№2-4047/2019

03RS0003-01-2019-003999-41

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 июля 2019 года г. Уфа 

Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Зайдуллина Р.Р., при секретаре Ахметзяновой Э.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании договора дарения жилого помещения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании договора дарения жилого помещения недействительным, в обоснование своих требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ. между ее матерью ФИО4 и отцом ФИО2 заключен Договор раздела имущества между супругами, по условиям которого в собственности ФИО4 остается квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес> (далее по тексту - Квартира) (п.3 Договора). Также Договор содержит сведения, о том, что до подписания Договора указанное имущество никому не продано, не подарено, не заложено, в споре и под арестом (запрещением) не состоит (п. 4 Договора). ДД.ММ.ГГГГ брак между ее матерью ФИО4 и отцом ФИО2 прекращен. С 2010 истец со своей матерью проживала в указанной квартире и была зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ мать истицы ФИО4 умерла. На момент смерти истец проживала и была зарегистрирована в данной квартире. После смерти ФИО4 в квартире остались ее личные вещи: мебель, два спальных гарнитура, два шкафа для одежды, кухонный гарнитур со встроенной бытовой техникой, кухонный стол и четыре стула, посуда, телевизор, мягкая мебель (диван и два кресла), обеденный стол и четыре стула. Указывает, что истец приняла меры по сохранности данных вещей и пользуется ими по настоящее время. Как стало известно истцу, отец ФИО2 подарил указанную квартиру ФИО3 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Также выяснилось, что мать ФИО4 не успела оформить свое право собственности, а отец ФИО2 злоупотребил этим фактом. Данная сделка была предметом рассмотрения Кировским районным судом г. Уфы спора по делу №. Суд признал установленным, что указанная квартира ФИО3 при заключении оспариваемого договора и после не осматривалась, фактически в ее владение и пользование она не передавалась, ключи от квартиры ей не передавались и ею не истребовались, ответчик в нее не вселялась, в ней фактически проживали ФИО4 с дочерьми Олесей и Дианой, с которыми ответчиком какие-либо соглашения о порядке пользования квартирой не заключались, на момент заключения договора дарения ответчик имела в собственности жилой дом в 

<

адрес> района, жилой дом в д. Елантуб Дуванского района, двухкомнатную квартиру в г. Уфа, по 

<

адрес>, впоследствии выехала и в настоящее время постоянно проживает в 

<

адрес> края, в спорной квартире на регистрационный учет по месту жительства или месту пребывания не вставала, обязанности по содержанию жилого помещения, своевременной оплате коммунальных услуг и налога на имущество физических лиц не исполнялись. Суд нашел заслуживающими внимание объяснения стороны ФИО2 о том, что, он не имел намерения одаривать ФИО3 указанной квартирой, договор дарения был заключен с целью не допустить обращения взыскания на квартиру по требованиям кредиторов ООО «ВСК» к ФИО2 в порядке его субсидиарной ответственности как директора и учредителя общества.

На основании изложенного, истец просит суд установить факт принятия наследства ФИО1, открывшегося после смерти матери ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Включить квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, в наследственную массу имущества, оставшегося после смерти ФИО4.

Признать договор от ДД.ММ.ГГГГ. раздела имущества между супругами ФИО4 и ФИО2 исполненным в части передачи ФИО4 в собственность квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Признать право собственности ФИО1 в порядке наследования на имущество - квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Признать недействительным Договор от ДД.ММ.ГГГГ дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес> между ФИО2 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО3 на имущество - квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО3 в пользу ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

На судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5, действующий по доверенности от 24.07.2018г., в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить по доводам изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО6, действующая по ордеру от 15.05.2019г., в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении требований, ходатайствовала о применении срока исковой давности.

Ответчики ФИО3, ФИО2 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, на судебное заседание не явились.

Третьи лица ФИО7, ФИО7, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, на судебное заседание не явились.

При таком положении в соответствии с требованиями статьи 167 ГПК Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Выслушав представителей сторон, исследовав доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность и достаточность доказательств в совокупности и каждого в отдельности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). 

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Вместе с тем имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (п. 1 ст. 36 СК РФ).

Как следует из материалов дела, с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 состоял в браке с ФИО4 

В период брака у них родились дочери ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и Диана, ДД.ММ.ГГГГ г.р. 

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 с МУП ИСК г. Уфы РБ заключен договор долевого участия в строительстве №-П/2006, в соответствии с которым застройщик обязался построить многоквартирный 

<

адрес> микрорайоне «Южный» и после ввода его в эксплуатацию передать дольщику трехкомнатную 

<

адрес> общей площадью 101, 82 кв.м.

ФИО2 от МУП ИСК г. Уфы РБ по акту от ДД.ММ.ГГГГ. передана квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, расчет за квартиру в размере 4 023 980 руб. произведен полностью. 

ДД.ММ.ГГГГ. произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 на указанную квартиру. 

Согласно сведениям ООО «Домоуправление «Южный» в указанной квартире были зарегистрированы: истица ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., мать истицы ФИО4 - с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., отец истицы ФИО2 – с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. 

Материалами дела, пояснениями сторон, показаниями свидетелей подтверждается, что в указанной квартире с 2010 г. проживали ФИО4 с дочерьми Олесей и Дианой, ФИО2 в указанную квартиру не вселялся и не проживал в ней.

ДД.ММ.ГГГГ. брак ФИО2 с ФИО4 прекращен. 

Согласно ч. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом является режим их совместной собственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пп. 1, 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128 и 129, пп. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные, общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения), не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

Доказательств наличия права единоличной собственности на спорную квартиру ответчиком ФИО2 суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. 

Наоборот, ФИО2 в направленном суду отзыве иск признал и не оспаривал факт приобретения спорной квартиры в совместную собственность супругов ФИО18

Поскольку квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, была зарегистрирована ДД.ММ.ГГГГ. на праве собственности за ФИО2 на основании договора долевого участия в строительстве №-П/2006 от ДД.ММ.ГГГГ., акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ., то есть в период нахождения его в браке с ФИО4, то в силу приведенных норм закона это имущество является совместно нажитым в период брака имуществом супругов ФИО18, доказательств обратного суду не представлено, а судом не добыто. 

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (статьи 41, 42 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о разделе имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (статья 37 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 7 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе право на защиту этих прав, если иное не установлено Кодексом.

Таким образом, супруги (бывшие супруги) вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

Пунктом 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения соглашений о разделе части совместно нажитого имущества) установлено, что общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

Следовательно, соглашение о разделе имущества супругов является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.

Согласно статье 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Как следует из дела, до расторжения брака, 20.08.2010г., между ФИО2 и ФИО4 заключен Договор раздела имущества между супругами, по условиям которого в собственность ФИО4 перешла квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес> (п.3 Договора). 

Согласно положениям семейного законодательства (статья 7, пункт 1 статьи 35, пункты 1, 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) супруги свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Суд полагает, что договор раздела имущества между супругами от 20.08.2010г. является самостоятельной сделкой, которой определены все существенные условия в целях урегулирования взаимных имущественных прав и обязанностей по разделу части имущества, приобретенного в браке на совместные средства.

Таким образом, в результате заключенного на добровольной основе между ФИО2 и ФИО4 договора о разделе имущества между супругами от 20.08.2010г., который не оспорен и недействительным в установленном законом порядке не признан, право общей совместной собственности на разделенное имущество было прекращено.

Соглашение о разделе имущества вступило в силу после их подписания -20.08.2010г., с этого момента у сторон в силу положений статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации возникают предусмотренные соглашением права и обязанности. Изложенное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N88-КГ16-1.

Вопреки доводам ответчика, поскольку требования об обязательном нотариальном удостоверении и государственной регистрации такого соглашения законом не установлены, то их отсутствие не может являться основанием для признания соглашения о разделе имущества супругов недействительным.

Заключая Договор о разделе имущества между супругами от 20.08.2010г., ФИО2 и ФИО4 изменили режим совместной собственности, соглашение заключено в надлежащей письменной форме, анализ соглашения о разделе имущества супругов позволяет сделать вывод о соответствии данного договора требованиям, предусмотренным семейным и гражданским законодательством.

Доводы о недействительности соглашения о разделе имущества супругов по причине отсутствия государственной регистрации данного соглашения нельзя признать правильными, поскольку соглашение о разделе общего имущества супругов является сделкой, которая не подлежит обязательной государственной регистрации (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, статья 164 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие государственной регистрации возникшего на основании данного соглашения права собственности ФИО4 на спорное имущество не свидетельствует также и о незаключении соглашения, поскольку государственная регистрация как формальное условие обеспечения государственной, в том числе судебной, защиты прав лица, возникающих из договорных отношений, объектом которых является недвижимое имущество, призвана удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов. 

Между тем, данная регистрация не затрагивает самого содержания указанного гражданского права, не ограничивает свободу договоров, юридическое равенство сторон, автономию их воли и имущественную самостоятельность, соглашение о разделе имущества вступило в силу после его подписания, с этого момента у сторон в силу положений статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации возникают предусмотренные соглашением права и обязанности (определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 18-КГ15-203). 

С учетом изложенного, суд считает установленным, что с 20.08.2010г. квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, находилась в собственности ФИО4, несмотря на то обстоятельство, что согласно сведениям Единого государственного реестра прав на недвижимость собственником указанной квартиры значился ФИО2

Доводы ответчика о том, что вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ. по делу № за ФИО2 было признано право собственности на квартиру, что имеет преюдициальное значение для рассматриваемого спора, отклоняются, поскольку судом при разрешении указанного иска было установлено только то, что государственная регистрация перехода права собственности от ФИО2 к ФИО4 на квартиру на основании договора о разделе имущества от ДД.ММ.ГГГГ осуществлена не была, право собственности ФИО2 на спорную квартиру на момент заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ было в установленном порядке зарегистрировано за ним, никаких ограничений, обременений в отношении спорной квартиры не имелось, следовательно, ФИО2 являлся собственником квартиры по сведениям Единого государственного реестра прав на недвижимость. 

При этом суд принимает во внимание, что ФИО1 в указанном деле просила суд признать недействительным договор от ДД.ММ.ГГГГ. дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3, при этом ею не заявлялись исковые требования, содержащие материально-правовые требования относительно спорной квартиры (о включении ее в наследственную массу, о признании права собственности на наследственное имущество и т.п.), следовательно, вопросы отнесения спорной квартиры к совместной собственности супругов, последующего изменения режима совместной собственности, раздела имущества между супругами ФИО2 и ФИО4, передачи квартиры в собственность последней не являлись предметом спора и судом не устанавливались. 

Таким образом, ссылка ответчика на данное решение, которым в иске ФИО1 было отказано ввиду пропуска истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ., как имеющее преюдициальное значение для рассматриваемого спора, является необоснованной.

В соответствии с положениями ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Кировского районного суда г. Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ. по делу № в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ. дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, аннулировании в Едином государственном реестре прав запись о праве собственности ФИО3 в отношении квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, - отказано.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной, - отказано в полном объеме.

При разрешении спора суд установил, что согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ. в осматриваемой квартире с 2010 года проживала ФИО4 со своей дочерью ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. На дату осмотра в квартире никто не проживает. Дверь в осматриваемую квартиру заперта. Имеющимися ключами дверь открыла ФИО1 В квартире находятся личные вещи ФИО4: мебель: два спальных гарнитура (ФИО4 и ФИО1), два шкафа для одежды, кухонный гарнитур со встроенной бытовой техникой, кухонный стол и четыре стула, посуда, телевизор, мягкая мебель (диван и два кресла), обеденный стол и четыре стула, также находятся предметы одежды ФИО1: весенне-осенняя и зимняя одежда и обувь.

Анализируя представленные сторонами доказательства, пояснения истца, показания свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, суд пришел к выводу о том, что воли дарителя на заключение договора дарения не было. Доказательств того, что на момент заключения оспариваемого договора у истца каким-либо образом изменились обстоятельства, в силу которых он решил распорядиться квартирой, подарив ее ФИО3, представлено не было. ФИО2, имея документы о праве собственности и доверенность с правом продажи квартиры, сохранил контроль за спорной квартирой.

При этом суд нашел заслуживающими внимание объяснения стороны ФИО2 о том, что он не имел намерения одаривать ответчика указанной квартирой, оспариваемый договор дарения был заключен с целью не допустить обращения на нее взыскания по требованиям кредиторов ООО «ВСК» к ФИО2 в порядке его субсидиарной ответственности как директора и учредителя общества. 

Как следует из дела, 14.02.2017г. ФИО4 умерла, наследственное дело к имуществу ФИО4 заведенным не значится. 

ФИО19 (родители ФИО4) нотариально удостоверенными заявлениями от ДД.ММ.ГГГГ. подтвердили, что во владение наследственным имуществом не вступали, на наследство не претендуют.

Согласно пункту 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В силу пункта 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действии, в частности, может выступать вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания).

В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем и внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги.

Как видно из дела, ФИО1, обращаясь в суд с данным иском, ссылается на то, что как до, так и после смерти своей матери ФИО4 - 14.02.2017г. была зарегистрирована по ДД.ММ.ГГГГ. и фактически проживала в квартире, находящейся по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, принадлежавшей наследодателю на праве собственности.

ФИО1 в ходе судебного разбирательства суду пояснила, что в 2010г. она с матерью и сестрой приехали жить в эту квартиру. Предметы, изображенные на фото: пастельное белье, елочные игрушки, столовые принадлежности приобретались ее мамой, она пользуется ими по настоящее время. Ее отец ФИО8 после развода вместе с мамой не жили, отец в первое время приезжал, навещал их. Мама при жизни пользовалась: зеркалом, который находился при входе слева, шкаф-купе в прихожей с зеркалом, кухонным гарнитуром, часами деревянными на кухонном гарнитуре, журнальным столиком в гостиной, шторами в гостиной, раньше они находились в ее комнате, столом деревянным в ее комнате-маленькой спальне, стулом, шкафом-купе в коридоре, люстрой, двуспальной кроватью в большой спальне, светильниками, шторами, зеркалом с комодами, шкафом для одежды, душевой кабинкой в ванной, раковиной с тумбой, зеркалом, стеклянными банками, корзинками, которые хранились на лоджии. На момент смерти матери все это имущество находилось в квартире, после смерти истица пользовалась этим имуществом, до середины 2017г. истица проживала в данной квартире. В апреле – марте 2018г. она с папой сделали ремонт в квартире. В ТЦ «Иремель» ею производился выбор обоев, оплачивал папа, в частности ею были выбраны обои, которые поклеены на кухне, - светлые с розоватым оттенком с блестками с продольными линиями и с рисунком, для зала ею выбраны обои коричневого цвета с рисунком с крупным узором, в ее комнате обои коричневатого цвета с толстым и линиями и узорами. В большой спальне светлые обои просто белые, немного блестящие, с белыми узорами. Также было заменено напольное покрытие в большой и маленькой спальне, в гостиной заменена только часть напольного покрытия, поскольку часть его пришла в негодность в результате вздутия. Ремонт делали согласно ее личному желанию, она попросила об этом папу, прежние обои стали старыми. Починили в ванной комнате унитаз, раковину. Работников для ремонта нанял папа, она постоянно приходила проверять ход ремонта. После ремонта она хотела там жить дальше, ремонт делали недели две, закончился в апреле, она туда сразу переехала и жила до середины октября, но ей было тяжело там жить, решила ее продать, сестра помогала с продажей квартиры, Примерно в сентябре 2017г. я решила ее продать, мне было тяжело одной там жить. Вместе с двоюродной сестрой искали документы на квартиру и нашли в конце сентября 2017г. копию договора дарения между отцом и Анжеликой, папа объяснил, что подарил квартиру Анжелике, она снялась с регистрационного учета с целью продажи квартиры. В октябре 2017г. обратилась к адвокату, съехала с квартиры, когда узнала, что квартира принадлежит Анжелике. Коммунальные платежи платил папа, она платила иногда после смерти матери, за счет папиных денег, кто собственником записан, она тогда не знала. При жизни мама о спорах на квартиру не говорила, говорила, что это ее квартира, при разводе отец отдал ей. После смерти матери к нотариусу истица не обращалась, к настоящее время она проживает у ФИО9, отец проживает в 

<

адрес>, оттуда не удобно ездить на учебу.

Данные обстоятельства также подтверждаются пояснениями ответчика ФИО2 (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. по делу №), свидетеля ФИО14 (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. по делу №), ФИО10 (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. по делу №), актом от ДД.ММ.ГГГГ. (т.1л.д.100 по делу №), ФИО11 (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ).

В отзыве на иск ответчик ФИО2 пояснил, что мебель, которая им была приобретена у ИП ФИО12 по договору от ДД.ММ.ГГГГ. (спальный гарнитур «Флоренция»), у ИП ФИО16 по договорам от ДД.ММ.ГГГГ. (обеденный стол, 4 стула, 2 кресла, набор мягкой мебели), он привез в спорную квартиру и подарил ФИО4, доказательств обратного суду не представлено. 

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 после смерти матери совместно с отцом произвела в квартире ремонт, они оплачивали коммунальные услуги, после выезда из квартиры в октябре 2017г. ФИО1 сохранила фактический контроль за квартирой, хранила ключи, имела доступ в нее, с октября 2018 г. по январь 2019 г. сдавала ее в аренду ФИО17, получая от него денежные переводы за аренду на свою банковскую карту, то есть продолжала владеть и пользоваться квартирой. 

Ответчиком не оспаривалось, что только в 2019г. ФИО3 сменила замки в квартире, от своего имени заключила договор аренды квартиры с ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ. выдала ФИО22 нотариально удостоверенную доверенность с полномочиями, в том числе на продажу квартиры. 

Актом от ДД.ММ.ГГГГ., фотографиями осмотра квартиры подтверждается, что в спорной квартире до настоящего времени находится имущество и мебель, принадлежавшие ФИО4 и которыми она пользовалась при жизни: в кухне - кухонный гарнитур со встроенной бытовой техникой, газовая колонка, люстра; в жилой комнате – журнальный стол; в жилой комнате – письменный стол, стул; в жилой комнате – спальный гарнитур: двуспальная кровать, прикроватные тумбы 2 шт,, комод с зеркалом, трехстворчатый шкаф; в коридоре – шкаф-купе 2 шт., настенное зеркало; в ванной комнате – душевая кабина, умывальник, на балконе - банки, елка. 

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд исходит из того, что истица ФИО1 проживала со своей матерью ФИО4 в спорной квартире с 2010 года, была зарегистрированной и продолжила проживать в ее квартире и после смерти наследодателя, поддерживала ее в надлежащем состоянии, произведя в ней ремонт, пользуется домашним и личным имуществом наследодателя, от наследства в силу статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации не отказывалась, в связи с чем суд приходит к выводу о фактическом принятии истцом наследства после смерти своей матери ФИО4, поскольку она осуществила действия по сохранению наследственного имущества и защите его от посягательства третьих лиц, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 2 ст. 302 ГК РФ, если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

В соответствии с пунктом 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 22/10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление Пленума 10/22), если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Пунктом 36 постановления Пленума 10/22 разъяснено, что в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (абзац первый). Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (абзац третий).

Согласно абзацу первому пункта 37 постановления Пленума 10/22 в соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Как указано в пункте 38 постановления Пленума 10/22, приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества (абзац первый).

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума 10/22 по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом по данной категории споров, являются наличие (отсутствие) права собственности лица, обратившегося с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения; выбытие имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли; возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; наличие у незаконного владельца статуса добросовестного приобретателя, обусловленного тем, что он не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имеющего права на его отчуждение.

Указанные обстоятельства, имеющие значение для дела, в силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должны быть вынесены на обсуждение судом, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При этом согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказывать наличие у него права собственности либо основания законного владения в отношении истребуемого жилого помещения, факт наличия этого имущества у незаконного владельца и выбытие имущества из его владения помимо воли.

В ч. 2 ст. 302 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если имущество приобретено безвозмездно собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Судом установлено, что квартира, расположенная по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, выбыла из владения наследодателя ФИО4 (правопредшественника истицы ФИО1), в результате заключения ФИО2 с ФИО3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. года, то есть на основании безвозмездной сделки, от лица, которое не имело права его отчуждать, помимо воли ФИО4

Доказательств тому, что ФИО4 при жизни одобрила договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ., материалы дела не содержат. 

Удовлетворяя иск, суд исходит из того, что оснований для признания ФИО3 добросовестным приобретателем квартиры не имеется, поскольку при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. и после квартира ею не осматривалась, ею при заключении договора дарения не выяснялся вопрос, кто зарегистрирован и фактически проживает в ней, она не ознакамливалась с правоустанавливающими документами, не выяснялся вопрос о наличии совместной собственности супругов на нее, фактически во владение и пользование квартирой она не вступала с момента заключения договора в 2015г. и до февраля 2019г., ключи от квартиры ей не передавались и ею не истребовались, ответчик в нее не вселялась, в спорной квартире на регистрационный учет по месту жительства или месту пребывания не вставала, обязанности по содержанию жилого помещения, своевременной оплате коммунальных услуг и налога на имущество физических лиц не исполнялись. 

Довод ответчика о том, что для исполнения указанных обязанностей собственника ею выдана ФИО2 доверенность, судом отклоняется, поскольку выдача такой доверенности не освобождает собственника от обязанности нести бремя содержания своего имущества. 

Наоборот, доказательств тому, что ФИО3 совершением каких-либо юридически значимых действий распоряжалась своими правами собственника квартиры, суду не представлено.

В судебном заседании достоверно установлено, что в вышеуказанной квартире фактически проживали ФИО4 с дочерьми Олесей и Дианой, с которыми ответчиком какие-либо соглашения о порядке пользования квартирой не заключались, на момент заключения договора дарения ответчик имела в собственности иные жилые помещения, правового интереса к квартире не проявляла, впоследствии выехала и в настоящее время постоянно проживает в 

<

адрес> РФ. 

Таким образом, спорное имущество подлежит истребованию из незаконного владения ФИО3 и возврату законному собственнику - наследнику своей матери ФИО1 

В удовлетворении требований о признании договора от ДД.ММ.ГГГГ. раздела имущества между супругами исполненным в части передачи ФИО4 в собственность квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, суд отказывает, поскольку данное требование не предусмотрено законом как способ защиты нарушенного права. 

Суд также отказывает в удовлетворении требований о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ дарения квартиры, поскольку права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации, такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска. 

Представителем ответчика ФИО3 – ФИО6 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску и составляет три года (статьи 195 и 196); течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права; изъятия из этого правила устанавливаются данным Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 200).

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет 3 года. Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Применительно к статьям 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации срок давности по иску об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что недвижимое имущество выбыло из его владения и находится в чужом незаконном владении.

Как следует из разъяснения, данного в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 ГК РФ).

Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 ГК РФ, статья 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 21 Гражданского кодекса Российской Федерации способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Истица ФИО1, 27.01.1998г.р. на момент заключения своим отцом ФИО2 с ФИО3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, являлась несовершеннолетней и достигла восемнадцатилетнего возраста 27.01.2016г. 

Из дела следует, что отец истицы ФИО2 произвел отчуждение принадлежащей бывшей супруге ФИО4 на праве собственности спорной квартиры, которая являлась единственным жильем для его дочери ФИО1, чем были нарушены жилищные права ребенка.

Мать ФИО1 – ФИО4 знала о том, что государственная регистрация ее права собственности на квартиру на основании договора о разделе имущества от ДД.ММ.ГГГГ не произведена, при жизни не предпринимала мер к оформлению своих прав на квартиру, к оплате задолженности по содержанию жилья и коммунальным услугам. 

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 скончалась в БСМП г. Уфы, диагноз клинический: отравление суррогатами алкоголя тяжелой степени (т.1. л.д. 143 по делу №). 

Вышеуказанное позволяет суду сделать вывод, что рассматриваемый случай следует отнести именно к исключительному случаю, когда законные представители ребенка - его родители, ненадлежаще исполняли возложенные на них законодательством родительские обязанности, действовали вопреки интересам ребенка.

Таким образом, суд, учитывая, что оба законных представителя ребенка действовали недобросовестно, считает, что в данном случае следует вести речь о сроках исковой давности для самой несовершеннолетней ФИО1 

В соответствии с ч. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Согласно п. 14 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности" со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ).

Как следует из материалов дела 2-5346/2018, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ. дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, заключенного между ФИО2 и ФИО3.

Решением Кировского районного суда г. Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ. по делу № в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения - отказано.

При разрешении спора суд указал, что исковых требований об истребовании квартиры из чужого незаконного владения ФИО1 заявлено не было, что не лишает истца права обратиться с иском в суд, избрав надлежащий способ защиты права. 

Решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с указанными нормами подлежит исключению из общего трехгодичного срока срок с момента обращения ФИО1 в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора - с ДД.ММ.ГГГГ. до вступления в законную силу решения суда от ДД.ММ.ГГГГ., т.е. до ДД.ММ.ГГГГ. (4 месяца и 13 дней). 

Согласно материалам дела, в установленный законом срок ФИО1 с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ. к нотариусу не обращалась. 

Тем не менее, ФИО1, действуя разумно и добросовестно как наследник, должна была узнать о государственной регистрации прав ФИО3 в течение шести месяцев после смерти матери.

Соответственно, о нарушении своих прав истица должна была узнать не позднее ДД.ММ.ГГГГ., с иском об установлении факта принятия наследства, признании права собственности на наследственное имущество и истребовании имущества из чужого незаконного владения обратилась ДД.ММ.ГГГГ., то есть в пределах срока исковой давности. 

Вопреки доводам ответчика, даже если считать началом течения срока исковой давности дату достижения истицей восемнадцатилетнего возраста - 27.01.2016г., учитывая исключение из общего трехгодичного срока 4 месяца и 13 дней, срок истекал ДД.ММ.ГГГГ., в то время как с настоящим иском ФИО1, обратилась ДД.ММ.ГГГГ., то есть в пределах срока исковой давности. 

При таких обстоятельствах иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению в части требований о включении квартиры, расположенной по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, в наследственную массу имущества, оставшегося после смерти ФИО4, установлению факт принятия наследства ФИО1, открывшегося после смерти матери ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ., признанию права собственности ФИО1 в порядке наследования на имущество - квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, истребованию из чужого незаконного владения ФИО3 и прекращению права собственности последней на указанную квартиру. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Включить квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>, в наследственную массу имущества, оставшегося после смерти ФИО4.

Установить факт принятия наследства ФИО1, открывшегося после смерти матери ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Признать право собственности ФИО1 в порядке наследования на имущество - квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО3 в пользу ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Прекратить право собственности ФИО3 на имущество - квартиру, расположенную по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Уфы. 

Председательствующий Р.Р. Зайдуллин

Решение суда принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.