Дело № 2-69/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Усть-Большерецк Усть-Большерецкого района 16 мая 2019 года

Камчатского края

Усть-Большерецкий районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи – Курданова В.О.,

при секретаре – Махмадиевой З.Р.,

с участием 

прокурора – Заплутахина Д.В.

истца – ФИО1

представителя ответчика - ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному автономному учреждению «Редакция газеты «Ударник» Усть-Большерецкого муниципального района о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к муниципальному автономному учреждению «Редакция газеты «Ударник» Усть-Большерецкого муниципального района о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец сослалась на то, что увольнение считала незаконным, поскольку с 06.04.2016г. по 05.04.2019г. состояла в трудовых отношениях с МАУ «Редакцией газеты «Ударник» с. Усть-Большерецк, при этом в период с 01.01.2018 г. по 05.04.2019 г. находилась в отпуске по уходу за ребенком, кроме того истец является многодетной матерью. 05.04.2019г. около 09 часов 30 минут ей позвонила главный редактор газеты ФИО2 и сообщила, что необходимо явиться на рабочее место к 12 часам, где её ознакомят с приказом об увольнение и вручат трудовую книжку. В указанное время, ФИО2 ознакомила истца с приказом б/н от 05.04.2019 г., об увольнении её по п. 2 ст. 77 ТК (истечение срока трудового договора). В ознакомительной части истец указала, что с приказом ознакомлена, не согласна. Уведомлена была 05.04.2019г. в 09 часов 30 минут, то есть менее чем за три дня до увольнения.

Кроме того истец ссылается на то, что просила работодателя предоставить копии документов, заверенные печатью организации, а именно: приказ об увольнении, приказ о приеме на работу от 2016 года, копию срочного трудового договора и копию приказа о нахождении в отпуске по уходу за третьим ребенком, на что получила отказ в виде нежелания выдавать данные документы. Срок окончания срочного трудового заканчивался 06.04.2019г., но фактически её уволили ранее, 05.04.2019г., что по мнению истца является значительным нарушением расторжения срочного трудового договора, между тем в трудовой книжке указана дата увольнения 05.04.2016г., что не соответствует действительности.

Учитывая, что истец находилась в отпуске по уходу за ребёнком и является многодетной матерью, считала, что трудовой договор не мог быть с ней расторгнут в силу 261 Трудового кодекса Российской Федерации. Таким образом, истец полагала, что главный редактор МАУ «Редакции газеты «Ударник» произвела незаконное увольнение.

Как указано в исковом заявлении, незаконным увольнением истцу был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой работы, нарушении её имущественных прав.

На основании вышеизложенного истец ФИО1 просит суд признать её увольнение 05 апреля 2019 года незаконным, обязать работодателя МАУ «Редакция газеты «Ударник» восстановить её на рабочее место в соответствии с действующем законодательством, взыскать с МАУ «Редакция газеты «Ударник» в её пользу в счет компенсации морального вреда 50 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объёме по основаниям изложенным в иске, дополнительно суду пояснила, что планировала продолжать работать в МАУ «Редакция газеты «Ударник».

Ответчик муниципальное автономное учреждение «Редакция газеты «Ударник» Усть-Большерецкого муниципального района в лице представителя главного редактора ФИО2, действующей на основании полномочий, подтвержденных в судебном заседании исковые требования полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению ссылаясь на доводы изложенные в возражениях, а именно на то, что при оформлении трудовых отношений ФИО1 изначально знала об их срочном характере, знала, что день окончания срока Договора определяется не конкретной датой, но сроком, в течение которого Договор действует. Нормами статьи 261 ТК РФ правоотношения истицы и ответчика в рамках настоящего спора регулироваться не могут, в связи с чем заявление истицы о нарушении её прав, гарантированных нормами ст. 261 ТК РФ, не основано на законе. Воля работодателя на прекращение трудовых отношений была выражена до окончания срока трудового договора, что свидетельствует о прекращении срочного трудового договора. В трудовой книжке в связи с опечаткой был отражен неверный год увольнения – 2016, однако не имеется препятствий для исправления года увольнения в добровольном порядке, в данный момент учреждение нуждается в действующем сотруднике. 

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора полагавшего исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, допросив свидетеля, исследовав и огласив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами.

Частью 2 статьи 59 Трудового кодекса РФ определен перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора по соглашению сторон, в этот перечень, в том числе входит заключение такого вида договора с главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.

Согласно части 1 статьи 79 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Как следует из положений статьи 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Как корреспондируют ч. ч. 1, 2, 4 ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска. Женщина, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности, обязана по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца, предоставлять медицинскую справку, подтверждающую состояние беременности. Если при этом женщина фактически продолжает работать после окончания беременности, то работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор с ней в связи с истечением срока его действия в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

Расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

В соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из части 4 статьи 3 и частью 9 статьи 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица о компенсации морального вреда, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу.

Из анализа приведённых норм усматривается, что с главными бухгалтерами, при согласии сторон, возможно заключение трудового договора на определённый срок, при этом срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия и истечение срока является самостоятельным основанием для прекращения трудового договора. Расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, женщиной воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель не состоит в трудовых отношениях по инициативе работодателя, не допускается.

В судебном заседании установлено, что 06.04.2016г. с истцом как с главным бухгалтером муниципального автономного учреждения «Редакция газеты «Ударник» Усть-Большерецкого муниципального района заключен срочный трудовой договор сроком на три года. В период с 06.04.2016г. по 05.04.2019г. состояла в трудовых отношениях с ответчиком, при этом в период с 01.01.2018г. по 05.04.2019г. являясь многодетной матерью, находилась в отпуске по уходу за ребенком. 05.04.2019г. ей позвонила главный редактор газеты ФИО2 и сообщила о необходимости явиться на рабочее место к 12 часам, где её ознакомили с приказом об увольнении от 05.04.2019г., при этом в трудовой книжке указана дата увольнения 05.04.2016г.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными и оглашёнными в судебном заседании доказательствами по делу, свидетелем не опровергнуты, сторонами не оспаривались.

Вопрос правомерности заключения срочного трудового договора сторонами не ставился, исходя из исследованных и оглашённых материалов дела срочный трудовой договор на срок определённый в нём заключён с истцом на основании ст. 59 ТК РФ с её согласия, как с главными бухгалтером организации.

В заключенном с истцом трудовом договоре по соглашению сторон были определены все существенные условия, включая условие о сроке действия трудового договора. Принимая во внимание, что трудовой договор между сторонами заключен с 6 апреля 2016 года на срок 3 года, трудовой договор прекращает свое действие спустя три года, то есть 5 апреля 2019 года, именно в эту дату у ответчика возникли предусмотренные пунктом 2 части 1 статьи 77 ТК РФ основания для расторжения с истцом трудового договора.

Довод истца о том, что он при соблюдении формальностей должен был быть уволен не 5 апреля 2019 года, а 6 апреля 2019 года суд признаёт не обоснованным, поскольку согласно статьи 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, а в силу части 3 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации сроки, исчисляемые годами, месяцами, неделями, истекают в соответствующее число последнего года, месяца, недели, из чего следует, что увольнение истца 5 апреля 2019 года было произведено ответчиком правомерно, поскольку данный день являлся для истца последним рабочим днем, а с 6 апреля 2019 года трудовые права и обязанности между истцом и ответчиком считались прекращенными, иное исчисление срока окончание трудового договора могло повлечь необоснованное его увеличение и нарушение прав, свобод и законных интересов каждой из сторон.

Между тем, нарушение работодателем предусмотренного трудовым законодательством срока уведомления о предстоящем увольнении, которое имело место быть, не может являться самостоятельным основанием для признания увольнения в связи с истечением срока трудового договора – незаконным, поскольку заключая трудовой договор, истец знал как о его срочном характере, так и дате его расторжения и согласился с этим, расторжение трудового договора при наступлении определенного события – истечения установленного срока его действия не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

В трудовой книжке истца, которая исследовалась в ходе судебного разбирательства, дата увольнения истца ошибочно указана как 5 апреля 2016 года, очевидность технической описки следует из материалов дела, пояснения сторон и приказа об увольнении, согласно которому истец уволена 5 апреля 2019 года. Между тем, истцом требований об изменении даты увольнения в трудовой книжке не заявлялось, в связи с чем, вопрос о возложении на ответчика обязанности внести уточнения в запись трудовой книжки об увольнении истца суд не рассматривает, но учитывает, что сама по себе описка в дате увольнения истца (принимая во внимание верно указанную дату увольнения в приказе) не является основанием для признания незаконности расторжения трудового договора.

Доводы истца о незаконности увольнения в период пребывания в отпуске по уходу за ребенком в возрасте до трёх лет, многодетной матери несостоятельны, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права, так в силу части 4 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса). 

Гарантия на продление срока действия трудового договора (ч. 2 ст. 261 ТК РФ) распространяется на беременных и на женщин, находящихся в отпуске по беременности и родам, такой срок продлевается до окончания отпуска и, напротив, не устанавливает каких-либо ограничений для увольнения в связи с истечением срока действия срочного трудового договора женщины, находящейся в отпуске по уходу за ребенком до 3 лет. На момент расторжения срочного трудового договора истец находилась в отпуске по уходу за ребенком до достижения им 3 лет, беременной, либо находящейся в отпуске по беременности и родам истец не являлась, в связи с чем, обязанность работодателя по продлению срока действия трудового договора с истцом, в том числе до окончания отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, учитывая характер возникших между сторонами трудовых отношений, в данном случае отсутствует.

При этом обращаю внимание, что истечение срока действия срочного трудового договора (п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) является объективным событием и как указывалось ранее, наступление которого не зависит от воли работодателя, а потому увольнение работника по данному основанию отнесено к общим основаниям прекращения трудового договора. Работник, давая согласие на заключение трудового договора в предусмотренных законом случаях на определенный срок, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода и поскольку увольнение в связи с истечением срока трудового договора не относится к основаниям увольнения по инициативе работодателя, а является самостоятельным основанием для прекращения трудового договора, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, то часть 4 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации в данном случае применению не подлежит.

То обстоятельство, что ответчик не представил по требованию истца приказ об увольнении, принято судом во внимание, однако признаётся несущественным для признания увольнения незаконным, поскольку вышеприведённый факт не свидетельствует о незаконности увольнения. Предоставление копии приказа об увольнении и его вручение относится к оформлению прекращения трудовых отношений, а не к процедуре увольнения, соответственно не свидетельствуют о нарушении порядка увольнения и производится после того, как совершено само юридически значимое действие - прекращение трудовых правоотношений между сторонами, вручение копии приказа об увольнении связано с реализацией права на обжалование увольнения, которое истцом беспрепятственно реализовано, кроме того требования истца о вручении ему копии приказа о расторжении договора ответчиком впоследствии выполнено, так как истец приложила его заверенную копию к материалам дела и подтвердила это в ходе судебного заседания.

Иные документы, на невыдачу которых ссылалась истец, в силу ст. 84.1 ТК РФ могли быть ей выданы лишь с её письменного ходатайства, однако сведений о том, что такое ходатайство было подано истцом материалы дела не содержат, при том, что перечисленные в исковом заявлении документы (приказ о приеме на работу, копия срочного трудового договора, копия приказа о нахождении в отпуске) также представлены ответчиком истцу, и последним приложены к иску как доказательства, на которых он основывает свои требования.

В силу статей 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

С учётом вышеустановленных обстоятельств, основываясь на приведённых нормах права, суд полагает, что ответчиком не нарушены основание и порядок увольнения истца, что по смыслу приведённых норм указывает на законность увольнения истца, а следовательно исковое требование в части признания увольнения незаконным и восстановлении на работе удовлетворению не подлежит. 

В соответствие с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Истцом также заявлено требование о компенсации морального вреда, выразившегося в нравственных переживаниях, причинение которого она связывает непосредственно с незаконным увольнением, однако в связи с тем, что судом установлена законность прекращения трудовых отношений, то при указанном истцом основании причинения (возникновения) морального вреда, требование о его компенсации удовлетворению не подлежит, каких-либо иных оснований (кроме незаконности увольнения) истцом в качестве причин нравственных страданий не приведено, такие причины не могут быть домыслены и исследованы судом, так как носят субъективно-оценочный характер связанный непосредственно с личностью истца.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к муниципальному автономному учреждению «Редакция газеты «Ударник» Усть-Большерецкого муниципального района о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Усть-Большерецкий районный суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 16 мая 2019 года.

Председательствующий:

судья В.О. Курданов