Дело № 2-855/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Г.Гусь-Хрустальный 03 октября 2017 года

Гусь-Хрустальный городской суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Андреевой А.П., при секретаре Проворниковой М.Е., с участием адвокатов Соловьевой В.Ю. (удостоверение №, ордер от 11.07.2017г.) и ФИО1 (удостоверение №, ордер от 10.07.2017г.), рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО13 к ФИО2 ФИО14 о взыскании расходов на улучшение постройки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании расходов на улучшение постройки.

В обоснование исковых требований указала, что с 2005 года она стала проживать совместно и вести совместное хозяйство с ФИО5 Проживали они в принадлежащей ей на праве собственности комнате коммунальной квартиры. ДД.ММ.ГГГГ они зарегистрировали брак. Отец ФИО5 – ФИО4 проживал в принадлежащем ему на праве собственности доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. По согласованию и с разрешения ФИО4, с целью улучшения жилищных условий, она и ФИО5 начали производить внутреннюю отделку пристройки к дому Лит.А1 с мансардным этажом по данному адресу. За период с 2005 года по 2010 годы ФИО5 и она на собственные средства произвели работы по улучшению пристройки. В отделанной пристройке она стала проживать с мужем. 23.09.2010г. ФИО5 умер. После его смерти наследниками являлись она, отец ФИО4 и сын от первого брака ФИО5 В установленный законом шестимесячный срок она обратилась к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство после мужа, в марте 2011 года получила свидетельство о праве на наследство. Согласно отчету № У07/17 об оценке улучшений дома от 14.06.2017г. стоимость произведенных ей и ФИО5 улучшений Лит.А1 

<

адрес> в 

<

адрес> составляет 790000 руб. Полагает, что она имеет право на компенсацию в размере ? доли от указанной стоимости улучшений, так как все работы и приобретение стройматериалов производилось на совместные с ФИО5 денежные средства в сумме 390000 руб. Кроме того, имеет право на 1/3 доли от доли мужа в стоимости улучшений в порядке наследования – 131666 руб.66 коп. (1/3 от 390000 руб.). Она неоднократно предпринимала попытки решить вопрос о компенсации с ФИО4, но безрезультатно.

Уточнив исковые требования в окончательном варианте, просит: взыскать с ответчика расходы на улучшение постройки согласно техническому паспорту по состоянию на 03.06.2011 года Лит.А1, состоящей из кухни площадью 10,2 кв.м, двух жилых комнат площадью 9,3 и 29,2 кв.м, коридора площадью 8,4 кв.м, туалета площадью 4,6 кв.м в сумме 530200 руб.16 коп.; взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8467 руб., расходы по оплате услуг адвоката по подготовке искового заявления в сумме 3500 руб., расходы по оплате подготовки отчета об оценке в сумме 3000 руб., расходы по оплате услуг представителя в судебном заседании.

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в заявлении. Кроме того, в своих объяснениях указала, что она брала два кредита, средства от которых пошли также на улучшение пристройки к жилому дому по адресу: 

<

адрес>, где она проживала с мужем. После смерти супруга в 2010 году, она просила ответчика возместить ей компенсацию за работы по улучшению пристройки в сумме 1000000 руб., но получила отказ.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Заявил о пропуске срока исковой давности. Также указал, что пристройку возводил он и тоже нес затраты по улучшению пристройки. 

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему:

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п.2 ст.1102 ГК РФ).

В силу п.1 ст.1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

При рассмотрении дела было установлено, что ответчик ФИО4 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, о чем свидетельствует Выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 15.05.2017г.; справка Гусь-Хрустального филиала ГУП ВО «БТИ» от 02.06.2017г. (л.д.16-19).

На основании решения Гусь-Хрустального городского суда от 27.11.2012г., за ФИО4 было признано право собственности на самовольно возведенную к дому № по 

<

адрес> в 

<

адрес> пристройку – по плану Литер А1, обозначенную на поэтажном плане технического паспорта жилого помещения ГБУ Владимирской области «БТИ» Гусь-Хрустальный филиал по состоянию на 03.06.2011г., как лит.А1 комнаты № (л.д.72-73).

15.12.2006 года ФИО3 заключила брак с сыном ответчика- ФИО5 (л.д.8).

До заключения брака с 2005 года ФИО3 проживала совместно с ФИО5 по адресу: 

<

адрес> в принадлежащем ей на праве собственности жилом помещении.

С декабря 2007 года ФИО3 и ФИО5 стали проживать по адресу: 

<

адрес> (в пристройке к дому), с согласия ответчика.

Как указывает истец, с 2005 по 2010 годы она на совместные с ФИО5 средства произвела значительные улучшения в пристройке к вышеуказанному жилому дому, обозначенной в техническом паспорте домовладения по состоянию на 03.06.2011г. под лит.А1 (л.д.10-15). Приобретенные материалы и проведенные работы по улучшению постройки, оцениваются ею согласно Отчету № У07/17 от 14.06.2017г., составленного ИП ФИО6 14.06.2017г., в сумме 790000 руб. (л.д.26-74). Полагает, что она затратила свои личные денежные средства на улучшение имущества ответчика в размере ? доли от указанной суммы, так как улучшения производились в период брака с ФИО5 и их доли признаются равными, а до брака она с ФИО5 проживала совместно и вела с ним общее хозяйство, поэтому расходы на улучшение пристройки также признаются равными.

В ходе рассмотрения дела, ответчиком ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям истца. Суд находит данное заявление обоснованным.

Так, в соответствии с п.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании п.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

ФИО3 знала о том, что собственником жилого дома по адресу: 

<

адрес>, является ответчик.

Как в исковом заявлении, так и в ходе рассмотрения настоящего спора, ФИО3 не отрицала, что расходы на улучшение пристройки к указанному дому, производились ею с ФИО5 в период с 2005 по 2010 годы. Более того в судебном заседании от 13.09.2017 года, она не оспаривала того, обстоятельства, что после смерти супруга, в 2010 году она обратилась к ФИО4 о возмещении ей затрат по улучшению пристройки в размере 1000000 рублей, на что ей было отказано.

О своем нарушенном праве по возмещению затрат на улучшение пристройки ФИО3 известно с того момента, когда эти затраты были произведены. Доводы представителя истца Соловьевой В.Ю. о том, что о нарушенном праве истцу стало известно в 2017 году, когда ответчик предложил выселиться ФИО3 из принадлежащего ему дома, не могут быть приняты во внимание, так как в данном случае имеют место жилищные правоотношения. Тот факт, что ответчик разрешил истцу проживать в принадлежащем ему доме после смерти сын, не является основанием к исчислению иного срока предъявления требований о возмещении затрат на улучшение пристройки, поскольку и на момент произведенных затрат на улучшение пристройки и вплоть до настоящего периода времени, имущество, которое подвергалось улучшению и в этой связи увеличивало его стоимость, являлось собственностью ответчика и не порождало для истца на него каких-либо прав.

Ссылка адвоката Соловьевой В.Ю. на п.2 ст.200 ГК РФ, является несостоятельной, так как между сторонами отсутствовали обязательства.

Также обращает на себя внимание тот факт, что ни одна из сторон не отрицала, что при жизни ФИО5, отец высказывал намерения подарить пристройку сыну. Однако, несмотря на то, что по утверждению истца, супругами на совместные денежные средства, были произведены значительные улучшения в пристройке, ФИО3 не возражала против этого, и в этот период времени не заявила о своих правах на возмещение ей произведенных затрат.

Таким образом, трехлетний срок (начиная с 2010 года) для предъявления требований о возмещении затрат на улучшение пристройки, истцом пропущен, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, необходимо отметить, что ст.222 ГК РФ предусматривает основания, когда за лицом, осуществившим самовольную постройку, может быть признано право собственности на нее. В п.3 ст.222 ГК РФ отмечено, что в случае признания права собственности на самовольную постройку за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, лицо, за которым признано право собственности на постройку возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном суде.

При рассмотрении дела было установлено, что пристройка была возведена ответчиком. Вышеуказанным решением суда за ним было признано на нее право собственности. Предъявляя первоначальные исковые требования, ФИО3 просила взыскать затраты на улучшение пристройки по п.3 ст.222 ГК РФ, но впоследствии свои исковые требования изменила, полагая, что понесла убытки в виде затрат на улучшение пристройки, а ФИО4 неосновательно обогатился за ее счет. При этом указывает, что имеет право на возмещение произведенных затрат в размере ? доли, так как денежные средства тратились до регистрации брака в равных долях с ФИО5, поскольку они вели совместное хозяйство, и ? доли в период брака.

Между тем, ст.37 СК РФ предусматривает, что имущество каждого из супругов может быть признано их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие). 

Жилой дом и пристройка к нему, расположенные по адресу: 

<

адрес>, на праве собственности ни ФИО3, ни ее супругу ФИО5, не принадлежали. 

Кроме того, необходимо отметить, что ФИО3 не представлено бесспорных доказательств, что до регистрации брака с ФИО5, они в равных долях затрачивали материальные средства на улучшение пристройки к вышеуказанному дому. Тот факт, что они с 2005 года проживали совместно до регистрации брака в жилом помещении истца, о чем также подтвердила свидетель ФИО7 в судебном заседании от 13.09.2017г., не свидетельствует о ведении ими совместного бюджета и несение затрат на благоустройство спорного объекта недвижимости. При этом свидетель ФИО7 показала, что ей неизвестно о совместном ведении хозяйства между ФИО3 и ФИО5 до вступления в брак. Кредитные договоры на имя ФИО3 от 02.11.2005г. и от 27.07.2006г. (л.д.109-114), были заключены истцом до регистрации брака. При этом доказательств того, что полученные денежные средства по данным кредитным договорам, пошли на улучшение пристройки, в суд не представлено. 

В судебном заседании представитель истца Соловьева В.Ю. указала в обоснование требований компенсации на улучшение пристройки в размере ? доли, ссылаясь на ст.ст.38,39 СК РФ. В то же время, данные нормы предусматривают раздел общего имущества супругов и определение долей при разделе общего имущества супругов. В этой связи непонятно на какое имущество, нажитое в браке, претендует истец, и фактически производит раздел расходов, которые были понесены супругами в период совместной жизни при обоюдном их согласии. При этом раздел имущества супруги не производили.

ФИО5 умер 23.09.2010 года (л.д.9).

Как усматривается из материалов наследственного дела №, открытого к имуществу ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в установленном законом порядке, за получением свидетельства о праве на наследство, обратились супруга умершего, его отец и сын от первого брака (л.д.164-191). При этом ФИО3 было выдано как свидетельство о праве на наследство по закону после смерти супруга, так и свидетельство о праве собственности на общее совместное имущество супругов от 02.02.2012 года. Наследственное имущество состояло из мотоцикла и денежного вклада. Наличие иного имущества либо имущественных прав у наследодателя, из материалов наследственного дела не усматривается.

В соответствии со ст.1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Кроме ? доли компенсации на улучшение затрат, произведенных на совместные средства ФИО3 и ФИО5, истец просит 1/3 долю от доли мужа в стоимости улучшений в порядке наследования.

Однако, как уже было отмечено, стоимость улучшений относится к расходам супругов в период брака и не представляют собой имущество, которое может быть включено в наследственное имущество. Не являются и произведенные затраты на улучшение пристройки и имущественными правами умершего ФИО5, поскольку никаких договорных отношений между ним и ответчиком ФИО4 не было; наличие обязательств ответчика перед умершим сыном на момент смерти ФИО5 при рассмотрении спора установлено не было; решения суда о взыскании денежных средств с ФИО4 в пользу ФИО8 на момент смерти ФИО5, отсутствуют. Данные обстоятельства в судебном заседании сторонами не оспаривались.

При таких обстоятельствах, требования ФИО3 сводятся к взысканию с ответчика денежных средств от имени своего умершего супруга, в то время как при жизни ФИО5 никаких материальных претензий к отцу по возмещению затрат на улучшение пристройки, не имел.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что истец, претендуя в порядке наследования после смерти супруга на его имущественные права, оценивает их по состоянию на 03.06.2017г. (на основании вышеуказанного Отчета ИП ФИО6 от 14.06.207г.), в то время как стоимость наследства определяется на дату смерти наследодателя. При этом необходимо отметить, что в указанном Отчете отмечено, что произведена оценка улучшений в пристройке дома и все работы описаны в акте осмотра от 03.06.2017г. (приложение № 1 к Отчету). В акте осмотра от 03.06.2017г. указано, что работы производились в течение 2005-2007 годов. В судебном заседании от 11.07.2017г. истец ФИО3 также указывала, что она с ФИО5 производили внутреннюю отделку в пристройке, проведение всех коммуникаций с 2005 по 2007 годы; указала, что все неотделимые улучшения были сделаны до 2007 года. Однако, в исковом заявлении указывает, что улучшения пристройки производились в период с 2005 по 2010 годы, а чеки (накладные и т.д.) в обоснование произведенных затрат на улучшение пристройки, представляет вплоть до 2017 года (л.д.115-137, 148).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцом требований и их отказу.

Поскольку исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению, не подлежат взысканию с ответчика и судебные расходы в ее пользу по уплате государственной пошлины, оплате услуг адвоката по подготовке искового заявления и участие в судебных заседаниях, а также не подлежат возмещению расходы по оплате отчета об оценке.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО13 к ФИО2 ФИО14 о взыскании расходов на улучшение постройки, возведенной к жилому дому, расположенному по адресу: 

<

адрес>, в сумме 530200 (пятьсот тридцать тысяч двести) рублей 16 коп., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Гусь-Хрустальный городской суд в течение месяца.

Судья А.П.Андреева