Дело 2-584/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 октября 2017 года город Кольчугино

Кольчугинский городской суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Макарова О.В., при секретаре Лапиной Е.С., с участием истцов ФИО20 и ФИО21, ответчика ФИО22, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО20 и ФИО21 к индивидуальному предпринимателю ФИО22 об оспаривании приказа об увольнении, изменении формулировки основания увольнения, взыскании неполученного заработка и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО20 обратилась в суд с иском к ИП ФИО22 (с учётом уточнения требований) о признании незаконным приказа об увольнении по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ от 31.07.2017, исправлении записи в трудовой книжке с записи об увольнении по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ на запись об увольнении по собственному желанию работника по п. 3 ст. 77 ТК РФ, взыскании неполученного заработка с момента увольнения по настоящее время в сумме 9 000 руб., а также компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб. 

ФИО21 также обратилась в суд с иском к ИП ФИО22 (с учётом уточнения требований) о признании незаконным приказа об увольнении по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ от 31.07.2017, исправлении записи в трудовой книжке с записи об увольнении по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ на запись об увольнении по собственному желанию работника по п. 3 ст. 77 ТК РФ, взыскании неполученного заработка с момента увольнения по настоящее время в сумме 9 000 руб., а также компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб. 

Определением от 16.10.2017 гражданские дела по иску ФИО20 и по иску ФИО21 к ИП ФИО22 объединены в одно производство.

В обоснование искового заявления ФИО20 указано, что 01.02.2012 она была принята на работу к ИП ФИО22 в магазин торговой сети «Купец» 

<

адрес> на должность продавца-кассира. 31.07.2017 была уволена на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул. В тот же день с ней произвели расчет. С приказом об увольнении ознакомлена 08.08.2017 и в тот же день получила трудовую книжку. С увольнением не согласна. Летом 2017 года коллектив магазина узнал от заведующей магазином ФИО1 о предстоящем закрытии магазина. 21.07.2017 в магазине была выявлена недостача в размере 200 000 руб. В этот период ответчик была на больничном до 25.07.2017, однако участвовала в проведении ревизии и была не согласна с ее результатами. Юрист ответчика ФИО2 настоятельно рекомендовал ей оплатить ее часть недостачи в сумме 26 000 руб. 27.07.2017, по окончании больничного, она вышла на работу. Магазин был полупустым без кассы, оборудования и без продукции. Ответчик ввел коллектив магазина в заблуждение, сказав, что если они напишут заявления об увольнении по собственному желанию, их обязательно переведут в другой магазин и не уволят. 27.07.2017 она написала заявление об увольнении по собственному желанию и передала его заведующей магазином ФИО1 Впоследствии выяснилось, что последняя не передала его работодателю. 28 и 30.07.2017 она приходила в практически пустой магазин и оказывала помощь заведующей в учете и упаковке сигарет. Одновременно от нее требовали написать расписку о том, что она взяла у компании «Купец» 26 000 руб. и обязуется их отдать. Она отказалась, так как не согласна с ревизией. В момент ее обращения в офис торговой сети «Купец» за трудовой книжкой от нее потребовали объяснения по прогулам. Она написала их. 08.08.2017 она получила трудовую книжку с записью о прогуле. 

В обоснование искового заявления ФИО21 указано, что с 01.09.2016 по 31.07.2017 она была трудоустроена у ИП ФИО22 в магазине торговой сети «Купец» по адресу: 

<

адрес>, продавцом-кассиром. 31.07.2017 была уволена на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул. В тот же день с ней произвели расчет. С приказом об увольнении ознакомлена 08.08.2017 и в тот же день получила трудовую книжку. С увольнением не согласна. Летом 2017 года коллектив магазина узнал от заведующей магазином ФИО1 о предстоящем закрытии магазина. 21.07.2017 в магазине была выявлена недостача в размере 200 000 руб. Во время ревизии она пересчитывала товар и записывала результаты на пустой лист. Юрист ответчика ФИО2 рекомендовал ей оплатить ее часть недостачи в сумме 26 000 руб. С результатами ревизии она была не согласна. 20.07.2017 она написала заявление об увольнении с 24.07.2017 и отдала его сотруднику отдела кадров ФИО3 С 24.07.2017 приходила в практически пустой магазин, помогала заведующей считать продукцию и складывать в коробки для отправки в другие магазины. С 28.07.2017 магазин не посещала, так как он был пустым. 31.07.2017 она обратилась в офис торговой сети «Купец» за трудовой книжкой и ответчик потребовал от нее объяснения по прогулам. Сообщил, что ее заявление об увольнении «не считается». 08.08.2017 она получила трудовую книжку с записью о прогуле. 

В судебном заседании по делу истцы ФИО20 и ФИО21 поддержали заявленные требования, подтвердив изложенные в исковых заявлениях обстоятельства. 

ФИО20 в предварительном судебном заседании пояснила, что ее никто не уведомил о том, что ее заявление об увольнении 27.07.2017 не подписано. После 27.07.2017 она приходила в магазин, хотя была уверена в том, что уже уволена. В магазине уже не было товара, оборудования и охраны. Когда она приходила, в нем находились ФИО1, ФИО4 и ФИО23. Они вместе грузили машины с остатками товара. 26.07.2017 последний товар был вывезен. 27 и 28.07.2017 она приходила в магазин, но он был закрыт и попасть туда было невозможно. Созвониться и выяснить почему он закрыт, она не пыталась. 29 и 30.07.2017 были выходные и в магазин она не ходила. 31.07.2017 опять пошла на работу, но там никого не было. Ей позвонили из офиса, предложили придти, чтобы забрать трудовую книжку и расчет. В офисе ответчик сказал ей, что если хочет получить «чистую» трудовую книжку, то должна вернуть свой расчет в сумме 11 000 руб. 31.07.2017 она по просьбе ответчика написала объяснительную, отдала ее и больше никуда не ходила. Писем от работодателя не получала. О прогулах ее не извещали, акты не показывали. 07.08.2017 она позвонила бухгалтеру ФИО3 и попросила выдать трудовую книжку. Приказ о своем увольнении не видела. Ей сказали расписаться, но почитать не дали. 

В судебном заседании 16.10.2017 ФИО20 пояснила, что 27.07.2017 находилась на работе более двух часов. Оставалась в магазине после отъезда оттуда ответчика. При отказе от получения трудовой книжки сообщила ответчику, что у нее дома двое детей с температурой. Поэтому она торопилась и сообщила, что приедет на следующий день. Трудовую книжку получила в другой день. 

ФИО21 пояснила, что после 24.07.2017 она продолжала выходить на работу, хотя была уверена, что уже уволена. О том, что она не уволена и ее заявление не подписано, ее не уведомили. С актами о прогуле не знакомили. Приходила помогать заведующей собирать товар. 26.07.2017 они пришли с ФИО20 и ФИО1 в 9 час. и ушли в начале 17 час. 27.07.2017 она и ФИО20 были в магазине вместе с ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, с ними беседовали по поводу недостачи приезжавшие в магазин ФИО8, ФИО9 и ФИО2 Угрожали, что если не отдадут деньги, их уволят «по статье» и не дадут нигде работать. После беседы они находились в пустом магазине еще около полутора часов. Потом заведующая ФИО1 отпустила их домой. 28.07.2017 они приходили в магазин, но там никого не было. Больше она в магазин не приходила. 31.07.2017 ей перевели деньги на карту в порядке расчета. 01.08.2017 позвонили из офиса и предложили приехать для получения расчета и трудовой книжки. Она приехала. Ей сказали, что получит трудовую книжку «без записи» только если отдаст деньги, перечисленные как расчет. Она отказалась. Ей сообщили, что она уволена 01.08.2017, а не 24.07.2017. Просили написать объяснительную. Она написала, что не знала о том, что еще не уволена. 

Ответчик ФИО22 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Пояснил, что работники магазина были предупреждены им о предстоящем закрытии. После закрытия можно было перевестись в другие точки или найти иной вариант работы. 21.07.2017 в магазине провели ревизию. Выявили крупную недостачу и большое количество испорченного товара. С 22.07.2017 магазин был закрыт для покупателей. Осуществлялся вывоз товара, который был закончен 27.07.2017. 28.07.2017 вывозили оборудование, а 31.07.2017 - брак. Всем было известно, что 31.07.2017 был последний рабочий день и после обеда все должны были придти за трудовыми книжками. Некоторые не пришли. Он приглашал менеджера, показывал, что документы не забрали. Полагает, что не забрали их умышленно. ФИО20 пришла 31.07.2017. Он предложил ей подождать полчаса для составления документов на увольнение. Она отказалась в связи с плохим самочувствием детей. Она добровольно отказалась от получения документов. Пришла она за ними только 08.08.2017. После периода больничного ее первый рабочий день был 26.07.2017. ФИО21 20.07.2017 передала заявление об увольнении с 24.07.2017. Заявление он передал заведующей магазином, чтобы она предупредила, что все будут уволены 31.07.2017. В связи с отсутствием ФИО21 в магазине, он сказал составить акт об отсутствии на рабочем месте. 31.07.2017 его уведомили, что ФИО21 не появится и придет только на следующий день. Он пообщался с ней 01.08.2017, предложил подождать для оформления документов, ознакомления с актами, но она отказалась и ушла. Почтой её уведомили о необходимости придти для получения трудовой книжки. Документы она получила только 08.08.2017. В период прогулов истцов в магазине постоянно находились люди - сотрудники магазина, водители, грузчики, работники собственника помещения. Он сам также приезжал в магазин. До 28.07.2017 в магазине постоянно до 17 часов вечера находилась старший продавец ФИО5, которая была ответственной за магазин. 31.07.2017 до обеда в магазине были водитель и грузчик, производился вывоз оборудования, после обеда в этот день в магазине был только он (ответчик). Работники входили с торцевой стороны, через служебный вход, который был открыт. По жалобам истцов трудовой инспекцией была проведена проверка. Нарушений, связанных с увольнением, выявлено не было. С учетом недостачи, увольнять истцов ему было невыгодно. Если бы они продолжали работать у него, удержать долг по недостаче с них было бы проще. 

В письменных возражениях по делу ответчик указал также, что расхождение календарных чисел в актах о прогулах является технической ошибкой (опечаткой). 

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациикаждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации(далее - ТК РФ) работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

На основании п. 1 ст. 84.1. ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

В силу положений ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены). 

В соответствии с ч. 4 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

В судебном заседании представленными сторонами доказательствами установлено следующее. 

Приказом ответчика от 01.02.2012 № ФИО20 была принята на работу в магазин «Купец №9» на должность продавца с 01.02.2012. Приказом от 01.01.2014 № переведена на должность продавца-кассира того же магазина. 

27.07.2017 ФИО20 подано заявление об увольнении по собственному желанию с 27.07.2017. На заявлении имеется надпись - «Уволить с 31.07.2017» и подпись, расшифрованная как «Жуков Н.Е». 

Из листка нетрудоспособности ФИО20 следует, что она была нетрудоспособна с 11 по 25.07.2017 и должна была приступить к работе 26.07.2017. 

Из докладных записок заведующей магазином «Купец №9» ФИО1 от 26, 27, 28 и 31.07.2017 следует, что в указанные дни ФИО20 не явилась на работу. Причина неявки не известна. На звонки она не отвечает. 

Как следует из актов об отсутствии работника на рабочем месте от 26, 27, 28 и 31.07.2017 за подписью ИП ФИО22 и менеджера-оператора ФИО10, в указанные дни ФИО20 отсутствовала на рабочем месте. Акт от 26.07.2017 содержит запись об отсутствии истца на рабочем месте 27.07.2017, что суд, с учетом пояснений ответчика, оценивает как техническую ошибку ввиду явной невозможности составления подобного акта на будущее время. 

Приказом ответчика от 31.07.2017 № ФИО20 уволена 31.07.2017 по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ по инициативе работодателя за прогул. Работник расписалась за ознакомление с приказом 08.08.2017. 

Из акта ИП ФИО22 от 01.08.2017 за подписями ответчика и менеджеров-операторов ФИО10 и ФИО11 следует, что ФИО20 отказалась от подписи за ознакомление с приказом об увольнении, так как ей нужно идти домой к детям.

Из объяснений ФИО20, датированных 01.08.2017, следует, что у нее нет возможности установить хронологический порядок рабочего времени, поскольку с 21 по 28.07.2017 магазин работал по 2-3 часа в день. 27, 26 и 25.07.2017 она находилась в магазине. Просит выдать трудовую книжку по причине увольнения по собственному желанию. 

01.08.2017 ответчиком ФИО20 направлено уведомление о необходимости явки за трудовой книжкой. 

Из акта ИП ФИО22 от 08.08.2017 за подписями ответчика и менеджеров-операторов ФИО10 и ФИО11 следует, что ФИО20 отказалась от подписи за ознакомление с приказом об увольнении без указания мотивов. 

Согласно объяснениям ФИО20 от 08.08.2017, она не забрала свою трудовую книжку 31.07.2017, так как не могла оставить детей дома одних. 

Приказом ответчика от 01.09.2016 № ФИО21 была принята на работу в магазин «Купец №9» на должность продавца-кассира с 01.09.2016 на период отсутствия основного работника ФИО12 

17.07.2017 ФИО21 подано заявление об увольнении по собственному желанию с 24.07.2017. На заявлении имеется надпись - «Уволить 31.07.2017» и подпись, расшифрованная как ИП ФИО22 

Из докладных записок заведующей магазином «Купец №9» ФИО1 от 24, 25, 26, 27, 28 и 31.07.2017 следует, что в указанные дни ФИО21 не явилась на работу. Причина неявки не известна. На звонки она не отвечает. При выходе на дом работника дома ее не застала. 

Как следует из актов об отсутствии работника на рабочем месте от 24, 25, 26, 27, 28 и 31.07.2017 за подписью ИП ФИО22 и менеджера-оператора ФИО10., в указанные дни ФИО21 отсутствовала на рабочем месте. 

Приказом ответчика от 31.07.2017 № ФИО21 уволена 31.07.2017 по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ по инициативе работодателя за прогул. Подпись работника об ознакомлении в приказе отсутствует. 

Из актов ИП ФИО22 от 01.08.2017 и 08.08.2017 за подписями ответчика и менеджеров-операторов ФИО10 и ФИО11 следует, что ФИО21 отказалась от подписи за ознакомление с приказом об увольнении и от подписи в акте, не пояснив причин отказа. 

Из объяснений ФИО21, датированных 01.08.2017, следует, что 28-31.07.2017 она не выходила на работу, так как не знала, что в магазине требуется ее помощь. 

01.08.2017 ответчиком в адрес ФИО21 направлено уведомление о необходимости явки за трудовой книжкой. 

Согласно объяснениям ФИО21 от 08.08.2017, она отказалась подписывать приказ об увольнении, так как не согласна со статьей, по которой произведено увольнение. За трудовой книжкой не пришла 31.07.2017, так как никто не поставил ее в известность о том, что она готова. 

В акте проверки и предписании от 06.09.2017 Государственной инспекции труда во Владимирской области, составленных в адрес ИП ФИО22 применительно к работникам ФИО20 и ФИО21, каких-либо нарушений, связанных с несоблюдением порядка увольнения, не отражено. 

Расчет с истцами произведен 31.07.2017 путем зачисления денежных средств на их счета, что подтверждено реестром ИП ФИО22 

Из имеющихся в деле отчетов об отслеживании движения автомашин ИП ФИО22 следует, что в период 24-28, 30-31.07.2017 автомашины ответчика регулярно заходили в точку К9 (со слов ответчика - магазин «Купец №9» в п. Белая Речка). 

Согласно актам от 28.07.2017 за подписями ответчика, продавца-кассира ФИО5., менеджера ФИО10., 28.07.2017 в магазине «Купец №9» производилась комиссионная выбраковка товара. 

Из представленных ИП ФИО22 накладных на внутреннее перемещение товара от 25, 26, 27, 31.07.2017 следует, что в указанные дни из магазина «Купец №9» производился вывоз товара и торгового оборудования. 

Свидетель ФИО13, жительница п. Белая Речка г. Кольчугино, показала, что знает истцов как продавцов магазина «Купец», расположенного в поселке. 21.07.2017 магазин был закрыт для посетителей. Истцы продолжали ходить на работу до августа 2017 в течение всего июля. Она каждый день гуляет и видела их. Они упаковывали что-то в коробки, были одеты в форму. Всего в магазине работало около пяти человек. 

Свидетель ФИО14 показала, что магазин «Купец» в п. Белая Речка находится рядом с ее домом. Истцов она знает как продавцов магазина. Магазин закрыли для посетителей в конце июля 2017 года, точно даты не помнит. Истцы работали в магазине весь июль точно. В этот период она видела их один раз, когда проходила мимо магазина. 

Свидетель ФИО15 показала, что работает 

<

данные изъяты>. Примерно до 20.07.2017 ее рабочее место находилось в магазине «Купец» в п. Белая Речка. Потом - в здании через дорогу. После переезда в другое здание она продолжала видеть истцов. После закрытия магазина они продолжали работать в нем примерно еще две недели. Она видела их в магазине наряду с другими работниками. Видела их всегда вместе. 

Свидетель ФИО16 пояснила, что работает 

<

данные изъяты>, расположенном через дорогу от магазина «Купец» в п. Белая Речка. Работает два дня через два дня выходных. Магазин «Купец» закрыли в конце июля 2017. Истцы ходили к ней в аптеку в течение всего июля до августа 2017 года. Сейчас они также приходят. В магазин «Купец» в конце июля 2017 года она не ходила. 

Свидетель ФИО17 показала, что работала в магазине «Купец» вместе с истцами. 21.07.2017 у нее была последняя смена. С 24.07.2017 она уже стажировалась 

<

данные изъяты>. Фактически ее уволили только 31.07.2017. После 24.07.2017 ее вызывали в магазин «Купец» 24 и 27 по два часа в день. Там были истцы и другие девушки, собирали товар. В другие дни проезжала мимо магазина и видела в нем истцов. Полагает, что 28.07.2017 в магазине уже никого не было. 

Свидетель ФИО10, менеджер ИП ФИО22, показала, что 28.07.2017 в 8 час. 20 мин. вместе с ФИО22 приехала в магазин «Купец» в п. Белая Речка, где пробыла до 11 час. В магазине были заведующая ФИО1 и продавец ФИО5. Истцов не было. Должны были подойти продавцы. Их прождали около 30 мин., но никто не пришел. Проводили ревизию. 31.07.2017 она была на рабочем месте. Документы для уволенных работников были в наличии. Она подписывала акт об этом. Также подписывала акты о прогулах истцов. В ее обязанности входит наблюдение за работниками магазина. В течение дня она может перемещаться. 

Свидетель ФИО18 показал, что работает 

<

данные изъяты>. С 26 по 31.07.2017 он постоянно с 9 до 17 час. находится в магазине «Купец» в п. Белая Речка, где проводился демонтаж оборудования. Истцов в эти дни он в магазине не видел. 

Свидетель ФИО19, водитель ИП ФИО22, показал, что истцы знакомы ему как работники магазина «Купец» в п. Белая Речка. В 20-х числах июля 2017 года он вывозил из магазина оборудование и продукты. С 25.07.2017 истцов в магазине он не видел. Там находилась только заведующая. В магазин он приезжал по нескольку раз в течение дня и находился там от одного до трех часов. 

Анализируя позиции сторон и представленные доказательства, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований истцов в полном объеме. При этом суд принимает во внимание следующее. 

Из текста искового заявления ФИО20 и ее показаний в судебном заседании следует, что она вышла на работу после периода нетрудоспособности 27.07.2017. 28 и 30.07.2017 она работала, помогала заведующей считать сигареты и складывать их в коробки. Однако, из представленного работодателем листка нетрудоспособности истца следует, что приступить к работе она должна была 26.07.2017. Из показаний ФИО20 в предварительном судебном заседании следует, что 27, 28 и 31.07.2017 она приходила на работу, но не смогла попасть в магазин. В судебном заседании 16.10.2017 ФИО20 показала, что 27.07.2017 она была на работе более двух часов, продолжая оставаться там после отъезда ответчика. В объяснениях работодателю от 01.08.2017 ФИО20 указывает, что 27, 26 и 25.07.2017 она находилась в магазине. 27.10.2017 в судебном заседании ФИО20 вновь изменила свои пояснения и сообщила, что в период с 24 по 28.07.2017 включительно она работала в течение практически полного рабочего дня. 

ФИО21 в исковом заявлении указала, что с 24.07.2017 приходила в магазин для помощи заведующей в подсчете и упаковке продукции. С 28.07.2017 магазин не посещала, так как он был пустым, без оборудования и продукции. 31.07.2017 она обратилась в офис торговой сети «Купец» за трудовой книжкой. Ответчик запросил от нее объяснения по фактам прогулов и сообщил, что ее заявление об увольнении «не считается». В предварительном судебном заседании ФИО21, противореча ФИО20, показала, что 26.07.2017 они работали в магазине вместе с ФИО20 с 09 час. до 17 час. Также показала, что 28.07.2017 она ходила на работу, но в магазине никого не было. О необходимости явиться за получением трудовой книжки ей сообщили только 01.08.2017. Из объяснений ФИО21, данных ответчику 01.08.2017, следует, что 28-31.07.2017 она не выходила на работу, т.к. никто не известил ее, что в магазине осталось оборудование, которое надо помогать вывозить. 27.10.2017 в судебном заседании ФИО21 вновь изменила свои пояснения и сообщила, что 28.07.2017 пришла в магазин вместе с ФИО20 в 09 час. Они поговорили с ФИО1, та отпустила их и они ушли вместе с ФИО20 через 30-40 минут. При этом ФИО20, дававшая пояснения непосредственно перед ФИО24 и в присутствии последней, утверждала, что 28.07.2017 работала в течение практически полного рабочего дня. 

Таким образом, показания истцов относительно обстоятельств выхода на работу в последней декаде июля 2017 года и увольнения, изложенные ими в исковых заявлениях и данные в разные периоды рассмотрения дела, содержат внутренние противоречия, а также не согласуются между собой. Суд не может считать показания истцов полностью достоверными доказательствами по делу. 

При этом, совершение прогулов (ФИО20 - 26, 28 и 31.07.2017, ФИО21 - 28 и 31.07.2017) фактически истцами не отрицается. Их возражения против увольнения по оспариваемому основанию сводятся к нарушению установленного законом порядка увольнения. 

Факт совершения прогулов истцами суд полагает установленным. Кроме собственных показаний истцов, он подтвержден также показаниями ответчика, докладными записками заведующей магазином, актами о прогулах, показаниями свидетелей ФИО10, ФИО19 и свидетеля ФИО18, не являющегося работником ответчика. 

Несвоевременное отобрание у истцов письменных объяснений в связи с прогулами, ознакомление с приказами об увольнении и вручение трудовых книжек имело место, по мнению суда, ввиду недобросовестного поведения самих истцов, уклонявшихся от явки на работу и по вызовам работодателя, от получения документов. Так, со слов ФИО20 она в свой последний рабочий день, 31.07.2017, явившись в офис торговой сети ответчика, ответила отказом на просьбу работодателя подождать оформления и выдачу документов. ФИО21, как следует из ее искового заявления, 31.07.2017 также явилась в офис, но не получила документы и не предоставила объяснений по фактам прогулов, которые потребовал ответчик. Будучи допрошенной при рассмотрении дела, ФИО21 дала иные пояснения и сообщила, что в последний рабочий день вообще не явилась к работодателю, так как ей никто не сообщил о необходимости явки. Из показаний истцов следует, что, не убедившись в своем увольнении, не получив расчета и трудовых книжек они просто перестали приходить на работу. Недобросовестность поведения истцов подтверждается также показаниями ответчика, докладными записками заведующей магазином, из которых следует, что истцы не являлись на работу и не отвечали на звонки, вследствие чего возможность своевременного получения объяснений от них и выдачи трудовых книжек до момента увольнения у работодателя объективно отсутствовала. 

Суд не может принять как явно надуманный довод истцов о том, что их поведение (невыходы на работу) объясняется уверенностью в том, что они уже уволены. Учитывая неполучение расчета и трудовых книжек, написание заявлений об увольнении менее чем за две недели до указанных в них дат увольнения и отсутствия подтверждения факта своего увольнения со стороны работодателя, считать себя уволенными в период с 26 по 31.07.2017 истцы не могли. Доказательств того, что невыходы истцов на работу имели место по распоряжению или с согласия непосредственного начальника или иных работников торговой сети «Купец», уполномоченных давать такие распоряжения, судом не установлено. 

Довод истцов о невозможности попасть в магазин в дни прогулов ничем не подтвержден. Он опровергается показаниями ответчика, свидетелей ФИО19 и ФИО18, представленными ответчиком накладными на перемещение товарно-материальных ценностей и данными об отслеживании перемещений автомашин ответчика, из которых следует, что до 31.07.2017 включительно из помещения магазина вывозилась продукция, торговое оборудование и отбракованный товар, в магазин приходил грузовой автотранспорт ответчика. 

Показания допрошенных по ходатайству истцов свидетелей ФИО13, ФИО15, ФИО16., ФИО17., ФИО14 не могут, по мнению суда, быть положены в основу вывода о необходимости удовлетворения заявленных исковых требований. Все перечисленные свидетели настаивают на том, что истцы работали в магазине ответчика до конца июля 2017 года. Однако, данный вывод свидетелей не подтверждается анализом их показаний. Так, свидетель ФИО14, настаивающая на указанном периоде, показала, что видела истцов после закрытия магазина только один раз и точный день не помнит. Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что о периоде работы истцов она судит по посещению ими аптеки, где она работает. При этом свидетель сообщила, что работает в течение двух дней после двух дней выходных, посещать аптеку истцы не перестали до настоящего времени. Свидетель ФИО13 показала, что весь июль, в том числе и после 21.07.2017, видела истцов в магазине каждый день во время прогулок. Свидетель ФИО15 также сообщила, что в последние две недели работы истцов она всегда видела их вместе. Однако, с 11 по 26.07.2017 ФИО20 на работу не выходила ввиду нетрудоспособности и видеть истцов вместе свидетели не могли. Свидетель ФИО17 показала, что с 24.07.2017 стажировалась 

<

данные изъяты> и приходила в магазин «Купец» 24 и 27.07.2017. В другие дни проезжала мимо магазина и видела там истцов. Однако, ее показания, как и показания иных перечисленных свидетелей, противоречат показаниям самих истцов, утверждающих, что они не работали: ФИО20 - 26, 28 и 31.07.2017, ФИО21 - 28 и 31.07.2017, а также указанным данным листка нетрудоспособности ФИО20 Суд не принимает показания указанных свидетелей в качестве достоверных доказательств по делу. 

Ввиду того, что в действиях ответчика не установлено нарушений, свидетельствующих о незаконности увольнения и нарушении прав истцов, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не усматривается. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО20 и ФИО21 к индивидуальному предпринимателю ФИО22 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Кольчугинский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья О.В. Макаров