Дело № 2-93/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

г.Усть-Катава 06 апреля 2017 года 

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе председательствующего Феофиловой Л.В.,

при секретаре Веряшкиной Ж.А., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, Челябинской областной общественной организации «Комитет народного контроля», ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1, с учетом уточнения исковых требований, обратилась в суд с иском к ФИО3, Челябинской областной общественной организации «Комитет народного контроля» (далее - ЧООО «Комитет народного контроля»), обществу с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» (далее - ООО «Эдельвейс) о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, в котором просила взыскать с ФИО3 и ООО «Эдельвейс» компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, обязать ООО «Эдельвейс» опровергнуть не соответствующие действительности, порочащие ее честь, достоинство и деловую репутацию сведения, опубликованные в выпусках газеты «Среди вершин»:

- от 01 сентября 2016 года № 34 в статье «Депутаты и комитет народного контроля», слова «так как здесь налицо коррупционная составляющая»,

- от 29 сентября 2016 года № 38 в статье «Вызываем огонь на себя», слова «117 000 рублей, которые госпожа ФИО1 хотела «умыкнуть» из городской казны при помощи чиновников мэрии и некоторых депутатов»,

- от 19 января 2017 года № 2 в статье «Кому в Усть-Катаве жить хорошо?», слова «она однажды на это уже получила кругленькую сумму в 2015-м году», «нам непонятно, почему вдруг ФИО1 не заметила, что машину ФИО5 купили не за миллион, а дороже более, чем на двести тысяч рублей. Вот вопрос к контрольно-счетной комиссии Собрания и лично к ее руководителю ФИО1».

В обоснование заявленных требований сослалась на то, что ФИО3 в средстве массовой информации «Общественно-политическая газета «Среди вершин», учредителем которой является ООО «Эдельвейс», о ней распространены указанные сведения. Опубликованные сведения не соответствуют действительности, так как летом 2012 года при расширении проезжей (грунтовой) часть улицы Комсомольской была срезана часть косогора, в том числе рядом с принадлежащим ей жилым домом, со временем косогор начал осыпаться. В соответствии с действующим законодательством дорожная деятельность в отношении автомобильных дорог местного значения относится к полномочиям Администрации Усть-Катавского городского округа. Ее обращение, как жителя г. Усть-Катава, было вызвано угрозой обрушения откоса насыпи (косогора) муниципальной дороги ул. Комсомольская в районе д. 138, и, как следствие, возможного причинения вреда ее домовладению. В 2015-м году она в частном порядке написала заявление в Администрацию округа с просьбой укрепить срезанную часть косогора. Осенью 2015 года была уложена «подпорная стенка», которая представляет собой фундаментные бетонные блоки, уложенные в 2 ряда. Весной 2016 года осыпание грунта продолжилось, в связи с чем в 2016-м году, как частное лицо, она повторно обратилась в Администрацию с просьбой укрепить косогор. Собрание депутатов на своем заседании 04 августа 2016 года решение о выделении средств на укрепление подпорной стенки не приняло. 

В результате действий ФИО3 для нее наступили неблагоприятные последствия, выразившиеся в том, что постоянные нападки в средствах массовой информации формируют негативное общественное мнение о ней, как о коррупционере. Она является председателем контрольного органа, должностным лицом, негативные высказывания в ее адрес и обвинение в коррупции негативно сказываются на ее деловой репутации. 

Определением суда от 27 февраля 2017 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4 (л.д. 80).

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле определением суда, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом (л.д. 142).

В судебном заседании 28 марта 2017 года исковые требования полагал не подлежащими удовлетворению.

Ответчик ФИО4, являющаяся также представителем общества с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 132), в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом.

В судебном заседании 28 марта 2017 года в удовлетворении исковых требований просила отказать.

Суду пояснила, что публикации, о которых идет речь, являются оценочными суждениями ФИО3 и газеты, это предположение, которое не означает недостоверность. Любой человек имеет право на основании собственного опыта сделать выводы и предположить. 

Представитель ответчика ЧООО «Комитет народного контроля» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом (л.д. 143, 145).

Учитывая наличие сведений о надлежащем извещении ответчика ФИО4, ФИО3 и представителя ответчика ЧООО «Комитет народного контроля», отсутствие сведений об уважительности причин их неявки, суд определил отказать в удовлетворении ходатайств ФИО3 и представителя ответчика ЧООО «Комитет народного контроля» об отложении судебного заседания, рассматривать дело в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со ст.21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для ее умаления.

Достоинство и право на защиту своего доброго имени признаются за каждым человеком и охраняются государством как высшие ценности (ст. 2, 21, 23 Конституции). Статьей 23 Конституции Российской Федерации предусмотрено право каждого на защиту своей чести и доброго имени. 

Согласно ст.152 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу (п.7).

Правовым основанием возможности защиты чести, достоинства и деловой репутации гражданина выступают положения статьи 152 ГК РФ, из содержания пункта 1 которой следует, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Для отнесения к порочащим сведения должны носить характер утверждения, иметь относимость к уже произошедшему событию или действию и содержать информацию, относящуюся к конкретным действиям гражданина. Бремя доказывания такого характера сведений, а также факта распространения таких сведений лицом, к которому предъявлен иск, возлагается на истца. Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. 

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

При разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует руководствоваться не только нормами российского законодательства (ст. 152 ГК РФ), но и в силу ст. 1 ФЗ от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» учитывать правовую позицию Европейского суда по правам человека, выраженную в его постановлениях и касающуюся вопросов толкования и применения данной Конвенции (прежде всего ст. 10), имея при этом в виду, что используемое Европейским судом по правам человека в его постановлениях понятие диффамации тождественно понятию распространения не соответствующих действительности порочащих сведений, содержащемуся в ст. 152 ГК РФ.

Как установлено судом, в выпусках общественно-политической газеты «Среди вершин», издаваемой ООО «Эдельвейс», опубликованы ряд статей:

1) в номере от 01 сентября 2016 года № 34 «Депутаты и комитет народного контроля», автор О.Булаенко, из текста которой следует, что в ней освещена информация о проведении очередного заседания Собрания депутатов Усть-Катавского городского округа, в том числе о выступлении на Собрании председателя комитета народного контроля ФИО3 (л.д. 25);

2) в номере от 29 сентября 2016 года № 38 «Вызываем огонь на себя», автор ФИО3 по поручению правления комитета народного контроля, с информацией, в том числе, об обсуждении на внеочередном собрании депутатов выделения средств на устройство подпорной стенки около дома 138 по ул. Комсомольской и наличия интереса ФИО1 в положительном решении данного вопроса (л.д. 33, оборот),

3) в номере от 19 января 2017 года № 2 «Кому в Усть-Катаве жить хорошо?» подзаголовок «Вопрос о доверии» автор ФИО3 от имени правления Усть-Катавского Комитета народного контроля, с информацией о выделении более 100 000 рублей на подпорную стенку для ФИО1, и получении ею на эти цели денежных средств в 2015-м году (л.д. 29-30).

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

В ходе производства по делу авторство ФИО4 и ФИО3, публикация статей в газете, учредителем которой является ООО «Эдельвейс», нашло свое подтверждение.

Высказывания авторов статьей истец полагает не соответствующими действительности, порочащими ее честь, достоинство и деловую репутацию.

В коде производства по делу истец ФИО1 поясняла, что порочащими ее честь, достоинство и деловую репутацию являются фразы:

в № 31 газеты «Среди вершин» от 01 сентября 2016 года в статье «Депутаты и комитет народного контроля»: «возможно, причина в том, что стена понадобилась чиновнице администрации ФИО1» и «сейчас комитет народного контроля собирает материалы по данному факту, чтобы обратиться в правоохранительные органы, так как здесь налицо коррупционная составляющая», поскольку из содержания статьи можно сделать вывод, что подпорная стенка установлена к ее дому, тогда как она установлена к муниципальной дороге и расположена на земельном участке, который ей не принадлежит;

в № 2 газеты «Среди вершин» от 19 января 2017 года статья «Кому в Усть-Катаве жить хорошо?»: «как смогло просочиться в проект решения Собрания депутатов выделение более 100 тысяч рублей на подпорную стенку для госпожи ФИО1. Она на это уже получила кругленькую сумму в 2015 году». Эта фраза использована без кавычек, однако никаких денег она не получала, денежные средства выплачены подрядчику. Работы не были проведены в полном объёме, она написала об этом в администрацию, то есть высказала озабоченность в состоянии муниципальных дорог. Деньги в данном случае выделялись для решения вопроса местного значения. - бесспорно. Обоснование этих работ было - была смета, она прилагалась к пакету документов. Как у контрольно-счётного органа у меня нет оснований для отклонения этого проекта решения. Проект решения поступил в собрание депутатов. Проведена работа бюджетной комиссии. Депутаты рассматривают проект решения конкретно по каждой сумме. Решение было вынесено на собрание депутатов. Как они голосуют при принятии решений, я не знаю и не могу на них повлиять - это право депутатов. Тем более, я не присутствовала. 

В этой же статье фраза: «Нам непонятно, почему вдруг ФИО1 не заметила, что машину ФИО5 купили не за миллион, а дороже более, чем на 200 000 рублей. Вот вопрос к контрольно-счетной комиссии и лично к ее руководителю ФИО1». Истец пояснила, что денежные средства были выделены по смете в размере 1 000 000 рублей, но нашлись дополнительные средства, и автомобиль купили дороже, однако никаких нарушений в этом нет, так как закон в данном случае разрешает приобретать автомобиль стоимостью не более 1 500 000 рублей, это требование соблюдено,

в № 38 от 29 сентября 2016 года газеты «Среди вершин» статья «Вызываем огонь на себя» фразы: «При выяснении всех обстоятельств, не указанных в газетах, стало известно, что дом имеет отношение к интересам ФИО1, - «главному ревизору мэрии». Она, как мы считаем, решила за счет народных средств совместно с заместителями мэра ФИО6, Дьячковским и ФИО7 «протолкнуть» данное решение через депутата ФИО8 в Собрание депутатов», «Мы считаем, что признаки коррупции, такие как злоупотребление служебным положением должностных лиц, в том числе ФИО1, присутствуют» и «и тех зарезервированных денег, которые госпожа ФИО1 хотела «умыкнуть» из городской казны при помощи чиновников мэрии и некоторых депутатов...» Истец пояснила, что данная информация не соответствует действительности, коррупционного состава нет. Она не является чиновником-ревизором администрации, не использует должностные полномочия для своих нужд. Данный вопрос рассмотрен на заседании антикоррупционной комиссия, которая не нашла фактов коррупции и рекомендовала обратиться в суд за защитой чести и достоинства. 

Исследовав данные публикации в полном объеме в совокупности с материалами дела, пояснениями сторон и показаниями свидетелей, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, поскольку указанные сведения не являются порочащими, то есть не содержат утверждение о нарушении ФИО1 морально-этических норм, действующего законодательства, осуществлении какой-либо противоправной деятельности, в том числе подпадающей под признаки коррупционной, недобросовестности при осуществлении профессиональной деятельности, которые умаляют честь и достоинство или деловую репутацию истца.

Пунктом 10 ст. 152 ГК РФ предусмотрено, что правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности. 

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации» судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абз. 3 п. 9).

Высказывание считается утверждением факта, если возможно установить его истинность. Однако во многих случаях истинность или ложность доказать практически невозможно или крайне затруднительно. В таких случаях имеет место выраженное мнение, истинность которого не может быть установлена: мнение не может быть ни истинным, ни ложным. Мнение может быть ошибочным или крайним, не становясь при этом ложным. 

Европейский суд по правам человека в Постановлениях от 21 июля 2005 г. по делу «Гринберг (Grinberg) против Российской Федерации» (жалоба № 23472/03); от 5 октября 2006 г. по делу «Захаров (Zakharov) против Российской Федерации» (жалоба N 14881/03); от 11 февраля 2010 г. по делу «Федченко (Fedchenko) против Российской Федерации» (жалоба N 33333/04) усматривает важность разграничения оценочных суждений от утверждений о фактах и недопустимости привлечения к ответственности за первый тип высказываний этих двух категорий. 

Согласно правовой позиции Европейского суда, выраженной им в указанных Постановлениях, в то время как факты могут быть доказаны, правдивость оценочных суждений не поддается доказыванию. 

Требование доказать достоверность оценочного суждения невыполнимо и само по себе нарушает свободу выражения мнения, которая представляет собой основополагающую часть права, гарантированного ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 

Из формулировок фраз, содержащих, по мнению истца, утверждения, порочащие ее честь, достоинство и деловую репутацию, следует, что они являются выражением личного мнения, способом доведения информации, не выходящим за рамки степени преувеличения, предположением, в отдельных случаях содержат вопросительную интонацию автора.

В частности, фраза в статье «Депутаты и комитет народного контроля» начинается со слова «Возможно», при этом автор статьи ФИО4 дополнительно подчеркивает, что высказанное суждение является предположением ФИО3 (л.д. 23).

Фразы в статье «Вызываем огонь на себя» также содержат слова, позволяющие отнести информацию к личному мнению ФИО3 и членов правления Комитета народного контроля, по поручению которых она опубликована: «Она, как мы считаем» и далее по тексту, «Мы считаем» и далее по тексту, «Думаю, что мэром вопрос будет решен положительно» и далее по тексту. При этом слово «умыкнуть» в предложении поставлено автором в кавычки, что придает ему иной смысл, отличный от прямого значения, на которое ссылается истец в исковом заявлении.

То обстоятельство, что ФИО3 в статьях отражено мнение группы лиц подтверждается показаниями свидетеля ФИО10, являющегося с 02 марта 2017 года председателем Усть-Катавского филиала Комитета народного контроля (л.д. 94-97), который суду пояснил, что статьи рассматривались на заседаниях правления народного контроля, члены правления одобрили их содержание, статьи подписаны более 2/3 от общего числа членов правления.

Фразы в статье «Кому в Усть-Катаве жить хорошо?» построены в форме вопросов: «Как смогло просочиться» и далее по тексту, «Почему вдруг ФИО1 не заметила» и далее по тексту, в связи с чем их нельзя отнести к утверждениям.

Кроме того, изложенная в статье информация не обладает признаком недостоверности, поскольку, как установлено в судебном заседании, в проекте решения Собрания депутатов Усть-Катавского городского округа содержалось решение о направлении на устройство подпорной стенки по ул. Комсомольская, 138 денежных средств в размере 116,9 тыс.руб (л.д. 53-54), в 2015-м году на установку подпорной стенки у данного дома были выделены и израсходованы 13 000 рублей (л.д. 10-13, 40-41), из пояснений истца следует, что автомобиль, о котором идет речь в статье, приобретен за сумму, превышающую 1 000 000 рублей.

Слова автора о том, что денежные средства выделяются на подпорную стенку для ФИО1, а также что она однажды на это уже получала кругленькую сумму, являются способом доведения информации, основанном на индивидуальном восприятии и оценке соответствующих действительности сведений, поскольку указанные решения принимались на основании заявлений истца, являющейся владельцем дома 138 по ул. Комсомольской (л.д. 17-21), что ею не оспаривалось.

Суд также учитывает, что публичность граждан, исходя из равенства всех перед законом (ч. 1 ст. 19 Конституции Российской Федерации), не влияет на подход суда при решении вопросов о правах, обязанностях и ответственности, закрепленных в нормативных правовых актах Российской Федерации. Публичными фигурами являются те лица, которые занимают государственную должность и (или) пользуются государственными ресурсами, а также все те, кто играет определенную роль в общественной жизни, будь то в области политики, экономики, искусства, социальной сфере, спорте или в любой иной области.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является председателем контрольно-счетной комиссии Усть-Катавского городского округа, муниципальным служащим, отнесенным к высшей категории должностей муниципальной службы (л.д. 112-121).

В Постановлении от 21 июля 2005 г. по делу «Гринберг (Grinberg) против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека указал, что «свобода выражения мнения представляет собой один из основных принципов демократического общества и одно из основополагающих условий его развития, а также реализации способностей и возможностей каждого человека. С учетом положений пункта 2 статьи 10 Конвенции свобода выражения мнения распространяется не только на информацию и мнения, воспринимаемые положительно, считающиеся неоскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на оскорбительные, шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых бы не существовало демократического общества.

Как следствие этого, «в рамках пункта 2 статьи 10 Конвенции существует малозначительная возможность наложения ограничений на политические выступления и дебаты по вопросам, представляющим общественный интерес. Более того, границы допустимой критики в отношении государственного служащего, осуществляющего свои властные полномочия, могут быть шире, чем пределы критики в отношении частного лица, поскольку первый неизбежно и сознательно открывает себя для тщательного наблюдения за каждым своим словом и поступком со стороны журналистов и большей части общества, и, следовательно, он должен проявлять большую степень терпимости. Безусловно, политический деятель имеет право на защиту собственной репутации даже тогда, когда он действует в своих личных интересах, однако интересы защиты репутации должны ставиться в сравнение с интересами открытой дискуссии по политическим вопросам» (п. 25 Постановления ЕСПЧ по делу «Гринберг (Grinberg) против Российской Федерации»; п. 42 Постановления ЕСПЧ от 8 июля 1986 г. по делу «Лингенс (Lingens) против Австрии» 

<

5>).

В Постановлении по делу «Федченко (Fedchenko) против Российской Федерации» Европейский суд выразил свое мнение о том, что критика является допустимой, когда «использование заявителем конкретных оборотов или фраз, разговорных выражений или сленговых слов в рассматриваемых фрагментах не вышло за рамки степени преувеличения или провокации, разрешенной статьей 10 Конвенции, и, соответственно, не оправдывало установления ограничений его права на свободу выражения мнения».

Субъективная оценка ФИО3, высказанная им лично, а также по поручению Комитета народного контроля не сопряжена с ограничением или умалением неимущественных прав ФИО1, а является реализацией права на свободу слова, которое предусмотрено ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ.

Суд полагает, что оценочные суждения автора статьи не выходят за пределы приемлемой критики, направленной против ФИО1 как муниципального служащего, то есть публичного должностного лица, и не требуют соразмерной компенсации. Изложенное в статьях мнение не носило оскорбительного характера, а выражение своего субъективного мнения не может быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК. 

При таких обстоятельствах суд считает, что ФИО1 не представлено доказательств наличия совокупности обстоятельств, являющихся основанием для удовлетворения ее требований о защите чести, достоинства и деловой репутации, в связи с чем требования как в части возложения обязанности опровержения указанных ею сведений, так и в части взыскания компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Требования о признании порочащими и не соответствующими действительности опубликованных сведений относятся к основанию иска и самостоятельному разрешению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, Челябинской областной общественной организации «Комитет народного контроля», ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Усть-Катавский городской суд. 

Председательствующий подпись Л.В.Феофилова Решение не вступило в законную силу