Судья Кузнецов Д.Ю. дело №22-1354/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Ханты-Мансийск 27 сентября 2017 г.

Суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе

председательствующего судьи Ямгурзина Г.А.,

при секретарях Ложниковой Е.В. и Андрейцевой Л.А., 

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Ханты-Мансийского автономного округа-Югры ФИО1, 

осужденных ФИО2, ФИО3 и ФИО4,

защитников – адвокатов Пуртова М.Ф., Козловского А.А., Упорова И.Н. и Федоровой Н.Е., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – заместителя Ханты-Мансийского межрайонного прокурора Бурдужан О.Н., 

апелляционным жалобам потерпевших ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, 

апелляционным жалобам осужденных ФИО2, ФИО3 и ФИО4, 

апелляционным жалобам защитников - адвокатов Пуртова М.Ф., Нифантьева В.И. и Козловского А.А. (все в интересах ФИО2),

на приговор Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 10 мая 2017 года, которым

ФИО2, родившийся (дата) в (адрес), гражданин РФ, имеющий среднее специальное образование, проживающий в (адрес), не судимый,

ФИО3, родившийся (дата) в (адрес), гражданин РФ, с высшим образованием, имеющий трех детей несовершеннолетнего возраста, проживающий в (адрес), несудимый, 

ФИО4, родившийся (дата) в (адрес), гражданин РФ, имеющий среднее специальное образование, проживающий в (адрес), несудимый, 

осуждены по ч.3 ст.217 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы каждый, с лишением права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью, в виде запрета занимать должности на предприятиях нефтяной и газовой промышленности, осуществляющих производственную деятельность на опасных производственных объектах сроком на 2 года. 

На основании ст.73 УК РФ наказание в виде лишения свободы всем осужденным постановлено считать условным, с испытательным сроком по 3 года, с возложение обязанностей не менять без уведомления специального государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, место жительства. 

На основании п.9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года №6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» ФИО2, ФИО3 и ФИО4 освобождены от наказания и с них снята судимость.

Удовлетворены в части гражданские иски потерпевших. По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ямгурзина Г.А., выступления прокурора, поддержавшей апелляционное представление и апелляционные жалобы потерпевших, возражавшей против апелляционных жалоб осужденных и защитников, а также осужденных и защитников, возражавших против апелляционного представления государственного обвинителя и апелляционных жалоб потерпевших, просивших удовлетворить апелляционные жалобы осужденных и защитников, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили нарушения правил безопасности на взрывоопасных объектах, повлекшие причинение крупного ущерба, по неосторожности смерть одиннадцати лиц и причинение вреда здоровью шести лицам при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

Указанный приговор в апелляционном порядке обжалован государственным обвинителем Бурдужан, потерпевшими (ФИО)7, (ФИО)8, (ФИО)9, (ФИО)25, (ФИО)26, (ФИО)11, осужденными ФИО2, ФИО3 и ФИО4, защитниками – адвокатами Пуртова, Нифантьева и Козловским (все в интересах ФИО2).

Государственный обвинитель приговор считает незаконным, в связи с нарушением уголовного и уголовно-процессуального законов, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела установленных судом первой инстанции, несправедливостью назначенного наказания.

Утверждает, что мера вины каждого осужденного, их пренебрежительное отношение к обществу и закону судом при назначении наказание учтены не были. Указывая о неосторожности содеянного, судом не принято во внимание, что оно не было совершено случайно и не явилось стечением каких-либо обстоятельств, совершение его стало ожидаемым результатом преступной деятельности этих лиц и связано с длительным и систематическим нарушением требований безопасности.

Нарушен судом и принцип о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, на необходимость исполнения которого указал Верховный суд РФ в своем постановлении от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Так, принимая решение о назначении наказания, суд пришел к выводу, что подсудимым должно быть назначено наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи обвинения.

При этом в отношении ФИО12, учитывая наличие явки с повинной, применены положения ст.62 УК РФ, предполагающей, в связи с этим, назначение наиболее мягкого по своему размеру, в сравнении с другими подсудимыми, наказания.

Вместе с тем, применяя положения указанной нормы закона лишь к одному из виновных (ФИО12), равное по своему размеру наказание (в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы) было назначено судом всем осужденным, без учета степени вины каждого, что является грубым нарушением уголовного закона, явно необоснованным и несправедливым.

Полагает также необоснованным решение суда, принятое в части гражданских исков, поскольку тяжесть наступивших последствий, моральные, нравственные и физические страдания лиц, пострадавших в результате совершенного преступления, судом в полной мере во внимание не приняты, оценка им не дана.

Просит приговор изменить, усилить осужденным наказания: ФИО2 до 6 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с эксплуатацией опасных производственных объектов сроком на 2 года 6 месяцев, ФИО3 до 5 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с эксплуатацией опасных производственных объектов сроком на 2 года 6 месяцев, ФИО12 с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ - в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с эксплуатацией опасных производственных объектов сроком на 2 года 6 месяцев.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы всем осужденным определить в колонии-поселении. 

Гражданские иски потерпевших – удовлетворить в полном объеме.

Потерпевший (ФИО)7 в своей апелляционной жалобе просит увеличить размер компенсации морального вреда, взыскать с осужденных и ООО «Инвест-Ойл» в его пользу 6000000 рублей солидарно. В обосновании указывает на то, что взысканных 500000 рублей явно недостаточно для дорогостоящих операций по восстановлению его здоровья после аварии.

Потерпевшая (ФИО)8 в своей апелляционной жалобе просит увеличить размер компенсации морального вреда, взыскать с осужденных и ООО «Инвест-Ойл» в её пользу 5000000 рублей солидарно. Учитывая, что ее отец в результате аварии «сгорел заживо», ее нравственные страдания судом оценены несправедливо.

Потерпевшая (ФИО)9 также просит увеличить размер компенсации морального вреда, взыскать с осужденных и ООО «Инвест-Ойл» в ее пользу и в пользу ее сына (ФИО)8 по 5000000 рублей. 

Потерпевшая (ФИО)25 (мать погибшего (ФИО)86) просит увеличить размер компенсации морального вреда, взыскать с ООО «Инвест-Ойл» в ее пользу 3000000 рублей. 

Потерпевший (ФИО)26 (брат погибшего (ФИО)12) просит отменить приговор суда, считая его несправедливым. По его мнению, наказания за преступление, которое повлекло смерть многих людей, является мягким. Кроме того, считает необоснованным отказ суда признать к рассмотрению гражданский иск в интересах (ФИО)25 и (ФИО)27 о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба.

Потерпевшая (ФИО)11 (жена погибшего (ФИО)12) в апелляционной жалобе утверждает о несправедливости приговора в части наказаний, назначенных виновным. В порядке компенсации морального вреда просит взыскать с осужденных в ее пользу и в пользу ее двух несовершеннолетних детей - (ФИО)16 и (ФИО)13 5000000 рублей.

Осужденный ФИО2 приговор считает незаконным по следующим мотивам:

В основу приговор положены выводы комиссии, изложенные в актах технического расследования и расследования группового несчастного случая на производстве, тогда как заключение пожарно-технической экспертизы судом необоснованно было признано недопустимым доказательством;

Суд сослался на показания косвенных свидетелей, которые очевидцами событий не являлись, тогда как показания прямых очевидцев свидетелей (ФИО)88 и (ФИО)89 изложил в приговоре необъективно;

Показания свидетеля (ФИО)87 считает необъективными, поскольку он не мог видеть его на полигоне в конце августа 2012 года в момент проведения сварочных работ под руководством Бульбы;

На схеме сети газопотребления на полигоне, обнаруженной в ноутбуке, изъятого в его офисе, отсутствуют обозначение нового сепаратора и его соединений, а также устройство по очистке попутного газа и четыре вертикальных емкости;

Кроме того, суд не выяснил причины разрушения ГРПШ, не дал оценки фактам исчезновения вещественных доказательств по делу.

Адвокат Пуртов М.Ф. в своей апелляционной жалобе утверждая о необъективности суда, просит ФИО2 оправдать за его непричастностью к преступлению. По его мнению, не установлены действительные причины пожара и взрыва на полигоне в районе куста №17 нефтяного месторождения «Приобское». Считает, что суд, встав на сторону обвинения, проигнорировав доказательства, представленные защитой, отбросив его версию о том, что причиной пожара, скорее всего, был брошенный окурок сигареты. Сделан ошибочный вывод о том, что полигон находится в введении ООО «Инвест-Ойл», тогда как он был в аренде «Роснефть-Юганскнефтегаз», не дал оценки выявленным фактам фальсификации доказательств, допущенных предварительным следствием.

Адвокат Нифантьев В.И. в защиту интересов ФИО2, в своей апелляционной жалобе просит приговор отменить, подзащитного оправдать.

Считает, что обвинением не представлено убедительных доказательств о причинах аварии, поскольку ряд экспертиз, проведенных на предварительном следствии, признаны недопустимыми доказательствами. Суд, формулируя свои выводы о виновности подсудимых, внес в приговор формулировки из заключений технологической, пожарно-технической экспертиз, признанных недопустимыми доказательствами. 

Показания специалистов (ФИО)93, (ФИО)94 и (ФИО)95 свидетельствуют о невиновности осужденных, поскольку они опровергли сведения, представленные комиссией по техническому расследованию причин аварии, на что опирался суд. Специалисты считают, что резервуар не являлся герметичным, имел технологические отверстия и, чтобы он взорвался, нужен быстрый достаточно мгновенный импульс, который может дать только взрыв паро-газо-воздушной смеси, находящейся в резервуаре. В связи с этим, предполагает, что произошел внешний занос огня, а затем взрыв.

Положив в основу приговора Акт технического расследования, не проверил его в соответствии со ст.87 УПК РФ. Члены комиссии не предупреждались об уголовной ответственности за заведомо ложные сведения, в ее составе не было специалиста в области пожарно-технических исследований. В нарушение Приказа Ростехнадзора №480 от 19 августа 2011 года «О порядке проведения технического расследования причин аварий…» не образованы экспертные группы, не привлекались специалисты, в результате чего Акт является необъективным. 

Выводы, изложенные в Акте, опираются на заключения химических экспертиз, признанные судом недопустимыми доказательствами.

Сомневается, что в пожарные резервуар подавалось тепло, поскольку температура окружающей среды была днем до плюс 12,7 гр., резервуар имел утепленную обшивку.

Оспаривая Акт осмотра и гидравлического испытания запорной арматуры от 28 ноября 2012 года заявляет, что испытания проводили не уполномоченные на то лица, действовали они без задания, объекты исследования не осматривались, к уголовному делу в качестве вещественных доказательств не приобщены.

Вывод суда о нарушении ФИО2 правил безопасности на взрывоопасном объекте является ошибочным. В деле отсутствуют сведения о том, что он знал, что на полигоне создана кустарная установка по подготовке попутного газа.

В материалах уголовного дела имеются сведения о производственном контроле на Полигоне со стороны ОАО «РН»Юганскнефтегаз», кроме того, полигон постоянно подвергался контролю со стороны служб Заказчика.

По мнению автора жалобы, в судебном приговоре содержатся выводы, не подтвержденные в установленном порядке, они не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам. 

Адвокат Козловский А.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, считая приговор незаконным, просит его отменить постановить оправдательный приговор. По его мнению, суд не установил, кто являлся на взрывоопасном объекте ответственным за соблюдение правил безопасности, возлагалось ли это на ФИО2, находится ли смерть потерпевших в причинно-следственной связи с действиями осужденного (ФИО)1. 

Утверждает, что судебным следствием не установлена причина пожара на объекте, его источник.

Поскольку судом недопустимыми доказательствами признаны заключения целого ряда экспертиз (пожарно-техническая, технологическая, химические), в основу приговора, обосновывающие виновность осужденных положены акт технического расследования причин аварии и расследования группового несчастного случая, тогда как по смыслу ст.ст.57, 195, 283 УПК РФ единственным способом разрешения имеющихся противоречий и сомнений является экспертное исследование и иные материалы расследования. Указанные Акты нельзя признать достоверными по тем причинам, что расследование причин аварии неоднократно продлевалось, в ее основу положено заключение пожарно-технической экспертизы. Комиссия по расследованию несчастного случая сделала вывод о принадлежности полигона и эксплуатирующей организации на основе копии некого акта приема-передачи имущества от 01.01.2012г., тогда как оригинал этого документа не был представлен суду. Таким образом, ООО «Инвест-Ойл» не является ни собственником ни арендатором полигона. Собственником полигона является ООО «РН-Юганскнефтегаз», что подтверждается тем, что в состав комиссии по расследованию причин аварии включен представитель указанного предприятия, а в августе 2012 года полигон подвергался проверке со стороны ООО «РН-Юганскнефтегаз». Осмотр места аварии от 02.10.2012г. проведен сотрудником Сургутского отдела Северо-Уральского управления Ростехнадзора единолично, при описании ГРПШ не указан факт разрушения предохранительного клапана. ФИО2, который был включен в состав комиссии по расследованию причины аварии, не имел реальной возможности работать в ней, так как был в отпуске за пределами РФ, а затем взят под стражу. Экспертные группы для расследования причины аварии не привлекались.

При расследовании причин аварии комиссия использовала материалы уголовного дела – протоколы допросов свидетелей, заключения экспертиз нефтепродуктов. Между тем, представленные материалы следствия не были оценены с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, официально они не запрашивались.

В материалах проверки имеется акт изъятия предметов и материалов, составленный следователем, который, по его мнению, не имел права принимать участие в работе Комиссии, поскольку мог повлиять на результаты расследования несчастного случая. Поскольку судом указанный акт признан недопустимым доказательством, выводы комиссии не могут быть основаны на нем.

В ходе судебного следствия судом оглашались копии документов проведенных проверок. При этом они были исследованы не в полном объеме, поскольку часть их нечитаема, что, по мнению защитника, является нарушением прав его подзащитного на защиту.

Автор жалобы указывает на нарушения процессуального закона по изъятию и осмотру вещественных доказательств по делу. В ходе ОПМ от 09.10.2012г. изъятые фрагменты признаны вещественными доказательствами и они переданы на ответственное хранение в ООО «РН-Юганскнефтегаз» без их осмотра. Осмотрены они через 3 месяца. Причем в протоколе перечислены предметы, которые отсутствуют в протоколе ОМП от 09.10.2012г.

Оценивая доводы защиты, суд все сомнения, как это требуют положения ст.14 УПК РФ толковал в пользу обвинения.

Ряд протоколов следственных действий считает сфальсифицированными. Так, в качестве примера приводит протокол ОМП, в котором подпись понятого (ФИО)96 им оспорена, а понятой (ФИО)97 при ОМП не участвовала, хотя подпись ее в протоколе имеется. Суд в приговоре не придал значения показаниям ФИО11 и других свидетелей об обнаружении рядом с одним из погибших сигарет и зажигалки.

В жалобе обращается внимание на нарушения, допущенные при проведении судебно-медицинской экспертизы трупа (ФИО)31, в частности о том, что на исследование направлялась его левая почка, а в заключении указано об исследовании части правой почки.

Признав ряд доказательств недопустимыми, суд свои выводы о виновности его подзащитного обосновал показаниями потерпевших и свидетелей, не являвшихся очевидцами производственных процессов и происшествия.

На предварительном следствии защита была лишена возможности активного участия в следственных действиях. Например, при выходе на место происшествия не был продемонстрирован один из двух демонтированных кусков резервуара, «улетевший резервуар», а также обвязка труб не осматривались, не изымались.

Заявляет, что ООО «ИнвестОйл» не требовалась лицензия на эксплуатацию пожароопасного объекта, поскольку полигон находился под юрисдикцией ООО «РН-Юганскнефтегаз», который и занимался вопросами эксплуатации полигона.

Осужденный ФИО3 в своей апелляционной жалобе всех осужденных просит оправдать 

Указав в приговоре, что не позднее 1 сентября 2012 года ООО «Инвест-Ойл» приступило к эксплуатации на полигоне кустарно изготовленного оборудования по подготовке попутного нефтяного газа, не имеющего проектной и разрешительной документации, в его основу суд положил акты технического расследования и расследования группового несчастного случая на производстве, в которых он как технический директор согласовал проведение работ по монтажу установки без проектной и разрешительной документации, допустил начальника участка ФИО12, не прошедшего соответствующей аттестации, к руководству работами на полигоне и привел соответствующие нормы Законов, Инструкций, Положений и Правил.

Вместе с тем, считает, что ни судом, ни следствием причина пожара на полигоне не установлена, из чего следует, что наступившие последствия не находятся в причинно-следственной связи с пожаром.

Считает, что причиной пожара и всей аварии возможно являются зажигалка и сигареты, однако судом первой инстанции необоснованно не удовлетворены ходатайства защиты и подсудимых о признании протокола осмотра места происшествия от 29 сентября 2012 года недопустимым доказательством.

Утверждает, что при проведении судебно-медицинских экспертиз потерпевших были нарушены права обвиняемых, а эксперты вышли за пределы своих полномочий.

Часть вещественных доказательств с места происшествия были изъяты с нарушением УПК РФ. Например, пожарный резервуар перемещался на значительное расстояние.

По его мнению, является необоснованным признание судом недопустимым доказательством заключения трассологической экспертизы (№659 от 29 октября 2012 года), поскольку для исследования были предоставлены не те объекты, которые были изъяты при осмотре места происшествия. 

Согласно показаниям свидетелей защиты при изъятии документов и оргтехники в ООО «Инвест-Ойл» и ООО «ПетролиумТранзит» не был описан каждый объект, все складывали хаотично – в мешки и коробки, в связи с чем, изъятие документов считает незаконным.

Акт технического расследования аварии от 18 декабря 2012 года, по его мнению, является недопустимым доказательством, поскольку в своих выводах он опирается на заключение пожарно-технической экспертизы, которое признано недопустимым доказательством.

Оспаривает осужденный и акт осмотра и гидравлического испытания запорной арматуры от 28 ноября 2012 года, так как задвижки поступили в организацию без сопроводительных документов, что ставит под сомнение указанный Акт. 

Считает необъективными показания свидетеля (ФИО)53, который утверждал, что за 2 недели до ЧП вместе с ним замерял температуру газолина.

Его невиновность подтверждается его последовательными показаниями, показаниями свидетелей, по его мнению, произошел скачок давления в трубопроводе попутного газа, в результате чего разрушились трубы и предохранительный клапан ГРПШ. Распространение газа привело к воспламенению газовоздушной смеси. Указанная версия следствием не проверялась, однако, защита, с привлечением специалистов (ФИО)65 и (ФИО)66, ссылаясь на научные труды, подтвердила выдвинутую им и защитой версию аварии. 

Утверждает, что никогда не согласовывал проведение работ по монтажу установки подготовки газа без проектной и разрешительной документации, не допускал ФИО12 к руководству указанными работами на полигоне. Ему несвойственны небрежность и легкомыслие.

Ссылаясь на ст.49 Конституции РФ, ст.14 УПК РФ заявляет, что приговор постановлен на предположениях, противоречия по делу не устранены.

Осужденный ФИО4 также просит об оправдании, считая приговор незаконным, поскольку не доказано, что именно установленное в сентябре 2012 года оборудование стало причиной трагедии. Мнения специалистов судом были проигнорированы, ГРПШ и другие газовые узлы осмотрены не были, в связи с чем, отсутствовала возможность проверки его версии о причинах пожара. В ходе судебного разбирательства, с большой долей вероятности, был выявлен источник огня - около погибшего (ФИО)84 обнаружены сигареты и зажигалка.

Государственный обвинитель Бурдужан возражает против апелляционных жалоб осужденных и защитников.

Выслушав стороны, проверив производство по делу в полном объеме, суд апелляционной инстанции пришел к убеждению о законности приговора в части признания осужденных виновными и квалификации их действий. Между тем, приговор суда подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, регулирующего правила назначения наказания и несправедливостью приговора.

В силу ст.297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона. На основании ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.

Несмотря на то, что осужденные вину свою в предъявленном им обвинении не признали, установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства дела, совокупность исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, которые должным образом мотивированы и убедительны, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными доводы апелляционных жалоб осужденных и защитников, в которых утверждается о невиновности ФИО2, ФИО3, ФИО12 и высказана просьба об их оправдании. Данных о нарушении судом принципа состязательности сторон и обвинительном уклоне не установлено. Как видно из протокола судебного заседания, обстоятельства дела исследованы полно, всесторонне и объективно, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих его отмену, судом первой инстанции не допущено. Оценка доказательствам дана в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения дела. Их анализ и оценка подробно изложены в приговоре, при этом, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку.

Судебным следствием установлено, что в период с 1 января 2009 года по 29 сентября 2012 года ООО «ИнвестОйл» на основании договоров от 01.01.2009 №5-СП-2009, от 01.01.2010 №2010 ПбР, от 01.01.2011 №117-212-СП-11, от 01.01.2012 №117-212-СП-12 с ООО «РН-Юганскнефтегаз» осуществляло содержание и обслуживание полигона по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых и бытовых отходов на Приобском месторождении в районе 117 куста, расположенного в Ханты-Мансийском районе на территории Приобского месторождения нефти на лесном участке площадью 11,7 га в выделах 25, 26, 38, 51, 55 квартала 512 Ханты-Мансийского участкового лесничества территориального управления – Самаровского лесничества. Данный Полигон газифицирован по проекту «Техническое перевооружение полигона в районе куста №117 Приобского месторождения. Установка по переработке отходов бурения» и 29 июня 2009 года произведен пуск газа для газоснабжения котельной и установки по обезвреживанию и переработке нефтесодержащих отходов бурения, с использованием которой ООО «ИнвестОйл» начало на Полигоне осуществлять деятельность по переработке нефтесодержащих буровых отходов. 

Согласно договоров на поставку попутного нефтяного газа от 01.01.2010 №36/02-06-10РГ, от 01.01.2011 №36/02-06-11РГ, от 01.01.2012 №02/14/01-06-12РГ, для работы котельной и установки по обезвреживанию и переработке нефтесодержащих отходов бурения, эксплуатируемых ООО «ИнвестОйл», поставлялся попутный нефтяной газ ГОСТ 5542-87 «Газы горючие природные для промышленного и коммунально-бытового назначения». Объект - сеть газопотребления на Полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения является опасным производственным объектом, в соответствии с приложением №1 к Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07.1997 № 116-ФЗ, по признаку использования, перерабатывания, образования, хранения, транспортировки, уничтожения жидкостей, газа, пыли, способных самовозгораться, а также возгораться от источника зажигания и самостоятельно гореть после его удаления, и веществ, которые при определенных видах внешнего воздействия способны на очень быстрое самораспространяющееся химическое превращение с выделением тепла и образованием газов, в связи с чем, подлежал регистрации в реестре опасных производственных объектов. Кроме того, в соответствии с вышеуказанными требованиями Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07.1997 № 116-ФЗ, а также согласно Положениям о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных производственных объектов, утвержденным Постановлениями Правительства РФ от 12.08.2008 №599 и от 05.05.2012 №454, сеть газопотребления на Полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения является взрывопожароопасным (взрывоопасным) производственным объектом. 

ФИО2, являясь генеральным директором ООО «ИнвестОйл», назначенный на указанную должность в соответствии с решениями единственного участника ООО «ИнвестОйл» (ФИО)32 от 09.10.2007 №6, от 25.02.2010 №9 и приказом от 10.10.2007 №68, права, обязанности и ответственность которого установлены Разделом 10 Устава ООО «ИнвестОйл», утвержденного решением единственного участника (ФИО)32 №9 от 25.02.2010, действуя по небрежности, не предвидев возможности наступления взрыва и пожара на Полигоне, причинения смерти и вреда здоровью граждан, крупного ущерба, хотя указанные тяжкие последствия при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть, не выполнив возложенные на него обязанности по обеспечению безопасного производства работ, соблюдению правил охраны труда, принятию мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, осознавая, что ООО «ИнвестОйл» не имеет лицензию на эксплуатацию взрывопожароопасных и пожароопасных производственных объектов с местом осуществления лицензируемой деятельности - полигон по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых и бытовых отходов на Приобском месторождении в районе 117 куста, работники ООО «ИнвестОйл» не подготовлены и не аттестованы по промышленной безопасности, в нарушение п.п.10.3, 10.4 Устава ООО «ИнвестОйл», ч.2 ст.2, ч.2 ст.3, ч.2 ст.8, ч.1 ст.9, ч.1 ст.11 ФЗ РФ от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», ст.4, ч.ч.1,2 ст.11 ФЗ РФ от 08.08.2001 №128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», ст.2, ч.1 ст.18 ФЗ РФ от 04.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», п.п.1.1.9, 3.1.1, 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5, 3.1.6, 3.1.8, 3.3.47 Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления (шифр ПБ 12-529-03), утвержденных Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 №9, п.6 Правил регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.11.1998 №1371, ч.2 ст.55 Градостроительного кодекса РФ, ст.212 Трудового кодекса РФ, заключил договоры с ООО «РН-Юганскнефтегаз», ОАО «Обьнефтегазгеология», ООО «Западно-Малобалыкское», Нефтеюганским филиалом ЗАО «Сибирская сервисная Компания», ООО «Сервисная буровая компания», ООО «Обь геология», ЗАО «Аган-Бурение», ООО «Экотера», ЗАО «Нефтепромбурсервис», ООО «ЭРИЭЛЛ НЕФТЕГАЗСЕРВИС», в соответствии с которыми ООО «ИнвестОйл» в период с 01.04.2009 по 29.09.2012 на Полигоне выполняло работы по переработке отходов бурения с использованием опасных производственных объектов, не обеспечил лицензирование деятельности ООО «ИнвестОйл» на Полигоне по эксплуатации опасных производственных объектов и не зарегистрировал опасный производственный объект – сеть газопотребления, в государственном реестре опасных производственных объектов, организовал деятельность ООО «ИнвестОйл» на Полигоне без контроля и надзора лицензирующих и контролирующих органов государственной власти, тем самым допуская нарушения требований промышленной безопасности.

В июне 2012 года в связи с тем, что попутный нефтяной газ, поступающий на Полигон, засорял форсунки барабана обжига и сушильных барабанов установок по обезвреживанию и переработке нефтесодержащих отходов бурения, что замедляло деятельность ООО «ИнвестОйл» по переработке нефтесодержащих отходов бурения, ФИО2, в нарушение п.п.10.3, 10.4 Устава ООО «ИнвестОйл», ч.2 ст.2, ч.2 ст.3, ч.2 ст.8, ч.1 ст.9, ч.1 ст.11 ФЗ РФ от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», ст.4, ч.ч.1,2 ст.11 ФЗ РФ от 08.08.2001 №128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», ст.2, ч.1 ст.18 ФЗ РФ от 04.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», п.п.1.1.9, 3.1.1, 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5, 3.1.6, 3.1.8, 3.3.47 Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления (шифр ПБ 12-529-03), утвержденных Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 №9, п.6 Правил регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.11.1998 №1371, ч.2 ст.55 Градостроительного кодекса РФ, ст.212 Трудового кодекса РФ, осознавая, что отклонения от проектной документации опасного производственного объекта в процессе его реконструкции или технического перевооружения не допускаются; изменения, вносимые в проектную документацию на строительство, реконструкцию или техническое перевооружение опасного производственного объекта, подлежат экспертизе проектной документации и согласовываются с федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности или его территориальным органом; изменения в проекте системы газораспределения и газопотребления согласовываются с проектной, газораспределительной (эксплуатационной) организациями и территориальным органом технадзора России, утвердившим экспертное заключение по проекту, действуя по небрежности, дал указание техническому директору ООО «ИнвестОйл» ФИО3, назначенному на должность приказами №24 от 02.02.2009 и №414 от 02.05.2012 генерального директора ООО «ИнвестОйл» ФИО2, должностные обязанности, права и ответственность которого установлены должностной инструкцией технического директора ООО «ИнвестОйл» №01/10, утвержденной 12.01.2010 ФИО2, доведенной 01.02.2010 до сведения последнего, аттестованному 10.10.2008 по общим требованиям промышленной безопасности (А) и 09.07.2010 по требованиям промышленной безопасности к оборудованию, работающему под давлением (Б8), на принятие мер по очистке попутного нефтяного газа поступающего на Полигон, которое ФИО3 перепоручил выполнить начальнику участка ООО «ИнвестОйл» ФИО4, назначенному на должность приказом от 20.03.2012 №95 генерального директора ООО «ИнвестОйл» ФИО2, должностные обязанности, права и ответственность которого установлены должностной инструкцией начальника участка ООО «ИнвестОйл» №011/08, утвержденной 24.12.2008 генеральным директором ООО «ИнвестОйл» ФИО2, доведенной 02.03.2012 до сведения последнего, приказом от 01.03.2012 №59 генерального директора ООО «ИнвестОйл» ФИО2 назначенный ответственным за безопасное производство работ и допущен к руководству работ на полигоне по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых и бытовых отходов на Приобском месторождении в районе 117 куста. 

Далее, в июне 2012 года, точные время и дата не установлены, ФИО4, находясь на Полигоне, действуя по указанию ФИО3, в нарушение п.п.1.2.1, 1.2.6, 3.1.1, 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5, 3.3.47 Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления (шифр ПБ 12-529-03), утвержденные Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 №9, ч.2, 4 ст.8, ч.1 ст.9 ФЗ РФ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.7 раздела 2 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного приказом Ростехнадзора от 29.01.2007г. №37, ст.212 Трудового кодекса РФ, п.п.2.1.2, 2.1.5, 2.1.6 его должностной инструкции, не выполняя возложенные на него обязанности по контролю за технически правильной эксплуатацией оборудования и основных средств, соблюдением технологической, производственной и трудовой дисциплины, правил и норм охраны труда, привлек не имеющего специального технического образования по изготовлению, обслуживанию нефтяного, газового оборудования и не имеющего трудовых и договорных отношений с ООО «ИнвестОйл» (ФИО)46 к выполнению работ по изготовлению схемы оборудования для подготовки попутного нефтяного газа, а после изготовления (ФИО)46 указанной схемы, ФИО4 представил её ФИО3 

ФИО3, являясь согласно п.4.3 его должностной инструкции ответственным за нарушение и/или отклонение от правил и норм трудовой дисциплины, правил техники безопасности и противопожарной безопасности, осознавая, что отклонения от проектной документации опасного производственного объекта в процессе его реконструкции или технического перевооружения не допускаются; изменения, вносимые в проектную документацию на строительство, реконструкцию или техническое перевооружение опасного производственного объекта, подлежат экспертизе проектной документации и согласовываются с федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности или его территориальным органом; изменения в проекте системы газораспределения и газопотребления согласовываются с проектной, газораспределительной (эксплуатационной) организациями и территориальным органом технадзора России, утвердившим экспертное заключение по проекту; строительство систем газораспределения и газопотребления должно выполняться по утвержденным проектам и за качеством строительства заказчиком организуется технический надзор; строительство наружных газопроводов вправе осуществлять организации, специализирующиеся в области строительства инженерных систем (коммуникаций) и трубопроводного транспорта, имеющие аттестованных монтажников, сварщиков, специалистов сварочного производства, соответствующую производственную базу и аттестованную лабораторию контроля качества сварочно-монтажных и изоляционных работ в порядке, установленном Госгортехнадзором России, действуя в нарушение п.п.1.2.1, 1.2.6, 3.1.1, 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5, 3.3.47 Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления (шифр ПБ 12-529-03), утвержденных Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 №9, ч.2, 4 ст.8, ч.1 ст.9 ФЗ РФ от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.7 раздела 2 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного приказом Ростехнадзора от 29.01.2007г. №37, ст.212 Трудового кодекса РФ, п.п.2.2, 2.3, 2.4, 2.6, 2.7, 3.2 его должностной инструкции, находясь на Полигоне, дал указание ФИО4 изготовить оборудование согласно представленной ему схеме, не имеющего проектную и разрешительную документацию и не согласованную с территориальным органом Ростехнадзора. 

В июле-августе 2012 года, точные дата и время не установлены, по указанию ФИО4 электрогазосварщик ООО «ПетролиумТранзит» (ФИО)33, находящийся на Полигоне противопожарный резервуар объемом 200 куб.м., имеющий систему подогрева и предназначенный для хранения воды (далее по тексту – резервуар), был перемещен к находящимся на Полигоне четырем емкостям, две из которых объемом 25 куб.м. и две объемом 20 куб.м. 

В августе 2012 года, точные дата и время не установлены, ФИО3, для выполнения работ на Полигоне по изготовлению оборудования по подготовке попутного нефтяного газа, не имеющего проектную и разрешительную документацию и не согласованную с территориальным органом Ростехнадзора, привлек электрогазосварщиков ООО «ПромСтройМонтаж» (ФИО)51 и (ФИО)34, не имеющих допусков и не аттестованных на выполнение работ в области строительства газового оборудования и газопровода, которые в период до 1 сентября 2012 года, по указанию ФИО4 и ФИО3, в нарушение п.п.1.2.1, 1.2.6, 3.1.1, 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5, 3.3.47 Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления ПБ 12-529-03, утвержденные Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 №9, ч.2, 4 ст.8, ч.1 ст.9, ч.1 ст.11 ФЗ РФ от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.7 раздела 2 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 №37, п.10.6.1 СНиП 42-01-2002 «Газораспределительные системы», принятые и введенные в действие Постановлением Госстроя РФ от 23.12.2002 №163, ч.2 ст.55 Градостроительного кодекса РФ, ст.212 Трудового кодекса РФ, под руководством (ФИО)46, на Полигоне изготовили установку по подготовке попутного нефтяного газа, состоящую из сепаратора циклонного типа, теплообменного аппарата и емкости накопления жидкости, который трубопроводом соединили к четырем емкостями объемом 25 куб.м. и 20 куб.м., резервуару объемом 200 куб.м. и к сети газопотребления Полигона, являющимся взрывоопасным объектом.

В период с 1 по 29 сентября 2012 года ФИО3, ФИО4, достоверно зная, что на Полигоне изготовлено оборудование по подготовке попутного нефтяного газа, по небрежности, не предвидев возможности возникновения взрыва и пожара на Полигоне, причинения смерти и вреда здоровью граждан, причинения крупного ущерба, хотя указанные тяжкие последствия при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть, ФИО4, в нарушение п.п.2.1.2, 2.1.5, 2.1.6 должностной инструкции, не выполняя возложенные на него обязанности по контролю за технически правильной эксплуатацией оборудования и основных средств, соблюдением технологической, производственной и трудовой дисциплины, правил и норм охраны труда, за безопасное производство работ на Полигоне, нарушая правила безопасности на взрывоопасном объекте, не принял мер к устранению заведомо известных ему нарушений правил безопасности, после изготовления оборудования по подготовке попутного нефтяного газа и его подключения к сети газопотребления Полигона, допустил его эксплуатацию и обслуживание (ФИО)46, не прошедшего первичное обучение безопасным методам и приемам труда для выполнения газоопасных работ, не имеющего допуск и аттестацию по требованиям промышленной безопасности, не имеющего специального технического образования по изготовлению, обслуживанию нефтяного и газового оборудования и не состоящего в трудовых и договорных отношений с ООО «ИнвестОйл», а ФИО3, не выполняя возложенные на него п.п.2.2, 2.4 и 3.2 должностной инструкции обязанности по подготовке всей необходимой документации для ремонтных работ, по приемке нового, восстановленного и отремонтированного оборудования, ведению контроля над соблюдением всех правил безопасности, в том числе техники пожарной безопасности и принятию соответствующих мер в случае их несоблюдения, не принял мер к недопущению подключения изготовленного оборудования к сети газопотребления Полигона и его эксплуатации, устранению заведомо известных ему нарушений правил безопасности на вышеуказанном взрывоопасном объекте, тем самым допустив подключение оборудования по подготовке попутного нефтяного газа к сети газопотребления Полигона и его эксплуатацию ООО «ИнвестОйл». 

С 1 сентября 2012 года ООО «ИнвестОйл» приступило к эксплуатации на Полигоне кустарно изготовленного оборудования по подготовке попутного нефтяного газа, не имеющем проектной и разрешительной документации Ростехнадзора на эксплуатацию, изготовленного с нарушениями требований промышленной безопасности кустарным способом, на котором происходили процессы по первичной сепарации газа с отделением газового конденсата, тонкой очистки газа от механических примесей и капельной жидкости, сбору газового конденсата выделившегося в процессе сепарации, подогреву газового конденсата, дегазации газового конденсата, откачки дегазированного газового конденсата в четыре вертикально лежащие емкости, в противопожарный резервуар или на передвижные средства, сбору жидкой фракции, получаемой при подготовке попутного нефтяного газа, в четыре горизонтальные емкости, по поступлению по трубопроводу газового конденсата в противопожарный резервуар, оборудованный системой подогрева. В результате нарушения правил безопасности на взрывоопасном объекте, допущенных на Полигоне генеральным директором ООО «ИнвестОйл» ФИО2, техническим директором ООО «ИнвестОйл» ФИО3, начальником участка ООО «ИнвестОйл» ФИО4, 29 сентября 2012 года около 11:30 часов возросло давление пара жидкости находившейся в противопожарном резервуаре, приведшее к разрушению его целостности, с выходом из него горючего вещества, образовавшего в смеси с воздухом горючую паро-газо-воздушную смесь, которая распространилась на северной части Полигона и под воздействием неустановленного источника зажигания вспыхнула (взорвалась), что повлекло пожар с горением находившихся на Полигоне цеха по переработке бурового шлама, цеха ремонтной мастерской и котельной, а также прилегающей к ним территории. 

Пожар повлек за собой смерть находившихся на Полигоне и выполнявших свои трудовые обязанности граждан: (ФИО)35, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)36, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)31, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни; (ФИО)37, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни; (ФИО)38, смерть которого наступила в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)39, смерть которого наступила в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)40, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)41, смерть которого наступила от острого отравления окисью углерода (угарным газом), причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)46, смерть которого наступила от термических ожогов 2-4 степени лица, шеи, груди, живота, спины, верхних и нижних конечностей, общей площадью около 82% поверхности тела, осложнившихся ожоговой болезнью (период токсемии) и двусторонней тотальной диффузной гнойно-геморрагической пневмонией с гнойным бронхитом, образовавшихся одномоментно, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)42, смерть которого наступила от термических ожогов головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей 3-4 степени общей площадью 75%; термоингаляционной травмы, осложнившиеся развитием ожоговой болезни в стадии токсемии, причинивших тяжкий вред по признаку опасности для жизни; (ФИО)69, смерть которого наступила от термического ожога 3 степени головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей с поражением 85% поверхности тела, и термоингаляционного поражения, осложнившихся интоксикацией и нарастающей полиорганной недостаточностью, образовавшихся в результате воздействия высокой температуры открытого пламени при горении одежды на пострадавшем, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также причинение вреда здоровью находившихся на Полигоне и выполнявших свои трудовые обязанности граждан: (ФИО)43, которому причинены термические ожоги головы, шеи, туловища, ягодиц, верхних и нижних конечностей 1,2,3 А,Б-4 степени, общей площадью от поверхности тела 62% (40% из них 3 А, Б-4 степени), верхних дыхательных путей с развитием ожоговой болезни, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)53, которому причинены ожоговые раны головы, лица, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей 2-3 степени, общей площадью около 60-70% поверхности тела и ожоги дыхательных путей, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)7, которому причинены термические ожоги головы, лица, верхних дыхательных путей, шеи, верхних конечностей, туловища, нижних конечностей 3-4 степени, общей площадью 30% с развитием ожогового шока, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)44, которому причинены ожоги головы, лица, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью 50% поверхности тела (из них 44% 2 степени и 6% 3 степени), термоингаляционная травма, ожоговая токсемия, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; (ФИО)73, которому причинены термические ожоги правой и левой кисти, левого предплечья, лица, волосистой части головы 1-2 степени, общей площадью 5%, повлекших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья; (ФИО)45, которому причинена рана в области правого локтевого сустава и верхней трети правого предплечья, повлекшая легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья. Кроме того, в результате взрыва и пожара уничтожены и повреждены объекты, расположенные на Полигоне, принадлежащие ОАО «Нефтяная компания «Роснефть»: установка котельная мощностью 4МВт., стоимостью 22573641 руб.; газовый сепаратор, стоимостью 37318 руб.; сеть электроснабжения 0,4 кВ., стоимостью 122107 руб.; сеть производственного водоснабжения, стоимостью 152036 руб.; сеть газопровода, стоимостью 1110982 руб.; резервуар, объемом 200 м3, стоимостью 658600 руб.; дизельный генератор, на сумму 24742 руб.; дымовая труба, на сумму 45009 руб.; дымовая труба, на сумму 45009 руб.; резервуар объемом 200 м3, на сумму 131720 руб.; емкость жидкого топлива объемом 25 м3 на сумму 22960 руб.; емкость жидкого топлива объемом 25 м3, на сумму 22960 руб., повлекшие крупный ущерб в сумме 24947084 рублей.

Такие выводы суда подтверждаются следующим: 

Согласно акту технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте, происшедшей 29.09.2012, техническими причинами аварии на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения явились: изменение схемы газоснабжения полигона без соответствующего проекта; нахождение горючего вещества в резервуаре РВС-200, предназначенном для хранения противопожарного запаса воды, имеющим тепловую изоляцию и систему подогрева; пуск в работу установки подготовки газа без оформления необходимых документов, без приемки объекта комиссией в установленном порядке; вывод из эксплуатации (исключение из схемы газоснабжения) предусмотренного проектом ООО ПКБ «Проект-С» «Котельная на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения» сетчатого газосепаратора, имеющего предохранительный клапан для защиты от недопустимого превышения давления. Организационными причинами аварии явились: не осуществлялся на должном уровне производственный контроль за эксплуатацией опасного производственного объекта; сеть газопотребления полигона по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых отходов в районе куста №117 Приобского месторождения; руководителем работ на полигоне по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых отходов в районе куста №117 Приобского месторождения назначен начальник участка ООО «ИнвестОйл» ФИО4, не прошедший аттестацию в объеме, соответствующем должностным обязанностям; к обслуживанию сети газопотребления полигона в районе куста №117 Приобского месторождения допущен (ФИО)46, не прошедший первичное обучение и не имеющий соответствующего квалификационного удостоверения по профессии, а также выполнявший работы в ООО «ИнвестОйл» без оформления трудового договора в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ. Генеральный директор ООО «ИнвестОйл» ФИО2: не организовал на должном уровне производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения; не обеспечил регистрацию опасного производственного объекта - сеть газопотребления полигона в районе куста №117 Приобского месторождения, эксплуатируемого ООО «ИнвестОйл», в государственном реестре опасных производственных объектов; не обеспечил переоформление лицензии на вид деятельности: «Эксплуатация взрывопожароопасных производственных объектов», в связи с изменением адреса места осуществления лицензируемого вида деятельности. Технический директор ООО «ИнвестОйл» ФИО3 согласовал проведение работ по монтажу установки подготовки газа без проектной и разрешительной документации, допустил начальника участка ФИО4, не аттестованного в объеме, соответствующем должностным обязанностям, к руководству работами на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения, допустил ввод в эксплуатацию установки подготовки газа без получения разрешения на ввод в установленном порядке. Начальник участка ООО «ИнвестОйл» ФИО4 как лицо, ответственное за безопасное производство работ на полигоне в районе кустовой площадки №117 Приобского месторождения не обеспечил на закрепленном объекте соблюдение требований промышленной безопасности, а именно: допустил монтаж установки подготовки топливного газа, изменение схемы обвязки четырех горизонтальных емкостей и пожарного резервуара РВС-200 без проектной документации, без соблюдения требований промышленной безопасности; допустил подачу газа на установку подготовки топливного газа, смонтированную без проекта, не имеющую никаких разрешительных документов; допустил к обслуживанию сети газоснабжения полигона (ФИО)46, не прошедшего первичное обучение и не имеющего соответствующего квалификационного удостоверения по профессии, а также без оформления трудового договора в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ.

Из протокола осмотра места аварии следует, что полигон по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых отходов в районе 117 куста Приобского месторождения представляет собой производственную площадку, огороженную забором из сетчатых секций, находящуюся в лесном массиве на расстоянии около 300 м. от 884 км. трассы Тюмень-Ханты-Мансийск. На въезде на полигон установлен шлагбаум, слева от него находится КПП. На полигоне обнаружены сооружения: газовая котельная; две секции закрытой карты №8, заполненные жидкими нефтепродуктами темного цвета; два арочных ангара с газопотребляющей установкой по переработке шлама №1 (так называемый «завод №1»); ангар с газопотреблящей установкой по переработке шлама №2 (так называемый «завод № 2»); кустарно изготовленная установка по подготовке газа, установленная на бетонном основании, состоящая из горизонтальной емкости, теплообменного аппарата и аппарата цилиндрическо-конусной формы, снизу горизонтальной емкости выходит трубопровод диаметром около 100 мм, на котором имеется узел задвижек (одна задвижка с электроприводом). На трубопроводе имеется отверстие, отломан фланец, имеются следы вытекания из трубопровода темной маслянистой жидкости. Трубопровод направляется в верхние штуцеры, расположенных справа от установки четырех емкостей (две V=25 куб.м., две V=20 куб.м.). На теплоизоляции емкостей имеются следы копоти, площадка под емкостями по периметру имеет песочное обвалование. Через дыхательные линии емкостей виден выход легких углеводородов, на нижних половинах емкостей имеется налет инея. Между ограждением и установкой проходит трубопроводная и кабельная эстакада, часть которой разрушена. Между эстакадой и емкостями лежит участок трубы около 100 мм диаметром и около 1,5 м длиной. На данном конце трубы установлена частично разрушенная задвижка (нет одного фланца). В обваловании емкости под дренажной задвижкой второй емкости, установлена срезанная бочка, в которой находится вода со следами углеводородов. В бочку опущен конец обгоревшего шланга. Другой конец шланга находится около стоящего непосредственно снаружи обвалования обгоревшего автомобиля «Урал», оснащенного емкостью и насосом для откачки жидкости («вакуумник»). Позади автомобиля находится металлический насосный бокс. Внутри бокса находится 2 обгоревших центробежных насоса, остатки обгоревших шлангов, щита управления, кабелей. Справа от насосной, внутри песчаного обвалования, находится днище от пожарного резервуара РВС-200, рядом с которым разбросаны регистры отопления, площадка обслуживания. Сам резервуар находится за ограждением полигона в болоте на расстоянии около 150 м от днища (лежит на боку). Справа от обвалования находится такой же пожарный резервуар РВС-200, теплоизоляция на нем обгорела. Между пожарным РВС-200 и РММ находится частично разрушенная газовая котельная. Позади пожарного резервуара в правом дальнем углу полигона находится узел подготовки топливного газа, состоящий из вертикального надземного сепаратора V=4 куб.м. и подземной емкости для сбора конденсата. Слив жидкой фазы из сепаратора предусмотрен через задвижку Ду-50 мм по наземному трубопроводу Ду-50. Трубопровод не подсоединен к дренажной задвижке, на задвижке установлен патрубок под резиновый шланг. 

На момент осмотра задвижки на входе и выходе газа вертикального надземного сепаратора V=4 куб.м. закрыты, система газоснабжения собрана по 2 схеме. 

Резервуар РВС-200 без днища находится за ограждением полигона в болоте на расстоянии около 150 м от днища (лежит на боку). На крыше резервуара имеется два люка диаметром около 300 мм. На одном люке (находится сверху) в крышке имеется круглое отверстие диаметром около 80 мм со следами сварного шва. На другом люке (находится снизу) имеется штуцер с фланцем, к которому на одной шпильке неплотно прикреплен фланец, какие-либо заглушки между фланцами отсутствуют. Кроме того, на крыше резервуара установлены два дыхательных клапана КДМ-200/100 производства ООО ПТП «Поршень» 2009 г.в. Корпуса и мембраны клапанов имеют небольшие механические повреждения. Теплоизоляция резервуара выполнена из минераловатных матов и металлических листов, на части стенки резервуара теплоизоляция отсутствует. В нижней части к резервуару подсоединены трубопроводы и имеется запорная арматура. Две задвижки, одна диаметром около 80 мм, вторая около 150 мм (предположительно вход и выход продукта) находятся в закрытом состоянии, на корпусе имеются следы копоти. К задвижке диаметром около 150 мм подсоединен участок трубы длиной около 20 см, конец трубы смят, имеет следы обрыва. К задвижке диаметром 80 мм подсоединен участок трубы общей длиной около 40 м, труба погнута, в местах излома на грунте видны следы вытекшей темной маслянистой жидкости. Также на трубопроводах резервуара установлены четыре задвижки диаметром 50 мм, которые находятся в открытом положении (предположительно задвижки на линиях отопления резервуара). К данным задвижкам также подсоединены трубы диаметром 50 мм, имеющие повреждения и следы обрыва. На расстоянии около трех метров от резервуара в сторону полигона, на земле лежит участок трубы диаметром 80 мм длиной около 2,5 м. На одном конце трубы приварен отвод, на другом конце на фланцевом соединении установлен шаровый кран Ду-80 мм, к другому фланцу которого подсоединен участок трубы длиной около 10 см, конец трубы имеет следы обрыва по сварному соединению (том 84 л.д.154-250-том 85 л.д.1-13). Из акта осмотра и гидравлического испытания запорной арматуры от 28.11.2012 видно, что проведен осмотр и гидравлические испытания на предмет допустимости применения по прямому назначению задвижек Ду-80; Ру-40 и Ду-150; Ру-16, по результатам которого установлено, что герметичность корпуса, сальникового уплотнения и затвора задвижек не обеспечивается, в связи с чем, их применение по прямому назначению при выявленных дефектах недопустимо.

Согласно акта расследования группового несчастного случая со смертельным исходом от 26.12.2012, основной причиной группового несчастного случая со смертельным исходом на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения послужил взрыв паро-газо-воздушной смеси, образовавшейся вследствие разрушения резервуара №1, технологически связанного с Установкой подготовки топливного газа, введенных в эксплуатацию без получения разрешения на ввод в установленном порядке. Сопутствующими причинами являются: монтаж установки подготовки топливного газа, изменение схемы обвязки четырех горизонтальных емкостей и пожарного резервуара РВС-200 без проектной документации. Опасный производственный объект - сеть газопотребления полигона по сбору и утилизации нефтесодержащих, буровых отходов в районе куста №117, эксплуатируемый ООО «ИнвестОйл», не зарегистрирован в государственном реестре опасных производственных объектов. ООО «ИнвестОйл» не переоформлена лицензия на вид деятельности: «Эксплуатация взрывопожароопасных производственных объектов», в связи с изменением адреса места осуществления лицензируемого вида деятельности. Не организован и не осуществляется производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте – сеть газопотребления полигона в районе куста №117. Обслуживание установки подготовки газа, системы газораспределения и газопотребления полигона осуществлял (ФИО)46, не прошедший первичное обучение и не имеющий соответствующего квалификационного удостоверения по профессии. Генеральный директор ООО «ИнвестОйл» ФИО2: не организовал на должном уровне производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения; не обеспечил регистрацию опасного производственного объекта - сеть газопотребления полигона в районе куста №117, эксплуатируемого ООО «ИнвестОйл», в государственном реестре опасных производственных объектов; не обеспечил переоформление лицензии на вид деятельности: «Эксплуатация взрывопожароопасных производственных объектов», в связи с изменением адреса места осуществления лицензируемого вида деятельности. Технический директор ООО «ИнвестОйл» ФИО3 согласовал проведение работ по монтажу установки подготовки газа без проектной и разрешительной документации, допустил начальника участка ФИО4, не аттестованного в объеме, соответствующем должностным обязанностям, к руководству работами на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения, допустил ввод в эксплуатацию установки подготовки газа без получения разрешения на ввод в установленном порядке. Начальник участка ООО «ИнвестОйл» ФИО4 как лицо, ответственное за безопасное производство работ на полигоне в районе кустовой площадки №117 не обеспечил на закрепленном объекте соблюдение требований промышленной безопасности, а именно: допустил монтаж установки подготовки топливного газа, изменение схемы обвязки четырех горизонтальных емкостей и пожарного резервуара РВС-200 без проектной документации, без соблюдения требований промышленной безопасности; допустил подачу газа на установку подготовки топливного газа, смонтированную без проекта, не имеющую никаких разрешительных документов; допустил к обслуживанию сети газоснабжения полигона (ФИО)46, не прошедшего первичное обучение и не имеющего соответствующего квалификационного удостоверения по профессии, а также без оформления трудового договора в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ.

Осужденный ФИО4, давая показания на предварительном следствии в целом не отрицал фактов, установленных в актах технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте и расследования группового несчастного случая со смертельным исходом, подтвердив, что действительно, на полигоне в районе куста №117 был смонтирован (по проекту одного из сотрудников ООО «ИнвестОйл» (ФИО)46, погибшего при аварии) и установлен сепаратор для очистки попутного нефтяного газа. 

Таким образом, анализ исследованных доказательств показал сомнений, в том, что ООО «ИнвестОйл» являлось организацией эксплуатирующей опасный производственный объект (взрывоопасный объект), нет. ООО «ИнвестОйл» обязано было зарегистрировать данный объект в органах Ростехнадзора, получить лицензию, дающую право вести производственную деятельность на данном объекте, однако его руководитель (ФИО2) бездействовал, мер к устранению нарушения закона не предпринимал, предприятие продолжало эксплуатировать объекты на полигоне куста №117 Приобского месторождения с нарушениями.

Как установлено комиссиями по расследованию группового несчастного случая со смертельным исходом (акт расследования группового несчастного случая со смертельным исходом от 26.12.2012 года) и технического расследования причин аварии (акт технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте, происшедшей 29 сентября 2012 года от 18.12.2012 года), в августе 2012 года ООО «ИнвестОйл» с привлечением подрядной организации на территории полигона в районе недействующей паровой котельной была смонтирована установка для подготовки топливного газа, строительство осуществлялось без проекта, никаких разрешительных документов оформлено не было. Монтаж осуществлял персонал, не имеющий необходимых допусков. Кроме того, для сбора отделенной от попутного нефтяного газа жидкой фракции, также без каких-либо документов и с нарушением требований промышленной безопасности были переоборудованы находящиеся на полигоне горизонтальные емкости. Пожарный резервуар объемом 200 кубических метров (предназначен для хранения противопожарного запаса воды согласно проекту «Установка по переработке нефтяных шламов» №6910), имеет теплоизоляцию и систему подогрева, был соединен трубопроводом с нижней емкостью установки подготовки газа. Каких-либо защит и предохранительных устройств, при этом, предусмотрено не было. В сентябре 2012 года данная установка была пущена в работу. Жидка фракция, получаемая при очистке газа, собиралась в четырех горизонтальных емкостях. Кроме того, имелся трубопровод, соединяющий установку с вертикальным резервуаром. Данный резервуар не был предназначен для хранения нефтепродуктов. В нем были предусмотрены регистры отопления для подогрева противопожарного запаса воды, которые, при подключении к установке подготовки газа не были отключены от системы теплоснабжения. Персонал, необходимый для обслуживания данной установки в ООО «ИнвестОйл» отсутствовал, ее обслуживал (ФИО)46, не имеющий необходимой подготовки и допусков. С ним не был заключен трудовой договор в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ. Проектный узел подготовки газа, имеющий защиту от превышения давления, был выведен из работы. Из-за подачи отопления в регистры произошло повышение давления в пожарном резервуаре, заполненном горючим продуктом, получаемым при подготовке газа. Произошло повышение давления в сети газораспределения полигона из-за передавливания продукта, находящегося в РВС, в газопровод. Задвижки системы отопления разрушенного РВС были открыты. Согласно акту от 28.11.2012 запорная арматура не трубопроводах входа и выхода продукта РВС находилась в неисправном состоянии, не обеспечивала герметичность. Из-за повышения давления газа в системе газоснабжения полигона произошла разгерметизация элементов газопровода в УПБШ-2 и ГРПШ. Газ распространился по территории и, при разгерметизации резервуара, произошло возгорание продукта, находящегося в резервуаре, и газа, заполнившего ангар установки по переработке бурового шлама, РММ и прилегающей территории.

Установленные в ходе технического расследования обстоятельства подтвердили суду свидетели (ФИО)47, (ФИО)48, (ФИО)49, члены комиссии, специалисты Ростехнадзора.

Выводы, содержащиеся в материалах расследования причин аварии, объективно согласуются с представленными протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрена кустарно изготовленная установка по подготовке попутного нефтяного газа, соединенная трубопроводом к сети газопотребления полигона и трубопроводом с «улетевшим» противопожарным резервуаром, а также протоколом осмотра места аварии, в ходе которого зафиксирована кустарно изготовленная установка по подготовке газа, подсоединенная к системе трубопроводов, улетевший пожарный резервуар с оборванными трубами. Из заключения трассологической экспертизы следует, что данные трубы были частью системы газопровода. Части труб и указанных установок осмотрены и являются вещественными доказательствами по делу, которые исследованы в ходе судебного разбирательства.

Факт проведения работ по монтажу установки подготовки топливного газа, изменения схемы обвязки четырех горизонтальных емкостей и пожарного резервуара РВС-200 без проектной документации, подтверждается показаниями свидетеля (ФИО)50, директора подрядной организации, который подтвердил суду, что согласно договора с ООО «ИнвестОйл» направлял на Приобское месторождение бригаду сварщиков не имеющих допусков для производства работ на газопроводах для выполнения производственного задания. Его показания согласуются с изъятым и осмотренным договором подряда от 01.09.2011 №104 между ООО «ИнвестОйл» и ООО «ПромСтройМонтаж», дополнительного соглашения к договору, из которых следует, что выполнялись работы по изготовлению, монтажу и реконструкции технологических трубопроводов, металлоконструкций и оборудования на объекте «Установка по переработке бурового шлама, расположенная на полигоне куста 117 Приобского месторождения». Нахождение на полигоне работников ООО «ПромСтройМонтаж» подтверждено протоколом осмотра общежития на полигоне, журналов с указанием дат проживания в нем последних. Свидетель (ФИО)51, сварщик ООО «ПромСтройМонтаж», подробно описал суду как им вместе с другими сварщиками предприятия по поручению ФИО4, под руководством работника ООО «ИнвестОйл» (ФИО)52 срок до 1 сентября 2012 года была смонтирована установка по очистке попутного газа и сеть трубопроводов, соединившая установку с резервуарами, в том числе с пожарным. Это обстоятельство подтвердил суду потерпевший (ФИО)53, слесарь по ремонту и обслуживанию газового оборудования в ООО «ИнвестОйл», работавший на полигоне вместе (ФИО)46, занимавшийся обслуживанием газопровода и емкостей с газовым конденсатом. Кроме того, свидетель (ФИО)33, работавший газоэлектросварщиком ООО «ПетролиумТранзит» непосредственно на полигоне в районе куста №117 Приобского месторождения, подтвердил, что приваривал к пожарному резервуару петли для его перемещения по указанию ФИО4, 15 августа 2012 года видел, что пожарный резервуар установлен возле цистерн, в которых хранился газовый конденсат, а свидетель (ФИО)54 пояснил, что видел как рабочие по указанию ФИО4 переделывали пожарный резервуар для нужд хранения газолина. Как следует из показаний представителя потерпевшего ООО «РН-Юганскнефтегаз» (ФИО)55, отчета об оценке ущерба, данный пожарный резервуар является собственностью ООО «РН-Юганскнефтегаз». Достоверных сведений, что пожарный резервуар передавался ООО «ИнвестОйл» в материалах уголовного дела нет, следовательно, он был переоборудован самоуправно, без ведома собственника, не имея на то разрешительных документов на подсоединение его к технологической линии по переработке бурового шлама и линии газопровода.

Данное обстоятельство не отрицается, в том числе, подсудимыми. Так, из показаний ФИО4 следует, что на полигон поставлялся попутный газ плохого качества, что мешало производственному процессу, приходилось приостанавливать работу по переработке бурового шлама. Контроль за оборудованием по очистке попутного газа, в том числе газовой магистрали, сепаратора и поступления газа в горелки печей осуществлял (ФИО)46 На полигоне находилось проектное устройство - сепаратор по очистке попутного газа, работающий по принципу фильтра. Со слов (ФИО)100 ему стало известно, что сепаратор не справляется с очисткой газа. В апреле 2012 года он доложил об этом техническому директору ФИО3 В конце августа - начале сентября 2012 года (ФИО)99 показал ему чертеж нового сепаратора, пояснив, что он будет лучше очищать попутный нефтяной газ. Он данный чертеж передал ФИО3, который дал согласие на монтаж сепаратора, а он в свою очередь не препятствовал установке данного сепаратора (ФИО)101, дал ему указание смонтировать данный сепаратор. ФИО3 предоставил сварщиков для монтажа и установки данного устройства, но не разрешал его подключение и запуск. Монтирование устройства по очистке газа около старой котельной было начато в конце августа 2012 года. Для монтирования устройства по очистке попутного газа использовались детали, которые находились на полигоне. Работы по монтированию сепаратора проводились сварщиками под руководством (ФИО)98, был ли допуск к работам у сварщиков неизвестно. Все оборудование по очистке газа установлено в начале сентября 2012 года. Рядом с местом установки сепаратора стояли в обваловке четыре горизонтальные емкости, пожарную емкость в июне 2012 года по его указанию установили рядом со второй пожарной емкостью, где имелась обваловка. По указанию (ФИО)102 сепаратор был подсоединен сварщиками трубопроводом к указанным емкостям. Изготовленный сепаратор должен был быть узаконен после выхода ФИО3 из отпуска, который должен был пригласить комиссии контролирующих органов, в том числе Ростехнадзора и Росприроднадзора, после чего запустить в работу данный сепаратор. Из протокола явки с повинной ФИО12 также следует, что ему было известно, что сепаратор для очистки попутного нефтяного газа, смонтированный по предложению (ФИО)103, был подключен к газовой магистрали и введен в работу. Увидев, что сепаратор смонтирован и установлен, он полностью прекратил контроль на данном участке полигона. Он осознает, что сварщиками произведены работы по подключению сепаратора в результате того, что он ненадлежащим образом осуществлял контроль за работами на полигоне. 

Подсудимый ФИО2 пояснял, что о перемещении пожарной емкости ему не было известно, однако он был информирован техническим директором ФИО3, что на полигон поступает газ плохого качества. После этого дал ФИО3 указание принять меры к устранению данной проблемы, чтобы газ поступал должного качества, Толдиев решение данного вопроса ему не докладывал, полигон он не посещал и не видел новое оборудование. 

Вместе с тем, госинспектор Ростехнадзора (ФИО)56 пояснил суду, что видел ФИО2 на полигоне в конце августа 2012 года, то есть в момент, когда там должны были вести работы сварщики под руководством (ФИО)105, а из детализации переговоров подсудимых и (ФИО)106, биллинга их сотовых телефонов видно, что ФИО2 и позже посещал полигон. Кроме того, из протокола осмотра ноутбука, изъятого в офисе ФИО2 на (адрес) следует, что в нем обнаружена схема сети газопотребления на полигоне с обозначением нового сепаратора и его соединений. 

Анализ доказательств указывает, что ФИО2, как генеральный директор ООО «ИнвестОйл» знал о происходящих технологических процессах и реконструкции сети газопотребления на полигоне, но устранился от производственного контроля, бездействовал. ФИО3, как технический директор, и ФИО4, как начальник участка, обязаны были понимать, что монтаж кустарной установки по очистке попутного газа, соединение ее с сетью газопотребления и пожарным резервуаром, не предназначенным для хранения углеводородов, является нарушением предусмотренной проектом технологической схемы газопотребления и в таком виде не могла быть принята органами Ростехнадзора в эксплуатацию, поэтому показания ФИО13, что он и ФИО3 имели намерение «узаконить» изменение схемы газопотребления полигона, являются попыткой оправдать допущенные ими нарушения требований законодательства о промышленной безопасности, свою техническую некомпетентность. 

В ходе судебного разбирательства подтверждено, что газовый конденсат (газолин), образующийся после очистки попутного газа в сепараторе в сети газопотребления полигона, поступал и хранился в четырех горизонтальных цистернах, а также в пожарном резервуаре (РВС 200), приспособленном для этих целей работниками ООО «ИнвестОйл» (ФИО)46, ФИО4, ФИО3 

То, что в сентябре 2012 года и на дату аварии (29.09.2012), в пожарном резервуаре хранились жидкие углеводороды (предположительно, газовый конденсат (газолин)) подтверждается показаниями потерпевшего (ФИО)53, который пояснил, что на полигоне было смонтировано оборудование для получения газолина, он и начальник котельной отвечали за жидкость, которая поступала в резервуары из сепаратора, в том числе в пожарный резервуар, которую они по указанию руководства вместе с (ФИО)46 заливали в него. После того, как жидкость залили в резервуар, вместе с (ФИО)107 залезали наверх, открывали люк и измеряли температуру жидкости, измеряли линейкой ее количество в пожарном резервуаре. За два дня до аварии залезал на бочку вместе с ФИО3, также измеряли температуру. Жидкость имела странные свойства, при смешивании с водой и при попадании на землю шипела и испарялась. Показания потерпевшего (ФИО)53 объективно подтверждаются: протоколами осмотра места происшествия, из которых следует, что обнаруженный без днища за территорией полигона резервуар, первоначально находившийся в обваловании (устройство для предотвращения утечки углеводородов), что также отмечено в ходе технического расследования и отражено в Акте расследования; протоколом осмотра котельной, в которой обнаружен указанный потерпевшим металлический измерительный щуп длиной 3,5 метра; вещественными доказательствами и протоколом их осмотра; заключением эксперта №366 от 30.10.2012 подтверждено, что жидкости, отобранные из емкостей №№1,2,3,4, из сепаратора являются газовым конденсатом с примесью нефти; справкой специалистов Югорского государственного университета о химических свойствах газового конденсата (газолина). Свидетель (ФИО)58 также подтвердила суду, что в пожарном резервуаре находился газолин. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства подтверждено, что не позднее 1 сентября 2012 года ООО «ИнвестОйл» приступило к эксплуатации на Полигоне кустарно изготовленного оборудования по подготовке попутного нефтяного газа, не имеющем проектной и разрешительной документации Ростехнадзора на эксплуатацию, изготовленной с нарушениями требований промышленной безопасности кустарным способом, на котором происходили процессы по первичной сепарации газа с отделением газового конденсата, тонкой очистки газа от механических примесей и капельной жидкости, сбору газового конденсата выделившегося в процессе сепарации, подогреву газового конденсата, дегазации газового конденсата, откачки дегазированного газового конденсата в четыре вертикально лежащие емкости и в противопожарный резервуар, сбору жидкой фракции в противопожарный резервуар, оборудованный системой подогрева, что привело 29 сентября 2012 года около 11:30 часов к возрастанию давления пара жидкости находившейся в противопожарном резервуаре, приведшее к разрушению его целостности, с выходом из него горючего вещества, образовавшего в смеси с воздухом горючую паро-газо-воздушную смесь, которая распространилась на северной части Полигона и под воздействием неустановленного источника зажигания вспыхнула (взорвалась), что повлекло пожар с горением находившихся на Полигоне цеха по переработке бурового шлама, цеха ремонтной мастерской и котельной, а также прилегающей к ним территории.

Указанные обстоятельства установлены актом и материалами технического расследования причин аварии, актом и материалами расследования группового несчастного случая на производстве со смертельным исходом, выводы которых суду подтвердили свидетели (ФИО)47, (ФИО)48, (ФИО)49, (ФИО)59, (ФИО)60, (ФИО)61, (ФИО)62 и другие члены комиссий по расследованию причин аварии. 

Изложенные выводы комиссий о причинах аварии подтверждаются заключением специалиста (ФИО)63 от 09.10.2012 №210/2012, согласно которого предполагаемым пожароопасным процессом или источником зажигания явилась дефлаграционная вспышка газо-паро-пыле-воздушного облака, образовавшегося в результате разгерметизации вертикального пожарного резервуара (который вследствие разгерметизации отлетел) от любого источника зажигания достаточной для этого мощности в объеме облака. Из оглашенных в судебном заседании показаний специалиста (ФИО)63 видно, что им подтверждены выводы на основании обследования полигона, применения специальных знаний.

Однако с указанными выводами причин аварии не согласились подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4, а также член комиссии инженер по охране труда ООО «ИнвестОйл» (ФИО)64, допрошенный судом в качестве свидетеля, которые причиной аварии считают повреждения запорной арматуры в ГРПШ, которая могла возникнуть из-за возрастания давления в сети газопровода из-за технологической чистки газопровода ООО «РН-Юганскнефтегаз», в результате чего возникла загазованность территории полигона, газ попал в резервуар, от неустановленного источника зажигания произошло возгорание и взрыв, а поскольку комиссией по техническому расследованию не исследовался ГРПШ, газопровод в целом, выводы явились необъективными и неполными. Такой же позиции придерживались допрошенные в судебном заседании специалисты (ФИО)108 (ФИО)66, (ФИО)67, которым оформлено Заключение, содержащее критические замечания к выводам о причинах пожара. 

Из материалов технического расследования причин аварии видно, что осмотрено место аварии 2 октября 2012 года сотрудником Ростехнадзора (ФИО)49, в котором принимал участие подсудимый ФИО3, включенный в состав комиссии по техническому расследованию, результаты осмотра оформлены протоколом, подписанным всеми участниками, в том числе и ФИО3, результаты также зафиксированы на фотоснимках, приобщенных к указанному протоколу. (ФИО)49 суду подтвердил, что исследовал ГРПШ в присутствии ФИО3, пришел к выводу, что узлы ГРПШ разрушены в результате обратного давления газа, данные выводы обсуждались членами комиссии по расследованию причин аварии. 

Версия о внезапном повышении (скачке) давления в газопроводе в результате работ, проводимых ООО «РН-Юганскнефтегаз», по очистке газопровода (пуск «ерша»), была исследована в ходе расследования технических причин аварии и в судебном заседании, однако подтверждения не нашла, поскольку опровергается информацией ООО «РН-Юганскнефтегаз» о давлении в газопроводе в период с 00 до 12 часов 29.09.2012, изменений давления в газопроводе не фиксировалось, объемы подачи газа по двум часовым показателям стабильные, извлечение очистного устройства газопровода окончено 28 сентября 2012 года, попутный газ соответствовал государственному стандарту 5542-87 «Газы горючие природные для промышленного и коммунально-бытового назначения». 

Вместе с тем, установленная в ходе технического расследования причин аварии, причина взрыва пожарного резервуара и последующего пожара на полигоне подтверждается показаниями очевидцев взрыва, находившихся непосредственно на полигоне работников ООО «ИнвестОйл» и ООО «Петролиум-Транзит». Из показаний потерпевшего (ФИО)53 видно, что он вместе с погибшим (ФИО)84 в момент аварии находился в непосредственной близости от «улетевшего» резервуара, напротив него у цистерн, которые также были заполнены газовым конденсатом, и производил их очистку от загрязнений, когда услышал гул и увидел большой столб паров газа, который исходил из открытого люка пожарного резервуара, где также был газовый конденсат, вверх, в виде облака. Увидев это, он и (ФИО)84 побежали в сторону, произошел резкий взрыв и возгорание газа, заметил, что резервуар приподнимается вверх, отрывается от земли. Аналогичные показания давал суду свидетель (ФИО)68, который работал стропальщиком на складе ООО «Петролиум-транзит» и находился на полигоне, и видел, как раскачивается из стороны в сторону пожарная цистерна в 100 метрах от склада, из-под нее выходил газ, который шел в сторону РММ и завода, когда убегал слышал взрыв, видел как полетела цистерна, возле цистерны был огонь, на полигоне горел завод. Кроме того, в картах вызова скорой медицинской помощи зафиксировано, что пострадавшие (ФИО)69, (ФИО)53, (ФИО)70, (ФИО)43 пояснили врачам, что получили ожоги в результате взрыва бочки с газолином. Допрошенные в судебном заседании сотрудники Центра медицины катастроф (ФИО)71, (ФИО)72, прибывшие в составе бригады скорой медицинской помощи на полигон подтвердили, что пострадавшие рассказывали о случившемся, их пояснения внесены в карты. Потерпевшие (ФИО)43 и (ФИО)70 суду эти данные подтвердили, указав, что им неизвестна причина взрыва. Такие же пояснения об обстоятельствах аварии, взрыве, давали потерпевшие (ФИО)7, (ФИО)73, (ФИО)74, (ФИО)45, последний пояснил также, что видел отсутствие на обычном месте пожарного резервуара в момент, когда спешно покидал на автомобиле полигон сразу после взрыва. Данные показания подтверждаются показаниями свидетеля (ФИО)75 О взрыве в указанное время также показывали находившиеся за полигоном свидетели (ФИО)109, (ФИО)110, (ФИО)111 подсудимый ФИО4

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что оснований не доверять показаниям очевидцев взрыва и пожара на полигоне у суда первой инстанции не было, они в целом согласуются с заключением комиссии технического расследования причин аварии, заключением специалиста (ФИО)63 Специалисты (ФИО)112 (ФИО)66, (ФИО)67 утвердительно высказались за то, что в пожарном резервуаре находилось горючее вещество, неустановленный углеводород, поскольку в противном случае его бы не оторвало от днища, и он бы не улетел за полигон. Таким образом, ни у кого из специалистов как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, не вызывает сомнений, что некие углеводороды (горючие вещества) хранились в нарушение требований промышленной и пожарной безопасности в противопожарном резервуаре, предназначенном для хранения воды. 

Действительно, причиной его возгорания и взрыва (источником зажигания) могло быть и нарушение правил поведения на полигоне, например курения (ФИО)84 сигарет, однако, с учетом установленных грубых нарушений требований промышленной безопасности, хранения газового конденсата в пожарном резервуаре, соединенном, кроме прочего, с сетью газопотребления, то есть с опасным производственным объектом (взрывоопасным), допущенных подсудимыми, данная версия, выдвинутая защитой и осужденными, не является существенной и основной, поскольку однозначно установлены факты грубого нарушения требований промышленной и пожарной безопасности на полигоне, которые указаны выше.

Как зафиксировано в акте о пожаре от 29.09.2012, составленного ПЧ «Левобережье» филиала «Сибирь» ООО «РН-Пожарная безопасность», сообщение о пожаре поступило в 11:35 часов, причиной развития пожара стал объемный взрыв, загазованность территории, наличие горючих жидкостей на объекте, что подтвердил диспетчер пожарной части свидетель (ФИО)76 Допрошенные в качестве свидетелей сотрудники ПЧ «Левобережье» филиала «Сибирь» ООО «РН-Пожарная безопасность» (ФИО)77, (ФИО)78, (ФИО)79, (ФИО)80, (ФИО)82 пояснили, что первыми прибыли на место пожара, тушили горевшие на полигоне здания, автомобили. При этом, пожарный (ФИО)79 прояснил, что около 3 часов производил тушение РММ, УПБШ, автомобиля, на полигоне горел грунт, видел в стороне от полигона пожарный резервуар, который улетел со своего места, считает причиной пожара разгерметизацию данного резервуара и его взрыв. Пожарный (ФИО)78 пояснил, что тушил место, с которого улетел пожарный резервуар, работники полигона пояснили, что в нем хранились жидкие углеводороды, при перекачке произошла утечка газа, загазованность территории и взрыв, что явилось причиной пожара. Руководивший действиями пожарных на первоначальном этапе тушения пожара (ФИО)77 сообщил, что наибольшее горение на полигоне наблюдалось в месте улетевшего резервуара, который он видел за территорией полигона, считает причиной пожара взрыв газа и одномоментное возгорание по всей площади полигона.

Таким образом, из анализа показаний сотрудников пожарной части «Левобережье» филиала «Сибирь» ООО «РН-Пожарная безопасность» видно, что уже на начальной стадии тушения пожара ими были определены причины пожара на полигоне, получены данные о нахождении в пожарном резервуаре жидких углеводородов, его разгерметизации и взрыве парогазовоздушной смеси, что также согласуется с установленной причиной аварии, что опровергает доводы апелляционных жалоб осужденных и защитников о том, что предварительным и судебным следствием не установлена причина пожара на полигоне.

Обоснованность доказанности вины осужденных не вызывает сомнений и в связи с тем, что ФИО2, являясь генеральным директором ООО «ИнвестОйл» не организовал на должном уровне производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов на полигоне по сбору и утилизации нефтесодержащих буровых отходов. Не обеспечил регистрацию опасного производственного объекта в государственном реестре опасных производственных объектов. ФИО3, технический директор указанного предприятия, согласовал проведение работ по монтажу установки подготовки газа без проектной и разрешительной документации, допустил начальника участка ФИО4, не аттестованного в объеме, соответствующем должностным обязанностям к руководству работами на полигоне, допустил ввод в эксплуатацию установки подготовки газа без получения разрешения на ввод в установленном порядке. ФИО4, в свою очередь, как лицо, ответственное за безопасное производство работ на полигоне не обеспечил на объекте соблюдение требований промышленной безопасности – допустил монтаж установки подготовки топливного газа, изменение обвязки четырех горизонтальных емкостей и пожарного резервуара РВС-200 без проектной документации, без соблюдения требований промышленной безопасности, допустил подачу газа на эту установку.

Вопреки доводам апелляционных жалоб составы комиссий по расследованию причины аварии и несчастного случая, являются профессиональными, в их состав включены профильные специалисты, представители федеральных и местных, а также ведомственных надзорных структур. Объективность выводов комиссий сомнений не вызывает. Они научно и документально обоснованы, согласуются с результатами осмотра места аварии, проведенного комиссиями. 

При назначении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 наказаний, суд, руководствуясь положениями ст.ст.6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновных, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей. В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал совершение ими впервые преступления по неосторожности, добровольное частичное возмещение ущерба, причиненного преступлением, кроме того, у ФИО2 - состояние здоровья, ФИО3 – наличие малолетних детей, а у ФИО12 - явки с повинной. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено. Каких-либо данных о смягчающих наказание обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, суду апелляционной инстанции не представлено.

Между тем, учитывая принцип индивидуализации ответственности, поскольку у ФИО4, в отличие от других осужденных, имеется дополнительное смягчающее наказание обстоятельство явка с повинной, предусмотренное п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с апелляционным представлением государственного обвинителя, считает необходимым смягчить ему наказание. Поскольку обстоятельств, отягчающих наказание ФИО4 не имеется, наказание ему суд назначил с применением правил ст.62 УК РФ. Между тем, поскольку не указана часть ст.62 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить о назначении ФИО12 наказания с применением правил ч.1 ст.62 УК РФ. 

Так же, суд апелляционной инстанции считает, что дополнительные наказания всем осужденным в виде лишения права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью в виде запрета занимать должности на предприятиях нефтяной и газовой промышленности, осуществляющих производственную деятельность на опасных производственных объектах сроком на 2 года, назначены с нарушением уголовного закона.

Санкции ч.3 ст.217 УК РФ предусматривают возможность назначения дополнительного наказания в виде запрета занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью или без такового.

В силу рекомендаций, указанных в п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости применения дополнительного наказания, предусмотренного санкцией статьи уголовного закона, но не являющегося обязательным. Такие же требования содержатся и в п.59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

В судебном приговоре указано о том, что суд «применяет» к ФИО2, ФИО3 и ФИО12 указанное выше дополнительное наказание. Однако указание о «применении» не означает его назначения. Кроме того, «применение» дополнительного наказания суд первой инстанции не мотивировал. При таких обстоятельствах, назначение осужденным дополнительных наказаний подлежит исключению из резолютивной части приговора. 

Оснований для усиления наказания осужденным, назначения им реального наказания в виде лишения свободы, суд не находит. Суд первой инстанции должным образом мотивировал применение им ст.73 УК РФ об условном осуждении виновных, такой вывод суда является убедительным и законным. Освобождение их от наказания и снятие судимостей, в связи с этим, соответствует положениям п.9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года №6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов».

В апелляционных жалобах потерпевших высказаны просьба об увеличении размера компенсации им морального вреда. Как следует из приговора, суд при разрешении исков потерпевших руководствовался принципами разумности и справедливости, предусмотренных ст.1101 ГК РФ.

Поскольку ущерб возник в результате противоправных действий осужденных, суд обоснованно возложил на них обязанность компенсации морального вреда.

Вместе с тем, соглашаясь с приговором в части компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции считает, что возложение на осужденных солидарной ответственности по требованиям о компенсации морального вреда является незаконным, поскольку такая ответственность является строго индивидуальной, в зависимости от степени вины, роли в преступлении.

Размеры компенсации морального вреда в пользу подсудимых, в целом судом первой инстанции определены правильно и справедливо, в том числе, с учетом неосторожной вины осужденных. Между тем, исключение из приговора принципа солидарной ответственности, будет способствовать реальному исполнению приговора в этой части, индивидуальной ответственности каждого из осужденных. Исключая принцип солидарной ответственности осужденных при компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции считает необходимым взыскать с каждого из осужденных в пользу (ФИО)7 и (ФИО)8 по 350000 рублей, а не по 500000 рублей, как по требованиям остальных потерпевших, поскольку в целом размер такой компенсации увеличиться в пользу каждого из указанных потерпевших до 1050000 рублей. При этом, при решении вопросов возмещения осужденными материального ущерба, судом верно применен принцип солидарной ответственности. 

Согласно п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Кроме того, согласно п.19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Между тем, суд считает необходимым в иске потерпевших к ООО «Инвест-Ойл» о компенсации морального вреда отказать, поскольку моральный вред потерпевшим причинен в результате преступления, где установлено виновное лицо, подлежащее уголовной ответственности, ответственность по компенсации морального вреда должна возлагаться на это лицо. Каких-либо доказательств того, что осужденные, хотя и находились в трудовых правоотношениях с ООО «ИнвестОйл» действовали по заданию указанного юридического лица, в том числе учредителя, материалы дела не содержат. Напротив, сооружение и эксплуатация не согласованного производственного объекта свидетельствует о том, что виновные лица действовали самостоятельно, не под контролем юридического лица либо по его заданию. 

Как следует из материалов уголовного дела, собственником полигона является ООО «РН Юганскефтегаз», а ООО «ИнвестОйл» на основании договора №117-212-СП-12 от 01 января 2012 года на этом полигоне оказывало собственнику услуги по его содержанию. В то же время, установив, что ООО «ИнвестОйл», следуя буквально содержанию договора, арендатором полигона не являлось, суд не выяснив пределы его ответственности, на основании копии указанного выше договора, надлежащим образом не заверенного, без исследования его подлинника, принял решение, руководствуясь ст.1068 ГК РФ, о возложении на ООО «ИнвестОйл» ответственности по компенсации морального вреда. Такое решение является необоснованным.

При этом, за потерпевшими остается право на возмещение материального ущерба ответчиком ООО «Инвест-Ойл», поскольку вред им причинен в результате исполнения трудовых отношений с указанным предприятием.

На основании изложенного, руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20 и ст.389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 10 мая 2017 года в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 изменить. 

В описательно-мотивировочной части приговора указать о назначении ФИО4 наказания с применением положений ч.1 ст.62 УК РФ. Наказание ФИО4 по ч.3 ст.217 УК РФ снизить до 3 лет 3 месяцев лишения свободы.

Исключить назначение осужденным дополнительных наказаний в виде лишения права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью в виде запрета занимать должности на предприятиях нефтяной и газовой промышленности, осуществляющих производственную деятельность на опасных производственных объектах, сроком на 2 года. 

Исключить из резолютивной части приговора указания о возмещении осужденными морального вреда в форме солидарной ответственности.

Взыскать в пользу (ФИО)4 в ее интересах и интересах ее несовершеннолетних детей (ФИО)5 и (ФИО)6 в порядке компенсации морального вреда с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по 500000 рублей с каждого.

Взыскать в пользу (ФИО)7 в порядке компенсации морального вреда с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по 350000 рублей с каждого, и в порядке возмещения расходов по оплате услуг адвоката с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 4000 рублей, солидарно.

Взыскать в пользу (ФИО)8 в порядке компенсации морального вреда с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по 350000 рублей с каждого, и 45456 рублей с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 солидарно, в порядке возмещения материального ущерба.

Взыскать в пользу (ФИО)9 в ее интересах и интересах ее несовершеннолетнего ребенка (ФИО)10 в порядке компенсации морального вреда с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по 500000 рублей с каждого. 

Взыскать в пользу (ФИО)11 в ее интересах и интересах ее несовершеннолетних детей (ФИО)12 и (ФИО)13 с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в порядке компенсации морального вреда по 500000 рублей с каждого. 

В иске потерпевших к ООО «ИнвестОйл» о компенсации морального вреда отказать.

Арест имущества ООО «ИнвестОйл», наложенный в связи с расследованием настоящего уголовного дела, отменить.

В остальной части приговор суда оставить без изменения. Апелляционное представление государственного обвинителя и потерпевших удовлетворить частично, в удовлетворении апелляционных жалоб осужденных и их защитников отказать.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий - Г.А. Ямгурзин