№2-2340/2018

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

«21» ноября 2018 г. 

Тамбовский районный суд Тамбовской области в составе:

председательствующего судьи Дробышевой Е.В.,

при секретаре Мачехиной Л.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате, признании приказа недействительным и внесении изменений в трудовую книжку,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании задолженности по выплате заработной платы, внесении изменений в трудовою книжку, просит изменить дату принятия на работу с 01.02.2018 на 18.01.2018, и о восстановлении на работе.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 уточнила исковые требования, просила взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за 1 и 9 мая 2018 года в размере 2831,6 руб., задолженность по заработной плате за июль 2018 года – 9500 руб. и неоплаченную часть неиспользованного отпуска - 9078 руб. Также истец просит, отменить приказ №-Д от 06.06.2018 о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора и изменить в трудовой книжке запись об увольнении в связи с утратой доверия на запись об увольнении по собственному желанию с 03.08.2018.

В судебном заседании ФИО1 уточненные требования поддержала, дополнив, что ранее заявленное требование о внесении изменений записи в трудовой книжке о приеме на работу с 01.02.2018 на 18.01.2018 она также поддерживает. Истец пояснила, что она была принята на работу 18 января 2018 года ИП ФИО2 в качестве продавца в магазин «Рассказовский трикотаж», расположенный по адресу: 

<

адрес>. Однако трудовой договор был составлен от 1 февраля 2018 года. Уволена она была 30 июля 2018 года на основании утраты доверия в связи с выявлением недостачи. В конце мая 2018 года была проведена инвентаризация, с результатами которой она не согласна, после инвентаризации она продолжала работать, о том, что в отношении нее вынесен приказ о дисциплинарном взыскании она не была уведомлена и никаких объяснений по этому поводу с нее не брали. В конце июня 2018 года была проведена повторная инвентаризация, после инвентаризации с 23 июня она на работу не выходила, так как магазин был закрыт. В июле 2018 года она получила от ФИО2 уведомление о том, что будет уволена в связи с утратой доверия, получив уведомление она обратилась в Государственную инспекцию по труду. После проверки, проведенной инспекцией, ФИО2 выплатил ей денежные средства, задолженность по которым была выявлена в ходе проверки. 30 июля 2018 года она была уволена. Однако ей не выплатили задолженность по заработной плате за работу в выходные праздничные дни 1 и 9 мая 2018 года, также не выплатили заработную плату за июль 2018 года и компенсацию за неиспользованный отпуск. Во время проведения проверки работником инспекции в июле ей был выдан приказ от 06.06.2018 о дисциплинарном взыскании. 03.08.2018 она направила ФИО2 заявление об увольнении по собственному желанию, но после этого по почте получила копию приказа от 30.07.2018 об ее увольнении в связи с утратой доверия. Считает ее увольнение по такому основанию незаконным, поскольку приказ от 06.06.2018 вынесен по надуманным основаниям, просит приказ отменить и изменить запись об увольнении в трудовой книжке на увольнение по собственному желанию с 03.08.2018, с даты ее заявления. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании иск не признал и пояснил, что ФИО1 была принята на работу ИП ФИО2 в качестве продавца 1 февраля 2018 года. 1 и 9 мая 2018 года она не работала. После проверки, проведенной Инспекцией по труду, все недоплаченные ей денежные средства работодателем были выплачены, в том числе компенсация за 12 дней отпуска. 29.05.2018 в магазине была проведена инвентаризация в присутствии ФИО1 и второго продавца. В ходе проведения инвентаризации была выявлена недостача и составлен акт, от подписи в акте и ведомостях оба продавца отказались, также отказались от дачи объяснений, о чем составлен акт. После этого, 06.06.2018 был вынесен приказ в отношении ФИО1 и второго продавца о дисциплинарном взыскании, объявлен выговор за виновные действия, выражающиеся в утрате вверенных ей материальных ценностей. Продавцам приказ был зачитан вслух, но они отказались от подписи об ознакомлении с приказом. После вынесения приказа ФИО1 продолжала работать. 21.06.2018 года вновь была проведена инвентаризация и выявлена недостача, ФИО1 и второй продавец также отказались от подписания документов после проведения инвентаризации и дачи объяснения. После этого ФИО1 на работу не выходила и 29.06.2018 ей было направлено письменное уведомление об увольнении в связи с утратой доверия. После увольнения в адрес ответчика поступило заявление от ФИО1 об увольнении по собственному желанию. 

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно статье 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Судом установлено, что 01.02.2018 между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 был заключен трудовой договор, в соответствии с которым она принималась на работу в качестве продавца, размер оклада установлен - 9500 руб. в месяц.. В должностные обязанности продавца, в числе других, входит оказание услуг покупателям, упаковка товаров, выдача покупки и получение денег, контроль за своевременным пополнением рабочего запаса товаров, их сохранностью. Таким образом, ФИО1 являлась лицом, непосредственно обслуживающим денежные и товарные ценности. 

Истец просит изменить запись в трудовой книжке о дате приема на работу, указывая, что фактически приступила к работе 18.01.2018. Между тем, на трудовом договоре стоит дата составления - 01.02.2018 и указано, что дата начала работы, с которой работник должен приступить к работе – 01.02.2018, договор подписан как работодателем, так и ФИО1

Свидетели ФИО4 и ФИО5, в судебном заседании поясняли, что ФИО1 работала в магазине «Рассказовский трикотаж», расположенный в 

<

адрес> праздников 2018 года, однако с какого времени они пояснить не могли.

Исходя из изложенного у суда не имеется оснований полагать, что истец принята ИП ФИО2 на работу 18.01.2018. Перечень товаров, проданных в период с 18 по 31 января 2018, составленный ФИО1 и представленный в подтверждение довода о начале работы 18.01.2018, суд не может принять в качестве доказательства, поскольку он не подписан работодателем либо иными уполномоченными лицами. 

В материалах дела представлено сообщение от 27.07.2018, направленное в адрес ФИО6, Государственной инспекцией труда в Тамбовской области по результатам проверки соблюдения трудового законодательства ИП ФИО2 по заявлению истца. В данном сообщении указано, что в результате проведенной проверки, был выявлен факт нарушения ИП ФИО2 трудового законодательства. В ходе проверки установлено, что в соответствии с табелем учета рабочего времени и расчетных ведомостей истцу не были произведены выплаты за работу в нерабочие праздничные дни 8 марта и 12 июня 2018 года, не полностью выплачена заработная плата за февраль 2018 года. Также указано, что в табеле учета рабочего времени отмечено отсутствие ФИО1 на рабочем месте по невыясненным обстоятельствам (прогул) в период с 24.06.2018 по 26.06.2018 и 30.06.2018. Факт, что ФИО1 работала в нерабочие праздничные дни 1 и 9 мая 2018 года и ей не выплачена заработная плата, при проведении проверки не установлен. Копии накладных от 1 и 9 мая 2018 года, составленных ФИО1 и представленных суду в качестве доказательств в подтверждение факта работы в указанные дни, суд не может принять в качестве доказательства, поскольку они не подписаны работодателем. Таким образом, оснований для возложения обязанности на ответчика по выплате ФИО1 заработной платы за работу 1 и 9 мая 2018 у суда не имеется.

Из представленной ответчиком бухгалтерской справки-расчета от 27.08.2018, а также представленной истцом выписке по счету банковской карты, следует, что задолженность по заработной плате, установленная Инспекцией по труду, а также компенсация за неиспользованный отпуск, ответчиком выплачены 27.08.2018. Следовательно, требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 компенсации за неоплаченную часть неиспользованного отпуска удовлетворению не подлежат.

Из материалов дела следует, что приказом ИП ФИО2 от 29.05.2018 создана инвентаризационная комиссия и назначено проведение инвентаризации в магазине, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в период с 29 по 30 мая 2018 года.

Вследствие проведенной инвентаризации в магазине, в котором работала истец, выявлена недостача, о чем свидетельствует счетная ведомость, в которой членами инвентаризационной комиссии отмечено, что продавцы ФИО1 и ФИО7 от подписания ведомости отказались. По результатам проверки 30.05.2018 членами комиссии составлен акт об отсутствии в магазине товаров. Уведомлением от 01.06.2018 ФИО1 было предложено представить письменные объяснения по факту недостачи. В данном уведомлении отмечено, что работник отказался его принимать, уведомление было зачитано вслух 01.06.2018 в присутствии ФИО3 В связи с выявленной недостачей ФИО1 и второй продавец ФИО7 приказом от 06.06.2018 привлечены к дисциплинарной ответственности в виде выговора за виновное действие, выражающееся в утрате вверенных материальных ценностей. ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о том, что продавцы ФИО1 и ФИО7 отказались ознакомиться с приказом под роспись, в связи с чем приказ был зачитан им вслух.

21 июня 2018 года вновь была проведена инвентаризация в магазине, в котором работала ФИО1 Инвентаризационной комиссией была выявлена недостача товаров и составлена сличительная ведомость, в которой отмечено, что продавцы ФИО1 и ФИО7 от подписания ведомости отказались. В связи с этим был составлен акт о выявленной недостаче. Уведомлением от 22.06.2018 ФИО1 было предложено представить письменные объяснения по факту недостачи. В данном уведомлении отмечено, что работник отказался его принимать, уведомление было зачитано вслух. Факт того, что инвентаризация проводилась в ее присутствии и в присутствии второго продавца в судебном истец ФИО1 не оспаривала, также указала, что отказалась подписывать какие-либо бумаги, поскольку была не согласна с результатами инвентаризации. Также истец указала, что приказ о дисциплинарном взыскании ей был передан сотрудником Инспекции по труда, проводившем проверку по ее заявлению.

При этом ФИО1 указала, что с 23 июня 2018 года на работу не выходила, с ответчиком по телефону не общалась.

29.06.2018 в адрес ФИО1 ответчиком было направлено уведомление о том, что в связи с утратой доверия за недостачу товаров, допущенную в период трудовой ее деятельности, выявленной при проведении инвентаризации 29.05.2018 и 21.06.2018 трудовой договор от 01.02.2018 будет расторгнут 30 июля 2018 года, также в уведомлении указано, что в трудовой книжке будет сделана запись соответствующего содержания.

Как указала в судебном заседании истец ФИО1, после получения в июле 2018 года данного уведомления она не имела намерения встречаться с работодателем и обратилась в инспекцию по труду, после проведенной инспекцией проверки, она 03.08.2018 в адрес работодателя направила заявление об увольнении по собственному желанию. 

06.08.2018 в адрес истца работодателем направлено уведомление об увольнении 30.07.2018 и предложено явиться в рабочие дни для получения трудовой книжки или направить в адрес ответчика письменное согласие о направлении трудовой книжки по почте, также к уведомлению приложен приказ от 30.0.7.2018 об увольнении по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ. Согласно почтовому уведомлению данные документы получены истцом 11.08.2018. 

Вместе с тем, в судебном заседании истец указала, что она не пожелала явиться к работодателю за трудовой книжкой и не давала письменного согласия на ее почтовое отправление, так как считает, что он должен вернуть ей трудовую книжку в 

<

адрес>, а не по адресу, который указал в уведомлении, и, кроме того, она не согласна с записью об основаниях увольнения.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

В силу пункта 47 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса.

п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года, расторжение трудового договора с работником по п. 7 ч. 1 ст. 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

Согласно ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации к дисциплинарным взысканиям относится увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Согласно части 1 статьи 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

В силу части 6 статьи 193 Трудового кодекса РФ, приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Оценив исследованные по делу доказательства, суд находит, что у работодателя имелись основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения и к прекращению с нею трудовых отношений по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, поскольку, материалами дела подтверждаются обстоятельства совершения работником нарушения, явившегося поводом к привлечению ее к дисциплинарному взысканию и увольнению по вышеуказанному основанию, доказательств в опровержение этих обстоятельств суду не представлено. Порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, установленный ст. 193 Трудового кодекса РФ, работодателем соблюден.

Доводы истца о том, что она нарушений трудовых обязанностей не допускала и все действия работодателя по ее увольнению выполнены с нарушением действующего законодательства, несостоятельны. Результаты инвентаризаций отражены в сличительных ведомостях, акт о результатах инвентаризации, как и сумма недостачи, истцом не оспаривались. Письменные объяснения по обстоятельствам совершенного проступка работодателем были истребованы. В соответствии с условиями заключенного трудового договора продавец обязан обеспечивать сохранность товарно-материальных ценностей. Сведений о том, что истцом принимались какие-либо меры по предотвращению ущерба, либо имелись письменные обращения к работодателю по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, суду не представлено.

Анализируя изложенное, суд не находит оснований для отмены приказа от 06.06.2018 о дисциплинарном взыскании в отношении ФИО1 и внесения изменений в трудовой книжке записи об увольнении в связи с утратой доверия на запись об увольнении по собственному желанию с 03.08.2018.

Учитывая, что ФИО1 в июле 2018 года не исполняла свои трудовые обязанности, заработная плата за указанный период в ее пользу взысканию не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 194 –199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате, признании приказа №-Д от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания недействительным и внесении изменений в трудовую книжку о дате начала работы и записи основания увольнения отказать.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Тамбовский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме

Решение вынесено в окончательной форме 26 ноября 2018 года.

Судья Е.В.Дробышева