Судья Малькова Н.И. 

дело № 22-4085/2025

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Пермь 9 сентября 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Курбатова А.Б., 

судей Кодочигова С.Л., Отинова Д.В., 

с участием прокурора Григоренко П.А.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

адвокатов Фомичевой А.В., Килиной И.В., 

при ведении протокола помощником судьи Садыревой О.Л. 

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Мотовилихинского района г. Перми Лукина Д.В., апелляционным жалобам адвоката Пузикова М.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, осужденного ФИО1 и в его защиту адвоката Фомичевой А.В. на приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 7 июля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в г. ****, судимый:

12 сентября 2023 года Орджоникидзевским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. Снят с учета 12 марта 2025 года, в связи с истечением испытательного срока;

31 января 2025 года мировым судьей судебного участка №1 Орджоникидзевского судебного района г. Перми по п. «а» ч. 2 ст.115 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, на учет не поставлен, отбытого срока наказания не имеет,

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 12 сентября 2023 года, в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по указанному приговору, назначено 5 лет лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору мирового судьи судебного участка №1 Орджоникидзевского судебного района г. Перми от 31 января 2025 года, окончательно к 5 годам 4 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима; 

ФИО2, родившийся дата в г. ****, несудимый, 

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей, гражданском иске и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Курбатова А.Б., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и апелляционных жалоб, выступления прокурора Григоренко П.А., осужденных ФИО3, ФИО4, адвокатов Фомичевой А.В., Килиной И.В., судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору. 

ФИО2 осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено 27 октября 2024 года в г. Перми в период времени и при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Мотовилихинского района г. Перми Лукин Д.В. считая приговор суда незаконным и необоснованным, ставит вопрос об его отмене и передаче дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе. В обоснование доводов указывает, что описательно мотивировочная часть приговора в отношении ФИО1 противоречит квалификации его действий, так судом при описании преступного деяния указано, что ФИО2, действуя совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, высказывал в адрес Е. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, однако судом исключен из объема обвинения ФИО1 квалифицирующий признак совершения разбоя «с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья» поскольку из добытых в судебном заседании доказательств установлено, что каких-либо угроз в отношении потерпевшего Е. он не высказал. Таким образом описательно-мотивировочная часть приговора в отношении ФИО5 противоречит квалификации его действий судом. Судом ошибочно при описании преступленного деяния указан материальный ущерб, причиненный потерпевшему в размере 3500 рублей, в то время как у потерпевшего похищено имущество на сумму 6500 рублей, что противоречит описанию преступного деяния и установленному ущербу. Указывает, что протокол явки с повинной ФИО6 подлежит исключению из числа доказательств, подтверждающих его вину, как противоречащий требованиям ст. ст. 75, 142 УПК РФ. Кроме того, поскольку на предварительном следствии и в судебном заседании ФИО6 признал вину частично, данное обстоятельство подлежало учету судом в качестве смягчающего обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, однако данное решение судом в приговоре не мотивировано. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не согласен с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и не мотивированным, подлежащим отмене на основании ст.ст. 297, 302 УПК РФ. Просит его оправдать. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Фомичева А.В. в защиту осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, указывая на его незаконность и необоснованность, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что приговор суда в отношении ФИО1 основан на предположениях и недопустимых доказательствах. Полагает, что вывод суда о вступлении в предварительный сговор ФИО1 и ФИО2 на совершение разбоя основан на предположениях. В обоснование чего приводит показания осужденных ФИО1, ФИО6, свидетеля С. Однако полагает, что судом не дано оценки показаниям свидетеля С., который указал, что ранее в его присутствии ФИО1 и ФИО6 противоправные действия в отношении потерпевшего не совершали, вопрос об ограблении кого-либо не обсуждали, не дано оценки и показаниям осужденного ФИО6, который указал, что открытого хищения чужого имущества совместно с ФИО1 они не совершали и какие действия должен совершить ФИО1, в магазине «***» не обсуждали. При этом показания указанных лиц имеют существенное значение для разрешения уголовного дела относительно выводов о вступлении ФИО1 в предварительный сговор с ФИО6 на совершение разбойного нападения. Не подтверждает в этой части выводы суда и ссылка на протокол осмотра предметов, а именно фрагментов видеозаписи, поскольку, из него не следует, что ФИО1 дал ФИО2 согласие на совершение разбойного нападения в отношении потерпевшего. Заявляет, что суд привел выборочные показания ФИО1, в то время как он подробно описывал произошедшие события, сообщал сведения не только в отношении себя, но и в отношении иных участников происшествия, сообщал, что на потерпевшего он не нападал, подошел к потерпевшему без цели хищения, не вступал в предварительный сговор на совершение преступления, денежные средства не требовал; когда потерпевший лежал на земле удары ногами по телу не наносил и его не удерживал. Одновременно с этим потерпевший давал непоследовательные и противоречивые показания. Вменяемые ФИО1 количество травмирующих ударов, нанесенных потерпевшему и их локализация не подтверждаются данными из судебно-медицинской экспертизы. В ходе осмотра у потерпевшего не зафиксировано телесных повреждений на ногах и животе. Выводы суда о повторном применении насилия ФИО1 и ФИО6 потерпевшему, лежащему на земле является предположением суда и не подтвержден какими-либо доказательствами, об этом нет указания в обвинении и об этом факте осужденные показания не давали. Умысла ФИО1 на хищение наушников у потерпевшего не было, наушники он поднял с земли и передал свидетелю С., который оставил их себе на свое усмотрение. Заявляет, что протокол выемки от 12 ноября 2024 года у З. диска, содержащего видеозаписи из магазина «***» является недопустимых доказательством, поскольку получен с нарушением требований закона. Свидетель З. не пояснил в ходе какого оперативно-розыскного мероприятия, предусмотренного Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» он произвел изъятие фрагментов видеозаписи. В рапорте З. изъятие видеозаписи произведено в ходе работы по материалу проверки КУСП, без указания на проведение в этой части оперативно-розыскного мероприятия. В деле отсутствует постановление следователя о производстве выемки этих фрагментов у надлежащего лица ООО /наименование/, а кроме того установлено, что видеозапись в магазине «***» не изымалась. Фрагменты видеозаписей были получены З. в отсутствие письменного поручения следователя. З. не сообщил суду, кем конкретно ему предоставлялся доступ к носителю видеоинформации, у кого конкретно она изъята, в связи с чем, представленные свидетелем фрагменты с видео кадрами получены с нарушением требований закона, что влечет их недопустимость, а также влечет недопустимость показаний свидетеля З., протокола выемки диска, протокола осмотра этого диска и фототаблицы к нему, протоколов всех допрошенных лиц в части выяснения вопроса о содержании видеозаписи. Суждение суда, что З., являющийся оперуполномоченным, в силу своих должностных полномочий вправе был осуществлять видеосъемку на свой сотовый телефон событий, подлежит исключению из приговора, поскольку закон «О полиции», на который сослался суд первой инстанции, не был предметом исследования в судебном заседании. Протокол осмотра оптического диска также является недопустимым доказательством, поскольку содержит в себе недопустимые, предположительные, субъективные формулировки должностного лица. Также из приговора суда подлежат исключению показания осужденного ФИО2 и протокол явки с повинной, как недопустимые доказательства, поскольку протокол явки с повинной ФИО6 не соответствует требованиям ст. 142 УПК РФ и не был подтвержден осужденным на очной ставке. ФИО2 в ходе очной ставки с ФИО1 не подтвердил данные им показания в качестве подозреваемого о применении ФИО1 насилия к Е. Суд необоснованно положил в основу приговора признательные показания осужденного ФИО6 данные им в ходе предварительного расследования, достоверность которых ФИО2 не подтвердил. Автор жалобы, просит учесть, что на протокол судебного заседания от 1 июля 2025 года ею принесены замечания, которые были удовлетворены судом первой инстанции. Так, суд принял во внимание как достоверные и положил в основу приговора показания свидетеля С., который показал, что показания о действиях ФИО5 он давал со слов ФИО2, что подтверждается протоколом судебного заседания от 1 июля 2025 года и принесенными на него замечаниями. Указанные обстоятельства, учитывая позицию ФИО2 по уменьшению объема своей вины и увеличению объема вины ФИО1 ставят под сомнение достоверность и допустимость показаний С. Свидетель С. при проверке показаний на месте фактически указывает на иное место происшествия, указал, что ФИО1 удары лежащему на земле потерпевшему не наносил, однако его показания судом в приговоре излагаются выборочно. Также суд оставил без внимания показания свидетеля Т. Учитывая вышеприведенные обстоятельства, отсутствие бесспорных допустимых доказательств подтверждающих выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст.162 УК РФ, принимая во внимание положения ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ, ч. 4 ст. 302 УПК РФ просит приговор в отношении ФИО1 отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор. 

В апелляционной жалобе адвокат Пузиков М.А. в защиту осужденного ФИО2 с приговором суда не согласен, ввиду суровости назначенного ФИО2 наказания, неправильного применения уголовного закона. Полагает, что приговор суда является несправедливым, просит его изменить. Назначить ФИО2 наказание с применением ст. 73 УК РФ. 

Изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия полагает приговор суда подлежащим отмене на основании пп. 1,3 ч. 1 ст. 389.15, пп. 1,2 ч. 1 ст. 389.16, пп. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также неправильным применением уголовного закона. 

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. 

Указанные требования судом первой инстанции выполнены не были. 

Суд первой инстанции исключив из обвинения ФИО1 квалифицирующий признак разбоя "угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья", поскольку, по его мнению, из добытых в судебном заседании доказательств достоверно установлено, что каких-либо угроз, в отношении потерпевшего Е. не высказывал, не дал оценки следующим требованиям УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 34 УК РФ ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления.

При этом из разъяснений, изложенных в п. п. 10, 14.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» следует, что, исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ. Если другие члены преступной группы продолжили свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным соисполнителем насилием либо угрозой его применения для завладения имуществом потерпевшего или удержания этого имущества, они также несут уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками.

Вместе с тем при описании преступного деяния, установленного судом, указано, что ФИО2, действуя совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, высказывал в адрес Е. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Помимо этого, при описании преступленного деяния суд указал, что у потерпевшего похищены наушники марки «***», стоимостью 3 000 рублей, сотовый телефон марки «***» стоимостью 3 000 рублей, с установленной сим-картой оператора сотовой связи ПАО «***» стоимостью 500 рублей, однако общую сумму материального ущерба указал в сумме 3 500 рублей, что противоречит описанию преступного деяния и установленному ущербу.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым отменить постановленный в отношении ФИО3 и ФИО4 приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также неправильным применением уголовного закона. 

В соответствии со ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

С учетом приведенной выше правовой нормы судебная коллегия считает возможным, отменив постановленный в отношении ФИО3 и ФИО4 приговор, вынести по делу новый приговор, в основу которого положить доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, которые являются допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела в суде апелляционной инстанции и постановления апелляционного приговора. Ходатайств о повторном исследовании доказательств в суде апелляционной инстанции стороны не заявили. 

Судебной коллегией установлено, что ФИО3 и ФИО4 совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, при следующих обстоятельствах.

27 октября 2024 года в утреннее время, ФИО1 и ФИО2, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в магазине «***», расположенном по адресу: ****, вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на совершение разбойного нападения в целях хищения имущества Е. с применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Осуществляя свой преступный умысел ФИО1 и ФИО2, действуя совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору, возле дома ** по ул. **** в г. Перми, напали на Е., осознавая открытый характер своих преступных действий, понимая, что они очевидны для Е., стали высказывать в адрес последнего требования имущественного характера. После чего получив отказ, ФИО2, действуя совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, высказывал в адрес Е. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья. 

ФИО2, реализуя единый преступный умысел, с целью сломить сопротивление Е., применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, умышленно нанес потерпевшему один удар кулаком руки в область носа, причинив тем самым последнему физическую боль. После чего, ФИО1 схватил Е. за предплечье левой руки, удерживал последнего, тем самым лишил Е. возможности оказать сопротивление. Продолжая свои преступные действия ФИО2 нанес Е. не менее четырех ударов кулаками в область живота, причинив тем самым последнему физическую боль, отчего потерпевший не удержавшись на ногах упал на землю, и у него спали наушники марки «JBL ***», стоимостью 3 000 рублей, которые ФИО1 поднял с земли, тем самым завладел имуществом потерпевшего. После чего, ФИО1 и ФИО2 совместно нанесли ногами лежащему на земле Е. не менее трех ударов по рукам, не менее двух ударов по спине, не менее двух ударов по ногам, причинив потерпевшему сильную физическую боль. Опасаясь за свою жизнь и здоровье, потерпевший Е. поднялся с земли и попытался убежать. ФИО2 догнал Е. и повалил его на землю, после чего совместно с ФИО1 нанесли Е., лежащему на земле, не менее двух ударов ногами по рюкзаку, находящему на спине потерпевшего, не менее двух ударов ногами по левому плечу, причинив тем самым последнему сильную физическую боль. После этого ФИО1 стал удерживать Е. руками в положении лежа, а ФИО2 осмотрел карманы одежды Е., откуда открыто похитил сотовый телефон марки «***» стоимостью 3 000 рублей, с установленной сим-картой оператора сотовой связи ПАО «***» стоимостью 500 рублей.

В результате совместных умышленных преступных действий Е., согласно заключения эксперта № ** от 31 марта 2025 года, были причинены: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, ссадин и гематом на лице, которые согласно пункта 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ №194н от 24 апреля 2008 года, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 21 дня, а также ушибы (кровоподтеки (2)) мягких тканей левой верхней конечности, ушиб левого лучезапястного сустава, которые согласно пункту 9 «Медицинских критериев» расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью, а также физическая боль и материальный ущерб на сумму 6 500 рублей. 

В суде апелляционной инстанции ФИО1 виновным себя, как и в суде первой инстанции, не признал, показал, что вину в части разбойного нападения по предварительному сговору с ФИО7 не признает, поскольку в предварительный сговор с ФИО7 не вступал, ничего с ним не обсуждал и не о чем не договаривался, поднял наушники потерпевшего и отдал их С., так как на земле было грязно. Он потерпевшему удары ногами не наносил, осматривать карманы он не предлагал, телесные повреждения от его действия у потерпевшего не могли образоваться. Считает, что его оговаривают, поскольку ФИО7 и С. встречались друг с другом, и С. дает показания со слов ФИО7. Явку с повинной не подтверждает.

В суде апелляционной инстанции ФИО2, как и в суде первой инстанции, вину признал частично, в содеянном раскаялся, подтвердил показания, данные на стадии досудебного производства по делу, где он показал, что 26 октября 2024 года в вечернее время он встретился с ФИО5 и С., с которыми употреблял спиртные напитки. 27 октября 2024 года примерно в 6:00 часов они решили съездить в ломбард, заложить телефон, чтобы получить денежные средства. Они зашли в магазин «***», расположенный рядом с ломбардом по адресу: ****, сидели в тамбуре ждали 8:00 часов, когда начнут продавать пиво. В магазин зашел молодой человек среднего телосложения, на вид 20-25 лет, в очках, за спиной при себе был рюкзак черного цвета, также у него были надеты наушники полноразмерные белого цвета. Когда молодой человек заходил в магазин, он сказал ФИО5 «Давай его хлопнем», предложил он, потому что у них не было денежных средств на алкоголь, а ему хотелось дальше выпивать, на что ФИО5 ему ответил «Да, давай». Когда молодой человек выходил из магазина, он с ФИО5 обменялись фразами «Пойдем», после чего встали и пошли к выходу втроем. Он одел на лицо манишку (шарф), чтобы потерпевший не видел его лица. У дома № ** по ул. **** г. Перми они догнали молодого человека, он остановил его за плечо и сказал, что он коллектор и спросил, когда тот отдаст деньги, также просил достать телефон и перевести денежные средства. Молодой человек ответил, что ничего не должен. Он нанес потерпевшему удар левой рукой по лицу в область щеки и правой рукой в область живота, Алатарцев держал потерпевшего за руку. После этого ФИО5 ударил потерпевшему ногой в лицо в нос, а потерпевший стал махать рукой, звать на помощь людей. Допускает, что им были нанесены еще удары потерпевшему, не помнит, куда и в какой момент. После этого, ФИО5 перекинул через себя потерпевшего, который упал на асфальт спиной. Когда потерпевший падал, то у него спали наушники, которые ФИО5 подобрал и передал С.. Когда потерпевший встал с земли и побежал в сторону проезжей части, он догнал его и повалил на землю, а ФИО5 стал его удерживать на земле. Он не признает, что совместно с ФИО5 наносил потерпевшему удары ногами, когда тот лежал на земле. Удары ногами потерпевшему наносил ФИО5, он в этот момент стоял рядом. Он засунул руку в правый карман джинсов потерпевшего, чтобы найти и забрать сотовый телефон, так как были необходимы денежные средства на алкоголь, но его там не оказалось. После этого ФИО5 сказал, чтобы он посмотрел телефон в левом кармане. Он осмотрел левый карман, откуда забрал телефон марки *** золотистого цвета. В момент, когда забирали телефон, потерпевшему удары никто не наносил, но его держал ФИО5, возможно за руку. Они с ФИО5 переговорили, что необходимо снять рюкзак, после чего стали дергать за лямку рюкзака, но выдернуть рюкзак не удалось, только порвали лямку. После этого все втроем пошли в ломбард, который находится на ул. 1905 года сдавать наушники и телефон потерпевшего. В ломбарде ФИО5 сдал наушники, так как у того был паспорт, за наушники получили 500 рублей. Деньги потратили. Через несколько дней он в ломбард сдал телефон потерпевшего за 1000 рублей. Он просмотрел видеозапись, на которой себя и ФИО5 опознает. ФИО5 кивнул в сторону выходящего из магазина «***» Е., чтобы пойти за тем и ограбить. Они пошли за Е. чтобы ограбить, забрать что-то ценное (т. 1 л.д. 130- 136, т. 2 л.д. 95-97).

Несмотря на позицию, занятую осужденными, выводы суда об их виновности в совершении преступления полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

показаниями потерпевшего Е., данными в судебном заседании и в период предварительного расследования о том, что 27 октября 2024 года около 5:20 часов он поехал на работу. По пути зашел в магазин «***», расположенный по адресу: ****. В тамбуре магазина, на полу у входа сидели трое молодых людей на вид 20-25 лет, лиц он не запомнил. Купив продукты он пошел на работу. Примерно в районе дома № ** по ул. **** г. Перми, вышеуказанные молодые люди догнали его, после чего молодой человек в черной балаклаве сказал, что они коллекторы, и что он им должен денежные средства, на что он ответил, что у него нет задолженности перед коллекторами. Тогда молодой человек в балаклаве сказал, чтобы он доставал свой сотовый телефон, разблокировал и перечислил им денежные средства. Получив отказ, данный молодой человек сказал, что он борзый и что сейчас он будет здесь валяться. На тот момент он испугался, потому что понимал, что время было раннее и вокруг не было людей, которые могли бы ему помочь. Также он понимал, что не сможет дать отпор и оказать сопротивление молодым людям, потому что их было трое, а он один. Он понимал, что молодые люди могут избить его и забрать его личные вещи, но все равно ответил отказом. После этого второй молодой человек с татуировками на правой руке, схватил его за предплечье его левой руки, а молодой человек в балаклаве ударил его кулаком в область носа один раз. Также ему продолжали говорить, чтобы он достал телефон. После чего оба молодых человека начали наносить ему удары в область живота, ударов было много, сколько точно не помнит, он сжался, сгруппировался, упал на асфальт. Кроме этого удары приходились по кистям рук, которыми он прикрывал голову. Также ему нанесли не менее двух ударов ногами по спине и не менее двух ударов ногами по ногам (один удар в область голени левой ноги, один удар в область бедра левой ноги). Сопротивление он не смог оказать, поскольку все произошло достаточно быстро и нападавших было двое. У него спали наушники и очки. Он встал и побежал на проезжую часть, в надежде, что там будет проезжать машина, которая остановится и спугнет молодых людей. У дороги его схватил молодой человек в балаклаве и перекинул через плечо, после чего он упал на асфальт на спину, затем перекатился на правый бок. Пока он лежал на боку, ему нанесли не менее двух ударов ногами по рюкзаку, который был у него на спине. Также ему нанесли не менее двух ударов ногой по левому плечу, отчего он испытал сильную физическую боль. После чего, между молодыми людьми состоялся диалог, в котором один другому сказал: «Посмотри в карманах телефон». Затем молодой человек с татуировкой стал удерживать его руками, то есть прижал его руками к асфальту, а молодой человек в балаклаве стал проверять карманы его одежды. Сначала проверил карманы с правой стороны, сказал, что в них ничего нет. Тогда молодой человек с татуировками сказал проверить левый карман джинсов. На тот момент он уже лежал на спине, поэтому точно видел, кто и что друг другу говорил. Молодой человек в балаклаве достал из кармана его сотовый телефон марки «***», после чего они пытались отобрать у него рюкзак, одну лямку порвали. После этого трое молодых людей убежали в сторону магазина «***». Он обратился в больницу. У него было похищено: сотовый телефон марки «***» 16 ГБ, в корпусе золотистого цвета, с учетом износа оценивает в 3 000 рублей, оснащенный защитным стеклом, материальной ценности не представляющим, с сим-картой оператора сотовой связи ПАО «***» стоимостью 500 рублей, наушники полноразмерные белого цвета марки «***», оценивает в 3 000 рублей; очки для зрения, с прозрачным стеклом в металлической оправе золотистого цвета, оценивает в 2 500 рублей (т.1 л.д. 47-50, 204-208 т.2 л.д. 80-84);

протоколом очной ставки с обвиняемым ФИО1, в ходе которой потерпевший Е. пояснил, что ФИО5 и ФИО7 требовали передать им денежные средства, на его отказ ФИО7 сказал, что он «борзый» и, что он будет валяться. ФИО5 схватил его за руку, ФИО7 нанес удар рукой в лицо, он не упал, т.к. ФИО5 его удерживал. ФИО7 нанес ему удары в область живота, он упал, ему наносили удары ногами по телу, затем один стал осматривать карманы, второй стоял рядом, предложил осмотреть другой карман, откуда ФИО7 достал сотовый телефон (т.1 л.д. 97-102);

протоколом очной ставки с обвиняемым ФИО8, в ходе которой потерпевший Е. уточнил, что требования имущественного характера ему высказывал и ФИО5 и ФИО7, ФИО5 больше вел с ним диалог (т.2 л.д. 12-17); 

показаниями свидетеля З. данными в судебном заседании и в период предварительного расследования о том, что он осуществлял оперативное сопровождение по данному уголовному делу. В ходе оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что помещение магазина «***» по адресу: **** оборудовано камерами видеонаблюдения, в связи с чем соответствующие записи были им изъяты на диск. В ходе просмотра видеозаписей им были опознаны подозреваемые лица, которыми являются: ФИО2, С., ФИО1 (т.1 л.д. 26-28);

показаниями свидетеля С. данными в судебном заседании и в период предварительного расследования о том, что отдыхал, выпивал в одной компании с ФИО5 и ФИО7. Утром они пошли в магазин «***», хотели купить алкоголь, но его не продавали. Они сидели в тамбуре магазина, разговаривали. Когда в магазин вошёл потерпевший и прошел мимо них, ФИО7 сказал ФИО5: «Давай его хлопнем», на что ФИО5 ответил согласием, но в каких словах выразилось данное согласие, он не помнит. Он под этими словами понял, что ФИО7 предложил ФИО5 что-нибудь забрать у молодого человека. Когда молодой человек стал выходить из магазина, ФИО4 и ФИО3 пошли следом. Он также вышел следом за ними из магазина. Он увидел, что ФИО7 остановил молодого человека словами, что-то выкрикнул в его адрес, но может ошибаться, поскольку шел медленнее и находился на расстоянии. Когда он подошел, то услышал, что ФИО7 говорил молодому человеку, что они коллекторы, что он должен денежные средства. Он в данный разговор не вмешивался. Говорил ли что-либо ФИО5, он уже не помнит. После ФИО7 нанес молодому человеку удар рукой, затем нанес удар ФИО5. Далее ФИО7 и ФИО5 стали избивать молодого человека, удары наносили руками и ногами, ногами в тот момент, когда потерпевший лежал на земле. Когда молодой человек лежал на земле, ФИО7 стал проверять у него карманы одежды, достал сотовый телефон. ФИО7 и ФИО5 переговаривались между собой, в диалоге присутствовали слова: «Во телефон», «О, рюкзак», «О, наушники». Когда ФИО7 и ФИО5 избивали молодого человека, то с него на землю упали наушники, которые ФИО5 поднял и передал ему, сказав: «На подержи». ФИО7 пытался забрать у молодого человека рюкзак, дергал за него, оторвал лямку. После этого они пошли в сторону ул. **** г. Перми, он отдал ФИО5 наушники, сказав, что не хочет в этом принимать никакого участия. Сотовый телефон, который забрал ФИО7, был марки «Айфон». Данный телефон держал в руке и ФИО7 и ФИО5. Затем они пришли в комиссионный магазин «***», где по паспорту ФИО5 сдали наушники за 500 рублей. Сотовый телефон сотрудник магазина не принял, поскольку он был заблокирован (т.1 л.д. 37-40, т.2 л.д. 41-45); 

протоколом очной ставки с обвиняемым ФИО8, в ходе которой свидетель С. уточнил, что ФИО5 и ФИО7 вдвоем избивали потерпевшего, после чего у ФИО5 костяшки рук были сбиты и в крови (т.2 л.д. 46-50);

протоколом очной ставки с обвиняемым ФИО1, в ходе которой свидетель С. подтвердил, что видел, как ФИО5 «крутил вертушку», то есть нанес удар ногой потерпевшему, наносили удары ногами по телу лежащему на земле потерпевшему. ФИО5 поднял наушники и передал ему подержать (т.2 л.д. 64-71); 

показаниями свидетеля Т. о том, что ФИО1 является её сыном. В ночь с 11 ноября 2024 года на 12 ноября 2024 года к ним домой приехали сотрудники полиции и задержали Давида. На следующий день позвонил Давид и попросил найти ФИО4, чтобы он пришёл в полицию. Она нашла ФИО7, и он сказал, что они «хлопнули», т.е. избили молодого человека и то, что Давид ударил его один раз. Они на такси отправили ФИО7 в полицию.

Показания потерпевшего, свидетелей являются в целом непротиворечивыми, последовательными, логичными, согласуются между собой и дополняют друг друга в той части, в которой каждый из них был очевидцем событий и каких-либо обстоятельств, в целом позволяют создать единую картину происшедшего.

Не содержат материалы уголовного дела каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осужденных потерпевшим, свидетелями либо наличии между ними неприязненных отношений, а также о заинтересованности свидетелей в исходе дела. Таким образом, оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний указанных лиц у судебной коллегии не имеется.

Объективно обстоятельства совершения ФИО1 и ФИО2 инкриминируемого им преступного деяния подтверждаются письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании, в том числе:

протоколом очной ставки с потерпевшим Е., в ходе которой ФИО2, частично подтвердил показания потерпевшего, дополнил, что действительно требование передать имущество выдвигали они с ФИО5 и они вдвоем наносили удары Е.. После того как потерпевший пытался убежать он догнал Е., схватил и перекинул на землю, за лямки рюкзака дергал только он. Когда он осматривал один из карманов потерпевшего, то ФИО5 предложил осмотреть и другой карман (т.1 л.д. 163-170);

протоколом очной ставки с обвиняемым ФИО1, в ходе которой ФИО2 заявил, что когда он сказал ФИО5 «Давай его хлопнем», он имел ввиду ограбить, забрать ценные вещи, на что ФИО5 согласился, кто и какие действия должны совершать в отношении потерпевшего не обсуждали (т.1 л.д.223-226); 

протоколом осмотра места происшествия от 11 ноября 2024 года, в ходе которого осмотрен участок вблизи дома по адресу: ****, зафиксирована обстановка (т. 1 л.д. 13-16);

заключением эксперта № ** от 31 марта 2025 года, согласно которого у Е. имелись телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, ссадин и гематом на лице, которые, судя по характеру, внешним и клиническим проявлениям, образовались от ударных и плотно-скользящих воздействий твёрдого тупого предмета (предметов), возможно в заявленный срок. Данные повреждения, согласно пункта 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ №194н от 24 апреля 2008 года квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 21 дня; ушибы (кровоподтеки (2)) мягких тканей левой верхней конечности, ушиб левого лучезапястного сустава, которые судя по характеру, внешним проявлениям, образовались от ударных и (или) сдавливающих воздействий (не менее 2-х) твёрдого тупого предмета (предметов), от воздействия травмирующей силы на область левого лучезапястного сустава, возможно в заявленный срок. Данные повреждения не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и согласно пункта 9 расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью (т. 2 л.д. 22-27);

протокол проверки показаний на месте от 15 апреля 2025 года, с фототаблицей, в ходе которого потерпевший Е. указал на магазин «***», расположенный по адресу: ****, в котором он увидел троих молодых людей, затем проследовал до дома ** по ул. **** г. Перми, где ФИО4 и ФИО3 напали на него, требовали перевести деньги, высказывая угрозы, нанесли ему побои и похитили у него имущество (т. 2 л.д.138-145);

протокол выемки от 12 ноября 2024 года, в ходе которой у свидетеля З. изъят диск с видеозаписями из магазина «***», расположенного по адресу: **** (т. 1 л.д. 30-31);

протокол осмотра предметов от 12 ноября 2024 года, в ходе которого осмотрены записи с камер видеонаблюдения. На данном диске 3 цветных видеофайла:

на записи с надписью «**» имеется изображение помещения магазина «***», в которое входят трое молодых людей: молодой человек на вид 20-25 лет, плотного телосложения, одет в синюю кофту с капюшоном, серую безрукавку, штаны черные, черную кепку, серые ботинки, при себе имеет черный рюкзак; молодой человек на вид 20-25 лет, худощавого телосложения, одет в черную куртку, штаны черные с белыми полосками по бокам, кроссовки белые; молодой человек на вид 20-25 лет, одет в кофту черного цвета с капюшоном, черную безрукавку, штаны серые с белыми полосками по бокам, белые кроссовки;

на записи с надписью «***» имеется изображение помещения магазина «***», где у входа в магазин на полу сидят трое молодых людей, в помещение магазина заходит молодой человек среднего телосложения, на вид 20-25 лет, одет в куртку темного цвета, штаны черного цвета капюшон красного цвета, за спиной при себе имеет рюкзак черного цвета, также у него надеты очки, наушники полноразмерные белого цвета;

на записи с надписью «***» имеется изображение помещения магазина «***», в котором у входа на полу сидят трое молодых людей, из помещения магазина выходит молодой человек, сидящий по середине на полу молодой человек делает жест – наклон головы в сторону вышедшего из магазина молодого человека. После все трое молодых людей встают с пола, выходят из помещения магазина;

протоколом осмотра закупочного акта №** от 27 октября 2024 года, согласно которого: покупатель – ИП Ф., продавец – ФИО1. Предмет договора – наушники полноразмерные ***. Продавец (ФИО1) получил за товар денежные средства в размере 500 рублей. Товарный чек № ** от 14 ноября 2024 года, на котором имеется информация о продавце – Индивидуальный предприниматель Ф., в графе наименование товара – наушники полноразмерные ***. Кол-во – 1. Цена – 700 рублей (т. 1 л.д. 195-197);

протоколом проверки показаний на месте с участием обвиняемого ФИО2 и фототаблицей к нему, в ходе которой он добровольно рассказал и показал на месте о совершении им и ФИО1 преступления (т. 1 л.д. 246-255);

протоколом проверки показаний на месте с участием свидетеля С. и фототаблицей к нему, в ходе которой он рассказал о совершении ФИО1 и ФИО2 преступления (т. 1 л.д. 246-255).

Анализ этих доказательств позволяет сделать вывод о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенном с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору.

Отвергая позицию защиты о том, что ФИО1 и ФИО2 в преступный предварительный сговор не вступали, ФИО1 насилие к потерпевшему не применял, суд учитывает показания протерпевшего Е. который по обстоятельствам хищения у него имущества, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании дал конкретные и последовательные показания о том, что действия подсудимых были совместными, согласованными, оба применили в отношении него насилие с целью хищения имущества, вместе его преследовали от магазина до места преступления. Сам ФИО2 подтвердил, что когда он сказал ФИО5 «Давай его хлопнем», он имел ввиду ограбить, забрать ценные вещи, на что ФИО5 согласился. Свидетель С. также подтвердил данные обстоятельства. При этом подсудимые понимали, что у них нет законных оснований просить денежные средства у потерпевшего, потерпевший ранее им не знаком, долговых обязательств перед ними не имел, и не согласится добровольно отдать принадлежащее ему имущество. 

На основании исследованных доказательств установлено, что действия осужденных носили совместный, согласованный характер, они оба применили к потерпевшему насилие с целью хищения его имущества, при этом оба наносили потерпевшему удары, от которых потерпевший падал на землю, после чего ФИО5, действуя согласованно с ФИО7, с целью преодоления сопротивления потерпевшего, удерживал его на земле, пока ФИО7, действуя совместно и согласованно с ФИО5, обыскивал карманы потерпевшего, а затем открыто похитил из его кармана сотовый телефон, после чего совместно скрылись.

Слаженность действий ФИО1 и ФИО2, их последовательность и одновременность позволяет в данном случае утверждать, что они действовали группой лиц по предварительному сговору. 

При этом суд учитывает разъяснения, изложенные в п.п. 10, 14.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» о том, что, исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ. Если другие члены преступной группы продолжили свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным соисполнителем насилием либо угрозой его применения для завладения имуществом потерпевшего или удержания этого имущества, они также несут уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками.

Также в судебном заседании нашли подтверждение квалифицирующие признаки «совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья» и «с применением насилия, опасного для жизни и здоровья», поскольку в соответствии с пп. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", под насилием, опасным для жизни или здоровья (статья 162 УК РФ), следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. В тех случаях, когда завладение имуществом соединено с угрозой применения насилия, носившей неопределенный характер, вопрос о признании в действиях лица грабежа или разбоя необходимо решать с учетом всех обстоятельств дела: места и времени совершения преступления, числа нападавших, характера предметов, которыми они угрожали потерпевшему, субъективного восприятия угрозы, совершения каких-либо конкретных демонстративных действий, свидетельствовавших о намерении нападавших применить физическое насилие, и т.п.

В судебном заседании установлено, что после отказа Е., ФИО2, действуя совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, высказывал в адрес Е. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а именно: «Сейчас ты будешь здесь валяться», тем самым угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья. На тот момент потерпевший испугался, потому что понимал, что время было раннее и вокруг не было людей, которые могли бы ему помочь. Также он понимал, что не сможет дать отпор и оказать сопротивление молодым людям, потому что их было трое, а он один. Он понимал, что молодые люди могут избить его и забрать его личные вещи, о чем последний пояснил при допросе.

Помимо этого, в результате совместных умышленных преступных действий ФИО1 и ФИО2 потерпевшему Е. были причинены телесные повреждения, которые квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 21 дня.

Вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает оснований для признания видеозаписи, изъятой у свидетеля З. недопустимым доказательством, поскольку в соответствии с положениями ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу допускаются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств по делу допускаются, в том числе показания свидетелей, а также иные документы. Согласно ст. 84 УПК РФ к иным документам, которые допускаются в качестве доказательств по уголовному делу, относятся документы, которые могут содержать сведения, зафиксированные как в письменном, так и в ином виде. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или предоставленные в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ. В соответствии со служебным положением в рамках оперативно-розыскной деятельности свидетель З. являющийся оперуполномоченным, в силу своих должностных полномочий вправе был осуществлять видеосъемку на свой сотовый телефон событий, фиксирующих совершенное преступление, с которого впоследствии данная видеозапись была им перекопирована на CD-диск, который в свою очередь выдал изъятое следователю. Упаковка бумажного конверта с соответствующими надписями не нарушена, а протокол выемки соответствует положениям ст. ст. 182 - 183 УПК РФ.

Предварительное расследование по делу проведено с достаточной полнотой, обеспечивающей возможность установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу установлены и указаны в обвинительном заключении, которое соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Каких-либо препятствий для постановления судом приговора и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, не имеется.

Все доказательства, представленные стороной защиты суду первой инстанции как в отдельности, так и в совокупности с иными доказательствами, изложенными в приговоре, не опровергают установленные фактические обстоятельства дела, и не ставят под сомнение выводы суда о виновности осужденных.

Таким образом, всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании, позволяют судебной коллегии установить фактические обстоятельства дела и квалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 162 УК РФ. 

С учетом доводов апелляционного представления судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору.

Оснований для иной квалификации действий осужденных не имеется.

При назначении наказания осужденным судебная коллегия учитывает требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, роли и степени участия в совершении преступления каждого из осужденных, их личности, а также их молодой возраст. 

ФИО1 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, ранее судим, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, месту жительства соседями – положительно.

ФИО2 как личность по месту жительства характеризуется участковым уполномоченным удовлетворительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1 судебная коллегия признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в качестве которого расценивает протокол явки с повинной, опознание себя на видеозаписи, участие в проверке показаний на месте, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, принесение извинений потерпевшему, которые тот принял, раскаяние в содеянном, оказание помощи престарелой бабушке, имеющей тяжелое заболевание, нуждающейся в посторонней помощи в быту, помощь матери в воспитании брата и сестры, занятие волонтерской деятельностью в питомнике для животных, наличие благодарственных писем и дипломов за участие в спортивных и общественных мероприятиях, медали «За участие в торжественном прохождении войск 9 Мая».

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО2 судебная коллегия признает наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в качестве которого расценивает протокол явки с повинной, опознание себя на видеозаписи, участие в проверке показаний на месте, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, принесение извинений потерпевшему, которые тот принял, раскаяние в содеянном, оказание материальной помощи матери и сестре.

Судебная коллегия не усматривает оснований для признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства ФИО1 и ФИО2 явок с повинной, поскольку указанные протоколы явок с повинной составлены после фактического установления их причастности к совершению данного преступления, сведений о причастности к совершению иных преступлений указанные протоколы не содержит, помимо этого, подсудимые не подтвердили данные явки в ходе судебного заседания.

Учитывая необходимость соответствия наказания характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновных, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание в отношении каждого из осужденных, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных, условия их жизни и их семьи, а также возраст, состояние здоровья, материальное положение осужденных, судебная коллегия считает, что исправление ФИО1 и ФИО2 может быть достигнуто только в условиях изоляции от общества, поэтому им должно быть назначено наказание в виде лишения свободы. Исправление осужденных и достижение других целей наказания возможно только в условиях их реальной изоляции от общества. Оснований для назначения более мягкого вида наказания судебная коллегия не усматривает.

При этом, учитывая совокупность обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, отсутствие отягчающих обстоятельств, судебная коллегия считает возможным не назначать им, дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы. 

Считая, что иной вид наказания не будет способствовать достижению целей наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений, судебная коллегия не усматривает при этом оснований для применения ст. 73 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, отсутствии обстоятельств, существенно уменьшающих его общественную опасность, судебная коллегия не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения указанного преступления, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступления, как оснований к применению положений ст. 64 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Предусмотренных законом оснований для прекращения уголовного дела или уголовного преследования в отношении кого-либо из осужденных, постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения к кому-либо из осужденных отсрочки отбывания наказания не имеется.

Окончательное наказание ФИО1 подлежит назначению с учетом требований ч. 5 ст. 74, 70, ч. 5 ст. 69 УК РФ. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 и ФИО2 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима.

Производство по исковому заявлениюпотерпевшего Е.о взыскании материального ущерба в сумме 9000 рублей с учетом полного возмещения причиненного потерпевшему ущерба, отказа последнего от исковых требований, необходимо прекратить.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.23, 389.24, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 7 июля 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение, назначенное ФИО1 по приговору Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 12 сентября 2023 года - отменить.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 12 сентября 2023 года и назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору мирового судьи судебного участка №1 Орджоникидзевского судебного района г. Перми от 31 января 2025 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 5 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 и ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу – 9 сентября 2025 года.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время содержания под стражей с 12 ноября 2024 года до вступления апелляционного приговора в законную силу - до 9 сентября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 время содержания под стражей с 7 июля 2025 года до вступления апелляционного приговора в законную силу - до 9 сентября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Производство по исковому заявлению Е. о взыскании материального ущерба в сумме 9 000 рублей, прекратить.

Вещественные доказательства: диск, товарный чек, закупочный акт – хранить в уголовном деле; жилет, кроссовки, кофту, штаны, шарф (балаклава) –оставить по принадлежности у ФИО2

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденных, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: /подпись/.