Дело №2-613/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 октября 2025 года г. Колпашево Томской области

Колпашевский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Шачневой А.А.,

при секретаре Тишкиной К.А., 

помощник судьи ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью микрофинансовая компания «Вэббанкир», обществу с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Фабула» о защите прав потребителя, о признании договора уступки прав недействительным, внесении в пункт договора займа изменения об установлении запрета на уступку прав требований третьим лицам, взыскании компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Колпашевский городской суд 

<

адрес> с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью микрофинансовая компания «Вэббанкир» (далее - ООО МФК «Вэббанкир») о признании договора уступки прав (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ в части уступки прав требований по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и ООО МФК «Вэббанкир» недействительным; внесении в пункт 13 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и ООО МФК «Вэббанкир», изменения, установив запрет на уступку прав требований третьим лицам; взыскании компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, штрафа в соответствии с законом «О защите прав потребителей» в размере 10 000 рублей; судебных расходов, связанных с направлением копии иска в размере 91,2 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле соответчиком привлечено ООО ПКО «Фабула».

В обоснование заявленных исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ответчиком был заключен договор займа №. Решением Колпашевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № удовлетворены его исковые требования, п.13 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и ООО МФК «ВЭББАНКИР», в части разрешения на уступку прав требований признано недействительным положением, а также установлено нарушение требований п.13 ч.9 ст.5 Закона «О потребительском кредите». Решение суда вступило в законную силу. ДД.ММ.ГГГГ им было получено письмо на электронную почту от ответчика с уведомлением об уступке прав требований по данному договору. Между тем, при наличие законодательного запрета и отсутствия согласия на уступку прав требования и передачу своих персональных данных третьим лицам в рамках данного договора ответчик, надлежащим образом осведомленный и участвовавший в рамках гражданского дела, в котором установлено отсутствие согласия на уступку прав требования, с целью своих личных интересов и финансовой выгоды, осуществил уступку прав требований по данному договору ДД.ММ.ГГГГ в пользу ООО ПКО «Фабула». Ссылаясь на п. 1 ст. 388 ГК РФ, ст. 12 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" от 21.12.2013 N 353-ФЗ, полагает, что ответчик, зная об отсутствии согласия на уступку прав требований по договору, полном лишении его возможности выразить запрет на уступку прав требований, укрывая эти сведения от третьих лиц, ради своей финансовой выгоды осуществил уступку прав требований и передал его персональные данные третьим лицам. Считает договор цессии, заключенный ответчиком, в части уступки прав требований в отношении него недействительным. Также с учетом того, что он желал выразить запрет на уступку прав требований при заключении договора, но ответчик ему в этом прямо воспрепятствовал, что установлено судебным решением, считает по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ним и ООО МФК «ВЭББАНКИР», в п.13 необходимо внести изменения в части запрета на уступку прав требований. В результате действий ответчика ему был причинен моральный вред, выраженный в негативных чувствах переживаний и обмана, распространение и обработку его персональных данных против его согласия третьими лицам, допущенного со стороны юридического лица, обязанного хранить его персональные данные в тайне, а также действия ответчика с прямым умыслом причинить вред его правам ради своей коммерческой выгоды. Размер компенсации, с учетом обстоятельств дела, осознанных и виновных действий ответчика, требований разумности и справедливости, оценивает в размере 20 000 рублей, так как именно данная денежная компенсация может сгладить и компенсировать причинение ему морального вреда.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, при подаче иска ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия, предоставив письменные дополнения к исковому заявлению, в которых пояснил, что кредитор вправе уступить права (требования) только следующим лицам (ч.1 ст. 12 Закона о потребительском кредите, п. 1 ст. 388 ГК РФ): юрлицу, чья профессиональная деятельность — предоставление потребительских займов; юрлицу, чей основной вид деятельности — возврат просроченной задолженности физлиц; специализированному финансовому обществу; физлицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после образования просроченной задолженности. При этом нельзя уступить права (требования), если в договоре потребительского займа есть запрет на уступку. Потребительский заем — это тот, который выдан профессиональными кредиторами. Это кредитные и некредитные финансовые организации, в частности микрофинансовые, а также кредитные кооперативы, ломбарды (п. 3 ч. 1 ст. 3, ст. 4 Закона о потребительском кредите, ч. 2.1 ст. 3 Закона о микрофинансовых организациях, ч. 2 ст. 4 Закона о кредитной кооперации, п. 15 ст. 40.1 Закона о сельскохозяйственной кооперации, ч. 1.1 ст. 2 Закона о ломбардах). Как разъяснил Банк России, запрет на уступку по договору потребительского займа относится к индивидуальным условиям этого договора. Их согласовывают кредитор и заемщик индивидуально (п. 13 ч. 9 ст. 5 Закона о потребительском кредите, Информационное письмо Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N ИН-015-59/123). В рамках индивидуальных условий указанного договора заемщику должно быть предоставлено право выбора: согласиться на уступку прав (требований) или запретить ее. Выбор в пользу запрета не должен препятствовать заключению договора потребительского займа. Заемщик должен сделать выбор в течение предусмотренного срока для принятия решения о заключении договора потребительского кредита (займа) — пять рабочих дней со дня предоставления ему индивидуальных условий, если кредитор не установил больший срок (Информационное письмо Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N ИН-015-59/123). Содержание условия договора потребительского займа об уступке кредитором третьим лицам прав (требований) по договору отражается в 13 строке таблицы индивидуальных условий договора потребительского займа. Ее форма установлена Указанием Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N 3240-У (Информационное письмо Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N ИH-015-59/123). Новому кредитору необходимо изучить договор потребительского займа и убедиться, что в нем есть графа, позволяющая заемщику выбрать, согласиться или запретить уступку, с рукописной отметкой, подтверждающей согласие. Отметка, сделанная не собственноручно, а типографским способом означает, что заемщик согласия на уступку не выражал (Постановление Арбитражного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N №). Согласие заемщика также может быть выражено в его заявлении о заключении договора займа. Если же согласие на уступку просто включено в типовой договор, на содержание которого заемщик не мог повлиять, такое условие нарушает права заемщика-потребителя и он не будет обязан платить новому кредитору (п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, п. 1 ст. 388 ГК РФ). На основании ч.5 ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившегося истца.

Представитель ответчика ООО МФК «Вэббанкир», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в порядке ст.113 ГПК РФ во взаимосвязи с ч.1 ст.165.1 ГК РФ, в судебное заседание не явился, предоставив письменные пояснения в виде ответа, которым с заявленными истцом требованиями не согласился, указав, что общество является микрофинансовой организацией и осуществляет микрофинансовую деятельность в соответствии с законодательством РФ, в том числе, Федеральным законом от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях». ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (далее по тексту - Клиент) и Обществом был заключен договор нецелевого потребительского займа (микрозайма) № (далее по тексту - Договор), подписанный электронной подписью Клиента (аналогом собственноручной подписи) в соответствии с ФЗ «Об электронной подписи», ФЗ «О потребительском кредите (займе)» и Гражданским кодексом РФ. Перед подписанием Договора Клиенту было предоставлено право ознакомиться со всеми его условиями, в том числе о согласии на уступку прав требования задолженности по Договору третьим лицам (п.13 Договора). Подписав Договор Клиент согласился с данными условиями и принял на себя обязанность по их соблюдению. Общество не является кредитной организацией (банком) и не открывает Клиентам счета, не выпускает банковские карты. Денежные средства по Договору предоставляются Клиенту на счет банковской карты по ее номеру, указанной Клиентом при оформлении заявления. Денежные средства были перечислены Клиенту по реквизитам банковской карты №, указанной в заявлении. В связи с тем, что обязательства по Договору не были исполнены Общество уступило права требования по Договору. Данным ответом также просит рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

На основании положений ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Представитель ответчика ООО ПКО «Фабула» в судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, также не явился, каких-либо ходатайств не заявлял.

На основании положений ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя указанного ответчика.

Суд, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему выводу. 

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2).

Положениями статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1).

Из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 этого же Кодекса) (пункт 10).

Как разъяснено в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (ч. 2 ст. 382, ч. 3 ст. 388 ГК РФ).

Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (ч. 3 ст. 388 ГК РФ) (пункт 17).

Частью 1 статьи 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" установлено, что кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном данным Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.

Юридические и физические лица не вправе требовать исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) в случае, если на момент его заключения первоначальный кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а на момент уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) новый кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическим лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированным финансовым обществом или физическим лицом, указанным в письменном согласии заемщика, предусмотренном частью 1 статьи 12 настоящего Федерального закона (часть 5 статьи 13 указанного Федерального закона).

Из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО МФК «Вэббанкир» усматривается, что основным видом деятельности данного юридического лица является деятельность микрофинансовая (код ОКВЭД 64.92.7).

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц основным видом деятельности ООО ПКО «Фабула» является деятельность агентств по сбору платежей и бюро кредитной информации (код ОКВЭД 82.91), в качестве дополнительных видов деятельности указаны также предоставление займов и прочих видов кредита (код ОКВЭД 64.92).

При этом Федеральный закон от 03 июля 2016 г. №230-Ф3 «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», устанавливает правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Согласно части 1 статьи 12 указанного Федерального закона от 03 июля 2016 г. №230-Ф3 юридическое лицо приобретает права и обязанности, предусмотренные настоящим Федеральным законом для профессиональной коллекторской организации, со дня внесения сведений о нем в государственный реестр и утрачивает такие права и обязанности со дня исключения сведений о юридическом лице из государственного реестра, если иное не предусмотрено настоящей главой.

Соответственно деятельность по возврату просроченной задолженности с физических лиц имеют право осуществлять юридические лица, внесенные в государственный реестр.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 15 декабря 2016 г. №670 и пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 28 ноября 2023 г. №1999, Федеральная служба судебных приставов является федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным вести государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности и федеральный государственный контроль (надзор) за деятельностью юридических лиц, включенных в указанный реестр.

Согласно сведениям из реестра профессиональных коллекторских организаций, размещенным в открытом доступе на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов исполнителей (

<

данные изъяты>) ООО ПКО «Фабула» внесено в государственный реестр профессиональных коллекторских организаций ДД.ММ.ГГГГ решением №-ИБ, реестровый номер – 152.

Решением Колпашевского городского суда 

<

адрес> по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворены исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью микрофинансовая компания «Вэббанкир» о защите прав потребителя, признании условия договора займа недействительным, взыскании компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов удовлетворить. В частности, признаны нарушенными требования п. 13 ч. 9 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» при заключении договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью микрофинансовая компания «Вэббанкир». Пункт 13 Индивидуальных условий договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО МФК «Вэббанкир», в части согласия заемщика на уступку займодавцем третьим лицам прав (требований) по договору признан недействительным.

На основании чести 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как следует из указанного судебного постановления судом установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор займа № с ООО МФК «Вэббанкир» с использованием электронной подписи путем автоматического проставления уникального символьного кода, сгенерированного займодавцем.

Суд пришел к выводу, что в данном случае ответчиком в одностороннем порядке сформировано условие п. 13 Индивидуальных условий договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ в части согласия заемщика на уступку кредитором прав (требований) по договору без учета мнения заемщика.

Также при установленных обстоятельствах суд пришел к выводу о нарушении ответчиком прав истца при заключении договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ, выразившееся в непредоставлении выбора между согласием на уступку прав (требований) и ее запретом, что не соответствует п.13 ч. 9 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». Следовательно, в рассматриваемом случае сторонами договора не согласовано условие об уступке прав (требования).

Из доводов истца, отраженных в исковом заявлении следует, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (ст. 180 ГК РФ). Признание судом недействительной части сделки в данном случае не приводит к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать (п.п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ, п. 100 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как усматривается из материалов дела ДД.ММ.ГГГГ между ООО МФК «Вэббанкир» (цедент) и ООО ПКО «Фабула» (цессионарий) заключен договор уступки права требования №, по которому к цессионарию перешло право требования по договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что переход права требования по спорному договору займа в силу заключенного договора уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО МФК «Вэббанкир» - цедентом и ООО ПКО «Фабула» - цессионарием состоялся после вынесения Колпашевским городским судом 

<

адрес> решения по делу № от ДД.ММ.ГГГГ о признании п.13 Индивидуальных условий договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Кроме того, на момент заключения договора займа первоначальный кредитор ООО МФК «Вэббанкир» являлось юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а на момент уступки прав требования по договору потребительского займа новый кредитор ООО ПКО «Фабула» являлось юридическим лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц, внесенным в государственный реестр профессиональных коллекторских организаций.

При таких обстоятельствах уступка прав (требований) осуществлена надлежащему юридическому лицу.

Кроме того, с учетом вышепоименованных доказательств, организационно-правовой формой ответчика является «ООО», в связи с чем указание истцом во вводной части иска на иную организационно-правовую форму ответчика «ПАО» суд расценивает как техническую ошибку.

В соответствии с изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснениями уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 этого же Кодекса) (пункт 10).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако из условий вышеуказанных договора уступки прав требования и договора о предоставлении потребительского займа не следует, что личность кредитора имеет для должника существенное значение.

Доказательств того, что цедент и цессионарий, совершая уступку прав требования, действовали с намерением причинить вред должнику, в материалы дела не представлено.

Как уже указывалось выше из решения Колпашевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что пункт 13 Индивидуальных условий договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным ввиду одностороннего формирования ООО МФК «Вэббанкир» указанного пункта.

Вместе с тем вопреки доводам истца признание данного пункта недействительным не свидетельствует о выраженном ФИО1 запрете на уступку прав требований.

Таким образом, указанное выше позволяет отнести ООО ПКО «Фабула» к лицам, перечисленным в части 1 статьи 12 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредитовании». Следовательно, в отсутствие соответствующего законодательного запрета ООО МФК «Вэббанкир» было вправе осуществить уступку прав по договору займа с ФИО1 на основании договора уступки права требования ООО ПКО «Фабула» без согласия на это должника.

Также суд, принимая во внимание положения части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации, закрепленные в Федеральном законе Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №152-ФЗ «О персональных данных», не установил оснований полагать, что при заключении договора уступки права требования стороны действовали с намерением причинить вред должнику, поскольку обработка персональных данных необходима цессионарию для взыскания просроченной задолженности, право требования которой перешло к нему по договору уступки прав требований и отдельного согласия субъекта персональных данных для передачи от первоначального кредитора его правопреемнику при их использовании в рамках данного договора не требуется. Оснований полагать, что полученные ООО МФК «Вэббанкир» персональные данные ФИО1 использованы или будут использованы с нарушением требований Федерального закона «О персональных данных» у суда не имеется.

На основании изложенного суд не усматривает оснований для удовлетворения требования ФИО1 о признании договора уступки прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО МФК «Вэббанкир» и ООО ПКО «Фабула» в части уступки прав требований по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, в удовлетворении искового требования в данной части следует отказать.

Разрешая требование о внесении в пункт 13 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО МФК «Вэббанкир», изменения, установив запрет на уступку прав требований третьим лицам, суд приходит к следующему:

Условие о возможности запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) согласно п. 13 ч. 9 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» относится к индивидуальным условиям договора потребительского кредита (займа), которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Как следует из вышеуказанного имеющего преюдициальное значение решения Колпашевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ суд пришел к выводу о нарушении ответчиком прав истца при заключении договора потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ, выразившееся в непредоставлении выбора между согласием на уступку прав (требований) и ее запретом, что не соответствует п.13 ч. 9 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». Следовательно, в рассматриваемом случае сторонами договора не согласовано условие об уступке прав (требования).

При этом также установлено, что из доводов истца, отраженных в исковом заявлении следует, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (ст. 180 ГК РФ). Признание судом недействительной части сделки в данном случае не приводит к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать (п.п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ, п. 100 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом изложенного в удовлетворении требования о внесении в пункт 13 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО МФК «Вэббанкир», изменения, установив запрет на уступку прав требований третьим лицам также надлежит отказать.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Согласно ч. 6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Следовательно, поскольку при рассмотрении заявленных требований не было установлено нарушений прав истца как потребителя, у суда не имеется оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда и штрафа, предусмотренных Законом РФ "О защите прав потребителей".

Поскольку настоящим решением исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения, то в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы, связанных с направлением копии иска, возмещению также не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью микрофинансовая компания «Вэббанкир», обществу с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Фабула» о признании договора уступки прав (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ в части уступки прав требований по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО МФК «Вэббанкир» недействительным; внесении в пункт 13 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО МФК «Вэббанкир», изменения, установив запрет на уступку прав требований третьим лицам; взыскании компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, штрафа в соответствии с законом «О защите прав потребителей» в размере 10 000 рублей; судебных расходов, связанных с направлением копии иска в размере 91 рубля 20 копеек отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: А.А. Шачнева

В окончательной форме решение принято 20 октября 2025 года.

Судья: А.А. Шачнева

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>