Судья Исламова А.А. Дело № 33-2332/2026 (2 инстанция)

Дело № 2-4496/2025 (1 инстанция)

УИД 52RS0001-02-2025-002956-60

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Соколова Д.В., судей Веселовой Т.Ю., Слеты Ж.В.

при секретаре судебного заседания Ерофееве А.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Соколова Д.В.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода от 15 декабря 2025 г.

по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Нижегородской области о включении в стаж периодов работы, назначении пенсии,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась с вышеуказанным иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Нижегородской области (ОСФР по Нижегородской области), с учетом заявления в порядке статьи 39 ГПК РФ, просила суд:

- обязать ответчика включить в ее общий трудовой и страховой стаж периоды работы с 10 по 31 августа 1983 г. - членство в колхозе «Черновский», с 21 августа по 31 декабря 2008 г. в ООО «АрхиДом», с 1 сентября 2009 г. по 30 июня 2010 г. в ООО «АрхиДом», с 1 июля 2010 г. по 31 декабря 2011 г. в ООО «Архи-дом»; с 1 января по 17 мая 2012 г. в ООО «Архи-дом»; с 17 июня 1996 г. по 7 мая 2001 г. в ТОО «Арис», с 14 мая 2001 г. по 29 ноября 2004 г. в ООО «Арон»;

- обязать ответчика принять расчет ИПК в размере 29,165 баллов при страховом стаже 29 лет 7 месяцев;

- обязать ответчика произвести расчет размера страховой пенсии по старости и назначить выплату с учетом сумм, которые подлежат выплате от даты возникновения права на назначение пенсии с учетом переходного периода, то есть с 7 сентября 2024 г.;

- обязать ответчика считать день назначения страховой пенсии по старости 7 сентября 2024 г. по достижении 58 лет;

- взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины.

Заявленные требования истец мотивировала тем, что 20 августа 2024 г. обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Решением ответчика от 23 августа 2024 г. в назначении страховой пенсии по старости отказано, в связи с недостаточной величиной индивидуального пенсионного коэффициента. После обращения в пенсионный орган с жалобой в порядке подчиненности ИПК составил 23,958 при страховом стаже 18 лет 11 месяцев 24 дня. При назначении страховой пенсии в 2024 г. требуемая величина ИПК должна составлять 28,2. По мнению истца, ответчик необоснованно отказал во включении в страховой стаж спорных периодов работы и назначении пенсии.

Решением Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода от 15 декабря 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит об отмене решения как незаконного и необоснованного. В обоснование доводов указывает, что выводы суда основаны на ошибочном применении и толковании норм материального права, регулирующих вопросы назначения и исчисления страхового стажа для целей назначения страховой пенсии по старости. Считает, что судом дана ненадлежащая оценка наличию надлежащим образом оформленных записей в трудовой книжке относительно осуществления ей трудовой деятельности в спорные периоды.

В возражениях на апелляционную жалобу ОСФР по Нижегородской области просит оставить решение суда первой инстанции без изменения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны не явились, извещены надлежащим образом.

На основании статьи 167 ГПК РФ дело по апелляционной жалобе рассмотрено в отсутствии сторон.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 20 августа 2024 г. ФИО2 обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости (т.1 л.д.117-121).

Решением ОСФР по Нижегородской области от 23 августа 2024 г. [номер] в назначении пенсии по старости отказано, ввиду отсутствия требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента. Страховой стаж истца определен 18 лет 11 месяцев 24 дня, величина ИПК – 19,436 (т.1 л.д.123-124).

11 октября 2024 г. истец повторно обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости (т.1 л.д.97-101).

Решением ОСФР по Нижегородской области от 17 октября 2024 г. [номер] отказано в назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемой величины ИПК, которая составила 19,436, страховой стаж составил 18 лет 11 месяцев 24 дня (т.1 л.д.109).

15 января 2025 г. истец направила в адрес ответчика обращение, на которое получен ответ от 30 января 2025 г., что продолжительность ее страхового стажа составляет 18 лет 11 месяцев 24 дня, величина ИПК составила 23,958, при требуемой 28,2. В назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» отказано (т.1 л.д.24-25).

Полагая свои пенсионные права нарушенными, истец обратилась в суд с вышеуказанным иском.

Разрешая требования о включении в страховой (трудовой) стаж истца периодов работы с 10 по 31 августа 1983 г. в колхозе «Черниговский» и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из отсутствия сведений об отработанных днях и фактическом заработке истца в спорный период.

Установив, что в заявленный период работы с 17 июня 1996 г. по 7 мая 2001 г. в ТОО «Арис» и с 14 мая 2001 г. по 29 ноября 2004 г. в ООО «Арон» сведения о стаже и заработке в отношении истца не передавались, организации административно-хозяйственную деятельность не вели, налоговые отчисления и уплату страховых взносов не производили, пришел к выводу об отсутствии оснований для включения в страховой (трудовой) стаж названных периодов.

Отказывая в удовлетворении требований истца о включении в стаж периодов работы с 21 августа 2008 г. по 31 декабря 2008 г., с 1 января 2009 г. по 30 июня 2010 г., с 1 июля 2010 г. по 31 декабря 2011 г., с 1 января по 17 мая 2012 г. в ООО «Архи-дом», суд первой инстанции исходил из того, что часть указанных периодов работы с 1 января по 31 декабря 2009 г., с 1 апреля по 30 июня 2010 г., с 1 июля 2010 г. по 31 декабря 2010 г., с 1 января по 31 марта 2011 г. включена ответчиком в страховой стаж истца, а остальные периоды обоснованно не учтены пенсионным органом, поскольку в названые периоды истец находилась в отпуске без сохранения заработной платы, а с 1 января по 17 мая 2012 г. истцу не выплачивалась заработная плата и не производились отчисления страховых взносов.

Судебная коллегия, повторно оценив имеющиеся по делу доказательства, находит выводы суда первой инстанции правильными, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее по тексту Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ), вступившим в силу 1 января 2015 г.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

По общему правилу, содержащемуся в части 1 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, и женщины, достигшие возраста 60 лет (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к данному федеральному закону), при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не меньше 30. При этом частью 3 статьи 35 этого федерального закона предусмотрено, что с 1 января 2015 г. страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины 30.

Таким образом, для реализации права на пенсию необходимо также наличие величины ИПК в размере не менее 30 (с учетом переходных положений, предусмотренных часть 3 статьи 35 Федерального закона № 400-ФЗ). Требуемая величина ИПК в 2024 году - не ниже 28,2.

Из приведенных нормативных положений следует, что право на назначение страховой пенсии по старости имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении определенных условий, в частности, при достижении определенного пенсионного возраста, наличии требуемых законом величины индивидуального пенсионного коэффициента и стажа работы.

Частью 3 статьи 36 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ определено, что со дня вступления в силу данного федерального закона Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным федеральным законом в части, не противоречащей данному федеральному закону.

Положения статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусматривают правовой механизм оценки приобретенных до 1 января 2002 г. пенсионных прав застрахованных лиц и регулируют порядок исчисления размера трудовых пенсий.

Из пункта 2 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» следует, что расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 данной статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 данной статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 данной статьи.

При этом варианты определения расчетного размера трудовой пенсии, предусмотренные пунктами 3 и 4 статьи 30 названного Федерального закона, предполагают использование в соответствующих целях либо среднемесячного заработка застрахованного лица за 2000-2001 годы по сведениям индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования, либо среднемесячного заработка застрахованного лица за любые 60 месяцев работы подряд на основании документов, выдаваемых в установленном порядке работодателями или государственными (муниципальными) органами (абзац 7 пункта 3 и абзац 4 пункта 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

Таким образом, размер страховой пенсии по старости при обращении гражданина за назначением страховой пенсии по старости должен определяться пенсионным органом с учетом заработка (дохода), который фактически получал гражданин в период своей трудовой (иной общественно полезной) деятельности, предшествующий назначению пенсии. Право выбора наиболее выгодного периода работы, из которого для определения размера пенсии подлежит учету среднемесячный заработок, принадлежит гражданину.

Положением пункта 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» устанавливался календарный порядок исчисления общего трудового стажа, при этом расчетный размер пенсии не подлежит ограничению.

В пункте 4 статьи 30 этого же Федерального закона предусмотрена возможность исчисления расчетного размера пенсии в порядке, установленном законодательством Российской Федерации по состоянию на 31 декабря 2001 г. Данная норма воспроизводит не только порядок исчисления общего трудового стажа, в том числе с зачетом в него периодов обучения в высших и средних учебных заведениях, но и положения об ограничении размера пенсии определенной суммой (абзац 40).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце «б» подпункта 4 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», в случае выбора гражданином исчисления расчетного размера трудовой пенсии в соответствии с пунктом 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» необходимо иметь в виду, что под общим трудовым стажем понимается суммарная продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности до 1 января 2002 г., в которую включаются периоды, перечисленные в названном выше пункте.

Содержащийся в пункте 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» перечень трудовой и иной общественно-полезной деятельности не предусматривает права включить в общий трудовой стаж периоды обучения в училищах, школах, на курсах по подготовке кадров, повышению квалификации и по переквалификации, в образовательных учреждениях среднего профессионального и высшего профессионального образования (в средних специальных и высших учебных заведениях), пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре.

Указанные выше периоды обучения включаются в общий трудовой стаж в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В пунктах 3 и 4 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» также приведены формулы расчета размер трудовой пенсии.

Согласно части 9 статьи 15 Федерального закона «О страховых пенсиях» величина индивидуального пенсионного коэффициента определяется по формуле: ИПК = (ИПКс + ИПКн) x КвСП, где ИПК - индивидуальный пенсионный коэффициент по состоянию на день, с которого назначается страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности или страховая пенсия по случаю потери кормильца; ИПКс - индивидуальный пенсионный коэффициент за периоды, имевшие место до 1 января 2015 г.; ИПКн - индивидуальный пенсионный коэффициент за периоды, имевшие место с 1 января 2015 г., по состоянию на день, с которого назначается страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности или страховая пенсия по случаю потери кормильца; КвСП - коэффициент повышения индивидуального пенсионного коэффициента при исчислении размера страховой пенсии по старости или страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Материалами дела подтверждается, что пенсионным органом неоднократно производилась оценка пенсионных прав ФИО2, в том числе и исчисление величины индивидуального пенсионного коэффициента по нескольким вариантам расчета из которых выбран наиболее выгодный (л.д.104).

В окончательном варианте величины ИПК истца составила 23,958, что недостаточно для установления страховой пенсии по стрости, поскольку величина ИПК в 2024 г. (на момент обращения с заявлением о назначении страховой пенсии по стрости 15 января 2024 г.) составляла 28,2.

Пенсионные отношения до 31 декабря 2001 года регулировались Законом Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № 340-1 «О государственных пенсиях в РСФСР».

Исходя из положений статей 89 указанного закона в общий трудовой стаж включается любая работа в качестве рабочего, служащего (в том числе работа по найму до установления Советской власти и за границей), члена колхоза или другой кооперативной организации; иная работа, на которой работник, не будучи рабочим или служащим, подлежал государственному социальному страхованию; работа (служба) в военизированной охране, в органах специальной связи или горноспасательной части, независимо от ее характера; индивидуальная трудовая деятельность, в том числе, в сельском хозяйстве.

Как следует из трудовой книжки истца (запись [номер]), она 10 августа 1983 г. принята в чл. колхоза «Черновский»; направлена на учебу в ГСХИ (т.1 л.д.33, оборот).

Согласно архивной справке администрации Большеболдинского муниципального округа Нижегородской области от 7 августа 2025 г. в книге протоколов заседаний правления колхоза «Черновский» Черновского сельсовета Большеболдинского района Горьковской области за 1983 г. сведений о приеме в члены колхоза и увольнении ФИО3 не обнаружено. В протоколе от 16 августа 1983 г. [номер] усматривается: «ФИО3 прошу направить меня колхозным стипендиатом на учебу в ГСХИ по специальности экономист. Решили: направить колхозным стипендиатом в ГСХИ» (т.1 л.д.67).

В книге учета расчетов по оплате труда колхоза «Черновский» Большеболдинского района Горьковской области за 1983 г. сведений о начислении заработной платы с указанием отработанных ч/дней ФИО3 не обнаружено. Указанные обстоятельства об отсутствии сведений об отработанных днях и фактическом заработке в отношении истца за 1983-1985 г.г., отражены в архивной справке от 2 февраля 2022 г. (т.1, л.д.94).

Оценив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе во включении в страховой (трудовой) стаж период работы с 10 по 31 августа 1983 г. так как факт работы истца не подтвержден.

Согласно записям в трудовой книжке истца, она 17 июня 1996 г. принята в ТОО «Арис» бухгалтером-кассиром временно; 7 мая 2001 г. уволена в связи с ликвидацией предприятия по статье 33 пункта 1 согласно Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ г.; 14 мая 2001 г. принята на работу бухгалтером в ООО «Арон»; 29 ноября 2004 г. уволена по собственному желанию по статье 77 пункту 3 Трудового кодекса РФ (т.1, л.д.35).

Суд первой инстанции, установив, что в спорные периоды работы, общества не были зарегистрированы в системе государственного пенсионного страхования, административно-хозяйственная деятельность организаций не велась, налоговые отчисления и страховые взносы не производились, ТОО «Арис» и ООО «Арон» имели одинаковые ИНН, поскольку ООО «Арон» было организовано в связи с ликвидацией ТОО «Арис», ликвидатором и учредителем ООО «Арон» являлся супруг истца – ФИО4, в числе учредителей ТОО «Арис» (л.д.30) были супруг истца ФИО4 и его мать ФИО5 - главный бухгалтер организации, при этом истец, работая в должности бухгалтера и являясь супругой руководителя, располагала реальными возможностями обеспечить уплату работодателем страховых взносов и предоставить соответствующие сведения о факте ее работы в пенсионный орган.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 10 июля 2007 г. № 9-П, невыполнение страхователями требований Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» само по себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение.

Вместе с тем, из правового смысла постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 июля 2007 г. № 9-П следует, что оно направлено на защиту прав тех работников, которые не располагают реальными возможностями обеспечить уплату работодателем недоимки по страховым взносам, поскольку законодательно не предусмотрено гарантий обеспечения прав застрахованных лиц на случай неуплаты страхователем страховых взносов (пункт 4.2., 4.3 постановления).

В разъяснениях, данных в абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» указано, что неуплата страховых взносов физическими лицами, являющимися страхователями (к примеру, индивидуальные предприниматели, адвокаты, нотариусы, занимающиеся частной практикой, главы фермерских хозяйств), исключает возможность включения в страховой стаж этих лиц периодов деятельности, за которые ими не уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Несмотря на то, что руководители предприятия, не поименованы в указанном пункте, приведенные разъяснения применимы и к спорному периоду работы истца, поскольку в период работы в ТОО «Арис» и ООО «Арон», на супруге истца как руководителе предприятия лежала обязанность по уплате страховых взносов, а также передаче данных персонифицированного учета на работников предприятия, в том числе и на истца, в пенсионный орган.

При таких обстоятельствах решение суда в части отказа во включении вышеназванных спорных периодов работы является законным и обоснованным.

Также суд правомерно не включил в страховой (трудовой) стаж периоды работы с 21 августа 2008 г. по 31 декабря 2008 г., с 1 января 2009 г. по 30 июня 2010 г., с 1 июля 2010 г. по 31 декабря 2011 г., с 1 января по 17 мая 2012 г. в ООО «Архи-дом», указав, что периоды работы с 1 января по 31 декабря 2009 г., с 1 апреля по 30 июня 2010 г., с 1 июля 2010 г. по 31 декабря 2010 г., с 1 января по 31 марта 2011 г. включены ответчиком в страховой стаж, а в остальные периоды истец находилась в отпуске без сохранения заработной платы. С 1 января по 17 мая 2012 г. истцу не выплачивалась заработная плата и не производились отчисления страховых взносов, что подтверждается сведениями в индивидуальной лицевом счете и ответом Межрайонной ИФНС России № 20 по Нижегородской области на запрос суда, согласно которому ООО «Архи-Дом» в период с 01 июля 2010 г. по 17 мая 2012 г. административно-хозяйственная деятельность велась, налоговые отчисления по налогу на доходы физических лиц на ФИО2 производились только в 2011 г. (т.1, л.д.133-136, 195-196).

Поскольку судом первой инстанции отказано в удовлетворении исковых требований о включении в страховой (трудовой) стаж спорных периодов, суд обоснованно отказал в производных требованиях принять расчет ИПК в размере 29,165 баллов при страховом стаже 29 лет 7 месяцев; произвести расчет размера страховой пенсии по старости и назначить выплату с учетом сумм, которые должны были выплачены с начала права на назначение пенсии с учетом переходного периода, то есть с 7 сентября 2024 г.; считать день назначения страховое пенсии по старости 7 сентября 2024 г. по достижении 58 лет.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, на существо принятого решения не влияют, повторяют позицию истца в суде первой инстанции, направлены на переоценку установленных в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств и собранных по делу доказательств, при этом не содержат в себе данных, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы правовое значение для разрешения спора по существу.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правильно установил юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, дал им надлежащую правовую оценку, полно исследовал представленные доказательства, постановив законное и обоснованное решение. Нормы материального и процессуального права судом применены верно, оснований к отмене решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода от 15 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 февраля 2026 г.