Дело №2-24/19 г.

50RS0033-01-2018-004568-15

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ года Орехово-Зуевский городской суд, Московской области в составе федерального судьи Гошина В.В., при секретаре Бадалян М.М., с участием прокурора Лошицкой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО ВТБ МС, ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» о компенсации морального вреда в связи с предоставлением некачественных медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

Истец, уточнив свои исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ, мотивирует их тем, что ДД.ММ.ГГГГ в отделении микрохирургии глаза (далее ОМХГ) ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская центральная городская больница» врачом ФИО12 ему была сделана некачественная операция 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ глаз воспалился и начал болеть, но его обращение в этот день по поводу болей глаза не возымело результата. ДД.ММ.ГГГГ на приеме у врача по месту жительства ему выписали капли и был назначен прием на ДД.ММ.ГГГГ. В этот день ему было выдано направление для госпитализации в ОМХФИО15 МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», т.к. состояние глаза ухудшилось, но в госпитализации в этот день ему было отказано по причине отсутствия мест. Был госпитализирован лишь ДД.ММ.ГГГГ, однако лечение оказывалось некачественное. ДД.ММ.ГГГГ он обратился с жалобой на потерю зрения правым глазом по вине офтальмолога ФИО12 и заведующей ОМХГ в компанию страхования «РОСНО МС», однако ДД.ММ.ГГГГ получил ответ, что нарушений порядка и стандарта оказания медицинской помощи экспертизой не выявлено. ДД.ММ.ГГГГ он обратился к зам. директора «РОСНО МС» о выдаче копии актов экспертизы и экспертных заключений, которые получил ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что по многим позициям эти акты не соответствуют действительности. После этого в феврале 2017 года он обращался в Министерство здравоохранения РФ, однако его обращение было перенаправлено в территориальный фонд обязательного медицинского страхования 

<

адрес>, из которого ДД.ММ.ГГГГ получен ответ об организации повторной экспертизы. ДД.ММ.ГГГГ экспертные заключения получены, но в них не было ответа на вопрос об отказе в экстренной медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ. Направленная им ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчика претензия с предложением возместить понесенные им расходы от страховой медицины за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ всего на сумму 60140 руб. оставлена без удовлетворения. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец первоначально просил взыскать в его пользу с ответчика ООО ВТБ МС компенсацию причиненного морального вреда в сумме 700 000 руб. В дальнейшем свои требования истец уточнил, адресовав их также ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», которое привлечено к участию в деле в качестве соответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ и просит взыскать в его пользу с ООО ВТБ МС компенсацию за причиненный моральный вред в сумме 300 000 руб. и с ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» - 700 000 руб.

В судебном заседании свои уточненные исковые требования к вышеуказанным ответчикам истец поддержал в полном объеме и пояснил, что записи в медицинской карте стационарного больного № о его нахождении в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» на лечении после ДД.ММ.ГГГГ не соответствуют действительности и фальсифицированы, т.к. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на лечении в ФГБУ «Московский НИИ глазных болезней им. Гельмгольца». Никакого направления в МОНИКИ лечащий врач ему не выдавал и на лечении он там не находился. Полагает также, что запись лечащего врача ФИО12 в медицинской карте № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что он занимался самолечением и закапывал глаз не назначенным ему врачом лекарством 

<

данные изъяты> и с ним на этот счет была проведена беседа о недопустимости самолечения, не соответствует действительности и осуществлена лечащим врачом «задним числом» с целью избежать ответственности за неправильно проведенное лечение, т.к. именно в этот день ДД.ММ.ГГГГ правый глаз перестал видеть, о чем он сообщил лечащему врачу, поэтому уже были очевидны негативные последствия от проводимого ему лечения. Подтверждением этого, по мнению истца, является то, что в актах экспертиз качества оказания медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ нет никаких упоминаний о наличии в медицинской карте № данной записи. Считает, что отказ в его госпитализации ДД.ММ.ГГГГ с воспаленным глазом существенно повлиял на ухудшение его состояния в дальнейшем. В связи с некачественно оказанными медицинскими услугами он претерпел и продолжает претерпевать глубокие физические и морально-нравственные страдания, т.к. правый глаз перестал видеть, в связи с лечением глаза он трижды находился на стационарном лечении в отделении ФГБУ «Московский НИИ глазных болезней им. Гельмгольца», где провел 63 дня, перенес там еще две операции, которые доставили ему дополнительные физические страдания, после выписки на амбулаторное лечение у него появились заболевания (одышка и признаки сердечной недостаточности), которых он ранее не имел.

Полномочный представитель ответчика ООО ВТБ МС ФИО5, действующая по надлежащей доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, с иском не согласна, т.к. договор на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию заключался между медицинской организацией, включенной в реестр медицинских организаций, которые участвуют в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования и которым решением комиссии по разработке территориальной программы установлен объем предоставления медицинской помощи, подлежащей оплате за счет средств обязательного медицинского страхования, и страховой медицинской организацией, участвующей в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования в установленном порядке. Во исполнение закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ между ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» и ООО ВТБ МС (ранее ОАО «РОСНО-МС») заключен договор на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС №№ по которому медицинская организация обязуется оказать медицинскую помощь застрахованному лицу в рамках территориальной программы ОМС, а страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную в соответствии с территориальной программой ОМС. Заявление истца в ОАО «РОСНО-МС» о некачественной медицинской помощи, оказанной ему в ДД.ММ.ГГГГ поступило ДД.ММ.ГГГГ и ОАО «РОСНО-МС» провело целевые экспертизы, которые не выявили фактов предоставления истцу некачественной медицинской помощи, либо нарушения порядка и установленных стандартов оказания истцу медицинской помощи в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», о чем истец был поставлен в известность. По обращению истца от ДД.ММ.ГГГГ по вопросу качества оказания ему медицинской помощи в ГБУЗ МО «Ликинская ГБ» были проведены экспертизы, которые выявили нарушения, о чем истец также был поставлен в известность. Представитель данного ответчика считает, что поскольку к компетенции ООО ВТБ МС не входит оказание медицинской помощи, то ООО ВТБ МС является ненадлежащим ответчиком, в связи с чем просит в удовлетворении иска к данному ответчику отказать.

Представитель ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» ФИО6, действующая по надлежащей доверенности от ДД.ММ.ГГГГ с иском не согласна, считает иск необоснованным, т.к. отсутствует причинно-следственная связь между действиями сотрудников данного медицинского учреждения и наступившими последствиями. Полагает, что истец был госпитализирован по направлению Ликинской горбольницы от ДД.ММ.ГГГГ в тот же день, что, по мнению представителя данного ответчика подтверждается медицинскими документами. Медицинские услуги ФИО1 оказаны качественно, вины сотрудников лечебного учреждения не установлено. Считает, что истец не доказал обоснованность своих требований к данному ответчику, поэтому в удовлетворении исковых требований просит отказать.

Представитель ГБУЗ МО «Ликинская городская больница» ФИО7 в разрешении спора полагается на усмотрение суда.

Рассмотрев материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, показания свидетеля ФИО12, заключение прокурора ФИО4, полагавшей исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению к ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», дав оценку всем представленным по делу доказательствам в их совокупности и по правилам ст.67 ГПК РФ, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 1и 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст.18 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с ч.1 ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь. 

Качественная медицинская помощь - ключевая категория, выполняющая роль одного из индикаторов соблюдения прав человека в сфере здравоохранения. Качество медицинской помощи определено Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", как совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21 ст.2).

Статьей 5 данного Федерального закона установлено, что мероприятия по охране здоровья должны проводиться на основе признания, соблюдения и защиты прав граждан и в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Согласно п. п. 3, 9 ч.5 ст.19 указанного закона пациент имеет право на получение консультаций врачей-специалистов и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. 

Исходя из положений п. п. 3, 4, 5 ст.2 данного закона под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. При этом под медицинским вмешательством понимаются выполняемые медицинским работником по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности.

В силу п. п. 2, 3 ст.98 вышеназванного закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Пунктом 2 ст. 1096 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Согласно содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснениям, по общему правилу, установленному п.п. 1,2 ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, к числу которых относится и право гражданина на охрану здоровья, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу приведенных правовых норм общими основаниями гражданско-правовой ответственности являются наличие вреда, противоправность и виновность действий причинителя вреда, а также наличие причинно-следственной связи между указанными действиями и причиненным вредом.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

В данном случае судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в ОМХФИО15 МО «Орехово-Зуевская центральная городская больница» врачом ФИО12 истцу была сделана операция катаракты правого глаза. ДД.ММ.ГГГГ глаз воспалился, стал болеть, в связи с чем истец обратился в Ликинскую городскую больницу по месту жительства, где на приеме ДД.ММ.ГГГГ ему было выдано направление для госпитализации в ОМХФИО15 МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», т.к. состояние глаза ухудшилось, но в госпитализации в этот день ему было отказано. Истец был госпитализирован лишь ДД.ММ.ГГГГ, однако лечение оказывалось некачественное, поэтому дальнейшее лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил в стационарном отделении ФГБУ «Московский НИИ глазных болезней им. Гельмгольца» с диагнозом: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ он обратился с жалобой на потерю зрения правым глазом по вине офтальмолога ФИО12 и заведующей ОМХГ в компанию страхования «РОСНО МС», однако ДД.ММ.ГГГГ получил ответ, что нарушений порядка и стандарта оказания медицинской помощи экспертизой не выявлено. ДД.ММ.ГГГГ он обратился к зам. директора «РОСНО МС» о выдаче копии актов экспертизы и экспертных заключений, которые получил ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ года он обращался в Министерство здравоохранения РФ, однако его обращение было перенаправлено в территориальный фонд обязательного медицинского страхования 

<

адрес>, из которого ДД.ММ.ГГГГ получен ответ об организации повторной экспертизы. ДД.ММ.ГГГГ экспертные заключения истцом получены, однако с ними истец не согласился, т.к. в них не было ответа на вопрос о причинах отказа в экстренной медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ. Направленная им ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО ВТБ МС претензия с предложением возместить понесенные им расходы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на сумму 60140 руб. была оставлена без удовлетворения.

Судом установлено также, что в результате многочисленных обращений истца к ответчикам, в Министерство здравоохранения РФ и территориальный фонд обязательного медицинского страхования проводились экспертизы качества оказанной истцу медицинской помощи в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» и Ликинская городская больница. Так, по поручению № ОАО «РОСНО-МС» (в настоящее время ООО ВТБ МС) ДД.ММ.ГГГГ была проведена экспертиза качества медицинской помощи в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», из акта № которой следует, что проверке подвергался период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по медицинской карте №. Дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. По поручению № ОАО «РОСНО-МС» ДД.ММ.ГГГГ была проведена экспертиза качества медицинской помощи в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», из акта которой следует, что проверке подвергался период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - Дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.

На основании приказа Министерства здравоохранении 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была проведена внеплановая документальная проверка в отношении ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» в связи с обращением ФИО1 в Росздравнадзор, которая проводилась комиссией в составе главного внештатного офтальмолога Министерства здравоохранения 

<

адрес> ФИО9, заведующего отделом в Управлении ФИО10 и консультанта ФИО11

Согласно комиссионному акту данной проверки врач-офтальмолог ГБУЗ «Орехово-Зуевская ЦГБ» ФИО12, осуществлявший лечение ФИО1, при оформлении медицинской документации использовал схемы описания общего и глазного статуса, выписного эпикриза и листа назначений, не утвержденные регламентирующими органами. Оформление этих схем в медицинских картах неясное, небрежное, подчеркивания не соответствуют расположению текстов, подчеркнуты одновременно взаимоисключающие характеристики, не обозначено в какой глаз даются рекомендации при выписке, трудно понять какую операцию описал врач в выписке, выполнила ли медсестра назначение врача в конкретный день (непонятно обозначение «в», нет подписи медсестры и врача под каждым назначением). Описания дневников осмотра глазного яблока лечащим врачом в медицинской карте № практики не отражают динамики заболевания. Нет осмотра зав. отделением в период поступления и в процессе лечения больного. Отсутствует расшифровка подписей врача. Описание отдельных структур глазного яблока стилистически не соответствует общепринятой терминологии.

В нарушение порядка оказания медицинской помощи населению при заболеваниях глаза, его придаточного аппарата и орбиты, утвержденного приказом Минздрава России от 12.11.29012 года пациент с кератоиритом, гнойным инфильтратом роговицы не был госпитализирован в день обращения при наличии экстренных показаний для госпитализации. Факт о задержке в госпитализации ФИО1 в день обращения и переносе госпитализации на 2 дня соответствует действительности.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с направлением для госпитализации в ОМХФИО15 МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», однако госпитализирован не был. Госпитализация была отложена на 2 дня без проведения пациенту какого-либо лечения в этот период и при этом причины отказа в госпитализации не отражены, несмотря на то, что заболевание ФИО1 относилось к категории патологии, требующей экстренной офтальмологической помощи, т.к. отсрочка лечения может приводить к осложнениям.

В нарушение стандарта оказания помощи пациентам с язвой роговицы, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ осмотр пациента в период госпитализации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводился 1 раз в 2-3 дня с назначением современных медикаментозных препаратов, но с использованием дексаметазона, при котором в случаях с нарушением целостности передней поверхности роговицы требуется жесткий ежедневный биомикроскопический контроль, а в ряде случаев и 2 раза в сутки с учетом риска развития перфорации роговицы. Кроме этого у ФИО1 было выявлено наличие язвенной болезни 12-перстной кишки, поэтому назначение внутрь НПВС (индометацина) могло привести к осложнениям. В ранние сроки после операции по поводу катаракты для определения внутриглазного давления применялся контактный метод измерения по ФИО2 при отсутствии каких-либо факторов, определяющих необходимость его использования у пациента ФИО1 Описание роговицы после этой процедуры не было представлено.

В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в карте стационарного больного отсутствуют сведения об осмотре пациента заведующей ОМХГ, эпикриз, выданный на руки пациенту, не заверен печатью филиала, в эпикризе отсутствует рекомендация явки на дальнейшее лечение к офтальмологу поликлиники, при назначении медикаментозного лечения не указано, в какой глаз проводить инстилляции, названия лекарственных препаратов написаны на латинском языке.

По заявлению ФИО1 территориальным фондом обязательного медицинского страхования 

<

адрес> была организована повторная экспертиза качества медицинской помощи (т.1 л.д.17), которая была проведена ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФИО14 Из экспертного заключения следует, исследованию подвергалась медицинская карта № за период лечения ФИО1 в ОМХГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Экспертом было установлено, что медикаментозное лечение назначалось необоснованно в полном объеме, дозы препаратов указаны некорректно, у пациента 

<

данные изъяты> без обоснования проводились одномоментно в/м инъекции ортофена в течение 5 дней, перорально индометацин 3-х кратно в течение 7 дней, в/в дексаметазон по 2,0 (доза указана некорректно без указания единиц измерения, однако по 2,0 грамма является дозой выше применяемой при пульс-терапии) в течение 4 дней. 

<

данные изъяты> терапия не проводилась. Наблюдение пациента проводилось через день при отсутствии динамики в состоянии правого глаза на фоне проводимого лечения, клинический эффект не достигнут. Пациент направлен в вышестоящее медицинское учреждение не своевременно – отсутствие динамики в состоянии правого глаза, сохраняющиеся светобоязнь и боль в правом глазу отмечались ДД.ММ.ГГГГ, что являлось показанием для направления в вышестоящее учреждение (по ПМД направлен в МОНИКИ им. Владимирского). Исходя из записей в медицинской карте №, дополнительно представленных сведений для ЭКМП эксперт пришла к выводам, что нарушение по вине медицинской организации преемственности в лечении (в том числе несвоевременный перевод пациента в медицинскую организацию более высокого уровня), привели к удлинению сроков лечения и (или) ухудшению состояния здоровья застрахованного лица – код дефекта 3.6. Наиболее значимой ошибкой, повлиявшей на исход заболевания исходя из представленных данных, является несвоевременное направление пациента в вышестоящее медицинское учреждение, что могло повлиять на исход заболевания и развитие осложнений.

Таким образом, несмотря на то, что вывод эксперта ФИО14 о вышеперечисленных дефектах оказания ФИО1 медицинской помощи основан на записях, содержащихся в медицинской карте № и дополнительных данных о последующих трех госпитализациях истца в НИИ ГБ им. Гельмгольца, как комиссия Министерства здравоохранении 

<

адрес>, так и эксперт ФИО14 пришли к одному выводу – о некачественном оказании ФИО1 ФИО15 МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» медицинской помощи.

Допрошенный судом свидетель ФИО12 пояснил, что действительно осуществлял лечение истца в вышеуказанный период в связи с проведенной им операцией катаракты правого глаза, поэтому вел медицинскую карту №, в которой записывал назначения и ход проводимого лечения. 

В связи с категорическими утверждениями истца о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном лечении в отделении ФГБУ «Московский НИИ глазных болезней им. Гельмгольца» с диагнозом

<

данные изъяты> поэтому не мог находится и не находился на лечении в ОМХФИО15 МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», что записи в медицинской карте № что ДД.ММ.ГГГГ пациент ФИО1 находится на стационарном лечении в ОМХГ с ДД.ММ.ГГГГ и получает лечение, что у него сохраняется светобоязнь и слезоточение на правом глазу, имеется умеренная гиперемия, проводимое лечение следует продолжить, что запись от ДД.ММ.ГГГГ: общее состояние удовлетворительное, жалоб нет, 

<

данные изъяты> больной просит дать ему направление для дальнейшего лечения в глазном отделении МОНИКИ, дано направление в МОНИКИ, выписан из ОМХГ с направлением в глазное отделение МОНИКИ не соответствуют действительности и фальсифицированы, свидетель ФИО12 признал данный факт. Однако пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ при осмотре истца с его слов ему стало известно, что ФИО1 занимается самолечением, т.к. закапывает больной глаз без назначения препаратом 

<

данные изъяты> и с ФИО1 на этот счет была проведена беседа о недопустимости самолечения, о чем ДД.ММ.ГГГГ в медицинской карте сделаны соответствующие записи.

Будучи не согласным с пояснениями свидетеля ФИО12, истец категорически отрицал факт самолечения и пояснил, что и эти записи лечащего врача-офтальмолога ФИО12 не соответствуют действительности, фальсифицированы и произведены врачом «задним числом» с целью скрыть недостатки в оказании ему медицинских услуг и неправильного лечения, в результате которого уже ДД.ММ.ГГГГ были очевидны неблагоприятные осложнения.

Суд находит доводы истца заслуживающими внимания, поскольку объективно они согласуются с актом экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной по поручению № ОАО «РОСНО-МС в ходе которой проверке подвергался период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и медицинская карта №, из которого не следует, что были установлены какие-либо сведения либо иные данные о самолечении пациента ФИО1; с экспертным заключением эксперта ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором также исследованию подвергалась медицинская карта № за период лечения ФИО1 в ОМХГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которого также не следует эти обстоятельства; с записями обозренной судом медицинской карты № на ФИО1

Как следует из материалов дела, по результатам проведенной Министерством здравоохранении 

<

адрес> внеплановой документальной проверки в отношении ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» в связи с обращением ФИО1 в Росздравнадзор было вынесено предписание от ДД.ММ.ГГГГ об устранении нарушений, выявленных в ходе ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности, с которым главный врач ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» был ознакомлен (том № л.д.186,187) и во исполнение требований указанного предписания на лечащего врача-офтальмолога ФИО12 было наложено дисциплинарное взыскание. Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с нарушением трудовой дисциплины, а именно нарушением порядка оказания медицинской помощи пациенту ФИО1 к врачу-офтальмологу ФИО12 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора (том № л.д.172). Из письма главного врача ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» от ДД.ММ.ГГГГ также следует, что во исполнение требований указанного предписания для специалистов офтальмологических отделений повторно проведен инструктаж по выполнению стандарта специализированной медицинской помощи пациентам с язвой роговицы, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда и возмещения убытков.

Оценивая вышеперечисленные доказательства, суд считает возможным их принять, поскольку в своей совокупности они согласуются и дополняют друг друга, объективно подтверждают доводы истца о том, что медицинские услуги в период его лечения в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» были оказаны ему некачественно.

При этом суд не может не учитывать, что согласно требованиям п.4 ст.13, п.5 ст.14 закона РФ «О защите прав потребителей» бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). В данном случае, возражая против доводов истца и утверждая о том, что все медицинские услуги истцу были оказаны качественно, представитель ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» вопреки вышеуказанным нормам права и положениям ст.56 ГПК РФ соответствующих доказательств в подтверждение своих возражений не представила, выводы, содержащиеся в акте комиссионной внеплановой документальной проверки в отношении ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» Министерства здравоохранении 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в связи с обращением ФИО1 не опровергла.

Между тем, у суда отсутствуют законные основания не принимать во внимание акт данной проверки и содержащиеся в нем выводы, поскольку они сделаны компетентными специалистами не заинтересованными в исходе настоящего дела, о котором члены комиссии вообще знать не могли, т.к. дело было заведено значительно позднее, выводы данной проверки основаны на медицинских документах, (медицинских картах №№,4350) характеризующих период лечения истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и его последующих обращений и лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

По изложенным мотивам суд находит, что акт данной проверки, не противоречит положениям ст.ст.55,60 ГПК РФ, в связи с чем, в силу ч.3 ст.67 ГПК РФ может быть оценен судом как допустимое доказательство по настоящему делу в совокупности с другими доказательствами.

С учетом вышеперечисленных установленных обстоятельств и правовых норм, подлежащих применению при разрешении настоящего спора, суд приходит к убеждению об обоснованности требований истца к ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», т.к. ненадлежащее качество оказанной медицинской услуги влечет нарушение прав потребителя такой услуги, а действия работников ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» состоят в причинно-следственной связи с физическими и нравственными страданиями истца. Предусмотренных законом оснований для освобождения ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» от обязанности возместить причиненный истцу моральный вред в данном конкретном случае не имеется.

Законных основания для возложения ответственности на ООО ВТБ МС суд не находит, поскольку договор на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию заключался между ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» и ООО ВТБ МС (ранее ОАО «РОСНО-МС») и по этому договору медицинская организация обязалась оказать медицинскую помощь застрахованному лицу в рамках территориальной программы ОМС, а страховая медицинская организация обязалась оплатить медицинскую помощь, оказанную в соответствии с территориальной программой ОМС. Кроме этого, к компетенции ООО ВТБ МС не входит оказание медицинской помощи гражданам.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч.1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. 

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст.1064-1101 - 1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

Согласно разъяснениям п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд считает, что в данном конкретном случае сам по себе факт причинения истцу морального вреда предоставлением некачественных медицинских услуг является очевидным и доказанным. В результате некачественно оказанной ему медицинской помощи (услуг) истцу был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях и переживаниях, физической боли испытанных им в период лечения и при проведении повторных операций. Степень страданий означает глубину этих страданий, которая зависит от вида того неимущественного блага, которому причиняется вред, и степени умаления этого блага, а индивидуальные особенности потерпевшего могут повышать или понижать эту глубину (степень) страданий. По мнению суда, при определении размера компенсации следует учитывать глубину (степень) страданий человека с учетом его индивидуальных особенностей. Индивидуальные особенности конкретного лица, влияющие на размер компенсации морального вреда - это возраст, физическое состояние, наличие заболеваний. Физические страдания - это физические ощущения боль, головокружение, иные болезненные симптомы.

При установлении компенсации морального вреда и определения его размера суд считает необходимым учитывать и критерии, вырабатываемые Европейским судом по правам человека и формулируемые им в решениях по конкретным делам, в том числе, и в части размера компенсации причиненного вреда.

Так, статья 41 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусматривает возможность выплаты справедливой компенсации потерпевшей стороне. Как показывает практика Европейского Суда, эта компенсация присуждается за причиненный стороне вред, как имущественный, так и неимущественный; при этом под неимущественным вредом понимаются боль и страдания, телесное повреждение и психическое расстройство.

При определении конкретного размера компенсации за причиненный истцу моральный вред суд учитывает вышеперечисленные обстоятельства, данные о личности истца, который является пенсионером (79 лет). Суд учитывает также глубину морально-нравственных переживаний истца, обстоятельства, при которых ему был причинен моральный вред, возникшие последствия, поэтому с учетом всех конкретных обстоятельств, считает возможным определить размер такой компенсации суммой 120 000 руб., не усматривая законных оснований для взыскания большей суммы.

В п. 6 ст.13 Закона о защите прав потребителей определено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. При этом в силу закона штраф взыскивается независимо от того заявлено такое требований истцом или нет. Таким образом, в пользу истца с ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» подлежит взысканию штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя в сумме 60 000 руб.

Из материалов дела следует, что по ходатайству истца определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена документальная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено АНО «

<

адрес> центр судебных экспертиз». Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ были уточнены вопросы, подлежащие разрешению назначенной судом экспертизы. Для исполнения определения суда о проведении назначенной экспертизы экспертному учреждению были направлены материалы настоящего дела и медицинские карты ФИО1 № и №, а также медицинская карта терапевтического участка № № Ликинской городской больницы.

Согласно заключению экспертов ФИО16 и ФИО17 явных действий со стороны лечащего врача, повлекших ухудшение состояния пациента не отмечено, но имеется нарушение преемственности в ходе ведения пациента. При этом указано, что нельзя исключить тот факт, что при более раннем перенаправлении пациента в специализированное медицинское учреждение, могла быть вероятность более благоприятного исхода заболевания, однако и достоверно утверждать об этом не представляется возможным. Отмечено, что несмотря на имеющиеся записи в медицинской карте № о направлении больного в МОНИКИ, самого направления нет, но имеют место расхождения по датам нахождения ФИО1 на лечении в ОМХГ и в НИИ им. Гельмгольца. Сделан вывод, что в период стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно стандарту медицинской помощи больным с язвой роговицы основная схема лечения выработана правильно, сроки стационарного лечения выдержаны в рамках стандартов. В период лечения в ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» с ДД.ММ.ГГГГ и до момента направления ФИО1 в НИИ глазных болезней им. Гельмгольца каких-либо существенных недостатков, которые могли быть причиной наступившего последствия, связанного с ухудшением состояния прооперированного до этого глаза, допущено не было, действиями врачей вред здоровью ФИО1 причинен не был. Эксперты также указали по вопросу №, что в материалах дела и медицинской документации отсутствуют данные протокола осмотра пациента по направлению от ДД.ММ.ГГГГ, что делает невозможным сделать выводы, как об обоснованности отказа в госпитализации ДД.ММ.ГГГГ, так и том, что вообще было отказано в экстренной госпитализации.

В силу ч. 2 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч.3 ст.86 ГПК РФ).

В данном конкретном случае оценивая представленное АНО «

<

адрес> центр судебных экспертиз» заключение экспертов ФИО16 и ФИО17, суд находит, что оно не может быть принято по настоящему делу в качестве допустимого доказательства, поскольку не соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, в нем нет ответов на все поставленные судом вопросы (например, нет четкого и конкретного ответа на вопрос № и вопрос №), выводы экспертов недостаточно ясны, содержат противоречия, они не основаны на совокупности всех материалов дела, представленных экспертам для проведения необходимых исследований и зиждяться по существу лишь на двух медицинских картах № и №, сделаны без учета ранее уже установленных судом обстоятельств, связанных с отказом в госпитализации истца ДД.ММ.ГГГГ. 

Между тем, в материалах дела имеется несколько актов экспертиз качества оказанной истцу медицинской помощи и акт ведомственного контроля Министерства здравоохранения 

<

адрес>, выводы которых не совпадают с выводами, содержащимися в представленном заключении вышеназванных экспертов. В связи с этим по ходатайству истца эксперты ФИО16 и ФИО17 были вызваны в суд для дачи разъяснений, однако, их явка в судебное заседание экспертным учреждением, которому было поручено проведение экспертизы, не была обеспечена. Письмом от ДД.ММ.ГГГГ руководитель экспертного учреждения сообщил лишь суду, что эксперт ФИО16 не может прибыть в судебное заседание, т.к. в настоящее время работает в другом учреждении, а эксперт ФИО17 находится в декретном отпуске. Индивидуальные данные, которые могли предоставить суду возможность личного вызова экспертов в судебное заседание, суду также не были представлены.

В соответствии со ст.87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В данном случае стороны спора после сделанных им суду разъяснений никаких ходатайств о проведении дополнительных или повторных экспертных исследований не заявили, напротив, просили суд рассматривать дело по имеющимся в нем материалам.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 2196-О, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ст.123, ч.3 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч.1 ст.56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий; при этом суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер.

С учетом вышеизложенного, суд посчитал возможным разрешить спор по представленным в дело сторонами доказательствам. 

По изложенным мотивам и учитывая, что составленное экспертами ФИО16 и ФИО17 экспертное заключение не соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, составлено некачественно, законных оснований для удовлетворения ходатайства руководителя АНО «МОЦСЭ» ФИО18 о взыскании расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы вышеназванными экспертами в сумме 115 000 руб. суд не усматривает.

В соответствии с п. 2 ст.61.1 Бюджетного кодекса РФ, а также согласно ст.103 ГПК РФ, в бюджеты муниципальных образований подлежат зачислению налоговые доходы от федеральных налогов и сборов, в том числе налогов, предусмотренных специальными налоговыми режимами: государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативным отчислениям, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку в данном случае истец освобожден от уплаты госпошлины в силу закона, сумма госпошлины в размере 300 руб. подлежит взысканию в доход местного бюджета городской округ Орехово-Зуево с ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ», не освобожденного от несения таких расходов.

На основании изложенного, ст.ст.12,150,151,1101,1111 ГК РФ, закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» и руководствуясь ст.ст.12,56,67,103,194-198,321 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО ВТБ МС, ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» о компенсации морального вреда в связи с предоставлением некачественных медицинских услуг, удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «Орехово-Зуевская ЦГБ» в пользу ФИО1 компенсацию причиненного морального вреда в связи с предоставлением некачественных медицинских услуг в сумме 120 000 руб., штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя в сумме 60 000 руб., а всего взыскать, таким образом, 180 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать за их необоснованностью.

Взыскать с ГБУЗ МО «Орехово-Зуевская ЦГБ» в доход местного бюджета городской округ Орехово-Зуево госпошлину, от уплаты которой истец освобожден в силу закона, в сумме 300 руб.

Заявление генерального директора АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» о взыскании 115 000 руб. за производство экспертизы оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Мособлсуда через горсуд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья В.В.Гошин