».

Как следует из материалов дела, согласно акта о случае профессионального заболевания № 25-15 от 20.11.2015 года ФИО2 установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Данное профессиональное заболевание возникло в результате профессиональной деятельности ФИО2, который отработал в должности проходчика подземного 14 лет 10 месяцев.

Установленное у ФИО2 заболевание является профессиональным, возникло и развивалось в результате профессиональной деятельности ФИО2

Непосредственной причиной заболевания является длительный стаж работы в контакте с производственным фактором – 14 лет 10 месяцев, тяжесть трудового процесса.

Наличия вины работника в установленном профессиональном заболевании нет.

По заключению МСЭ от 08.12.2016 года в связи с профессиональным заболеванием ФИО2 – 

<

данные изъяты> ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 %, 30.11.2016 года до 01.12.2017 года.

Данные обстоятельства установлены судом и не оспариваются сторонами.

Суд, с учетом вышеуказанных обстоятельств, считает, что истец, действительно, перенес физические и нравственные страдания, испытал и продолжает испытывать физическую боль в результате профессионального заболевания, испытывает страх за свое здоровье, утратил профессиональную трудоспособность из-за данного профессионального заболевания, испытывает ощущение своей неполноценности в обществе.

Определяя компенсацию морального вреда, суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

На основании изложенного, с учетом принципа разумности и справедливости, степени вины ответчика и страданий истца, суд считает, что иск о компенсации морального вреда в связи с получением профессионального заболевания, должен быть удовлетворен частично, а именно в сумме 130 000 рублей и считает, что эта сумма соответствует степени физических и нравственных страданий истца. Требования истца о компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей суд считает завышенными по вышеуказанным основаниям.

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, другие признанные судом необходимыми расходы.

Как установлено судом, истец не имеет юридического образования, истцом за составление искового заявления адвокату Максимчук Н.Н. оплачено 5000 рублей, что подтверждается квитанцией № 185857 серии АП от 28.04.2017 года.

Суд признает данные расходы необходимыми и подлежащими полному возмещению истцу ответчиком.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральных бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины в связи с тем, что истцы по искам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, освобождаются от уплаты государственной пошлины, его исковые требования удовлетворены частично, ответчик от уплаты судебных расходов не освобожден, следовательно, государственная пошлина в сумме 300 рублей подлежит взысканию с ответчика.

В соответствии с ч.2 ст.61.1 Бюджетного Кодексе РФ в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от следующих федеральных налогов и сборов, в том числе налогов, предусмотренных специальными налоговыми режимами: по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

С ответчика подлежит взысканию в доход Таштагольского муниципального района госпошлина в сумме 300 руб. (ст.333.19 НК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 12,56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «Евразруда» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 130 000 (сто тридцать тысяч) рублей, а также судебные расходы в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Евразруда» госпошлину в бюджет Таштагольского муниципального района в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения.

Председательствующий Н. С. Башмакова