Судья Маркиниди В.А. Дело № 22-3495/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 22 августа 2024 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Щербакова С.А.,

при секретаре Германе Э.В., 

с участием: 

прокурора Богданова А.С.,

защитника обвиняемых ФИО1 и ФИО2 в лице адвоката Власенко А.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора Курского района Казаровой Л.С. на постановление Курского районного суда Ставропольского края от 3 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимой, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.173.3, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, и

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ,

возвращено прокурору Кировского района Ставропольского края на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изучив доводы апелляционного представления, возражений на него, материалы уголовного дела, выслушав мнение прокурора Богданова А.С. об отмене постановления по доводам апелляционного представления, выступление защитника обвиняемых ФИО1 и ФИО2 - адвоката Власенко А.Н., об оставлении постановления без изменения, суд

установил:

постановлением Курского районного суда Ставропольского края от 3 мая 2024 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.173.3, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ и ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, возвращено прокурору Кировского района Ставропольского края на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 и ФИО2 оставлена без изменения. 

Не согласившись с постановлением, помощник прокурора Курского района Казарова Л.С. подала апелляционное представление, согласно которого указала на его незаконность и необоснованность. Со ссылкой на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 27 февраля 2018 года № 274-0 и ст.220 УПК РФ считает, что в обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения ФИО16. и ФИО2 вмененных им преступлений, способы их совершения, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения данного уголовного дела по существу. Отмечает, что вопреки доводам суда, объектом преступления, предусмотренного п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, являются общественные отношения в области маркировки алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками. Предметом такого преступления выступает алкогольная продукция, независимо от того, кем она произведена и соответствует ли она требованиям государственных стандартов для определенной марки данной продукции. Согласно материалам дела умысел ФИО23 и ФИО2 был направлен на приобретение, хранение, перевозку в целях сбыта и продажу именно алкогольной продукции. Именно в этом качестве эта продукция предназначалась для дальнейшей реализации и имела все внешние признаки алкогольной (бутылки, этикетки) с указанием конкретного вида и наименования, содержала определенные объемные доли этилового спирта. Учитывая данные обстоятельства, полагает, что отсутствие в справках об исследовании и заключениях экспертов выводов о том, что изъятая продукция является алкогольной, на что обращено внимание суда, на правильность квалификации действий обвиняемых не влияет. Таким образом, изъятая продукция образовывала предмет преступления, предусмотренного п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ. Указывает, что вопреки доводам суда одновременное указание при описании преступных действий ФИО17 и ФИО2 по приобретению, хранению, перевозке в целях сбыта и продаже немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, не препятствовало суду исключить излишне вмененный признак состава преступления, не ухудшая при этом положение ФИО18 и ФИО2 Обращает внимание, что 14 сентября 2023 года судья Маркиниди В.А. вынес постановление о возвращении прокурору имеющегося в его производстве уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, после чего, этим же судьей повторно 4 апреля 2024 года принято к производству данное уголовное дело и назначено судебное разбирательство, по результатам которого вынесено обжалуемое постановление о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ. Считает, что повторное участие судьи Маркиниди В.А. в рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 ставит под сомнение беспристрастность и объективность данного состава суда. Просит постановление отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Власенко А.Н. указал на несостоятельность его доводов, которые просил оставить без удовлетворения, а также на соответствие обжалуемого постановления требованиям ст.7 УПК РФ, которое просит оставить без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ, постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным, и признается таковым, если оно постановлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении уголовного и уголовно-процессуального законов.

Данные требования закона судом первой инстанции не соблюдены.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения судом иного решения на основе данного заключения.

Однако, таковых нарушений уголовно-процессуального закона, как оснований для возвращения уголовного дела прокурору, по настоящему уголовному делу не имеется.

В силу положений действующего законодательства, обвинительное заключение является итоговым процессуальным документом, завершающим стадию досудебного производства по уголовному делу. На основании утвержденного прокурором обвинительного заключения дело рассматривается судом по существу, исходя из сформулированного в заключении обвинения, существо которого, в том числе, место и время совершения преступления, его способ и мотивы, а также другие обстоятельства, имеющие значение для дела, должны быть указаны в обвинительном заключении согласно положениям ст.220 УПК РФ.

В соответствии с п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года №28 (в редакции от 15.05.2018 года) «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» (с изменениями и дополнениями, вступившими в силу с 15.12.2022 года), при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого; обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление не подписаны следователем (дознавателем), обвинительное заключение не согласовано с руководителем следственного органа либо не утверждено прокурором, обвинительный акт или обвинительное постановление не утверждены начальником органа дознания или прокурором; в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении отсутствуют указание на прошлые неснятые и непогашенные судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу.

Согласно п.п.3-5 ч.1 ст.220 УПК РФ, обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение и краткое изложение их содержания. Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе, существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу, полной квалификацией действий обвиняемого.

Таким образом, законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого, дело возвращается прокурору, - это наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела, не устранимых в судебном заседании и исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Суд апелляционной инстанции, учитывая изложенное, проверив изложенные в постановлении выводы суда первой инстанции, считает, что в постановлении не приведены конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору, а выводы суда о нарушениях уголовно-процессуального закона, допущенных при составлении обвинительного заключения не обоснованы.

Как следует из постановления суда, основанием к возвращению уголовного дела прокурору послужило то обстоятельство, что орган предварительного расследования в обвинительном заключении описал инкриминированное ФИО1 и ФИО2 преступное деяние, предусмотренное п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, как приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта и продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, совершенные в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, но в подтверждении виновности в совершении указанного деяния привел справки об исследовании №307 от 27 апреля 2022 года и №580 от 19 августа 2022 года, согласно которых представленная на исследование жидкость является спиртосодержащей и не соответствует ГОСТу. Данные обстоятельства, по мнению суда, указывают на противоречие между видом жидкости, определенной справками и предъявленным ФИО24 и ФИО2 обвинением по совершению указанных действий с алкогольной продукцией, то есть, как полагает суд, следствием не выяснен вопрос, относится ли изъятая в бутылках жидкость к числу алкогольной продукции.

Также, суд первой инстанции пришел к выводу, что в предъявленное ФИО25 и ФИО2 обвинение не конкретизировано, поскольку из предъявленного обвинения не усматривается, в чем конкретно они обвиняются - в приобретении, хранении, перевозке в целях сбыта и продаже немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками.

Однако, указанные выводы суда не основаны на нормах материального права и не соответствуют требованиям ст.237 УПК РФ.

Соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО20 и ФИО2 соответствует требованиям статьи 220 УПК РФ, нарушений закона при его составлении, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, не имеется. 

Как следует из обвинительного заключения, предъявленное ФИО22. и ФИО2 обвинение содержит в себе все необходимые сведения, предусмотренные статьей 220 УПК РФ, то есть, в обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения инкриминированных обвиняемым преступлений, способы их совершения, мотивы, последствия, формулировки предъявленного обвинения с указанием пункта, части и статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за указанные преступные деяния, перечень доказательств, подтверждающих, по мнению органа предварительного расследования, обвинение ФИО21. и ФИО2, краткое изложение их содержания.

Каких-либо противоречий в описании инкриминируемого деяния, которые бы не позволяли обвиняемым уяснить для себя существо предъявленного ему обвинения и защищаться от него всеми доступными средствами, в обвинении не содержится.

Вывод суда о том, что органом следствия не выяснен вопрос, относится ли изъятая в бутылках жидкость к числу алкогольной продукции сделан судом первой инстанции без учета того, что по смыслу закона объектом преступления, предусмотренного ч.6 ст.171.1 УК РФ, являются общественные отношения в области маркировки алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками. Предметом такого преступления выступает алкогольная продукция, независимо от того, кем она произведена и соответствует ли она требованиям государственных стандартов для определенной марки данной продукции. 

Более того, указав на не конкретность предъявленного обвинения в части одновременного вменения органом следствия двух видов обязательной маркировки, а именно «акцизными марками» либо «федеральными специальными марками», суд не учел разъяснение, содержащееся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», согласно смыслу которого, когда неправильно вменен какой-либо из квалифицирующих признаков преступления, однако, это не влечет изменения квалификации содеянного на другую статью или часть статьи Особенной части УК РФ, суду достаточно в описательно-мотивировочной части приговора с приведением надлежащих мотивов указать, что обвинение в этой части признано необоснованным, а не нашедшие подтверждения квалифицирующие признаки исключить из обвинения. Аналогичным образом подлежит применению уголовный закон при выводе суда о неправильном вменении диспозитивного признака. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что указанные в постановлении суда обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения дела по существу.

Суд первой инстанции не был лишен возможности вынести законное и обоснованное судебное решение на основании составленного в соответствии со ст.220 УПК РФ по делу обвинительного заключения, так как в нем указано существо обвинения, место, время совершения преступления, формулировка предъявленного обвинения и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, предъявленное ФИО19 и ФИО2 обвинение подлежит проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

Кроме того, судом первой инстанции допущено нарушение уголовно-процессуального закона, в части процедуры проведения предварительного слушания, которое назначено судом соответствии с требованиями ч.1 ст.234 УПК РФ в закрытом судебном заседании, о чем свидетельствует постановление от 4 апреля 2024 года (т.6 л.д.171) и протокол судебного заседания на бумажном носителе, однако, фактически судом проведено в открытом слушании, о чем свидетельствует приобщенный диск с аудиозаписью заседания суда (т.6 л.д.193а). 

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции не находит правовых оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, в связи с чем, обжалуемое постановление подлежит отмене, как вынесенное с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, могущим повлечь лишение или ограничение законных прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, на его осуществление в разумный срок, а уголовное дело направлению на судебное рассмотрение в тот же суд.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Курского районного суда Ставропольского края от 3 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.173.3, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ и ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, возвращено прокурору Кировского района Ставропольского края на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом - отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление - удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом обвиняемые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Щербаков С.А.