№ 1-159/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

25 октября 2018 года г. Ульяновск 

Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в составе председательствующего судьи Дубова А.Ю.

с участием государственного обвинителя - прокурора Железнодорожного района г. Ульяновска Громова В.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Грачева А.А., представившего удостоверение № 1015 и ордер № 66 от 10.07.2018, 

при секретарях Залюкове И.М., Коротковой А.Д.,

а также потерпевшем М***., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты> ранее не судимого, содержащегося под домашним арестом с 12.07.2018,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

10.07.2018 в период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 54 минут, более точное время не установлено, во дворе дома 

<

адрес> в ходе ссоры, возникшей на почве личной неприязни, ФИО1, имея умысел на убийство М***., имевшейся при себе деревянной тростью, обладающей большой поражающей способностью, со значительной силой нанес один удар по телу потерпевшего, от которого она сломалась. Затем, ФИО1, действуя в продолжение своего умысла, удерживая в руке обломок деревянной трости, приблизился к потерпевшему, и между ними началась борьба, в ходе которой ФИО1 и М*** упали на землю, где продолжили бороться. В ходе борьбы, ФИО1, с целью доведения своего преступного умысла до конца, заостренной частью обломка деревянной трости со значительной силой нанес М*** 1 удар в грудную клетку слева, причинив ему проникающее слепое колотое ранение груди с повреждением 

<

данные изъяты>, которое расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого 10.07.2018 М*** скончался на месте происшествия.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании от дачи показаний отказался на основании ст.51 Конституции РФ. Однако из оглашенных в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия и подтвержденных им в судебном заседании (т.1 л.д.84-87, 88-90, 188-190, 191-195, 200-201), следует, что 10.07.2018 с 15.00 часов во дворе дома 

<

адрес> он играл в карты с В***, Н*** и А*** (как установлено – с М***, К***., С***., соответственно). В ходе игры между ним и М*** произошла ссора, в результате которой М*** ударил его, ФИО1 упал, а затем, разозлившись, встал и ударил М*** в ответ в область головы своей тростью, от чего она сломалась; при этом одна половинка трости осталась в руке ФИО1. Что было потом – не помнит, так как пришел в себя уже за карточным столом с обломком трости (той ее части, на которой имелась рукоять) в руке. М*** в это время уже лежал на земле в крови. Предполагает, что М*** мог упасть на обломок его трости, получив таким образом рану, от которой наступила смерть.

Кроме того, в судебном заседании ФИО1 дополнил вышеуказанные показания, указав, что после драки с М***, сидя за карточным столом, обломок трости он удерживал за рукоятку.

Однако вина ФИО1 в совершении преступлений подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

Потерпевший М***. в ходе судебного следствия показал, что 10.07.2018 ему стало известно о смерти отца, М***., погибшего в результате драки с ФИО1 от удара тростью в сердце. Указывает, что ФИО1 гораздо выше М***. ростом.

Свидетель В*** в судебном заседании показал, что 10.07.2018 в период времени с 16 часов 00 минут до 17 часов 00 минут, с балкона своей квартиры, расположенной на 3 этаже дома № 

<

адрес>, наблюдал как во дворе указанного дома в ходе словесной ссоры ФИО1, удерживая трость за один из концов в правой руке, с замахом сверху вниз нанес удар М***., от которого она разломилась на 2 части. После этого они сблизились и стали бороться, обхватив друг за друга руками, при этом ФИО1 не выкидывал обломок своей трости, удерживая его в руке. В ходе борьбы, находясь лицом друг к другу, они упали на землю, при этом М*** упал на землю спиной – полубоком, а ФИО1 оказался на нем сверху, спиной к В***, из-за чего последний не видел действий ФИО1 с обломком трости в отношении М***. После этого борьба между ними на земле продолжалась еще 5-10 секунд, а затем В*** увидел у М*** сильно вытекающую на землю кровь и побежал на улицу для оказания ему помощи. Выбежав во двор, увидел, что ФИО1 уже стоял рядом с М***, у которого на груди сбоку имелась кровоточащая рана, и нецензурно ругался в адрес последнего.

Показания В*** подтверждаются протоколом осмотра его квартиры от 10.09.2018, в ходе которого установлено, что с балкона указанной квартиры имеется беспрепятственный обзор участка местности во дворе дома 

<

адрес>, где 10.07.2018 было совершено преступление.

Свидетель М***. показала суду, что 10.07.2018, когда она находилась во дворе дома 

<

адрес>, услышала шум со стороны стола, где находился ее сын, М*** Когда она подошла туда, увидела, что ФИО1 сидит на её сыне, удерживая его рукой, а у М*** с левого бока шла кровь. Она начала кричать, просила встать его с сына, после чего Сафронов встал и сел за стоящий рядом стол. Когда он сидел за столом, она обратила внимание, что ФИО1 зажимает между ног обломок трости с окровавленным, примерно на 20 см, концом. Со слов К*** и С*** ей стало известно, что когда М*** упал, ФИО1 ударил его этим обломком в левый бок.

Свидетель М***. в суде подтвердила показания М***., дополнив, что в ходе конфликта между М***. и ФИО1 слышала, как последний угрожал М*** убийством в нецензурной форме. Затем, услышав крики М***, подошла к ним и увидела лежащего на земле М*** и ФИО1, который уже сидел за столом, на котором лежал обломок палки со следами крови.

Из показаний свидетеля Ш***., данных в ходе судебного следствия, следует, что 10.07.2018 около 17.00-18.00 часов, выглянув в окно своей квартиры, расположенной в доме № 

<

адрес>, во дворе указанного дома она увидела лежащего на спине М***. и сидящего на нем сверху ФИО1. Действия ФИО1 в тот момент не разглядела в связи с проблемами со зрением. Затем к ним подошла М*** и стала сгонять ФИО1 с М*** 

Согласно показаниям свидетеля С*** 10.07.2018 в ходе игры в карты между М***. и ФИО1 произошел словесный конфликт, однако, что между ними затем произошло, он не видел. Когда во двор вышла его жена (как установлено – Ш***.) и повела его домой, он увидел лежащего на спине М***. и сидящего на нем сверху ФИО1. 

Из показаний свидетеля К***., данных на предварительном следствии (т.1 л.д.58-60), следует, что 10.07.2018 около 17.00 часов во дворе дома 

<

адрес> между ФИО1 и М***. произошла ссора. Однако он не обращал на них внимания до тех пор, пока не услышал крики М***. В этот момент он увидел, что ФИО1 сидит на лежащем на спине М***, а М***. стаскивает его с сына.

Кроме того, вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждают следующие исследованные в судебном заседании доказательства.

Протокол осмотра места происшествия от 10.07.2018, согласно которому осмотрена детская площадка, расположенная в середине двора дома 

<

адрес>, где на столе обнаружены и изъяты 2 обломка деревянной трости длиной 62,5 см и 39,5 см, соответственно. Фрагмент трости длиной 62,5 см на конце имеет следы крови человека. На расстоянии 1,5 метров от стола в положении лежа на спине обнаружен труп М*** с раной в области грудной клетки слева и следами крови. На трупе обнаружена и изъята обильно опачканная кровью человека майка серого цвета, имеющая дефект, проекционно совпадающий с раной на грудной клетке. На земле около трупа обнаружены пятна крови человека, с которых изъяты смывы. (т.1 л.д.13-21)

Копия карты вызова скорой медицинской помощи № 372/183542 от 10.07.2018, согласно которой вызов бригады скорой медицинской помощи поступил в 16.54 часов указанного дня; время прибытия по вызову – 17.03 часов; по прибытии обнаружен труп М*** (т.1 л.д.51)

Протокол выемки одежды ФИО1 от 10.07.2018. (т.1 л.д.78-83)

Заключение эксперта № 2451 от 14.08.2018, согласно которому причиной смерти М*** явилось проникающее слепое колотое ранение груди с 

<

данные изъяты>, которое расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. 

Проникающее слепое колотое ранение груди образовалось прижизненно, незадолго до наступления смерти от однократного воздействия предмета, обладающего колющими свойствами, погрузившаяся часть которого имеет длину около 24 см, максимальная ширина погрузившейся части составляла около 35-37 мм; возможно, что погрузившаяся часть предмета имела неравномерное сечение, уменьшающееся по направлению к концу воздействовавшей части, при этом, торцевая поверхность данного конца могла быть представлена резко ограниченной поверхностью или коротким неровным ребром. Выявленные морфологические признаки в повреждении (ране) на представленном препарате кожи отображают видовые и частично групповые признаки воздействовавшей части травмирующего предмета, которые пригодны для идентификации на диагностическом уровне. Раневой канал глубиной около 24 см, проходит в направлении спереди назад, снизу вверх, несколько слева направо. В момент причинения проникающего слепого колотого ранения груди потерпевший мог находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа, кроме положения "лежа на животе"). После получения проникающего слепого колотого ранения груди потерпевший не мог совершать активных действий. (т.1 л.д.120-131)

Заключение эксперта № 547 от 08.08.2018, согласно которому на марлевом тампоне-смыве, изъятом в ходе осмотра места происшествия, в пятнах на футболке, майке-тельняшке, в большей части пятен на брюках ФИО1 найдена кровь человека, происхождение которой от М*** не исключается. От ФИО1 кровь в этих пятнах произойти не могла. В нескольких помарках на задней поверхности брюк ФИО1 найдена кровь человека, происхождение которой от ФИО1 не исключается. (т.1 л.д.138-145)

Заключение эксперта № 276 от 17.08.2018, согласно которому при исследовании представленной майки М***., на ней было обнаружено сквозное повреждение, которое располагается на передней поверхности в средней трети слева, область расположения повреждения проекционно совпадает с областью расположения колотой раны, имевшейся у М*** данные повреждения имеют единый механизм образования и являются составными частями одного колотого повреждения, которое образовалось от действия предмета, обладающего колющими свойствами, погрузившаяся часть которого имела длину около 24 см, при этом, максимальная ширина погрузившейся части составляла около 23 мм и не более 37 мм; достоверно высказаться о форме сечения погрузившейся части травмирующего предмета не представилось возможным. При этом, возможно, что погрузившаяся часть предмета имела неравномерное сечение, уменьшающееся по направлению к концу воздействовавшей части, при этом, торцевая поверхность данного конца могла быть представлена резко ограниченной поверхностью или коротким неровным ребром. В колотом повреждении на теле и майке М***. отобразились групповые признаки травмирующего предмета, частные индивидуальные признаки не установлены: повреждение пригодно для идентификации травмирующего предмета на групповом уровне. Групповые признаки фрагментов трости не исключают возможности причинения колотого повреждения на майке и теле М***. любым из фрагментов трости (областями, изломов), однако, учитывая, что на фрагменте трости, длиной 625 мм, были обнаружены следы крови М***., возможность причинения указанного повреждения именно этим фрагментом более вероятна. (т.1 л.д.148-153)

Заключение эксперта № Э3/454 от 10.08.2018, согласно которому на представленном на экспертизу фрагменте трости длинной 625 мм, обнаружены пот и кровь. На представленном на экспертизу фрагменте трости длинной 395 мм, обнаружен пот, следов крови не обнаружено. Пот, обнаруженный на ручке трости длиной 625 мм, произошел от ФИО1 и не произошел от М*** Смешанные следы крови и пота, обнаруженные на фрагменте трости длиной 625 мм, произошли от М***. и ФИО1 (т.1 л.д.156-162)

Заключение эксперта № 620 от 29.08.2018, согласно которому в пятнах на майке М***. найдена кровь человека, происхождение которой от М***. не исключается, от ФИО1 кровь в этих пятнах произойти не могла. (т.1 л.д.171-175)

Протоколы осмотров предметов, в ходе которого были осмотрены предметы, изъятые в ходе расследования уголовного дела. Данные предметы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (т.1 л.д.178-182)

Совокупность вышеуказанных исследованных доказательств, отвечающих требованиям УПК РФ, достаточна и необходима для констатации наличия в действиях подсудимого состава уголовно-наказуемого деяния.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в ходе ссоры, имея умысел на убийство М***., имевшейся при себе деревянной тростью, обладающей большой поражающей способностью, со значительной силой нанес 1 удар по телу потерпевшего, от которого она сломалась. Затем, ФИО1, действуя в продолжение своего умысла, удерживая в руке обломок деревянной трости, в ходе борьбы с М***., заостренной частью обломка деревянной трости со значительной силой нанес ему 1 удар в грудную клетку слева, причинив ему проникающее слепое колотое ранение груди, от которого М*** скончался на месте преступления.

На основании изложенного действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При этом суд принимает во внимание показания свидетелей В***., М***., М***., Ш***., С***., специалиста З*** а также первоначальные показания свидетеля К***., данные последним на предварительном следствии (т.1 л.д.58-60), которые в целом соответствуют друг другу и исследованным судом письменным материалам уголовного дела. Оснований не доверять им у суда не имеется, поскольку объективных причин для оговора ими подсудимого в ходе судебного следствия не установлено. Имеющиеся же между ними противоречия несущественны и не влияют на юридическую оценку действий подсудимого.

В связи с этим суд считает надуманными показания подсудимого, согласно которым М***. первым нанес ему удар, а также о непричастности к смерти М***. В связи с этим указанные показания ФИО1 суд расценивает критически как данные с целью снижения степени ответственности подсудимого за совершенное преступление.

При этом суд не может принять во внимание показания свидетеля К***., данные при допросе от 07.09.2018 (т.1 л.д.100-102) и в судебном заседании, о том, что в ходе ссоры М*** замахивался рукой на ФИО1, и лишь после этого ФИО1 пытался ударить М*** своей тростью, но не смог, поскольку тот перехватил ее, после чего каждый из них схватился за нее обеими руками, а затем они упали, в этот момент трость была целой. Эти показания суд считает не соответствующими действительности, так как они непоследовательны, противоречат первоначальным показаниям данного свидетеля и опровергаются не только показаниями остальных свидетелей, не видевших факт применения насилия в отношении ФИО1 со стороны М***., но и показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного следствия, и свидетеля В*** о сломавшейся от первого же удара трости.

У суда отсутствуют основания сомневаться в причастности ФИО1 к причинению ранения, повлекшего смерть М***., поскольку из показаний свидетелей В***., М***., М***., Ш***., С***. следует, что иные лица в конфликт ФИО1 с М***. не вмешивались. При этом согласно показаниям В*** и выводам судебно-медицинских и судебно-криминалистических экспертиз именно у ФИО1 в руке находилось орудие преступление, на рукоятке которого обнаружен пот ФИО1, а на противоположном – заостренном конце – кровь М***

Несмотря на доводы ФИО1 о возможности ранения М*** при падении на обломок трости, допрошенный в качестве специалиста судебно-медицинский эксперт УОБСМЭ З***. в судебном заседании с учетом локализации, глубины и направления раневого канала исключил возможность получения М***. ранения передней поверхности левой половины грудной клетки как при падении потерпевшего на обломок трости, так и при падении подсудимого на потерпевшего с расположенным между ними обломком трости; с учетом характера раны указал на ее причинение в результате ударного воздействия.

Более того, из заключения судебно-медицинской экспертизы (т.1 л.д.120-131) следует, что после получения проникающего слепого колотого ранения груди потерпевший не мог совершать активных действий. Однако из показаний свидетеля В*** следует, что борьба между М***. и ФИО1 продолжалась после их падения еще не менее 5-10 секунд. Указанные показания в совокупности с данным заключением эксперта и показаниями специалиста З*** полностью опровергают версию стороны защиты о вероятном неосторожном причинении повлекшего смерть ранения в результате падения, поскольку после него М***. совершал активные действия в ходе борьбы с ФИО1.

При этом словесная угроза ФИО1 убийством в адрес М***., о которой суду сообщила свидетель М***., агрессивное поведение ФИО1, использование им предмета, имеющего большую поражающую способность, локализация удара лишь в область расположения сердца, характер, направление и большая глубина ранения, от которого незамедлительно наступила смерть М***., а также значительность примененного при этом усилия, приведшего, помимо прочего, к переломам ребер в области раны, безусловно указывают на направленность умысла подсудимого на причинение смерти потерпевшему в момент применения указанного насилия.

В связи с изложенным, суд не усматривает оснований для переквалификации действий ФИО1 на ст.109 УК РФ.

Учитывая заключение судебно-психиатрической экспертизы об отсутствии у ФИО1 состояния аффекта, у суда отсутствуют основания и для квалификации действий ФИО1 по ст.107 УК РФ.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы № 2259 от 08.08.2018 ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным расстройством психики не страдает. Присущие ему личностные особенности 

<

данные изъяты> и не доходят до уровня расстройства личности, хронического расстройства или слабоумия и не лишают его способности осознавать фактический характер своих действий либо руководить ими. В период совершения инкриминируемого деяния он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. Запамятование им момента совершения общественно-опасного деяния расценено как психогенное вытеснение. В момент совершения правонарушения ФИО1 не находился в состоянии аффекта, об этом свидетельствуют правильная ориентировка в окружающем, целенаправленность и последовательность его действий, адекватный контакт с окружающим (помнит и воспроизводит свои действия и действия потерпевшего, окружающую обстановку, время, место событий, удар клюшкой, которая обломилась); отсутствие в его состоянии стадийности, характерной для эмоциональных состояний, доходящих до степени аффекта. В момент совершения противоправного действия ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, которое существенно изменяет течение эмоциональных процессов и реакций, снижает контроль своих действий и облегчает проявление агрессивных действий. 

<

данные изъяты> в момент наибольшего эмоционального конфликта не является достаточным критерием для обоснования феноменологии аффекта. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается. (т.1 л.д.165-168)

Поскольку данное заключение судебно-психиатрической экспертизы получено в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуется с другими материалами дела и не вызывает сомнений у суда, в отношении инкриминируемого деяния суд признаёт подсудимого вменяемым, подлежащим уголовной ответственности. Сомнений в его психическом здоровье у суда нет. Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности либо наказания суд не находит. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 по месту жительства характеризуется удовлетворительно, ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд считает совершение преступления впервые, фактическое частичное признание вины в совершении инкриминированного преступления, престарелый возраст и состояние здоровья подсудимого, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

Несмотря на доводы подсудимого о противоправном поведении М*** непосредственно перед преступлением, суд не принимает их в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку данные обстоятельства в суде не нашли своего объективного подтверждения.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств по делу не имеется.

С учетом личности подсудимого, не имеющего склонности к злостному употреблению спиртных напитков и не привлекавшегося к административной ответственности за правонарушения, связанные с их употреблением, оснований для признания отягчающим наказание ФИО1 обстоятельства совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения суд не усматривает. 

На основании изложенного суд приходит к выводу о необходимости назначения подсудимому наказания по ч.1 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы без применения дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы. Оснований для назначения иных видов наказания, в том числе более мягких, суд не усматривает. Оснований для применения ст.64 УК РФ не имеется, т.к. какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, по делу отсутствуют. 

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории особо тяжких, личность виновного, имеющего, со слов свидетеля С***, склонность к агрессивным и насильственным действиям, оснований для применения ст.73 УК РФ также не имеется. 

При определении размера наказания законных оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ не имеется, при этом с учетом смягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 минимального наказания, предусмотренного санкцией ч.1 ст.105 УК РФ.

Суд считает, что именно такое наказание послужит целям восстановления социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления в соответствии с положениями ч.6 ст.15 УК РФ, на менее тяжкую не имеется.

Потерпевший М***. в рамках уголовного судопроизводства заявил гражданский иск, согласно которому он просит взыскать с ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 2.000.000 руб. 

В соответствии со ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ при определении размера морального вреда потерпевшего М***., выслушав мнение сторон, исследовав материалы уголовного дела, учитывая степень моральных и нравственных страданий потерпевшего, требования разумности и справедливости, а также наличие у погибшего иных близких родственников, имеющих право на возмещение морального вреда, суд находит данный иск подлежащим частичному удовлетворению.

В соответствии со ст.ст.131, 132 УПК РФ, учитывая наличие у осужденного постоянного дохода и отсутствие иждивенцев, с ФИО1 необходимо взыскать в возмещение процессуальных издержек в доход федерального бюджета сумму в размере 3850 руб., выплаченную адвокату Грачеву А.А. за оказание юридической помощи по назначению в ходе предварительного следствия.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.296-300, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок наказания с 25.10.2018.

Меру пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области, взяв его под стражу в зале суда. 

На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ зачесть ФИО1 время предварительного содержания под домашним арестом с 12.07.2018 по 24.10.2018 в срок отбывания наказания из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 25.10.2018 по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч.33 ст.72 УК РФ.

Взыскать с ФИО1 в пользу М*** компенсацию причиненного преступлением морального вреда в сумме 400.000 руб.

Вещественные доказательства: футболку, тельняшку, брюки, - вернуть по принадлежности ФИО1; майку, два фрагмента трости – уничтожить.

Взыскать с ФИО1 в возмещение процессуальных издержек в доход федерального бюджета сумму в размере 3850 руб., выплаченную адвокату за оказание юридической помощи в ходе предварительного следствия по назначению.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ульяновского областного суда через Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи участниками процесса апелляционного представления или апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе, возражениях либо отдельном заявлении.

Председательствующий: А.Ю. Дубов