Судья Алексеев И.Г. УИД 16RS0025-01-2025-000199-55

Дело № 2-490/2025

№ 33-14236/2025

учет № 219г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Плюшкина К.А., судей Чекалкиной Е.А., Леденцовой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем Гатауллиным Б.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Плюшкина К.А. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 15 мая 2025 года, которым постановлено:

ФИО1 в иске к ФИО2 о признании договора займа инвестиционным отказать;

встречный иск ФИО2 к ФИО1 о взыскании суммы займа и процентов за пользование займом удовлетворить;

взыскать с ФИО1 (СНИЛС ....) в пользу ФИО2 (паспорт серии ...., выдан 

<

данные изъяты> 

<

дата> года) основной долг по договору займа в размере 6 000 000 руб. и проценты за пользование займом в размере 1 500 000 руб.;

взыскать с ФИО1 государственную пошлину в размере 76 500 руб. в соответствующий бюджет, согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании договора займа инвестиционным, в обоснование указав, что 4 апреля 2024 года между истцом и ФИО2 был заключен «Договор займа между физическими лицами».

Согласно п. 1.1 договора, займодавец передает в пользование заемщику денежные средства в размере 6 000 000 руб. на следующих условиях: на средства, переданные заемщику, займодавец приобретает два земельных участка, стоимостью по 3 000 000 руб. каждый; заемщик за счет собственных денежных средств обязуется произвести строительство двух индивидуальных жилых домов на каждом вышеуказанном земельном участке для последующей реализации. Стоимость строительства одного жилого дома с подключением коммуникаций составляет 5 000 000 руб.

В совокупности, сумма вложений на строительство двух индивидуальных жилых домов составляет 10 000 000 руб.; предполагаемый срок реализации жилых домов с земельными участками - до 30 октября 2024 года; ориентировочная рыночная стоимость их реализации составляет 9 500 000 руб. Ориентировочная прибыль с реализации одного жилого дома с земельным участком составляет 1 500 000 руб.

Из данного расчета следует, что с реализации одного жилого дома с земельным участком займодавец получает сумму в размере 750 000 руб.

Согласно п. 1.2 договора основная сумма денежных средств в размере 6000000 руб., переданная займодавцем заемщику, после фактической реализации вышеуказанных объектов недвижимости, возвращается займодавцу в полном объеме.

Пунктом 1.4 определено, что сумма займа считается возвращенной в момент внесения соответствующих денежных средств займодавцу. Факт передачи заемщиком денежных средств от займодавца подтверждается распиской от 4 апреля 2024 года.

С целью реализации проекта по согласованию и с участием ответчика истцом были приобретены два земельных участка с кадастровыми номерами ....:2392 и ....:2393 по адресу: 

<

адрес>.

В рамках реализации своих обязательств истцом были разработаны проекты жилых домов, подготовлены к строительству земельные участки и залиты фундаменты, что подтверждается выпиской на объекты незавершенного строительства.

Общий объем инвестиций в оба объекта недвижимости со стороны истца составляет около 3 000 000 руб.

В связи с общим падением продаж на рынке ИЖС срок реализации проекта изменился, что привело к тому, что ответчик обратился к истцу с претензией о возврате как основных денежных средств, так и суммы предполагаемой прибыли.

Истец с позицией ответчика не согласен, считает, что тот неверно трактует условия договора и неверно квалифицирует сам договор займа.

На основании изложенного ФИО1 просила признать договор займа от 4 апреля 2024 года, заключенный между ней и ФИО2, договором инвестиционного займа, по которому у нее возникает обязанность возвратить основную сумму займа именно в том размере и в те сроки, которые определены основным намерением сторон – после фактической реализации объектов недвижимости.

ФИО2 обратился в суд со встречным иском, в обоснование указав, что в нарушение условий договора, со стороны ответчика ФИО1, как со стороны заемщика, отсутствует исполнение основных обязательств, а именно, строительство жилых домов и их реализация.

При заключении договора, ФИО2 исходил из того, что указанные действия должны быть совершены ответчиком до 30 октября 2024 года, однако, визуальный осмотр указанных участков подтвердил его опасения, поскольку на момент подачи иска объекты строительства в натуре не существовали, а были только фундаменты.

Руководствуясь условиями договора займа от 4 апреля 2024 года стороны определили размер процентов за пользование займом в твердой денежной сумме в размере 1 500 000 руб. Направив в адрес ответчика претензию, он указал на отказ от дальнейшего исполнения договора, потребовал возврата суммы займа в размере 6000000 руб., а также уплаты процентов за пользование займом в размере 1 500 000 руб., однако ответчик отказался уплачивать указанную денежную сумму.

На основании изложенного ФИО2 просил взыскать с ФИО1 сумму займа в размере 6 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 1 500 000 руб., а также взыскать с ответчика госпошлину в размере 76 500 руб. в доход государства.

Истец по основному иску (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании требования иска поддержала по изложенным в нем основаниям, встречный иск признала частично, поскольку стройка в настоящее время возобновилась, она готова исполнить договор, просит утвердить мировое соглашение с новым сроком исполнения договора до 24 августа 2025 года, факт получения от ФИО2 денежных средств в размере 6 000 000 руб. она не отрицает, земельные участки оформили на неё, ввиду возможной продажи домов.

Представитель ответчика по основному иску (истца по встречному иску) ФИО3 требования иска ФИО1 не признал, встречный иск поддержал.

Суд в удовлетворении первоначального иска отказал, встречный иск удовлетворил.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит об отмене решения суда по мотивам искового заявления.

Исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции полагает решение суда подлежащим отмене в части.

В соответствии со статьей 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2011 года № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 ("Купля-продажа"), 37 ("Подряд"), 55 ("Простое товарищество") Кодекса и т.д.

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи. При этом судам необходимо учитывать, что положения законодательства об инвестициях (в частности, статьи 5 Закона РСФСР "Об инвестиционной деятельности в РСФСР", статьи 6 Федерального закона "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений") не могут быть истолкованы в смысле наделения лиц, финансирующих строительство недвижимости, правом собственности (в том числе долевой собственности) на возводимое за их счет недвижимое имущество.

Из заключенного между сторонами договора займа от 04 апреля 2024 года усматривается, что согласно п. 1.1 данного договора займодавец передал в пользование заемщику денежные средства в размере 6 000 000 руб. для приобретения двух земельных участков из расчета два земельных участка, стоимостью по 3 000 000 руб. каждый; заемщик за счет собственных денежных средств обязуется произвести строительство двух индивидуальных жилых домов на каждом земельном участке для последующей реализации; стоимость строительства одного жилого дома с подключением коммуникаций составляет 5 000 000 руб.; в совокупности, сумма вложений на строительство двух индивидуальных жилых домов составляет 10 000 000 рублей; предполагаемый срок реализации жилых домов с земельными участками – до 30 октября 2024 года; ориентировочная рыночная стоимость реализации составляет 9 500 000 руб.; ориентировочная прибыль с реализации одного жилого дома с земельным участком составляет 1 500 000 руб.; из данного расчета следует, что с реализации одного жилого дома с земельным участком займодавец получает сумму в размере 750 000 руб.

Согласно п. 1.2 договора основная сумма денежных средств в размере 6000000 руб., переданная займодавцем заемщику, после фактической реализации вышеуказанных объектов недвижимости, возвращается займодавцу в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1 суд первой инстанции указал, что убедительных и бесспорных доказательств нарушений прав истца ФИО1 действиями ответчика ФИО2 не представлено.

С данным выводом не может согласиться суд апелляционной инстанции, поскольку истцом заявлены требования о признании договора займа инвестиционным договором ввиду того, что ФИО2 в адрес истца направлена претензия о возврате денежных средств по договору займа и в дальнейшем предъявлены встречные требования о взыскании долга по договору займа.

Вместе с тем, исходя из буквального толкования условий договора, поименованного сторонами «Договором займа», усматривается, что займодавец передал заемщику денежные средства для приобретения двух земельных участков и строительстве на них жилых домов для их последующей продажи. Также условиями договора предусмотрено, что предполагаемая прибыль от продажи земельных участков и расположенных на них домов составляет 3 000 000 руб., в связи с чем, после реализации построенного недвижимого имущества, в предполагаемый срок до 30 октября 2024 года, ФИО1 должна вернуть ФИО2 6 000 000 руб. переданных денег и 1 500 000 руб. прибыли.

Таким образом, между сторонами было достигнуто соглашение об обязанностях, а именно: на ФИО1 возложена обязанность по приобретению земельных участков и строительстве на них жилых домов, а на ФИО2, в свою очередь, возложена обязанность по передаче денежных средств в сумме 6 000 000 руб. для приобретения земельных участков.

Суд апелляционной инстанции, исходя из буквального толкования содержания договора, поименованного сторонами как "Договор займа между физическими лицами", а также приняв во внимание фактически совершенные сторонами действия по его реализации (передача ФИО2 денежных средств ФИО1, приобретение последней земельных участков и возведение фундамента на участках), руководствуясь разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", п. 3 ст. 154, п. 1 ст. 432 ГК РФ, п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2011 года N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем", приходит к выводу о том, что между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор простого товарищества, по условиям которого стороны пришли к соглашению соединить свои вклады и усилия в целях осуществления совместной деятельности, направленной на извлечение прибыли, связанной с осуществлением строительства жилых домов на приобретаемых ФИО4 земельных участках для последующей их продажи.

Также суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что согласно правовой позиции, изложенной в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в силу п. 3 ст. 154 и п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны, путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора.

В п. 43 вышеуказанного Постановления разъяснено, что при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В соответствии с абз. 2 ст. 1 Федерального закона от 25 февраля 1999 года N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" инвестиции - денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

Объектами капитальных вложений в Российской Федерации являются находящиеся в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности различные виды вновь создаваемого и (или) модернизируемого имущества, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами (ч. 1 ст. 3 Закона об инвестиционной деятельности).

Согласно ч. 1 ст. 4 Закона об инвестиционной деятельности инвесторы осуществляют капитальные вложения на территории Российской Федерации с использованием собственных и (или) привлеченных средств в соответствии с законодательством Российской Федерации. Инвесторами могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности.

В силу ст. 6 Закона об инвестиционной деятельности инвесторы имеют равные права, в том числе на: осуществление инвестиционной деятельности в форме капитальных вложений, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами; самостоятельное определение объемов и направлений капитальных вложений, а также заключение договоров с другими субъектами инвестиционной деятельности в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации; владение, пользование и распоряжение объектами капитальных вложений и результатами осуществленных капитальных вложений.

Отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ст. 8 Закона об инвестиционной деятельности).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2011 года N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем", разъяснено, что при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 ("Купля-продажа"), 37 ("Подряд"), 55 ("Простое товарищество") Кодекса и т.д.

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.

В случаях когда по условиям договора одна сторона, имеющая в собственности или на ином праве земельный участок, предоставляет его для строительства здания или сооружения, а другая сторона обязуется осуществить строительство, к отношениям сторон по договору подлежат применению правила главы 37 Гражданского кодекса РФ, в том числе правила параграфа 3 названной главы ("Строительный подряд").

Договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества, когда из его условий усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения общей цели, а именно создания объекта недвижимости (пункт 7 постановления N 54).

Исходя из буквального содержания условий заключенного между сторонами договора, предусматривающих, что ФИО1 и ФИО2 вносят вклады для достижения общей цели, суд апелляционной инстанции считает, что спорные правоотношения подлежат квалификации по правилам главы 55 ГК РФ.

Также суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что воля ФИО1 и ФИО2 при заключении договора "Договор займа между физическими лицами", обладающего признаками договора простого товарищества, была направлена на объединение вкладов с целью извлечения прибыли; на момент заключения договора обе его стороны, поименовавшие себя в «Займодавцем» и «Заемщиком", совершили фактические действия по исполнению принятых на себя обязательств, объединив вклады, за счет которых были приобретены земельные участки и возведены на них фундаменты для строительства домов.

Поскольку судом первой инстанции в удовлетворении иска ФИО1 было отказано по иным мотивам, с которыми не согласился суд апелляционной инстанции, при этом оснований для удовлетворения иска ФИО1 не имеется, поскольку ею заявлены требования о признании договора инвестиционным, при том, что по своему содержанию он является договором простого товарищества, суд апелляционной инстанции оснований для отмены решения суда об отказе в удовлетворении первоначального иска не находит в силу пункта 6 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Удовлетворяя заявленные ФИО2 исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что между сторонами по делу был заключен договор займа, в установленный договором срок до 30 октября 2024 года денежные средства ФИО1 не возвращены, в связи с чем с нее необходимо взыскать 7 500 000 руб., из которых: 6 000 000 руб. сумма основного долга по договору займа, 1 500 000 руб.– проценты.

С данным выводом не может согласиться суд апелляционной инстанции, поскольку, как было указано ранее, поименованный сторонами «Договор займа между физическими лицами» признан судом апелляционной инстанции договором «Простого товарищества».

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты.

Согласно статье 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

ФИО2 заявлены требования о взыскании с ФИО1 задолженности по договору займа.

Положение статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных вещей того же рода и качества.

ФИО1 оспаривался факт заключения между истцом и ответчиком договора займа.

Исходя из буквального толкования условий заключенного между сторонами договора, суд апелляционной инстанции ранее пришел к выводу о заключении между сторонами «Договора простого товарищества».

С учетом того, что ответчик отрицал факт наличия между сторонами заемных отношений, по данному делу юридически значимым и подлежащим установлению, с учетом заявленных исковых требований и подлежащих применению норм материального права, является выяснение вопроса о том, был ли заключен между сторонами договор займа.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию (часть 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» предусмотрено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Таким образом, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, исходя из его предмета и основания, возражений ответчика относительно иска.

Деятельность суда заключается в даче правовой оценки заявленным требованиям истца, обратившегося за их защитой, и в создании необходимых условий для объективного и полного рассмотрения дела.

При этом суд не наделен правом самостоятельно по собственной инициативе изменить предмет и (или) основание заявленных требований.

Иное означало бы нарушение важнейшего принципа гражданского процесса - принципа диспозитивности.

Поскольку в качестве основания требования о взыскании денежных средств ФИО2 указано именно на заключение между сторонами договора займа и в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции его представитель пояснил о предъявлении встречных требований именно по задолженности по договору займа, в силу приведенных правовых норм и разъяснений по их применению суд апелляционной инстанции не вправе обсуждать вопрос об иных основаниях взыскания денежных средств, которые ФИО2 может заявить, обратившись с самостоятельным иском, приведя соответствующие основания.

Ввиду того, что договор займа суду представлен не был, а представленный договор не подтверждают наличия соглашения, свидетельствующего о волеизъявлении обеих сторон на установление заемных обязательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 задолженности по договору займа, в связи с чем решение суда в данной части подлежит отмене.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение подлежит отмене в части удовлетворения встречных требований ФИО2 с принятием в данной части нового решения об отказе в удовлетворении встречных требований ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь статьей 199, пунктом 2 статьи 328 и статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 15 мая 2025 года по данному делу отменить в части удовлетворения встречного иска ФИО2 к ФИО1 о взыскании суммы займа и процентов за пользование займом с принятием в данной части нового решения об отказе в удовлетворении требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании суммы займа и процентов за пользование займом.

В остальной части решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 15 мая 2025 года по данному делу оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 29 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи