Дело № 2-119/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 марта 2019 года г. Новосибирск

Центральный районный суд города Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Стебиховой М.В.

при секретаре Краснощековой И.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.С.В. к Банку ВТБ (ПАО) о взыскании страховой премии,

у с т а н о в и л:

М С.В. обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением и просил взыскать с ответчика убытки в размере 106452 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке.

В обоснование исковых требований указано, что 16.01.2018 между сторонами был заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого Банк ВТБ (ПАО) предоставил М С.В. кредит в размере 806452 руб. под 13,5% годовых на срок 60 месяцев. При этом денежные средства в размере 106452 руб. были списаны со счета истца в качестве оплаты за подключение к программе страхования. Сделку по страхованию истец считает недействительной, поскольку программа коллективного страхования «Финансовый резерв» не подлежит применению к военнослужащим, к числу которых относится истец. Кроме того, М С.В. указывает, что 03.07.2018, реализуя свое право потребителя услуги, он обратился к ответчику с заявлением об исключении из числа участников программы коллективного страхования и возврате уплаченных денежных средств, однако требование истца в добровольном порядке удовлетворено не было, что и послужило основанием для обращения в суд.

В судебном заседании истец М С.В. исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме. Кроме того, пояснил, что услуга по страхованию была ему навязана банком, ввиду одобрения кредита без условий страхования указанная сделка фактически лишена целесообразности. По мнению истца, сделка является ничтожной.

Представитель ответчика – Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее направил письменные возражения на исковое заявление.

Представитель третьего лица ООО СК «ВТБ-Страхование» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав пояснения истца, исследовав письменные материалы дела, установил следующее.

16.01.2018 между М С.В. и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого ответчик предоставил истцу денежные средства в размере 806452 руб. под 13,5% годовых на 60 месяцев (л.д. 13-16). Помимо этого, истец обратился в банк с заявлением, согласно которому просил ответчика обеспечить его страхование по договору коллективного страхования, заключенному между банком и ООО СК «ВТБ-Страхование», путем включения в число участников программы коллективного страхования в рамках страхового продукта «Финансовый резерв Лайф+» (л.д. 19, 20). При этом стоимость услуг банка по обеспечению страхования застрахованного по программе страхования за весь срок страхования составила 106452 руб. Оплата страховой премии была произведена 16.01.2018, что подтверждается выпиской по лицевому счету (л.д. 23).

В соответствии с п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно положениям ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Одним из доводов искового заявления является факт навязывания М С.В. услуг по страхованию и, как следствие, ничтожность указанной сделки. Вместе с тем, суд с таким выводом согласиться не может ввиду следующего.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 2 ст. 16 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

В силу п. 76 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 года N 395-I «О банках и банковской деятельности»).

Согласно п.п. 4.1, 4.2 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013 к критериям «навязанной» услуги относятся: включение в кредитный договор условия об обязанности заемщика застраховать свою жизнь и здоровье, фактически являющееся условием получения кредита; требование банка о страховании заемщика в конкретной названной банком страховой компании и навязывание условий страхования при заключении кредитного договора.

В соответствии с заявлением на включение в число участников программы коллективного страхования М С.В. подтвердил, что приобрел услуги банка по обеспечению страхования добровольно, своей волей и в своем интересе (л.д. 19. 20). Кроме того, истец был уведомлен, что программа страхования предоставляется по его желанию и не является условием для заключения договора о предоставлении кредита. Кроме того, и в исковом заявлении М С.В. указывает, что кредитный продукт был одобрен ему без условий страхования (л.д. 5).

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что истцом вопреки ст.ст. 12. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлены относимые, допустимые, достоверные доказательства того обстоятельства, что услуга по страхованию была ему навязана. Довод М С.В. об отсутствии целесообразности страхования правового значения не имеет, поскольку истец добровольно изъявил желание на включение в программу коллективного страхования.

Отклонению подлежит и довод М С.В. о невозможности применения к нему как военнослужащему страхового продукта «Финансовый резерв», что является, по мнению истца, основанием для расторжения договора страхования и возврата страховой премии, поскольку в данном случае у истца не имеется имущественного интереса, поскольку он лишается возможности получения страхового возмещения в случае наступления страхового случая, так как является военнослужащим. 

Согласно ст. 958 Гражданского кодекса РФ договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. К таким обстоятельствам, в частности, относятся:

гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая;

прекращение в установленном порядке предпринимательской деятельности лицом, застраховавшим предпринимательский риск или риск гражданской ответственности, связанной с этой деятельностью (ч. 1).

Страхователь (выгодоприобретатель) вправе отказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи (ч. 2).

При досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование.

При досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное (ч. 3).

Как следует из заявления на включение в число участников программы коллективного страхования (л.д. 19), страховой продукт «Финансовый резерв» на момент обращения истца был представлен двумя программами: «Финансовый резерв Лайф+» и «Финансовый резерв Профи». При этом истцом выбрана программа «Финансовый резерв Лайф+», согласно условиям которой не имеется ограничений для выплаты страхового возмещения в случае. Если застрахованное лицо является военнослужащим. Невозможность же присоединения к программе военнослужащих предусмотрена исключительно для программы «Финансовый резерв Профи» (л.д. 20), к которой истец подключен не был.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами, 03.07.2018 истец обратился в банк с заявлением об исключении его из числа участников программы коллективного страхования и возвращении уплаченных денежных средств пропорционально не истекшему сроку действия договора (л.д. 31-33). 

Вместе с тем, суд полагает возможным согласиться с доводом ответчика об обращении М С.В. за пределами установленного срока и невозможностью произвольного возвращения уплаченных денежных средств.

Так, согласно п.п. 1, 2 Указания Банка России от 20.11.2015 № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования» при осуществлении добровольного страхования (за исключением случаев осуществления добровольного страхования, предусмотренных пунктом 4 настоящего Указания) страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном настоящим Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая. Страховщик при осуществлении добровольного страхования вправе предусмотреть более длительный срок, чем срок, установленный пунктом 1 настоящего Указания.

Поскольку договор страхования был заключения 16.01.2018, а с заявлением о его расторжении истец обратился лишь 03.07.2018, учитывая, что более длительный срок для отказа от страхования в данном случае предусмотрен не был, суд приходит к выводу о том, что фактически возможность такого отказа была М С.В. утрачена.

При этом суд учитывает то обстоятельство, что в соответствии с п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Оценивая действия истца, суд принимает во внимание длительность временного промежутка, возникшего между обращением истца с заявлением о включении его в программу коллективного страхования (16.01.2018) и моментом предъявления отказа от услуг страхования (03.07.2018). При этом суд исходит из необходимости защиты прав добросовестных лиц и поддержании стабильности гражданского оборота, в особенности с учетом правовой природы деятельности в сфере страхового дела, что в числе прочего подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок.

Условиями заключенного договора страхования возможность возврата страховой премии при отказе от договора страхования предусмотрена не была.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований М С.В.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 196-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования М.С.В. – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший настоящее решение. 

Судья М.В. Стебихова 

Мотивированное решение суда составлено 05.04.2019.