Судья Баланов О.В. Дело № 22-4647/2024

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

27 сентября 2024 года г. Новосибирск

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Соколовой Е.Н.,

при секретаре Тибановой А.В.,

с участием прокурора прокуратуры Новосибирской области Дзюба П.А.,

адвоката Шишкина А.Н.,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Шишкина А.Н. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Болотнинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> УССР, ранее не судимый,

- осужден по ч.1 ст.264 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 1 год, с установлением ограничений и обязанностей: запретить покидать пределы соответствующего муниципального образования (

<

адрес>), изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; обязать ежемесячно один раз являться на регистрацию в указанный орган в установленное им время. 

На основании ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

По делу разрешены вопросы о мере пресечения, процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств,

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступления совершено им ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Вину в совершении преступления ФИО1 не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Шишкин А.Н. просит отменить приговор суда как незаконный, необоснованный и несправедливый.

По доводам апелляционной жалобы, выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, вина ФИО1 в совершении преступления не нашла своего подтверждения в ходе судебного следствия, имеются неустранимые сомнения в квалификации его действий, которые в силу ч. 3 ст. 49 Конституции РФ и ч. 3 ст. 14 УПК РФ должны быть истолкованы в пользу подсудимого. 

Обращает внимание на показания потерпевшего ФИО2, который являлся пассажиром автомобиля ФИО1, которые последовательно согласуются с показаниями самого ФИО1 и свидетельствуют о его невиновности в ДТП и неукоснительном соблюдении правил движения. Так из его показаний следует, что ФИО1 двигался с учетом гололеда, со скоростью 45-50 км в час, при разрешенных 70 км в час для грузовых автомобилей, на данном участке дороги вне населенного пункта, скорость он не превышал и двигался со скоростью потока. При обнаружении опасности в виде резкой и полной потери видимости вызванной автомобилем КДМ, ФИО1 применил торможение и остановился, предвидеть, что произойдет полная потеря видимости, он не мог.

Полагает, что к показаниям свидетелей ФИО3 и К. С.В. следует отнестись критически, так как они описывают дорожную ситуацию в выгодном для себя свете, чтобы исключить себя из числа лиц, нарушивших правила дорожного движения и не нести ответственность. 

Так, из показаний ФИО3 следует, что была ясная погода, гололед, осадков в момент движения не было, скорость движения 45-50 км в час, у кафе резко выехала машина КДМ. Он показал, что сбросил скорость до 20-25 км в час, а после утверждает, что ему показалось, что ФИО1 на манипуляторе хотел обогнать КДМ. Указывает, что встречный транспорт был далеко и затем сообщает, что автомобиль ФИО1 не видел, то есть видимость пропала непосредственно у отбойников, потом указывает, что на него едет манипулятор Исудзу, далее говорит, что кузов манипулятора поперек дороги стоит, потом сообщает, что поперек дороги стоял автомобиль ФИО1. Данные пояснения ФИО3 говорят о том, что он ехал вслепую и ничего не видел на дороге перед столкновением.

Также обращает внимание, что 

<

данные изъяты> утверждал, что при потере видимости он продолжил движение с учетом его дистанции до автомобиля ФИО1 и при его скорости у него была возможность остановиться, даже со скорости 30 км в час, при этом дистанция была на момент потери видимости 100 метров и автомобиль ФИО1 удалялся от него снижая скорость.

Акцентирует внимание на показаниях свидетеля К., из которых можно сделать вывод о том, что он получил травму не от удара в автомобиль ФИО1, а от столкновения с автомобилем под управлением 

<

данные изъяты> который был на встречной полосе в результате движения вслепую. Грузовая платформа автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 имеет высоту 90 сантиметров, а высота пола кабины ФИО4 имеет высоту 125 см, плюс высота от пола до его колена 50 сантиметров, его кабину порвало под самую крышу, из чего следует, что травма К. не могла наступить после столкновения с автомобилем ФИО1, а только и исключительно от столкновения с автомобилем и прицепом под управлением ФИО3, который ехал вслепую по встречной полосе.

Указывает, что свидетели 

<

данные изъяты> очевидцами преступления не были и их показания к картине ДТП никакого отношения не имеют, свидетели ФИО5, ФИО6 являются сотрудниками ДПС, которые составили схему ДТП.

Полагает, что показания свидетеля ФИО6 нуждаются в критической оценке, который сообщил, что прибыв на место, был установлен механизм ДТП идентичный описанному в обвинении следователем, но при этом не указывает по каким признакам этот механизм был установлен. Утверждает, что ФИО1 якобы ему пояснил, что не справился с управлением и выехал на встречную полосу, где совершил столкновение со встречным автомобилем. ФИО1 этого инспектора впервые увидел в судебном заседании, никаких пояснений он ему не делал и сделать не мог ввиду своего состояния здоровья, непосредственно после ДТП, затем свидетель показал, что 

<

данные изъяты> был на встречной полосе и следом дополнил, что 

<

данные изъяты> после ДТП остался в своей полосе и на встречную полосу тот не выезжал, чем этот свидетель противоречит сам себе и схеме ДТП, где 

<

данные изъяты>, очевидно, располагается на встречной полосе движения, а также фотографиями с места ДТП. В суде первой инстанции, обозрев схему ДТП, выяснили, что 

<

данные изъяты> располагался чуть на встречной полосе, но исходя из произведенных замеров на месте происшествия, то видно что при ширине полос по 4 метра его автомобиль находится 2.7 метра от края встречной полосы передним левым колесом, а задним 2.4 метра от края встречной полосы, то соответственно его автомобиль находился 1.3 метра передним и 1.6 метра задним колесами на встречной полосе при общей ширине машины в 2.5 метра, соответственно больше половины находится на встречной полосе. 

Просит учесть, что в судебном заседании 

<

данные изъяты> пояснил, что автомобиль КДМ тормозил и ФИО1 его объезжал по встречной полосе, но это опровергается как показаниями ФИО1, так и 

<

данные изъяты> Отмечает, что отвечая на вопрос о том, как 

<

данные изъяты> установил механизм ДТП, свидетель ответил, что прибыв на место, не мог установить механизм ДТП, но очевидцы пояснили ему направления движения автомобилей и тогда 

<

данные изъяты> сделал вывод о том, как двигались автомобили, и как произошло ДТП. При этом кто эти очевидцы, свидетель не указывает и в уголовном деле данные лица отсутствуют. Показания данного свидетеля противоречивы, источники осведомленности не установлены, размышления о механизме ДТП носят явно надуманный характер.

Считает, что автотехнические экспертизы, проведенные по постановлениям следователя, выполнены поверхностно, имеют суждения фантазийного характера, когда эксперт делает предположения, а не выводы на основании фактических сведений. Полагает, что суд отверг заключение эксперта ФИО7 по надуманным причинам не соответствующим действительности. 

Полагает, что заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ нуждается в критической оценке. Так, по 2 и 3 вопросам, относительно границ проезжей части, расположения автомобилей под управлением ФИО1 и К. и автомобилем под управлением ФИО3, эксперт ответил, что выводы по этим вопросам изложены при установлении механизма происшествия, но экспертным путем установить механизм не удалось и сделан вывод, основанный на предположении. Однако такое доказательство воспринято судом в подтверждение виновности ФИО1

В судебном заседании суда апелляционной инстанции адвокат Шишкин А.Н., осужденный ФИО1 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили приговор суда отменить, оправдав ФИО1, прокурор Дзюба П.А. возражал против доводов апелляционной жалобы, просил приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, отсутствия в действиях осужденного состава преступления, установленных судом первой инстанции, опровергаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.

По существу доводы жалобы сводятся к предложению переоценить оцененные судом первой инстанции доказательства, что не может служить безусловным основанием для отмены приговора, поскольку в силу ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Всем приведенным в апелляционной жалобе доказательствам судом дана оценка, обоснованность которой у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд в приговоре привел убедительную и всестороннюю оценку показаниям свидетелей, касающихся событий преступлений и с такой оценкой апелляционный суд согласен, поскольку она основана на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и отвечает правилам оценки доказательств, установленным уголовно-процессуальным законом.

Виновность ФИО1 в содеянном подтверждается совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы, и поэтому являются объективными.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности вины ФИО1 по мнению суда апелляционной инстанции, являются несостоятельными, были предметом обсуждения суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты совокупностью исследованных доказательств, приведенных в приговоре.

Выводы суда первой инстанции в части тех конкретных действий, которые совершил осужденный по причинению тяжкого вреда здоровью ФИО2 по неосторожности, объективно подтверждаются относимыми, допустимыми и достаточными доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Так, из показаний свидетеля ФИО6 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился в экипаже ДПС совместно с инспектором ФИО5, около 21 часа 00 минут поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествия на трассе 

<

данные изъяты>» в районе 130 км. Они выехали на место ДТП, установили, что водитель ФИО1, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> двигаясь со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> совершил столкновение с автомобилем «ФИО4», который двигался во встречном направлении со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, под управлением К. С.В. После чего автомобиль «Ивеко», который двигался со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> под управлением ФИО3 совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты> В ДТП пострадали водитель автомобиля «

<

данные изъяты> ФИО1, его пассажир ФИО2

Они составили протокол осмотра места ДТП и схему, зафиксировав расположение транспортных средств на проезжей части, с участием понятых. Снегоуборочной машины на месте не было. 

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на службе, в экипаже ДПС совместно с инспектором Барсуком М., им поступила заявка о ДТП. Они выехали на место ДТП - к 130 километру трассы, там столкнулись грузовые автомобили. Он составлял схему ДТП и протокол осмотра места происшествия, все участники, кто был на месте – расписались, замечаний не поступало ни от кого. Представленную ему схему узнает, действительно составлял ее, все в схеме указано верно. 

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что он работает водителем на автомобиле 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, около 20 часов 00 минут он заступил на работу, на указанном автомобиле он выехал из 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, в тот день была метель. 

На его автомобиле были включены проблесковые маяки, он производил чистку дорожного покрытия, двигался со скоростью около 50 км/ч. От диспетчера он узнал, что в районе 130 км трассы Р-255 

<

данные изъяты> произошла авария, он поехал к месту ДТП, увидел там три грузовых автомобиля, один из которых находился в кювете справа, по ходу движения в 

<

адрес>, два грузовых автомобиля находились на проезжей части. На месте уже работали сотрудники ДПС и «скорая помощь». После того, как трактор растянул данные автомобили, он на автомобиле КДМ расчистил проезжую часть. 

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов по 08 часов следующего дня он находился на работе, на суточном дежурстве, работал на автомобиле 

<

данные изъяты> В период с 20 часов 00 минут по 21 час 00 минут ему позвонил диспетчер и сообщил, что на трассе 130 км произошло столкновение с участием трех грузовых автомобилей. Он и ФИО10 поехали на участок трассы 

<

данные изъяты>, а именно на 130 км. В тот день, то есть ДД.ММ.ГГГГ на трассе работали две КДМ машины, одной из них управлял ФИО8, который чистил дорогу в сторону 

<

адрес>. 

Прибыв на место ДТП, обнаружили столкновение трех грузовых автомобилей. Минут через 10 на место ДТП приехал автомобиль КДМ под управлением ФИО8, на его автомобиле «

<

данные изъяты> были включены проблесковые маячки спереди и сзади, данный автомобиль было хорошо видно. На месте было двое или трое пострадавших, сотрудники ГИБДД. Его и ФИО10 сотрудник полиции пригласил в качестве понятых, была составлена схема и протокол. На трассе в тот момент шел снег и был гололед. Слева в кювете при движении в 

<

адрес> находился автомобиль «Ивеко» (70 регион), который лежал «на боку». На правой полосе движения в сторону 

<

адрес> находилось два автомобиля: один 

<

данные изъяты>, второй «ФИО4». Как он понял, два автомобиля Исузу Форвард и «ФИО4» двигались со стороны 

<

адрес>, а третий автомобиль, который находился в кювете, двигался со стороны 

<

адрес>. По всей проезжей части были осколки. На месте кто-то из водителей сказал, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не справился с управлением на гололеде, выехал на встречную полосу, где совершил столкновение с автомобилем «Ивеко» (70 регион), который ехал со стороны 

<

адрес>, а после чего автомобиль Исузу Форвард совершил столкновение с автомобилем «ФИО4», который ехал со стороны 

<

адрес>. Он и ФИО10 поставили свои подписи в протоколе осмотра и схеме. После составления всех документов, ФИО8 расчистил проезжую часть от осколков. От водителей никаких замечаний и заявлений на месте ДТП не было.

Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что с подсудимым не знаком, вражды или неприязни ни с кем нет. ДД.ММ.ГГГГ он ехал на автомобиле «Ивеко» из Новосибирска в Юргу, потом в Абакан и Красноярск. На данном автомобиле выехал из 

<

адрес> после обеда. Когда он пересек 

<

адрес> и проехал на территорию 

<

адрес>, то сбросил скорость до 50 км/ч, так как был гололед. Он проехал 

<

адрес>, перед 

<

адрес> образовалась колонна из 6 автомобилей, перед ним на дорогу выскочил автомобиль КДМ, за ним двигался автомобиль «Исузу Форвард» (манипулятор). Водитель манипулятора попытался обогнать КДМ, но тот, видимо, дал газу, опустил лопату и стал чистить снег, поднялась пурга, видимости не было. Он стал отставать от манипулятора, тормозил двигателем, так как был гололед, загрузка машины была 16 тонн. В этот момент из-за пелены он увидел манипулятор, который находился поперек дороги, встречный автомобиль «Ивеко» тащил 

<

данные изъяты> в его сторону. Ему некуда было отворачивать, произошло столкновение с 

<

данные изъяты> (манипулятором). Он вышел из машины, позвонил хозяину машины. Вскоре приехали сотрудники полиции, спасатели, «скорая помощь». Сотрудники ГИБДД составили схему, он подписал ее. 

Из показаний свидетеля К. С.В. следует, что он работает водителем автомобиля марки «ФИО4» регистрационный знак 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время двигался на автомобиле по федеральной трассе 

<

данные изъяты> в направлении 

<

адрес>. На участке дороги 130 км он увидел автомобиль дорожной службы, который двигался ему навстречу, осуществляя чистку автодороги от снега. Автомобиль дорожной службы поднял сильный снег, видимость была плохая. Он почувствовал сильный удар по левой стороне кабины его автомобиля, от удара автомобиль выехал на обочину и остановился, «лег» на правый бок. С каким автомобилем произошло столкновение - он не видел из-за пурги. На место ДТП приехали сотрудники ГИБДД, «скорая помощь», его доставили в больницу. Там он лежал в одной палате с ФИО1, от него он узнал, что произошло столкновение с автомобилем «Исузу Форвард», ФИО1 был водителем данного автомобиля. ФИО1 рассказал, что притормозил на гололеде, его автомобиль занесло на его полосу движения. Сам он лично этого не видел. 

Объективно показания свидетелей подтверждаются письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места ДТП и схемой к нему от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого зафиксирована обстановка на месте ДТП (автодороге трассы Р-255 «Сибирь» в районе 130 км, на территории 

<

адрес>), обнаружены автомобили с механическими повреждениями, составлена фототаблица;

- протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого был осмотрен автомобиль «ФИО4 450» 

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> с полуприцепом фургоном «

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> обнаружены и описаны повреждения, составлена фототаблица;

- протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого был осмотрен автомобиль «

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, обнаружены и описаны механические повреждения, составлена фототаблица;

- протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого был осмотрен автомобиль «ФИО4 

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, с полуприцепом - контейнеровозом № регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, обнаружены и описаны механические повреждения, составлена фототаблица;

- заключением судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, у К. С.В. установлены следующие телесные повреждения: закрытый, оскольчатый перелом левого надколенника, отек мягких тканей в области левого коленного сустава, которые образовались от действия твердого тупого предмета, возможно в результате ДТП, в срок ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается данными медицинских документов. К. С.В. был причинен вред здоровью в виде временного нарушения функции коленного сустава продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня), так как указанный срок необходим для консолидации перелома, поэтому он согласно пункту 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № н, расценивается как СРЕДНЕЙ тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья;

- заключением судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, у ФИО2 установлены следующие телесные повреждения: ссадины на лице, ушибленная рана передней брюшной стенки слева, кровоподтек в лонной области, разрыв лонного сочленения, перелом боковой массы крестца справа, разрыв подвздошно- крестцового сочленения слева, перелом 3 ребра слева без смещения, гематома левого предплечья, перелом средней трети диафиза обеих костей левого предплечья, перелом тела 2 пястной кости правой кисти, перелом дужек второго шейного позвонка, смещение позвонка, краевой перелом нижнего угла тела второго шейного позвонка, которые образовались от действий твердых тупых предметов, возможно в результате ДТП, в срок ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается данными медицинских документов. Данные телесные повреждения оцениваются в совокупности, согласно п. 6.1.6 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № н, по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни человека, поэтому оценивается как ТЯЖКИЙ вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- заключением судебно- автотехнического эксперта №,643/7-5 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, место столкновения автомобилей 

<

данные изъяты> и «ФИО4» г/н № регион, а также автомобилей «ФИО4» г/н № регион и «ФИО4» г/н № регион расположено, вероятно, на полосе движения автомобиля «ФИО4» г/н № регион. Водители автомобилей ФИО4 г/н № регион и ФИО4 г/н № должны были руководствоваться требованиями п. 10.1 абзац 2 «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства». Даже остановка автомобиля ФИО4 г/н № регион в соответствии с требованиями п. 10.1 абз.2 Правил дорожного движения, не исключает возможности столкновения со встречным автомобилем 

<

данные изъяты>

- заключением судебно- автотехнического эксперта №, 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого: механизм дорожно-транспортного происшествия можно разделить на три стадии: первая стадия механизма дорожно- транспортного происшествия, процесс сближения - начинается с момента возникновения опасности для движения, когда для предотвращения происшествия (или уменьшения тяжести последствий) требуется немедленное принятие водителем необходимых мер, и заканчивается в момент первичного контакта транспортных средств. На этой стадии обстоятельства происшествия в наибольшей степени определяются действиями его участников: поскольку материалами дела следов торможения транспортных средств не зафиксировано, то и определить их скорость движения не представляется возможным. Направление движения автомобилей перед столкновением указано в постановлении о назначении экспертизы. Их расположение по ширине проезжей части. Определить точные места столкновения транспортных средств, участников происшествия относительно границ проезжей части экспертным путем не представляется возможным. Проведенное исследование позволяет предположить, что место столкновения автомобилей 

<

данные изъяты> и «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, а также автомобилей «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> и «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион расположено, вероятно, на полосе движения автомобиля «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. Материалами дела не зафиксировано каких-либо признаков, позволяющих установить расположение транспортных средств по ширине проезжей части до момента столкновения. Вторая стадия механизма дорожно-транспортного происшествия- взаимодействие между транспортными средствами- начинается с момента первичного контакта и заканчивается в момент, когда воздействие одного транспортного средства на другое прекращается, и они начинают свободное движение. Установить механизм взаимодействия транспортных средств при столкновении не представляется возможным. Третья стадия механизма дорожно-транспортного происшествия - процесс отбрасывания (движения после столкновения)- начинается с момента прекращения взаимодействия между транспортными средствами и начала их свободного движения, а заканчивается в момент завершения движения под воздействием сил сопротивления. Наиболее полные данные, необходимые для установления механизма дорожно-транспортного происшествия могут быть получены при первичном осмотре и исследовании места происшествия. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п.п.: 9.4. Вне населенных пунктов водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части; 10.1 (абзац). Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Водитель автомобиля «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2). При возникновении опасности меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2). При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В случаях, когда встречное транспортное средство не было заторможено, вопрос о технической возможности у водителя предотвратить столкновение путем торможения не имеет смысла, так как ни снижение скорости, ни остановка не исключает возможности столкновение. Даже остановка автомобиля «Ивеко» регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион (в соответствии с требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения) не исключает возможности столкновения со встречным автомобилем 

<

данные изъяты>

-иными доказательствами, изложенными в приговоре.

Указанные и иные доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре, не согласиться с которой суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Оценив в совокупности приведенные доказательства, суд пришел к правильным выводам о доказанности вины осужденного в том, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности ФИО1

Как видно из материалов дела, при его рассмотрении, суд проявил объективность, полно и объективно проверив все представленные доказательства, подробно привел их в приговоре, и, приводя в приговоре эти доказательства, суд указал основания, в силу которых он положил их в основу приговора, и мотивы, по которым отверг другие доказательства.

Приведенную в приговоре совокупность доказательств суд признал достаточной для разрешения дела по существу с постановлением обвинительного приговора, и в данную совокупность доказательств входит не только показания свидетелей К., 

<

данные изъяты> об обстоятельствах совершенного преступления, которые они наблюдали непосредственно во время преступления, но и иных свидетелей, заключения экспертов и письменные доказательства. Эти доказательства взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждая фактические обстоятельства, при которых осужденный совершил преступление.

Исследовав все представленные доказательства, суд, вопреки доводам жалобы адвоката, устранил все возникшие противоречия путем сопоставления и оценки исследованных доказательств.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, так как суд привел в приговоре описание преступления, совершенного осужденным, указал место, время, способ его совершения, форму вины.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что виновность осужденного в содеянном им установлена совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, и все выводы суда о доказанности его вины соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированны и поэтому являются объективными, но не предположительными.

Имеющимся в материалах дела экспертным заключениям, первой инстанции также дана надлежащая оценка, как верно указано судом, экспертные заключения отвечают требованиям норм уголовно-процессуального закона, выводы экспертов мотивированы, обоснованы, убедительны и однозначны; сомнений в компетенции экспертов не имеется.

Показаниям осужденного и его доводам о его невиновности в инкриминируемом ему преступлении, показаниям потерпевшего ФИО2 о соблюдении осужденным правил дородного движения при управлении транспортным средством в приговоре суда также дана надлежащая оценка. При этом, основываясь на совокупности доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО1, управляя транспортным средством и являясь водителем, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, на стадии предварительного расследования не допущено.

В материалах дела не имеется и в суд первой инстанции не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Данную судом первой инстанции оценку доказательств по делу суд апелляционной инстанции находит правильной.

Что касается представленного в ходе судебного следствия стороной защиты экспертного заключения, то оно получило свою должную оценку в приговоре суда.

Согласно ч. 1 ст. 57 УПК РФ, эксперт - лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном настоящим Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения. 

В силу ч. 1 ст. 80 УПК РФ, заключение эксперта - представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ведущим производство по уголовному делу, или сторонами. 

Так, эксперт ФИО11 в нарушение требований ч. 1 ст. 80 УПК РФ, высказывал в своем заключении оценочные суждения относительно выводов экспертного заключения, допустил высказывания, направленные на переоценку обстоятельств дела, то есть, вышел за рамки имеющихся у него полномочий. Оценка доказательств, а равно, как и установление фактических обстоятельств дела, относится к исключительной компетенции суда.

Суд апелляционной инстанции считает, что представленные документы с процессуальной точки зрения экспертным заключением по смыслу ст. 80 УПК РФ, признано быть не может, поскольку его автор не был привлечен к участию в данном деле в порядке, предусмотренном УПК РФ, а именно ст. ст. 57, 269. Кроме того, исходя из требований ст. 57 УПК РФ, эксперт, давший своё заключение, надлежащим образом об уголовной ответственности не предупреждался, его компетенция не удостоверена, не выяснено его отношение к осужденному, потерпевшему, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства в суде первой инстанции не привлекался к участию в деле в качестве эксперта в порядке, установленном УПК РФ, и его письменное мнение не может расцениваться как доказательство по настоящему уголовному делу.

С учетом этого, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что изложенные в заключении выводы эксперта в части механизма дорожно-транспортного происшествия, места контакта транспортного средства (2), виновности К. С.В. в дорожно-транспортном происшествии, возможности водителя К. С.В. избежать столкновения, противоречат имеющимся в деле доказательствам, а потому не ставят под сомнение выводы судебной автотехнической экспертизы.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, изложенными в приговоре, о том, что в сложившейся дорожной ситуации ФИО1 были нарушены положения п. п. 1.4, 1.5, 9.4, 10.1 ПДД РФ.

Так, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, около 20 часов 10 минут управляя технически исправным автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак 

<

данные изъяты> в условиях темного времени суток, заснеженного асфальтового покрытия проезжей части с гололедом, следовал с пассажиром ФИО2 по автодороге 

<

данные изъяты> по направлению от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, по территории 

<

адрес>. 

В пути следования, водитель ФИО1, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог их предвидеть, в нарушение требований пунктов п. 1.4, 1.5, 9.4, 10.1 Правил дорожного движения РФ не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности, не оценил дорожные условия, избрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил дорожного движения РФ и в 

<

данные изъяты> автодороги 

<

данные изъяты> 

<

адрес>, на участке с гололедом, не справился с управлением своим транспортным средством, совершил столкновение с барьерным ограждением дороги, справа по ходу движения своего транспортного средства. От удара о барьерное ограждение автомобиль «Исузу Форвард» регистрационный знак 

<

данные изъяты> развернуло поперек дороги, с заездом частично на полосу встречного движения, где на расстоянии около 110 м от километрового столба «130», произошло столкновение указанного автомобиля с автомобилем «ФИО4 

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> с полуприцепом - контейнеровозом № регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением водителя К. С.В., который двигался во встречном направлении, со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. От удара автомобиль «

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1 отбросило на свою полосу движения, где произошло столкновение указанного автомобиля с автомобилем «ФИО4 450», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с полуприцепом фургоном 

<

данные изъяты> регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО3, который двигался со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. 

В результате чего ФИО1 по неосторожности причинил пассажиру своего автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО2 телесные повреждения, которые оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Водителю автомобиля «ФИО4 

<

данные изъяты> К. С.В. причинил средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья.

Судом правильно установлены последствия совершенного преступления, а именно степень тяжести причиненного вреда, конкретные телесные повреждения, причиненные потерпевшему ФИО2, которые произошли именно в результате нарушения ФИО1 указанных выше норм ПДД РФ, именно его противоправные действия находились в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, в результате которого причинены телесные повреждения ФИО2

Судом проверялись доводы защиты о нарушении ПДД РФ иными участниками дорожно-транспортного происшествия в момент следования по проезжей части, перед столкновением с автомобилем ФИО1, что, по мнению защиты, и привело к возникновению ДТП. Данные утверждения автора жалобы противоречат материалам уголовного дела, вышеприведенным доказательствам по уголовному делу, которые полностью подтверждают вину ФИО1 в инкриминированном ему деянии. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного ФИО1, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного, по делу отсутствуют.

Вопреки доводам жалобы, суд, тщательно исследовав все обстоятельства дела, устранив все противоречия и правильно оценив все доказательства в их совокупности, пришел к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, и верно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Оснований для вывода об отсутствии в его действиях состава преступления отсутствуют. 

При разрешении вопроса о наказании суд правильно исходил из требований ст. 60 УК РФ и учел характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, все данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

При этом суд обоснованно признал обстоятельствами, смягчающими наказание наличие на иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья осужденного, его положительную характеристику личности и учел их при назначении наказания. 

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание, суд не усмотрел, что не противоречит требованиям ст. 60 и ст. 61 УК РФ, в соответствии с которыми признавать обстоятельствами, смягчающими наказание, иные, не указанные в законе, является правом, но не обязанностью суда. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Правовых оснований для применения положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется. Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью осужденного, его поведением во время и после совершения преступлений, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд также не установил, в связи с чем не нашел оснований и для применения ст. 64 УК РФ. 

Из приговора также видно, что все выводы о виде и размере наказания судом мотивированы.

Суд первой инстанции в полной мере учел все обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса о мере наказания ФИО1, в том числе и условия жизни семьи осужденного, и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения осужденному наказания в виде ограничения свободы, поскольку его исправление и перевоспитание возможно без изоляции от общества.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание, является мотивированным, справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного и полностью отвечающим задачам исправления осужденного, оснований для его изменения не имеется.

В соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 8 ст. 302 УПК РФ, при несогласии ФИО1 с предъявленным ему обвинением и прекращением уголовного дела, судом первой инстанции обоснованно принято решение о необходимости освобождения ФИО1 от назначенного ему наказания по ч. 1 ст. 264 УК РФ в виде ограничения свободы, в связи истечением двухгодичного срока давности уголовного преследования за данное преступление.

Таким образом, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

Приговор Болотнинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу и дополнения к ней адвоката Шишкина А.Н. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

Председательствующий: /подпись/ Соколова Е.Н.

Копия верна

Судья Новосибирского областного суда Соколова Е.Н.