Уникальный идентификатор дела: 18RS0001-02-2018-002561-43

Дело: № 2-67/2020

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

20 января 2020 года с.Завьялово УР 

Завьяловский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Гущиной С.Д., 

при секретаре Суворовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Банк СОЮЗ (АО) к ФИО1 о возмещении суммы материального ущерба работником,

УСТАНОВИЛ:

Банк СОЮЗ (АО) обратилось в суд с иском к ФИО1, в котором просило взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 125 497 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 710 рублей.

Исковые требования истца мотивированы следующим. ДД.ММ.ГГГГ ответчик была принята на работу в Банк СОЮЗ (АО) – ранее АКБ «СОЮЗ» (ОАО) на должность главного менеджера Операционного офиса «Ижевский» Самарского филиала АКБ «СОЮЗ» (ОАО). В соответствии с должностной инструкцией ключевой задачей работника являлось увеличение клиентской базы. В рамках данной задачи работник выполнял следующие функциональные обязанности: оказывать помощь в заполнении анкет-заявок для кредитов, анкет – заявлений на выпуск банковских карт, заявлений на досрочное погашение кредита и др. заявлений, проводить консультации в части подготовки требуемого пакета документов для получения кредита, осуществлять прием у клиентов данного пакета документов, проверять комплектность и правильность его оформления (автокредитование, потребительский кредит, ипотечный кредит, банковские карты). Таким образом, в силу своих должностных обязанностей ответчик оформлял необходимые документы при приеме от клиентов анкет-заявок для выдачи кредита. ФИО1 проработала у ответчика до ДД.ММ.ГГГГ, уволилась по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ между Банком и ФИО3 был заключен договор возмездного оказания услуг, в соответствии с которым ФИО3 – исполнитель обязалась оказывать заказчику следующие услуги: поиск физических лиц – потенциальных клиентов заказчика, консультирование клиентов в отношении программ и условий ипотечного кредитования, формирование и передача заказчику комплектов документов по клиентам, связанных с получением клиентами кредитов у заказчика. Кроме этого, исполнитель обязался содействовать корректному оформлению кредитной заявки и формированию необходимого для ее рассмотрения заказчиком пакета документов, а также передавать указанные документы на рассмотрение заказчику. Оказывать указанные услуги исполнитель обязался лично. Пунктом 3.1 договора в редакции дополнительного соглашения, за оказание услуг, предусмотренных данным договором, в результате которых заказчиком были выданы ипотечные кредиты клиентам, привлеченным исполнителем, заказчик обязался оплачивать услуги исполнителя в размере 1% от суммы выданного кредита, но не более 50 000 рублей по итогам отчетного периода, который по условиям договора составлял календарный месяц. Датой оказания услуги являлась дата окончательного согласования сторонами отчета. Таким образом, согласно договору с ФИО3 вознаграждение могло быть выплачено исполнителю только в случае привлечения исполнителем клиента Банка, с которым впоследствии был заключен кредитный договор и только на основании отчетов, подписанных сторонами договора. ДД.ММ.ГГГГ в Банке был утвержден Регламент взаимодействия подразделений Банка при сотрудничестве с Партнерами в рамках программ розничного кредитования, который определил правила взаимодействия с Партнерами Банка, заключения с ними договоров, оплаты их услуг. В силу п.2 Регламента Партнер – индивидуальный предприниматель, физическое или юридическое лицо, участвующее в продвижении кредитных продуктов Банка. ФИО3, с которой у Банка был заключен договор возмездного оказания услуг, относилась к Партнерам Банка для целей применения вышеуказанного Регламента. Согласно п.9.1 Регламента для выплаты комиссионного вознаграждения партнеру за выданные кредиты клиентам, направленным в Банк Партнером, специалист составляет акт-отчет к договору за отчетный период, сопроводительную записку к акту – отчету к договору и направляет их руководителю бизнес-подразделение, который после проверки сведений согласовывает (визирует) указанные документы и передает их обратно специалисту. После согласования с руководителем бизнес-подразделения специалист направляет в течение 1 рабочего дня акт-отчет к договору, подписанный руководителем бизнес-подразделения, в отдел расчетов для выплаты комиссионного вознаграждения Партнеру. В соответствии с п.2 Регламента специалист – на уровне ОО/ДО – главный, ведущий/менеджер, на уровне ГО и филиалов – специалист отдела / группы ипотечного кредитования / автокредитования / потребительского кредитования, ответственный за реализацию кредитных продуктов Банка, за работу с Партнерами в процессе реализации кредитных продуктов Банка, за заключение с Партнерами соглашений и договоров и взаимодействие с подразделениями Банка, задействованными в процессе заключения с Партнерами соглашений и Договоров. Таким образом, именно специалист Банка подготавливает акт-согласование по заключенным договорам с Партнерами Банка, и именно такой ответ (после согласования с руководителем бизнес-подразделения) является основанием для выплаты Партнеру вознаграждения в соответствии с заключенным между Банком и Партнером договором. При этом в силу Регламента выплата вознаграждения Партнеру предусмотрена только за выданные кредиты клиентам, направленным лично им в Банк. ДД.ММ.ГГГГ по результатам внутренней проверки банка соблюдения условий агентского договора гражданкой ФИО3 был выявлен факт возможного причинения Банку материального ущерба сотрудником ОО «Ижевский» Самарского филиала Банка ФИО1, о чем был составлен соответствующий акт. ДД.ММ.ГГГГ Банком в правоохранительные органы подано заявление о возбуждении уголовного дела, на основании которого было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ. В процессе расследования было установлено и подтверждается материалами уголовного, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь на своем рабочем месте, при оформлении анкет клиентов кредитных заявок в рамках программы «Ипотечное кредитования», самостоятельно обратившихся в Банк заемщиков, не получавших каких-либо рекомендаций и консультаций риелторов, предусмотренных договором возмездного оказания услуг и регламентом взаимодействия подразделений банка при заключении соглашений о сотрудничестве с Партнерами, в том числе риелтора ФИО3, в лист информации для служебного пользования внесла недостоверные сведения об оказании услуг указанным заемщикам риелтором ФИО3 Также ФИО1 были составлены отчеты по дополнительным соглашениям к агентскому договору, заключенному с ФИО3, где так же указала на то, что заемщикам были оказаны услуги риелтором ФИО3, после чего данные ответы были переданы самой ФИО3, сообщив той заведомо ложную информацию об оказании данным заемщикам услуг иным риелтором, но от имени ФИО3, и о необходимости после поступления на счет денежных средств снятии их и передачи ФИО1 для передачи риелтору, фактически оказавшему услуги заемщикам. После чего ФИО1 сканировала копии кредитных заявок заемщиков с недостоверной информацией об оказании услуг риелтором ФИО3 и отчеты направила посредством электронной почты для согласования директору ОО «Ижевский». Последний, будучи неосведомленным относительно преступных намерений ФИО1, указанные документы согласовал, поставил свою подпись на указанных документах и направил их обратно ФИО1 После этого данные документы были направлены в Самарский филиал Банка «СОЮЗ» (АО) для выплаты комиссионных вознаграждений риелтору ФИО3 На расчетный счет ФИО3 Банком перечислялись денежные средства, часть из которых составляла вознаграждения за оказание услуг заемщикам, которым в действительности данные услуги оказаны не были. ФИО3 же после поступления на ее счет денежных средств, не осознавая намерений ФИО1, передала последней денежные средства, которая в свою очередь обязалась передать их риелторам, которые якобы оказали соответствующие услуги заемщикам. Таким образом, полученные от ФИО3 денежные средства в сумме 125 497 рублей, принадлежащие Банку, ФИО1 присвоила и распорядилась по своему усмотрению, тем самым причинив Банку материальный ущерб на указанную сумму. ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела Банком был подан гражданских иск о возмещении вреда, причиненного преступлением. Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> УР от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности, гражданский иск Банка был оставлен без рассмотрения. В силу условий трудового договора, должностной инструкции работник несет ответственность перед работодателем в соответствии с трудовым, административным, уголовным, гражданским законодательством РФ, за причинение материального ущерба Банку. Обстоятельства, исключающие ответственность ответчика, установлены не были. В качестве правового обоснования требований истец указал на положения статей 21, 238, 243, 232, 239, 248 ТК РФ.

Истец Банк «СОЮЗ» (АО) своего представителя в судебное заседание не направил, о времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом. Представителем истца были представлены дополнительные пояснения в обоснование доводов истца. Так было указано, что материалами уголовного дела подтверждается, что заемщики ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11 при получении кредитов в Банке не пользовались услугами ФИО3, а также услугами других риелторов, на которых ссылается ФИО1 при расследовании уголовного дела, которым якобы она передавала денежные средства, перечисленные на счет ФИО3 за указанных заемщиков. ФИО3 подтвердила, что указанным заемщикам услуги не оказывала, но вознаграждение за выдачу кредитов указанным заемщикам действительно было перечислено на ее счет, указанные денежные средства она сняла и передала ФИО1 Кроме этого, ФИО1 согласилась на прекращение уголовного дела ввиду истечения сроков давности, не смотря на то, что это влекло утрату ею права на реабилитацию, которое невиновное лицо бы требовало. Вышеуказанные факты свидетельствуют о том, что у ответчика был умысел на получение денежных средств Банка без законных на то оснований. Несмотря на отсутствие в трудовом законодательстве понятия «умысел», исходя из общего смысла закона, умысел работника в причинении вреда имуществу работодателя состоит в том, что работник сознательно совершил действия, направленные на причинение работодателю прямого действительного умысла, знал о наступлении таких последствий и желал их наступления либо относился к ним безразлично. При этом для привлечения к материальной ответственности необходимо наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями работника и наступившими последствиями работодателя. Таким образом, внесение ФИО1 заведомо недостоверных сведений в раздел «Информация для служебного пользования» анкет клиентов кредитных заявок указанных выше заемщиков и составление недостоверных отчетов к договору оказания услуг Банку по поиску и привлечению заемщиков, привели к прямому действительному ущербу Банка, так как на основании указанной недостоверной информации Банк перечислил на счет ФИО2 денежные средства в размере 125 497 рублей, хотя законных оснований для этого не было. На возражение ответчика относительно пропуска срока исковой давности указал на что, иск был подан ДД.ММ.ГГГГ в пределах срока исковой давности, основания считать дату подачи искового заявления ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, данными о месте регистрации ответчика истец не обладал, обратился по известному месту жительства ответчика, какое у него имелось на дату обращения за защитой своего права. 

Ответчик ФИО1, будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась. По ходу рассмотрения дела ответчик исковые требования не признал, возражал против их удовлетворения. В обоснование своих возражений в письменном виде, а также данных непосредственно суду в судебных заседаниях пояснениях указал следующее. В должностные обязанности ответчика входило, помимо прочих, привлечение клиентов, консультирование, прием анкет-заявок от клиентов на возможность получения ими ипотечного кредита. Анкету могли принести в Банк, как сами клиенты, так и риелторы, работающие с ними. Работа ответчика заключалась в следующем: - прием анкеты, заполненной собственноручно клиентом; - заполнение листа «Информации для служебного пользования», в который вносилась фамилия риелтора, сопровождающего сделку, из числа Партнеров Банка (деятельность Банка с риелторами регулировалась Регламентом взаимодействия подразделений Банка при сотрудничестве с Партнерами. Данный документ регламентировал многоэтапную процедуру проверок и одобрения, к которой ответчик никакого отношения не имел. Риелтор, прошедший отбор входил в специальный реестр партнеров Банка); - направление анкеты с листом информации на утверждение директору ОО «Ижевский» самарского филиала Банка ФИО12; - направление согласованной (подписанной) руководителем анкеты с листом информации на проверку в департамент защиты активов, после чего принималось решение о возможности работы с данным риелтором; - направление анкеты, прошедшей проверку, с листом информации и полным пакетом документов в головной офис, расположенный в 

<

адрес>. Именно там принималось решение о выдаче кредита и выплате вознаграждения риелтору. Из данных трудовых функций ответчика следует, что ее должность была технической и не подпадала под понятие организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций, поскольку ответчик не была наделена правом принятия организационных решений, как по предоставлению ипотечных кредитов, так и по расчету выплат вознаграждений Партнерам Банка. Деятельность ответчика так же не была связана с финансовыми операциями по перечислению сумм вознаграждений Партнерам. Вызывает большие сомнения, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик, находясь в прямом подчинении директора, ни разу не предоставляла отчеты о своей деятельности, а директор, находясь в одном офисе с ответчиком, не имел возможности проверки отчетов на их достоверность как лично, так и с привлечением службы безопасности Банка. Обратное свидетельствовало бы о наличии признаков халатности в исполнении директором служебных обязанностей, выражающихся в отсутствии контроля за действиями работника, либо о факте его бездействия, знавшего о нарушении ответчиком регламента работы с партнерами и не принявшего активных действий по пресечению и недопущению нарушения установленных правил. Поскольку в материалах дела отсутствует информация о халатности исполнения директором своих трудовых обязанностей и при отсутствии фактов привлечения ответчика к дисциплинарной ответственности за непредоставление отчетов, а равно за их недостоверное содержание, следует признать за истину, что отчеты ответчиком предоставлялись регулярно, их содержание проверялось на достоверность, а сама деятельность ответчика контролировалась директором на всех этапах и не вызывала нареканий. В результате проведенного следствия, признаки мошенничества в действиях ответчика установлены и доказаны не были. Ответчик свою вину не признала, также вина не установлена и следствием. Уловное дело в отношении ответчика прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Утверждение Банка, что ФИО3 снимала со своего счета денежные средства для последующей передачи другим риелторам, оказавшим Банку услуги, при этом не осознавала истинных намерений ответчика, а ответчик же эти средства присвоила и использовала по своему усмотрению, являются голословными, поскольку своего подтверждения в ходе следствия не нашли. Факты передачи денежных средств ФИО3 ответчику подтверждаются лишь словами самой ФИО3, объективные доказательства таких фактов в уголовном деле отсутствуют. В ежемесячные отчеты, обязанность по составлению которых возложена на директора, лично им вносились фамилии клиентов и риелторов, приведших клиента. Подписанные лично директором и риелтором отчеты направлялись в бухгалтерию в 

<

адрес> для начисления вознаграждения риелтору, в данном случае ФИО3, зачисление денег производилось на ее счет, открытый в Ижевском офисе Банка. Ответчик к этим процедурам никакого отношения не имеет. Таким образом, умысел ответчика на присвоение денежных средств истца не доказан, не доказан и сам факт присвоения денежных средств. Вместе с тем, следует признать, что ответчиком были нарушены определенные требования Регламента, что подпадает под понятие дисциплинарного проступка. Закон различает ограниченную и полную материальную ответственность. В качестве основания для привлечения ответчика к полной материальной ответственности истец приводит п.3 статьи 243 ТК РФ, где умысел ответчика заключался в присвоении денежных средств Банка. Вместе с этим, данное обстоятельство в ходе рассмотрения уголовного дела установлено не было. Банк не отрицает, что договоры с лицами, поименованными в исковом заявлении (ФИО17, ФИО18, ФИО19 и пр.), заключены и Банк получает по ним доход, сделки правомерны и выгодны Банку. У Банка нет оснований утверждать, что поименованные лица не пользовались услугами риелторов, способствующих получению заемных средств. Риелторы, способствовавшие заключению договоров ипотеки, согласно Регламенту имеют право на вознаграждение. Банк выражает сомнение в правомерности заключения сделок с риелторами, не входящими в реестр, т.е. в обход Регламента. Однако это не преступление и Банк вправе по факту совершения выгодной для себя сделки одобрить выплату вознаграждения риелторам, не входящим в реестр. Таким образом, основания говорить о наличии у Банка прямого материального ущерба отсутствуют. Доказательства получения ответчиком от ФИО3 денежных средств также отсутствуют. Поскольку истцом не доказан факт присвоения ответчиком денежных средств Банка, противоправность поведения и вина ответчика в какой-либо форме, избранный им способ защиты следует признать ненадлежащим. Кроме этого, представителем ответчика указано на то, что Регламент взаимодействия с Партнерами Банка был принят ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик же принят на работу в 2011 году. На момент принятия Регламента Банк уже выдавал ипотечные кредиты и мотивировал риелторов. Сведения же об ознакомлении ответчика с данным Регламентом в материалах дела отсутствуют. Отсутствие же доказательств доведения до сведения работника содержания служебного документа лишает работодателя права требовать его неукоснительного исполнения. Несмотря на это, в порядке поручения непосредственного руководителя - директора офисного отдела ФИО12, после устного разъяснения особенностей работы с риелторами, порядка их мотивации, ответчик приступила к работе в сфере ипотечного кредитования. Должностная инструкция не предполагает самостоятельной работы с риелторами. Истцом не доказана вина ответчика, отсутствует причинно-следственная связь между поведением работника и наступившим ущербом. В материалы дела не предоставлены документы по созданию комиссии, приказы и распоряжения руководителя, в которых подлежали отражению цель создания, место проведения работы, состав и правомочия членов комиссии и прочее. В связи с чем ставится под сомнение правомочность принятого комиссией решения. Расчет причиненного ущерба не содержит ссылок на нормы права, а документ подписан неизвестным лицом. Прекращение уголовного дела и уголовного преследования по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, не означает установление виновности ответчика в совершении вменяемых ему в вину преступлений. 

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие сторон и их представителей.

Изучив доводы сторон, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании были установлены следующие обстоятельства дела. ДД.ММ.ГГГГ между работодателем – Банк СОЮЗ (АО) (ранее - АКБ «СОЮЗ» (ОАО)) и работником – ФИО1 был заключен трудовой договор № ТД, по условиям которого последняя была принята на работу на должность главного менеджера Операционного офиса «Ижевский» Самарского филиала АКБ «СОЮЗ» (ОАО). Выполнять свои обязанности она обязалась в соответствии с его условиями и должностной инструкцией. Договором было предусмотрено, что работа является для работника основной, заключен был на неопределенный срок. В последующем дополнительными соглашениями к указанному трудовому договору были внесены изменения: в раздел 1.6 «виды и условия социальных льгот, предоставляемых работнику» - дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, в раздел 1.1 «Место работы, наименование должности, дата начала работы» - дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ работнику было поручено выполнение дополнительной работы на определенный срок, трудовой договор дополнен разделом 1.7 «Условия труда на рабочем месте».

В период работы, ответчик исполнял должностные обязанности согласно должностным инструкциям «Главного менеджера» в редакции от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно договору возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Банк СОЮЗ (АО) (на момент заключения договора - АКБ «СОЮЗ» (ОАО)) (заказчик) и ФИО3 (исполнитель) последняя обязалась оказывать заказчику следующие услуги: поиск физических лиц – потенциальных клиентов заказчика, консультирование клиентов в отношении программ и условий ипотечного кредитования заказчика, формирование и передача заказчику комплектов документов по клиентам, связанных с получением клиентами кредитов у заказчика. Ежегодно между сторонами договора возмездного оказания услуг заключались дополнительные соглашения, которыми продлевался срок действия договора. Согласно последнему представленному в материалы дела дополнительному соглашению № от ДД.ММ.ГГГГ, срок действия договора возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ был продлен до ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом работодателя о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №-К от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ прекращено, работник ФИО1 была уволена с ДД.ММ.ГГГГ на основании личного заявления в соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 ТК РФ.

Приказом председателя Правления Банка № от ДД.ММ.ГГГГ было принято решение о проведении внеплановой проверки деятельности сотрудников ОО «Ижевский» Самарского филиала Банка СОЮЗ (АО) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, рабочей группе поручено в срок до ДД.ММ.ГГГГ представить председателю Правления Банка отчет о результатах проверки.

ДД.ММ.ГГГГ в результате выездной проверки соблюдения условий договора об оказании возмездных услуг, заключенного между Банком и гражданкой ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ за №, комиссией в составе: председателя комиссии – начальника отдела внутренней безопасности Департамента по защите активов Банка «СОЮЗ» (АО) ФИО13, членом комиссии – начальником отдела по Самарскому филиалу Управления защиты активов и координации региональной сети Департамента по защите активов Банка «СОЮЗ» (АО) ФИО14 в присутствии директора ОО «Ижевский» Самарского филиала Банка «СОЮЗ» (АО) ФИО15 было установлено, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на счет ФИО3 в соответствии с условиями агентского договора и дополнительных соглашений к нему, Банком были перечислены агентские вознаграждения на общую сумму 1 206 797 рублей. При этом было установлено, что 24 заемщика из 56 не подтвердили обращение к услугам агента ФИО3 для оформления ипотечных кредитов. Восемь из них ранее уже являлись клиентами Банка по ипотечным кредитам, все документы на кредитование собирали сами, к услугам риелтора ФИО3 не обращались. Таким образом, комиссией были установлены признаки выплаты агентских вознаграждений ФИО3 по агентскому договору в сумме 479 912,50 рублей за фактически не оказанные услуги, при содействии сотрудника операционного офиса «Ижевский» Самарского филиала Банка СОЮЗ (АО). Из 24 заявок на получение кредита, 22 заявки заведены главным менеджером ОО «Ижевский» ФИО1, 2 заявки ведущим менеджером ОО «Ижевский» ФИО16 Акты-отчеты по 22 выданным кредитам на выплату вознаграждения подписаны директором ОО «Ижевский» ФИО12 (уволен ДД.ММ.ГГГГ), по 2 кредитам – директором ОО «Ижевский» ФИО15 

Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> УР от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 159 УК РФ, было прекращено по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, гражданский иск Банка СОЮЗ «АО» к ФИО1 оставлен без рассмотрения.

Считая, что действиями ФИО1 по присвоению и распоряжению денежными средствами в размере 125 497 рублей, необоснованно перечисленными Банком ФИО3, Банку СОЮЗ (АО) был причинен материальный ущерб на указанную сумму, ДД.ММ.ГГГГ Банк обратился в суд с исковым требованием к ФИО1 о взыскании суммы причиненного ущерба работодателю.

Данные обстоятельства установлены на основании представленных сторонами доводов и доказательств, представленных в их обоснование, и по существу ими не оспаривались. 

В силу ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ судебной защите подлежит нарушенное или оспариваемое право.

В силу п. 1 ст. 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с названным кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть третья статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (статья 233 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника".

Частью первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев полной материальной ответственности установлен статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба.

В силу ст. 248 ГПК РФ возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю.

На основании части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными виновными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В качестве доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного действиями ФИО1 Банку, а также размера этого ущерба, суду представлен акт выездной проверки соблюдения агентского договора гражданкой ФИО3 

Обращаясь в суд с исковыми требованиями к ФИО1 о возмещении материального ущерба, истец ссылался на умышленное причинение работником ущерба работодателю, поскольку ею были представлены сведения, не соответствующие действительности, в связи с чем, ФИО3 были произведены выплаты агентских вознаграждений в размере 125 497 рублей за фактически неоказанные услуги.

Ответчик не оспаривал внесение при заполнении анкет-заявлений на кредит в лист «Информация для служебного пользования» сведений о ФИО3 как Партнере Банка, при содействии которого клиентам Банка, указанным в акте проверки, были предоставлены ипотечные кредиты. 

На основании данных сведений, в соответствии с договором возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, а в последующем и Регламента взаимодействия подразделений Банка при сотрудничестве с Партнерами в рамках программ розничного кредитования, утвержденного приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, Банку были предоставлены отчеты об оказании услуг, предусмотренных договором оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, несмотря на предусмотренные условиями договора, заключенного с ФИО3, оказывать услуги лично, отчеты, в которых были также указаны заемщики, которым ФИО3 услуги не оказывала, возражения ни на один из них не поступали.

При таких обстоятельствах доводы истца, что именно в результате умышленных действий ответчика, а именно, указания заведомо недостоверных сведений о Партнере Банка, Банк необоснованно лишился денежных средств, несостоятельны, поскольку факты соответствия сведений о клиентах, которым ФИО3 действительно были оказаны услуги, клиентам, отраженным в отчетах, при подписании отчетов должны были в первую очередь выявлены самим Партнером ФИО3.

Также, указанным выше актом проверки выявлены признаки выплат агентских вознаграждений ФИО3, размер выплат установлен в сумме 479 912,50 рублей. Сведений о том, что указанным актом установлено умышленное причинение именно ответчиком ущерба истцу в размере 125 497 рублей, не имеется, сведения об ознакомлении ответчика с результатами проверки и истребовании его объяснений для установления размера причиненного ущерба также в материалы дела не представлены. Кроме этого, период времени, в течение которого Банку был причинен ущерб, определен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что выходит за пределы трудовых отношений ответчика. Решение по результатам проверки о возмещении ФИО1 ущерба в размере 125 497 рублей работодателем не принималось.

При таких обстоятельствах, суд не может принять указанный акт проверки в качестве установления причинения ответчиком ФИО1 ущерба в указанном размере. Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> УР от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.159 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, прекращено в связи с истечением срока давности уловного преследования.

Если вина работника в причинении ущерба работодателю подтверждена в полном объеме вступившими в законную силу приговором суда, то при рассмотрении гражданского иска в соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ эти обстоятельства презюмируются виновному лицу и не требуют доказывания.

Учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности в связи с истечением срока давности уголовного преследования, вследствие акта амнистии) не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

Факт согласия на прекращение уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, установленный в суде, является самостоятельным доказательством по гражданскому делу, подлежащим оценке в совокупности с иными доказательствами, заранее установленной силы, и в силу ст. 67 ГПК РФ, для суда не имеет.

Доводы ответчика о недопустимости представленного истцом доказательства акта о не предоставлении объяснений от ДД.ММ.ГГГГ суд находит обоснованными, поскольку на момент составления данного отчета ответчик у истца уже не работал, проверка проведена была в его отсутствие, сведения о его извещении о необходимости явиться для ознакомления с результатами проведенной проверки в материалах дела отсутствуют, явка ответчика к истцу ничем не подтверждена. Кроме этого, суд соглашается с доводами стороны ответчика, что при действительном наличии указанного документа он был бы представлен одновременно с настоящим исковым заявлением, а также имелся бы в материалах уголовного дела, причем логично было его представить одновременно с актом проведенной представителями истца проверки. Однако этого истцом сделано не было. Так же суд обращает внимание, что установить соответствие реальной давности составления указанного документа, созданного с помощью технических средств, дате, проставленной на самом документе, достаточно сложно без привлечения к этому специалистов. 

При таких обстоятельствах суд находит установленным, что письменные объяснения относительно причиненного ответчиком Банку ущерба в нарушение положений части второй статьи 247 ТК РФ не истребовались.

Истребование же объяснений у работника, даже который уже уволен, является обязательным и соответствующим действующему правовому регулированию, устанавливающему порядок привлечения работника к материальной ответственности и обязанность работодателя до принятия им решения о возмещении ущерба конкретным работником провести проверку с истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Так как доказательств наличия умышленного причинения ответчиком ущерба не представлено, и как следствие, отсутствие совокупности обязательных условий наступления материальной ответственности работника, то оснований для привлечения его к полной материальной ответственности по п. 3 ст. 243 ТК РФ не имеется.

В соответствии с положениями ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Из приведенных выше норм права и разъяснений по их применению, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 13, следует, что право определения предмета иска и его основания, как и способа защиты права, принадлежит истцу.

В настоящем случае в связи с неосновательной выплатой ФИО3 денежных средств у истца возник ущерб. Истцом избран такой способ защиты как возмещение ущерба, причиненного работником, действиями которого и по вине которого причинен указанный ущерб. Такой способ защиты не противоречит закону. Однако при заявленных требованиях истца, основания для выхода за пределы предъявленных к данному ответчику требований у суда отсутствуют.

Разрешая доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением возникшего трудового спора, суд исходил из следующего.

Работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба (часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 ТК РФ).

Пропуск срока может являться самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Ссылка стороны ответчика на то, в срок исковой давности подлежит включению период с момента обнаружения ущерба до поступления иска о его возмещении в суд в соответствии с правилами территориальной подсудности, несмотря на обращение в суд с соответствующим иском в нарушение правил подсудности, основано на неправильном, субъективном толковании норм материального права.

Согласно материалам дела дата обнаружения ущерба – ДД.ММ.ГГГГ. Предъявление гражданского иска в рамках уголовного дела последовало ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ уголовное в отношении ответчика было прекращено, гражданский иск был оставлен без рассмотрения. ДД.ММ.ГГГГ иск о возмещении ответчиком ущерба поступил в Ленинский районный суд 

<

адрес> УР, в последующем гражданское дело по иску Банка к ответчику было направлено по подсудности в Завьяловский районный суд УР.

В силу ч.1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено. Если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения. Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца.

Поскольку на момент прекращения уголовного дела и оставления гражданского иска без рассмотрения не истекшая часть срока исковой давности составляла менее шести месяцев, она в соответствии с положениями п. 3 ст. 204 ГК РФ удлинилась до шести месяцев - до ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 204 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается, в частности, предъявлением иска в установленном порядке, то есть с соблюдением правил о подведомственности и подсудности дела, о форме и содержании искового заявления, об оплате его государственной пошлиной, а также других предусмотренных Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации требований, нарушение которых влечет отказ в принятии искового заявления или его возврат истцу.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" отмечено, что в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

При обращении в Ленинский районный суд 

<

адрес> УР (в пределах срока исковой давности) истец руководствовался сведениями о месте жительства истца, содержащимися в постановлении Октябрьского районного суда 

<

адрес> о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. Иными сведениями о месте жительства ответчика истец не располагал.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что истцом был подан иск по последнему известному месту жительства ответчика, иск был принят к производству суда, несмотря на дальнейшее направление для рассмотрения по подсудности, суд приходит к выводу о том, что истцом, установленный действующим законодательством срок исковой давности пропущен не был.

Иные доводы сторон, с учетом установленных судом обстоятельств, не имеют правового значения для разрешения данного спора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Банка СОЮЗ (АО) к ФИО1 о возмещении суммы материального ущерба работником оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательном виде через суд, принявший решение.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Гущина С.Д.