Судья: Бортникова Е.В. Дело № УК-22-898/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калуга 13 августа 2020 года

Калужский областной суд в составе:

председательствующего – судьи ХОХЛОВА А.Н.,

с участием прокурора Ковалевой М.Ю., 

потерпевшего ФИО1, 

представителя потерпевших - адвоката Федоровой М.В., представившей удостоверение № 700 и ордер № 27/2020 от 13.08.2020, 

защитника - адвоката Макарова В.В., представившего удостоверение № 896 и ордер № 038233 от 13.08.2020, в интересах осужденной Кузнецовой О.В., 

при секретаре судебного заседания Оськиной В.С., 

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной Кузнецовой О.В. на приговор Жуковского районного суда Калужской области от 09 июня 2020 года, по которому 

Кузнецова О.В., родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

осуждена по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении. 

На основании ч.1 ст.82 УК РФ осужденной Кузнецовой О.В. реальное отбывание наказания в виде лишения свободы отсрочено до достижения ее ребенком четырнадцатилетнего возраста. 

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в отношении Кузнецовой О.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

Приговором разрешены предъявленные потерпевшими гражданские иски и вопрос о судьбе вещественных доказательств. 

Заслушав выступление защитника - адвоката Макарова В.В. в интересах осужденной ФИО10, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, а также выступление потерпевшего ФИО1, представителя потерпевших - адвоката Федоровой М.В. и мнение прокурора Ковалевой М.Ю., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы и полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО10 признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено 30 августа 2018 года на территории 

<

адрес> при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании осужденная ФИО10 вину в совершении преступления не признала. 

В апелляционной жалобе осужденная ФИО10 просит отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, указывая, что выводы суда о том, что она допустила столкновение на полосе движения автомобиля под управлением потерпевшего ФИО1, противоречат материалам уголовного дела, не подтверждаются объективными и допустимыми доказательствами. Полагает, что приговор постановлен на предположениях, судом надлежащим образом не проверены и не исследованы представленные стороной обвинения доказательства, не устранены имеющиеся существенные противоречия. Так, в протоколе осмотра места происшествия и на схеме дорожно-транспортного происшествия не зафиксировано место столкновения транспортных средств, при этом согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия и фототаблице автомобили, а также основная часть их осколков и обломков располагаются на полосе движения ее, ФИО10, автомобиля. Заключения экспертов ФИО2 и ФИО3, проводивших автотехнические судебные экспертизы, и показания эксперта ФИО3 относительно механизма дорожно-транспортного происшествия и места столкновения автомобилей, по мнению апеллянта, основаны на предположениях. Эти заключения и показания эксперта противоречат показаниям свидетеля ФИО4 об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия. Показания последнего о том, что он наблюдал столкновение автомобилей, кроме того, не соответствуют результатам проведенного с его участием следственного эксперимента. Автор апелляционной жалобы утверждает, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетеля ФИО5 и необоснованно признал показания специалиста ФИО6 недостоверными, а подготовленное им заключение недопустимым доказательством. Вместе с тем указанное заключение специалиста постностью опровергает выводы проведенной по делу трасологической судебной экспертизы по вопросу о механизме повреждения ремня безопасности автомобиля потерпевшего ФИО1 Помимо этого, осужденная находит недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия, поскольку в нарушение ч.2 ст.60 УПК РФ в следственном действии в качестве понятых принимали участие ФИО5 и ФИО6, являющиеся работниками органа исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности и (или) предварительного расследования, а именно сотрудниками пожарно-спасательной части.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Пименова А.Е., не соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению. 

Выводы суда о виновности ФИО10 в совершении преступления основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных судом доказательств, проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых содержится в приговоре, и, вопреки доводам стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Так, свидетель ФИО4 показал, что он, управляя автомобилем, наблюдал, как двигавшийся перед его машиной автомобиль «

<

данные изъяты>» под управлением осужденной ФИО10 выехал на полосу встречного движения, а затем на обочину дороги, в результате чего его развернуло и он левым боком юзом продолжил движение по встречной полосе движения, где совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>» под управлением потерпевшего ФИО1, который двигался без изменения направления по своей полосе дороги. После столкновения автомобиль «

<

данные изъяты>» отбросило на правую сторону проезжей части, а автомобиль «

<

данные изъяты>» - на середину проезжей части, на полосе движения автомобиля «

<

данные изъяты>» осталась осыпь обломков столкнувшихся транспортных средств. 

При производстве следственного эксперимента свидетель ФИО4 подтвердил свои показания об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в ходе проведения данного следственного действия установлено, что у свидетеля ФИО4 была возможность визуально наблюдать за дорожно-транспортным происшествием. 

Из анализа показаний свидетелей ФИО5 и ФИО6, сотрудников пожарно-спасательной службы, в части, признанных судом достоверными, следует, что после дорожно-транспортного происшествия автомобиль «

<

данные изъяты>» располагался на середине проезжей части передней частью на полосе своего движения, имел повреждения передней части, на автомобиле «

<

данные изъяты>» имелись повреждения левой боковой части, осыпь стекла и обломков пластмассы от автомобилей располагалась перед автомобилем «

<

данные изъяты>» на полосе его движения и была разбросана до обочины дороги, где находился автомобиль «

<

данные изъяты>», след юза автомобиля «

<

данные изъяты>» находился на полосе встречного движения, следов торможения автомобиля «

<

данные изъяты>» не было. ФИО5, кроме того, показал, что до составления инспектором ГИБДД протокола осмотра места происшествия и схемы дорожно-транспортного происшествия он убрал несколько обломков пластика от автомобиля «

<

данные изъяты>», мешавших проезду автотранспорта. 

Сотрудник ГИБДД ФИО7 подтвердил показания свидетелей о расположении автомобилей на дороге после аварии, о месте нахождения осыпи стекла и обломков пластмассы автомобилей, о локализации повреждений на них и о следах оставленных автомобилями на проезжей части. 

Как видно из протокола осмотра места происшествия и приложенной к нему схемы, а также протоколов проведенных впоследствии осмотров транспортных средств, после дорожно-транспортного происшествия автомобиль «

<

данные изъяты>» располагается в районе осевой линии дороги, около каждого из столкнувшихся автомобилей находится осыпь разрушенных элементов конструкции транспортных средств, автомобиль «

<

данные изъяты>» имеет повреждения преимущественно передней его части, автомобиль «

<

данные изъяты>» - левой боковой части.

Из актов выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги следует, что на участке дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, установлены временные дорожные знаки «Прочие опасности», «Ограничение максимальной скорости 40», «Зона действия», «Неровная дорога» и «Дорожные работы». 

Заключениями экспертов, которые подтвердил эксперт ФИО3, установлено, что место столкновения автомобилей может располагаться в районе осевой линии автомобильной дороги, в момент столкновения автомобиль «

<

данные изъяты>» контактировал своей передней частью с левой боковиной кузова автомобиля «

<

данные изъяты>» под прямым углом, при этом автомобиль «

<

данные изъяты>» находился в движении.

Согласно заключению эксперта ФИО20 и его показаниям в суде смерть ФИО1 наступила от сочетанной тупой травмы тела, осложнившейся травматическим шоком, полученные им телесные повреждения образовались в результате травмы внутри салона автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, явились опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью и повлекли смерть потерпевшего.

Сама осужденная ФИО10 не отрицала, что она, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>», выехала на полосу встречного движения, а затем на обочину дороги, в то же время утверждая, что успела вернуться на свою полосу движения, где и произошло, как она указывает, столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>» под управлением водителя ФИО1, двигавшимся во встречном направлении. 

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденной ФИО10, правильно оценены как допустимые и достоверные, а в своей совокупности – достаточные для разрешения уголовного дела и, как верно указано судом, подтверждают ее виновность в совершении преступления. 

Все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо нарушений при проведении следственных и процессуальных действий на стадии досудебного производства не установлено, представленные доказательства исследованы в судебном заседании с достаточной полнотой и получили в приговоре надлежащую оценку. 

Судом первой инстанции проверялась версия, аналогичная содержащейся в апелляционной жалобе осужденной ФИО10, о том, что столкновение автомобилей произошло на полосе движения ее автомобиля, которая судом обоснованно и мотивированно отвергнута, поскольку названная версия, как верно указано в приговоре, полностью опровергается показаниями свидетеля ФИО4, являющего очевидцем дорожно-транспортного происшествия, заключениями экспертов и показаниями эксперта ФИО3, существо которых подробно изложено в приговоре.

Вопреки доводам жалобы осужденной, суд дал надлежащие анализ и оценку показаниям свидетеля ФИО4 об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия и с учетом установленных по делу обстоятельств признал их достоверными, верно указав, что они носят подробный и последовательный характер, не содержат существенных противоречий, подтверждаются показаниями допрошенных по делу свидетелей и экспертов, согласуются с иными письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, а также с установленными судом фактическими обстоятельствами дела. Данных полагать о наличии у свидетеля оснований для оговора осужденной в совершении преступления, а также сомнений в достоверности его показаний не имеется. 

Изложенные в апелляционной жалобе доводы осужденной о наличии противоречий в показаниях свидетеля ФИО4 с результатами проведенных по делу следственного эксперимента, автотехнических судебных экспертиз и показаниями эксперта ФИО3, а также доводы защитника в суде апелляционной инстанции о том, что свидетель ФИО4 не мог видеть момента столкновения транспортных средств, основаны на субъективной оценке названных доказательств и не влияют на правильность оценки доказательств по делу, приведенной в приговоре суда, с которой соглашается суд апелляционной инстанции. 

При этом суд находит, что судебные экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Оснований не доверять этим заключениям не имеется, поскольку производившие исследования эксперты имеют необходимые образование, квалификацию и длительный стаж работы, в заключениях содержится методика, порядок и результаты исследований, а также ответы на все поставленные перед экспертами вопросы и выводы экспертов, имеющие значение для дела и достаточные для принятия судом решения по делу, экспертами установлено место столкновения автомобилей, выводы экспертов основаны на представленных материалах уголовного дела, научно обоснованы, подробны и обстоятельны, не содержат противоречий и согласуются с исследованными судом доказательствами.

Также судом дана полная и объективная оценка показаниям экспертов и других свидетелей обвинения, в том числе свидетеля ФИО5, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Все имевшиеся противоречия в показаниях свидетелей об обстоятельствах совершения преступления судом выявлялись и получили правильную оценку, в приговоре изложены мотивы, почему одни доказательства признаны судом достоверными, а другие отвергнуты. 

Доводы апеллянта о недопустимости протокола осмотра места происшествия в связи участием в качестве понятых при его производстве ФИО5 и ФИО6, работающих 

<

данные изъяты>, которые, по мнению апеллянта, относятся к работникам органа исполнительной власти, наделенным полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности и (или) предварительного расследования, суд апелляционной инстанции находит безосновательными, поскольку согласно имеющимся в материалах уголовного дела документам 

<

данные изъяты> относится к категории гражданского персонала 

<

данные изъяты>, работающего по трудовому договору, и в его служебные обязанности не входят полномочия по осуществлению оперативно-розыскной деятельности и (или) предварительного расследования. Иные обстоятельства, предусмотренные ч.2 ст.60 УПК РФ, препятствующие участию названных лиц в качестве понятых, а равно свидетельствующие об их заинтересованности в исходе уголовного дела, материалы дела не содержат. 

Неуказание в протоколе осмотра места происшествия и схеме дорожно-транспортного происшествия места столкновения транспортных средств, когда судом на основании оценки совокупности иных тщательно исследованных и проанализированных доказательств правильно установлено место дорожно-транспортного происшествия, вопреки доводам апелляционной жалобы, не может поставить под сомнение обоснованность выводов суда о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате выезда автомобиля под управлением осужденной ФИО10 на полосу дороги, предназначенную для встречного движения. 

Отсутствие в деле данных о своевременном прохождении потерпевшим ФИО1 очередной медицинской комиссии на допуск к управлению транспортным средством и технического осмотра автомобиля, а также основанные на предположениях защитника доводы о превышении потерпевшим разрешенного скоростного режима, как верно указано судом первой инстанции, не свидетельствуют о невиновности ФИО10 в совершении преступления и не имеют правового значения, поскольку она, в нарушение правил дорожного движения указанных в приговоре суда, выехала на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, создав тем самым опасность и помеху для движения автомобиля под управлением потерпевшего ФИО1, что явилось непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия и, как следствие, привело к наступлению смерти последнего. 

Изложенные адвокатом в суде апелляционной инстанции доводы о том, что причиной смерти потерпевшего явилось неисправное состояние ремня безопасности автомобиля, в результате чего произошел его разрыв в момент столкновения, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и были обоснованно отвергнуты, поскольку эти доводы, о чем правильно указано судом в приговоре, опровергаются заключениями трасологической и судебно-медицинской экспертиз, а также показаниями эксперта ФИО8 

Свои выводы в этой части суд подробно изложил в приговоре, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает. Более того, суд считает, что все вышеуказанные стороной защиты обстоятельства не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Вопреки доводам жалобы осужденной, суд верно указал в приговоре, что не подлежит оценке как допустимое доказательство представленное стороной защиты заключение специалиста ФИО6, при этом суд правильно исходил их того, что специалист, давая оценку доказательствам по уголовному делу, вышел за пределы полномочий, предусмотренных ст.58 УПК РФ. Кроме того, суд пришел к обоснованному выводу о невозможности признания достоверными показаний специалиста ФИО6 о механизме повреждения ремня безопасности в автомобиле под управлением потерпевшего, правильно сославшись на то обстоятельство, что эти показания противоречат заключению проведенной по делу трасологической судебной экспертизы. Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение специалиста и его показания не могут быть признаны доказательствами, подтверждающими невиновность ФИО10 в совершении преступления. 

При таких обстоятельствах суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы осужденной ФИО10 о том, что столкновение автомобилей произошло на полосе ее движения, и онедоказанности ее виновности в совершении преступления. Как справедливо отмечено в приговоре, дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО10 1.4, 9.1, 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, при этом судом правильно установлено, что несоблюдение ею названных пунктов правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде наступления смерти потерпевшего.

Действиям ФИО10 на основе установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела дана правильная квалификация по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. Выводы суда относительно юридической оценки ее действий, в том числе о наличии диспозитивных и квалифицирующих признаков преступления, основаны на исследованных доказательствах и подробно мотивированы в приговоре, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит. 

Наказание осужденной назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ об общих началах назначения наказания в пределах санкции ч.3 ст.264 УК РФ с учетом положений Общей части УК РФ, соразмерно содеянному.

При назначении осужденной наказания суд, наряду с характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, учел данные о личности виновной, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи. 

При наличии совокупности перечисленных обстоятельств суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения наказания осужденной ФИО10 в виде лишения свободы с отсрочкой реального отбывания наказания до достижения ее ребенком четырнадцатилетнего возраста и правильно не нашел оснований для применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы, назначения более мягкого вида наказания и условного осуждения, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую, подробно мотивировав свои выводы по данным вопросам в приговоре. 

Объективно учитывая особенности совершенного преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, его характер и общественную опасность, а также наличие взаимосвязи совершенного осужденной преступления с осуществлением ею деятельности, связанной с управлением транспортными средствами, суд обоснованно применил к осужденной ФИО10 и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, предусмотренное санкцией названной статьи уголовного закона. 

С учетом изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данные о личности осужденной, влияющие на ее наказание, судом учтены всесторонне, объективно и в полном объеме, а при определении вида и размера наказания в полной мере учтены положения уголовного закона о его индивидуализации и справедливости.

Вид исправительного учреждения осужденной назначен в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ. 

Гражданские иски потерпевших ФИО9 и ФИО1 о компенсации морального вреда и возмещении расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, рассмотрены и разрешены судом в соответствии с требованиями ст.151, 1064, 1099-1101 ГК РФ, п.10 ч.1 ст.299 УПК РФ с учетом характера причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий, требований разумности, справедливости и соразмерности, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения гражданского иска, и обоснованно удовлетворены в размере, указанном в приговоре. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным способом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного решения, а также влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Жуковского районного суда Калужской области от 09 июня 2020 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий: