УИД 45RS0023-01-2024-000420-18

Дело № 2-416/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Шумихинский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Амировой Т.Л.

при секретаре Королевой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Шумихе Курганской области 04 июля 2024 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, убытков,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, убытков, указав, что частным обвинителем ФИО2 истец обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, а именно в том, что 31 мая 2023 г. в поселке Мичуринец Шумихинского района Курганской области ФИО1 напал на ФИО2 в первый раз около 21 часов, второй раз через некоторое время, нанеся несколько ударов кулаком, в том числе, в лицо. В результате чего ФИО2 причинены телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью. Приговором и.о. мирового судьи судебного участка № 29 Шумихинского судебного района Курганской области от 19 марта 2024 г. по уголовному делу № 1-9/2024 ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Апелляционным определением Шумихинского районного суда Курганской области от 2 мая 2024 г. приговор мирового судьи от 19 марта 2024 г. оставлен без изменения. На протяжении длительного времени между сторонами имеются неприязненные отношения. Подавая в суд заявление о привлечении истца к уголовной ответственности, ответчик имел явное злонамерение по отношению к ФИО1 и злоупотреблял правом. Считает, что сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека. В судебных заседаниях при рассмотрении уголовного дела интересы истца представлял адвокат Недомец Е.В. за участие в 5 судебных заседаниях суда первой инстанции в качестве защитника по уголовному делу на основании соглашения от 25 декабря 2023 г. истцом оплачено адвокату 12 500 руб., за защиту в суде апелляционной инстанции 2 500 руб. Ссылаясь на положения статей 151, 1101, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., судебные расходы, понесенные по уголовному делу в размере 15 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере в гражданском деле 13 000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель Недомец Е.В. в судебном заседании на исковых требованиях настаивали по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились. Пояснили, что, обращаясь в суд с заявлением о возбуждении дела частного обвинения ФИО2 воспользовался своим правом по защите своих прав. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В ходе рассмотрения дела установлено, что 01 июня 2023 г. в МО МВД России «Шумихинский» зарегистрировано сообщение, поступившее от медицинской сестры ЦРБ, о том, что 01 июня 2023 г. на прием в хирургический кабинет обратился ФИО2, 

<

Дата> рождения, с диагнозом: ушибы мягких тканей волосистой части головы, лица, шеи.

02 июня 2023 г. ФИО2 обратился в МО МВД России «Шумихинский» по факту нанесения телесных повреждений ФИО1

Постановлением ст. УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Шумихинский» П. от 13 июня 2023 г. в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1, предусмотренного ст. 116, ч. 1 ст. 116.1, ч. 2, ч. 1 ст. 119 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. Указано о составлении в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Постановлением заместителя прокурора Шумихинского района от 16 июля 2023 г. постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 13 июня 2023 г., вынесенное УУП МО МВД России «Шумихинский» П., отменено как незаконное (необоснованное). Материалы направлены для проведения дополнительной проверки, в ходе которой необходимо провести комплексную судебно-медицинскую экспертизу в отношении ФИО2

18 октября 2023 г. ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка № 29 Шумихинского судебного района Курганской области с заявлением о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения в отношении ФИО1

В обоснование заявления указал, что 31 мая 2023 г. ФИО1 нанес ему несколько ударов кулаком, в том числе в область лица, после чего у него было выявлено сотрясение головного мозга. Считал, что в действиях ФИО1 имеется состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.

Приговором и.о. мирового судьи судебного участка № 29 Шумихинского судебного района Курганской области от 19 марта 2024 г. ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Приговором мирового судьи от 19 марта 2024 г. установлено, что 31 мая 2023 г. в 21 час. и 22 час. между сторонами – истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 произошел конфликт. Мировой судья установил, что установленные судом обстоятельства по событиям, имевшим место 31.05.2023 около 21-00 час. и 31.05.2023 около 22-00 час. состава уголовно наказуемого деяния не образуют; факт причинения подсудимым ФИО1 легкого вреда здоровью ФИО2 стороной обвинения не доказан.

Апелляционным постановлением Шумихинского районного суда Курганской области от 02 мая 2024 г. приговор исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 29 Шумихинского судебного района Курганской области от 19 марта 2024 г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения. 

Вступившим в законную силу решением Шумихинского районного суда Курганской области по гражданскому делу № 2-8/2024 по иску ФИО2 к ФИО1, С. о возмещении вреда здоровью отказано.

В соответствии со статьей 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда, в частности, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Вместе с тем, положения статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в настоящем случае подлежат применению в совокупности со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть при возмещении морального вреда, причиненного гражданину в связи с деятельностью правоохранительных органов и судов.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 5 постановления от 17 октября 2011 г. № 22-П, необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Таким образом, взыскание морального вреда может быть произведено только в случае, когда при рассмотрении дела суд установит, что обращение частного обвинителя в суд не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, в случае предъявления требования о компенсации морального вреда стороне истца, в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, необходимо представить доказательства того, что, обращаясь в суд с частным обвинением, частный обвинитель злоупотреблял своим правом, имея намерение исключительно причинить вред обвиняемому.

Между тем, в материалах дела вышеуказанных доказательств не содержится.

Согласно заключения эксперта от 26 июля 2023 г. телесные повреждения у ФИО2 в виде закрытой черепно-мозговой травмы – *** в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня. Данные телесные повреждения образовались от действия твердого тупого предмета (предметов) по механизму удара. Определить давность образования указанных телесных повреждений по данным медицинской документации не представляется возможным. Образование указанных телесных повреждений при падении с высоты собственного роста исключается. У ФИО2 обнаружено 2 зоны травматического воздействия. Диагноз ушиба мягких тканей волосистой части головы, лица, шеи объективными клиническими данными не подтверждается. В описательно-мотивировочной части заключения эксперт ссылается на амбулаторную карту ФИО2, в которой указано о том, что ФИО2 обратился в поликлинику Шумихинской ЦРБ 01.06.2023 с жалобами на боли в области шеи, лица, головы, головную боль и тошноту, подрался с соседом 31.05.2023.

Более того, в своих объяснениях от 13 июня 2023 г. ФИО1 не оспаривал факт нанесения в ходе конфликта одного удара в область лица ФИО2

Из пояснений представителя ответчика ФИО3 следует, что обращение с заявлением о возбуждении дела частного обвинения было вызвано позицией представителя ответчика в рамках гражданского дела по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, полагавшего, что при отсутствии обвинительного приговора в отношении ФИО1 основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствовали.

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколами судебных заседаний и представителем истца в ходе рассмотрения дела не оспаривались. 

Таким образом, заявление ответчика о привлечении истца к уголовной ответственности в порядке частного обвинения имело под собой определенные основания, которые не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения уголовного дела судом, обязанным руководствоваться презумпцией невиновности подсудимых как одним из основных принципов уголовного судопроизводства. Каких-либо доказательств, с достоверностью свидетельствующих о злоупотреблении правом на защиту со стороны ответчика, о его действиях исключительно с намерением причинить вред истцу, не имеется. 

Сам по себе факт вынесения судом оправдательного приговора, предусмотренного ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии состава преступления по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя и не может являться необходимым условием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту, выступающее, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что в данном случае со стороны частного обвинителя имела место реализация им конституционного права на обращение в органы, к компетенции которых относится рассмотрение данного заявления, в связи с чем, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.

Доводы представителя истца о том, что со слов свидетелей, ФИО2 хотел обвинить ФИО1 в ранее полученных им телесных повреждениях, ни в рамках гражданского дела № 2-8/2024, ни в рамках уголовного дела, своего подтверждения не нашли.

Достоверных доказательств, что в связи с привлечением к уголовной ответственности соседи и родственники перестали поддерживать отношения с семьей истца, а также то, что осуждение ФИО1 могло привести к его увольнению, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика ответственности по возмещению морального вреда.

При этом требования истца о взыскании убытков, причиненных в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, выразившихся в связи с оплатой услуг адвоката, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 г. № 1059-О указано на то, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу статьи 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы, не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 г. № 106-О).

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 мая 2009 г. № 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Статью 1064 Гражданского кодекса РФ, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 данного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 1059-О).

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» разъяснено, что согласно части 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу. Судам следует иметь в виду, что не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя. Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Исходя из изложенного, реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное делает невозможным реализацию права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков, что не было учтено судом первой инстанции при разрешении настоящего спора о взыскании убытков.

Защиту прав и законных интересов ФИО1 по вышеуказанному уголовному делу осуществлял адвокат Курганской областной коллегии адвокатов Недомец Е.В. на основании ордера от 25 декабря 2023 г.

25 декабря 2023 г. между адвокатом Недомец Е.В. и ФИО1 заключено соглашение об оказании юридической помощи. Согласно п. 1.2. соглашения адвокат принимает на себя обязательство оказать доверителю юридические услуги по уголовному делу частного обвинения, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.

За оказание, предусмотренной соглашением юридической помощи доверитель выплачивает адвокату вознаграждение в размере 2 500 руб. за каждое судебное заседание (пункт 4.1. соглашения).

Факт оплаты по соглашению в размере 15 000 руб., подтверждается квитанциями к договору от 25 декабря 2023 г., 16 февраля 2024 г., 19 марта 2024 г., 02 мая 2024 г. 

Заявленная ФИО1 сумма убытков связана с рассмотрением уголовного дела и по своей правовой природе является убытками потерпевшего лица, которые подлежат взысканию на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом добросовестность обращения заявителя с заявлением о привлечении к уголовной ответственности по делу частного обвинения правового значения при разрешении требований о взыскании данных убытков не имеет.

При установлении размера убытков суд должен исходить из принципа разумности и соразмерности, объема необходимой и реально полученной правовой помощи с учетом обстоятельств дела, длительности рассмотрения дела судом, объема выполненной представителем работы, сложности рассматриваемого дела, равно как суд вправе учитывать иные обстоятельства.

Как следует из материалов дела, адвокат Недомец Е.В., защищая ФИО1 по делу частного обвинения, принимал участие в пяти судебных заседаниях в суде первой инстанции: 15 января 2024 г., 06 февраля 2024 г., 27 февраля 2024 г., 18 марта 2024 г., 19 марта 2024 г., а также в одном судебном заседании в суде апелляционной инстанции: 02 мая 2024 г.

Принимая во внимание разумный и обоснованный характер действий истца ФИО1 в части привлечения защитника к участию в уголовном деле, вызванных необходимостью защищаться при рассмотрении дела мировым судом, с ФИО2 в пользу истца подлежат взысканию соответствующие расходы на оплату юридических услуг при рассмотрении уголовного дела.

Определяя размер убытков, учитывая принципы разумности и соразмерности, объем вышеуказанной реально полученной ФИО1 правовой помощи, обстоятельства дела, длительность рассмотрения дела судом, сложность рассматриваемого дела, исходя из условий соглашения об оказании юридических услуг по уголовному делу от 25 декабря 2023 г., согласно которому стоимость услуг по соглашению составила 2 500 руб. за участие в одном судебном заседании, суд полагает возможным взыскать с ответчика понесенные истцом судебные расходы в размере 15 000 руб., что соответствует установленным законом критериям, в том числе требованию разумности. Оснований для взыскания расходов в иной сумме суд не усматривает.

Разрешая требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в гражданском деле суд приходит к следующим выводам.

Часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляет положение, согласно которому стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п. 12). 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые в сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела и продолжительность его рассмотрения, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, и другие обстоятельства (п. 13).

В соответствии с абзацем 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего дела интересы истца ФИО1 на основании ордера представлял адвокат Недомец Е.В., за услуги которого было оплачено 13 000 руб. (за составление искового заявления 3 000 руб. и представление интересов в суде 10 000 руб.), что подтверждается квитанциями № 040606 от 20.05.2024, № 040612 от 18.06.2024, № 040617 от 26.06.2024, № 040619 от 02.07.2024, № 040620 от 04.07.2024.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, объем проделанной представителем работы и доказательственной базы, представленной стороной истца, время занятости представителя в судебных процессах, сложность и категорию дела, продолжительность и результат разрешения спора, стоимость аналогичных услуг, взимаемых при сравнимых обстоятельствах, а также критерии разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя, снизив их с 13 000 руб. до 8 000 руб. (3 000 руб. – составление искового заявления, 5 000 руб. – представление интересов в суде).

По мнению суда, указанная сумма в полном объеме соответствует объему оказанной юридической помощи по делу, обеспечивает баланс процессуальных прав и обязанностей сторон и отвечает требованиям разумности и справедливости. 

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 руб. (за требования имущественного характера о взыскании убытков), уплаченной им по чеку-ордеру от 20 мая 2024 г.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, убытков удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг по уголовному делу в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) руб., судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 (шестьсот) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Шумихинский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 11 июля 2024 г. 

Судья Т.Л. Амирова