Дело № 2-1415/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

23 мая 2018 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Ускова В.В. с участием помощника прокурора Железнодорожного района г.Улан-Удэ Батуевой Д.Д., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, при секретаре судебного заседания Ревенской Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ЗАО «Улан-Удэстальмост» о компенсации морального вреда, 

установил:

Обращаясь в суд, ФИО3 просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., мотивируя тем, что в период работы у ответчика он получил профессиональные заболевания: профессиональная хроническая обструктивная болезнь легких, вибрационная болезнь I-II степени. Согласно справкам МСЭ ..., ... от 01.12.2015 года установлена утрата трудоспособности по хронической обструктивной болезни легких – 10%, по вибрационной болезни – 20%. Также установлена третья группа инвалидности. Причиной профессиональных заболеваний послужило: длительное воздействие неблагоприятных факторов, в частности воздействие локальной вибрации и химических веществ, выше допустимых концентраций. В связи с получением профессиональных заболеваний истцу причинены физические и нравственные страдания.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился. О времени и месте рассмотрения дела извещен. В материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО1 

Представитель истца по доверенности ФИО1 доводы, изложенные в иске, поддержал. Просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ЗАО «Улан-Удэстальмост» ФИО2 исковые требования не признала, полагала обязанность компенсации морального вреда должна быть определена с учетом разумности и справедливости, со стороны работодателя предпринимались меры для выявления у работников профессиональных заболеваний, проводились медосмотры, создавались безопасные условия труда, работник обеспечивался необходимыми средствами индивидуальной защиты, предоставляется дополнительный отпуск, молоко. Негативные последствия компенсировались работодателем дополнительными гарантиями и компенсациями. Указала, что в развитии профессионального заболевания присутствует и вина ФИО3, который зная, что ему противопоказана работа с вибрацией, в шуме и на высоте на основании заключения о профессиональной негодности, продолжал работать и ухудшал свое здоровье. Кроме того, просила учесть, что в настоящее время предприятие признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Заслушав стороны, заключение помощника прокурора Железнодорожного района г. Улан-Удэ Батуевой Д.Д., полагавшей необходимым исковые требования удовлетворить с учетом разумности и справедливости, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда (ст. 212, 219 Трудового кодекса РФ). 

На основании ст. 21, 220 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п. 1).

Как установлено в судебном заседании ФИО3 работал в ЗАО «Улан-Удэстальмост» газорезчиком на протяжении 34 лет. 

Из акта о случае профессионального заболевания от 26.01.2016 следует, что истцу установлено заболевание – профессиональная хроническая обструктивная болезнь легких, легкое течение, 1 стадия, фаза ремиссии. Нарушение ФВД 1 ст. ДН0. Настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного неоднократного воздействия на организм работника вредных производственных факторов, в частности химических веществ, выше допустимых концентраций.

Общая утрата профессиональной трудоспособности истца, согласно справке МСЭ-2006 ... от 01.12.2015 по хронической обструктивной болезни легких составила 10% бессрочно.

Кроме того, из акта о случае профессионального заболевания от 26.01.2016 следует, что истцу установлено заболевание – вибрационная болезнь I-II cт., связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегето-сенсорная полинейропатия верхних конечностей, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей). Настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного неоднократного воздействия на организм работника вредных производственных факторов, в частности воздействие локальной вибрации превышающей предельно допустимые значения. 

Согласно справке МСЭ-2006 ... от 01.12.2015 общая утрата профессиональной трудоспособности истца по вибрационной болезни составила 20% бессрочно. 

Осуществление истцом трудовой функции в течение 34 лет было связано с постоянным воздействием на его здоровье вредных производственных факторов и веществ, которые впоследствии стали причиной возникновения профессиональных заболеваний. Данное обстоятельство подтверждается также представленным медицинским заключением Республиканского центра профессиональной патологии от 23.01.2017, Заключением Государственной экспертизы условий труда от 19.05.2016.

Таким образом, в результате профессионального заболевания здоровью истца причинен вред, подлежащий компенсации ответчиком. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из степени вины ответчика, длительности работы истца у ответчика во вредных условиях труда, наличия у истца двух профессиональных заболеваний, степени снижения профессиональной трудоспособности истца, возраст истца, нуждаемости в лечении в связи с профессиональными заболеваниями, степени и характера физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, тяжести причиненного вреда здоровью, ограничения в жизнедеятельности, наличие физических страданий, которые истец продолжает испытывать, а также обстоятельства, что после проведения медосмотра в 2012 году, в ходе которого была установлена негодность ФИО3 в работе в шуме и на высоте, истец продолжал работать. 

Доводы представителя ответчика о получении истцом дополнительных гарантий и компенсаций за тяжелую работу и работу с вредными условиями труда учету не подлежат как не имеющие правового значения обстоятельства.

Учитывая изложенное, требования разумности, справедливости и соразмерности, суд определяет ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика взыскивается государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования города Улан-Удэ в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден при обращении в суд. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с ЗАО «Улан-Удэстальмост» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

Взыскать с ЗАО «Улан-Удэстальмост» в доход муниципального образования г. Улан-Удэ государственную пошлину 300 (триста) руб. 00 коп. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 28.05.2018.

Судья В.В.Усков