Дело № 2-35/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вилючинск Камчатского края 24 января 2019 года

Вилючинский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Хорхординой Н.М., при секретаре Ерёминой Ю.В., с участием:

истца ФИО13,

представителя истца ФИО14,

представителя ответчика ФИО16,

помощник военного прокурора Вилючинского гарнизона ФИО17,

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО13 к Федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» в лице 601 ОМИС, Командующему войсками и силами на Северо-Востоке – командиру войсковой части 87272 ФИО18 о признании незаконным приказа командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года о не предоставлении сведений по правовой работе начальником 601 ОМИС и срыве доклада командующему Тихоокеанским флотом, о признании незаконными приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года о нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года об увольнении в соответствии с п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО13 обратился в суд с исковым заявлением к ФКУ «ОСК ВВО» в лице 601 ОМИС, в котором просил признать незаконным, недействительным и не порождающим правовых последствий с момента издания приказа командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года о не предоставлении сведений по правовой работе начальником 601 ОМИС и срыве доклада командующему Тихоокеанским флотом, взыскать компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что 13 ноября 2018 года им была получена копия вышеуказанного приказа, который он считает незаконным, поскольку в его действиях по сообщению информации, указанной в запросе № от ДД.ММ.ГГГГ, вины не имеется, о чем он указал в своем письменном объяснении № от 25 октября 2018 года, поскольку требований о предоставлении сведений по правовой работе ему официально не поступало. О наличии таких указаний ему стало известно случайно, в беседе с и.о. начальника МИС ОКВС ФИО2, который устно (в телефонном разговоре) запросил у него их по телефону. Данные сведения им были сообщены ФИО2 по телефону, после чего изложены им в письменном обращении на имя Командующего ОКВС. Кроме того, в/ч 87272 не является юридическим лицом, а он работником указанной войсковой части. ФИО18 ему не представлены какие-либо документы, подтверждающие полномочия в/ч 87272 или его руководителей, как вышестоящих по отношению к 601 ОМИС органов и (или) должностных лиц.

Данное исковое заявление ФИО13 было принято к производству суда, возбуждено гражданское дело с присвоением ему № 2-690/2018.

Определением суда от 27 декабря 2018 года, по ходатайству стороны истца, по данному делу в качестве соответчика был привлечен Командующий ОКВС – командир войсковой части 87272 ФИО18 с исключением последнего из числа третьих лиц по делу.

Также ФИО13 обратился в Вилючинский городской суд Камчатского края с иском к ФКУ «ОСК ВВО» в лице 601 ОМИС, в котором просил признать незаконными, недействительными и не порождающими правовых последствий с момента издания приказ командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года о нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, приказ командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года об увольнении в соответствии с п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 39 712 рублей за период с 13 по 22 ноября 2018 года, компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

В обоснование данных заявленных исковых требований, истец указал, что работал у ответчика в должности начальника 601 ОМИС с 01 марта 2018 года. 13 ноября 2018 года он получил копии приказов командира в/ч 87272 от 09 ноября 2018 года №№ и 734, а именно о нарушении антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, а также об его увольнении по п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, которые считает незаконными, поскольку письменных объяснений до издания оспариваемых приказов от него затребовано не было. Представление военного прокурора, которое было положено в основу оспариваемых приказов, поступило ФИО18 не позднее 4 октября 2018 года, в то время, как оспариваемые приказы были изданы по истечении 1 месяца с этого момента, то есть за пределами сроков, установленных ст. 193 ТК РФ. По одному и тому же поводу издано два приказа, то есть за одно деяние применено два дисциплинарных взыскания. Основанием для расторжения трудового договора по п. 7.1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является непринятие работником мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, если указанные действия дают основание для утраты доверия к работнику со стороны работодателя. Меры по предупреждению предполагаемого конфликта интересов им были предприняты, о чем ФИО18 было достоверно известно из его письменного обращения к нему. Однако, даже непринятие мер само по себе не является основанием для утраты доверия к работнику, и, следовательно, для расторжения с ним трудового договора. Кроме того, в/ч 87272 не является юридическим лицом, а он работником указанной войсковой части. ФИО18 ему не представлены какие-либо документы, подтверждающие полномочия в/ч 87272 или его руководителей, как вышестоящих по отношению к 601 ОМИС органов и (или) должностных лиц.

Данное исковое заявление ФИО13 также было принято к производству суда, возбуждено гражданское дело, которому присвоен № 2-689/2018.

Определением суда от 27 декабря 2018 года, по ходатайству стороны истца, по данному делу в качестве соответчика был привлечен Командующий ОКВС – командир войсковой части 87272 ФИО18, с исключением его из числа третьих лиц по делу.

В последующем, определением суда от 27 декабря 2018 года гражданские дела № 2-689/2018 по иску ФИО13 к ФКУ «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» в лице 601 ОМИС, Командующему ОКВС ФИО18, о признании незаконными приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года о нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года об увольнении в соответствии с п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, а также № по иску ФИО13 к ФКУ «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» в лице 601 ОМИС, Командующему ОКВС ФИО18, о признании незаконным приказа командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года о не предоставлении сведений по правовой работе начальником 601 ОМИС и срыве доклада командующему Тихоокеанским флотом, взыскании компенсации морального вреда, были объединены для совместного рассмотрения в одно производство, с присвоением объединенному делу № (ныне 2-35/2019). 

В ходе судебного разбирательства, истец и его представитель уточнили заявленные требования, окончательно просили: признать незаконными приказ командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года о не предоставлении сведений по правовой работе начальником 601 ОМИС и срыве доклада командующему Тихоокеанским флотом, приказ командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года о нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, приказ командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года об увольнении в соответствии с п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, восстановить ФИО13 на работе в должности начальника 601 ОМИС со дня увольнения (12 ноября 2018 года), взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с 13 ноября 2018 года по 24 января 2019 года в сумме 268 056 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей. Данные исковые требования истец и его представитель поддержали по изложенным в исках основаниям, просили их удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании ФИО13 и его представитель ФИО14 пояснили, что ФИО13 занимал должность начальника 601 ОМИС и в ноябре 2018 года получил приказ об увольнении с занимаемой должности по п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, подписанный командиром в/ч 87272 ФИО18, который они считают незаконными, поскольку была нарушена процедура наложения дисциплинарного взыскания, предусмотренная ст. 193 ТК РФ, в частности, нарушен месячный срок его применения, поскольку представление прокуратуры поступило Командующему ОКВС 04 октября 2018 года, и тогда ему стало известно о якобы имевшем место нарушении, а увольнение произошло 09 ноября 2018 года, кроме того, у ФИО13 не было затребовано объяснение, его только уведомили о том, что состоится заседание комиссии по соблюдению требований к служебному поведению работников и урегулированию конфликта интересов, в котором также не содержалось требования о даче каких-либо объяснений. В/ч 87272 не является юридическим лицом, а является структурным подразделением, полномочия которой определяются только надлежащим образом оформленной доверенностью, однако такой доверенности у ФИО18 не имеется, в связи с чем, у него отсутствовали какие-либо полномочия на увольнение истца, и в данном случае он их превысил. 601 ОМИС является обособленным структурным подразделением ОСК ВВО, на что указывает свидетельство о постановке на налоговый учет, а из Положения следует, что в/ч 87272 является структурным подразделением, но не ВВО, а Тихоокеанского флота, а ТОФ, в свою очередь, является структурным подразделением ВВО, то есть, находится ниже по статусу, чем 601 ОМИС. Относительно приказа № от 01 ноября 208 года пояснили, что в действиях ФИО13 отсутствуют виновные действия по не предоставлению сведений по правовой работе и срыву доклада командующему ТОФ, поскольку указания № от 05 октября 2018 года о предоставлении до 10 октября 2018 года он надлежащим образом не получал. Данные указания в МИС получил Альхимович, который ФИО13 их не передавал, кроме того, истец не уполномочивал его в установленном порядке на получение в МИС указанной корреспонденции, доверенность не выдавал, все документы в МИС ФИО13 должен получать лично. Под роспись ФИО13 данные указания не получал. О необходимости предоставить сведения по правовой работе ФИО13 стало известно только 17 октября 2018 года из телефонного разговора с ВрИО начальника МИС ФИО2, в этот же день им были подготовлены и представлены необходимые сведения. По поводу дисциплинарного взыскания по факту конфликта интересов также пояснили, что о представлении военного прокурора истец узнал только после увольнения, до заседания комиссии он не был ознакомлен с ним, поэтому официально им не было известно об этом представлении, но неофициально они знали о том, что военной прокуратурой проводится проверка, в ходе которой ФИО13 давались объяснения. Когда ФИО13 от заместителя военного прокурора стало известно о возможности возникновения конфликта интересов, истец сразу отреагировал и внес изменения в должностные регламенты инженеров, о чем уведомил военного прокурора, что им приняты меры по урегулированию конфликта интересов. Работодателя истец не уведомлял о возможности возникновения конфликта интересов, поскольку не считает, что таковой существует, ни изначально не существовал, ни уж тем более после принятия ФИО13 вышеназванных мер, которые исключают какой-либо конфликт интересов в связи с изменением должностного положения (переподчинения), созданием инженерной группы, где определен руководитель инженерной группы, которому инженер – Исадченко стал подчиняться. Работодателем никакой проверки по данному факту не проводилось, с результатами проверки, ни военная прокуратура, ни работодатель, истца не знакомили. Работодатель какую-либо дополнительную проверку по данному факту не проводил, объяснения не затребовал. С результатами рассмотрения данного вопроса на комиссии истца также не знакомили, вручили только два приказа об увольнении. После проведения заседания комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов, истцу никто не предлагал каким-либо образом урегулировать конфликт интересов. Не отрицали, что до заседания комиссии у истца в присутствии юрисконсульта ФИО14 состоялся разговор с ВрИО начальника МИС ФИО2 у последнего в кабинете, по вопросам, изложенным в представлении военного прокурора, в ходе которого им было предложено подготовить проект ответа военному прокурору, который был подготовлен и направлен ФИО2 по электронной почте. Кроме того, указали, что аттестационная комиссия, которая была создана приказом командира в/ч 87272, не вправе рассматривать вопросы, связанные с соблюдением требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов, не входящие в её компетенцию. Кроме того, данная комиссия, по мнению стороны истца, должна была быть создана при командовании ВВО, а не при его структурных подразделениях, не являющихся юридическими лицами. ФИО13 не оспаривал, что после заседания комиссии присутствовал к Командующего ОКВС, где в присутствии его заместителя, начальник штаба, двух юрисконсультов, начальника МИС ФИО2, Командующий ОКВС задавал ему вопросы относительно обстоятельств, рассматриваемых на комиссии, на которые он отвечал, после чего Командующий сказал, что у него нет к истцу вопросов и он вынужден его уволить, сказал, что приказ уже подготовлен, лежит у него на столе, и сказал, что у него есть время до обеда, чтобы уволиться по собственному желанию. 

Представитель ответчика Командующего ОКВС – командира в/ч 87272 ФИО18 – ФИО19, с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме, при этом суду пояснила, что в соответствии с указаниями Генерального штаба от 03 марта 2014 года и Директивой командующего ВВО от 17 марта 2014 года, а также Директивой командующего ТОФ от 18 марта 2014 года, 601 ОМИС включен в состав войсковых частей, подчиненных Командующему Войсками и силами на Северо-Востоке, место дислокации 601 ОМИС было определено в г. Вилючинск Камчатского края. Приказом Министра обороны РФ 29 декабря 2012 года № о представителях Министерства обороны РФ осуществляющих полномочия работодателя в отношении работников воинских частей и организаций в Вооруженных силах РФ, определено, что Командующими объединениями, осуществляются полномочия работодателя в отношении командиров, а также других организаций, входящих в состав объединений. 601 ОМИС включен в состав войсковых частей, подчиненных командующему Войсками и силами на северо-Востоке. Данное было доведено до начальника 601 ОМИС ФИО13 в ответ на его письменные обращения. Исадченко был добровольно заключен и подписан трудовой договор между ним и командиром войсковой части 87272, при этом, работодателем ФИО13 согласно данному трудовому договору является командир в/ч 87272, непосредственным начальником – начальник Морской инженерной службы в/ч 87272, в данном случае, майор ФИО2 ФИО13, заключая трудовой договор, заключенный с испытательным сроком, имел возможность в течение данного срока выяснить все интересующие его вопросы относительно его подчинения и полномочий, и принять для себя окончательное решение о своем трудоустройстве на данную должность до истечения данного срока. По вопросу оспариваемого приказа об объявлении взыскания в виде замечания, пояснила, что телеграмма с указаниями № от 05 октября 2018 года о предоставлении до 10 октября 2018 года сведений по правовой работе была направлена в адрес 601 ОМИС и была получена представителем 601 ОМИС Альхимовичем. Запрашиваемые сведения в установленный срок представлены истцом не были, в связи с чем, доклад Командующему ТОФ был сорван, данные сведения были представлены ФИО13 только 17 октября 2018 за №. В связи с данными обстоятельствами, от истца были запрошены объяснения, в которых он указал, что официально об этом не знал, поэтому ничего предоставлять не должен, как только узнал, так и предоставил, что своей вины в этом не усматривает. Полагала, что дисциплинарное взыскание в виде замечания по данному факту было применено правильно и оснований для его отмены не имеется. По вопросу оспариваемого приказа о нарушении антикоррупционного законодательства, пояснила, что изначально по данному вопросу проводилась прокурорская проверка военной прокуратурой Вилючинского гарнизона, в ходе которой ФИО13 давал свои объяснения, после чего, в адрес командующего Войсками и силами, как работодателя, было внесено представление в целях урегулирования возможного конфликта интересов, которое поступило 04 октября 2018 года, вместе с тем, решение по указанному представлению было принято на заседании комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов 02 ноября 2018 года. Поскольку данный вопрос необходимо решать на заседании указанной комиссии, согласно приказу № с участием сторонних лиц, в данном случае, это начальник «Востокрегионжилье», начальник УФО МО РФ, представителей трудового коллектива, требовалось достаточное количество времени, в целях подготовки заседания, вручения её членам представления и иных документов, подтверждающих основания для его назначения, а также необходимости уведомления лица, в отношении которого проводится данная комиссия, выслушивания его объяснений. Данная комиссия была организована на 02 ноября 2018 года, однако начальник 601 ОМИС ФИО13 посчитал, что его нахождение на ней нецелесообразно. После поступления представления военного прокурора и до заседания комиссии, содержание представления также было доведено до ФИО13 его непосредственным начальником – и.о. начальника МИС ФИО2, который ему указал на необходимость урегулирования конфликта интересов путем расторжения договора на 0,5 ставки инженера, однако истец на это никак не отреагировал, ссылаясь на то, что никакого конфликта интересов нет. Командующим ОКВС не было согласовано принятие ФИО13 на работу на 0,5 ставки инженера, направленный истцом в его адрес рапорт об этом, остался нереализованным, соответствующей резолюции Командующего на нем не имелось. По результатам рассмотрения данного вопроса на заседании комиссии, в действиях ФИО13 была установлена коррупционная составляющая, наличие конфликта интересов, при этом, комиссия полагала, что нарушение антикоррупционного законодательства с его стороны является серьезным, и учитывая, что на момент проведения заседания комиссии, у комиссии отсутствовали сведения об урегулировании конфликта интересов, ФИО13, исходя из его письменных объяснений от 30 октября 2018 года, его таковым не считал, а принятые им меры не исключали конфликта интересов, комиссией единогласно было принято решение о наличии конфликта интересов и работодателю даны рекомендации о применении по данному факту к работнику ФИО13 дисциплинарного взыскания в виде увольнения. Приказ об увольнении был издан 09 ноября 2018 года без нарушения срока применения дисциплинарного взыскания, который полагает необходимым исчислять не с момента поступления представления военного прокурора, а с момента, когда комиссией 02 ноября 2018 года было принято решение по итогам рассмотрения обстоятельств нарушения требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности и по вопросу урегулирования конфликта интересов ФИО13, при этом, последний посчитал нецелесообразным своё участие в данном заседании, сообщив, что данный конфликт интересов считает исчерпанным, поскольку он провел манипуляции по переподчинению должности инженера ведущему инженеру. ФИО13 было известно о том, какой вопрос будет рассматриваться на заседании комиссии, о чем он указал в своем письме от 31 октября 2018 года. С результатами комиссии ФИО13 был ознакомлен. В письменном виде Командующим ОКВС ФИО13 не предлагалось урегулировать конфликт интересов и дать письменные объяснения по данному факту, вместе с тем, для решения, в том числе, данных вопросов 07 ноября 2018 года было проведено служебное совещание в кабинете у Командующего ОКВС, на котором присутствовали: сам Командующий ОКВС, его заместитель, начальник штаба, она, главный юрисконсульт, непосредственный начальник истца ФИО2, а также сам ФИО13, где были озвучены обстоятельства, изложенные в представлении военного прокурора, результаты заседания комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов, что она рекомендовала его к увольнению, а также другие сведения о его трудовой деятельности и факты нарушений, после чего истцу предлагалось дать объяснения по данному факту и принять меры к урегулированию конфликта интересов, что возможно было сделать только путем расторжения им договора с самим собой на 0,5 ставки инженера, однако ФИО13 проигнорировал все предложения работодателя, отказался это делать, указывая, что никакого конфликта интересов не имеется и объяснений он давать не будет, что Командующий может делать все, что захочет, а он будет обращаться в суд. Утрата доверия к ФИО13 со стороны работодателя выразилась в том, что ФИО13 не признал в своих действиях каких-либо нарушений антикоррупционного законодательства, несмотря на позицию по данному вопросу работодателя, конфликт интересов не устранил, полагая, что его не существует, в свою очередь, работодатель не может работать с человеком, который не считает его работодателем, не исполняет его указания, более того, не считает нужным принимать участие в каких-либо организационных вопросах. При применении дисциплинарного взыскания работодателем учитывались характер и тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, его личность, отношение к содеянному, его предшествующая трудовая деятельность.

Ответчик ФКУ «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» в лице 601 ОМИС, о времени и месте судебного разбирательства уведомленный надлежащим образом, своего представителя в суд не направил, письменного мнения по иску не представил.

Третьи лица ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу», Министерство обороны РФ, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направили. 

Ранее представителем ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу» ФИО20 было представлено письменное мнение, в котором представитель просил рассматривать дело в отсутствие представителя Управления, при этом, указал, что на Управление возложено финансовое обеспечение, в том числе, в/ч 87272 и 601 ОМИСа, в части выплаты заработной платы гражданскому персоналу. Согласно приказу заместителя Министра обороны РФ от 30 июня 2017 года №дсп в/ч 87272 и 601 ОМИС зачислены на финансовое обеспечение в Управление без открытия самостоятельных лицевых счетов в органах федерального казначейства. На основании приказа № от 09 ноября 2018 года об увольнении истца с 12 ноября 2018 года, копии табеля учета использования рабочего времени 601 ОМИСа за ноябрь 2018 года, ФИО13 была начислена и перечислена на банковскую карту заработная плата за период с 01 по 12 ноября 2018 года (окончательный расчет) в размере 138 466 рублей 30 копеек. 17 августа 2018 года исх. № Управление обратилось в адрес военного прокурора Вилючинского гарнизона в целях принятия мер о пресечении нарушений норм действующего законодательства в связи с заключением истцом, занимавшим должность начальника 601 ОМИС трудового договора от 02 апреля 2018 года № о выполнении работы в 601 ОМИС по должности инженер, поскольку данный трудовой договор был заключен им с самим собой, что свидетельствовало о нарушении истцом положений антикоррупционного законодательства РФ. Вместе с тем, явилось ли представление военного прокурора по результатам обращения рассмотрения обращения Управления, основанием для издания командиром в/ч 87272 приказа № от 09 ноября 2018 года, равно как соблюдена ли установленная процедура увольнения истца, Управлению неизвестно, поскольку в трудовых отношениях с истцом Управление не состояло. Отметил, что расчет среднего заработка, представленный истцом, Управлением не оспаривается, вместе с тем, из него необходимо произвести вычет 13% НДФЛ, поскольку в случае удовлетворения требований истца, данная сумма налога подлежит исключению и перечислению во внебюджетные фонды РФ в соответствии со ст.ст. 207, 209 НК РФ. Полагает, что ОСК ВВО является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку истцом ни одного требования к нему не заявлено, ОСК ВВО не совершало каких-либо действий повлекших увольнение истца с должности начальника 601 ОМИС. Поскольку доказательств того, что в результате действий должностных лиц Управления, истцу причинены нравственные и (или) физические страдания, в материалах дела не имеется, то законных оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда в рамках настоящего спора с Управления, не имеется.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом уведомленных о времени и месте его рассмотрения.

Допрошенный в качестве свидетеля начальник МИС в/ч 87272 ФИО2, суду показал, что в начале октября 2018 года ему поступила телефонограмма с указаниями № от 05 октября 2018 года о предоставлении начальником 601 ОМИС до 10 октября 2018 года сведений о правовой работе. В день поступления данных указаний в МИС, а это было за несколько дней до истечения установленного в ней срока исполнения, им, на тот момент и.о. начальника МИС, содержание данной телефонограммы было доведено в устной форме по телефону до сведения начальника 601 ОМИС ФИО21, а также указано на необходимость направить в МИС своего сотрудника для получения данных указаний, на что ФИО13 сказал, что даст ответ и направит своего сотрудника Альхимовича для получения телефонограммы. В этот же день в МИС прибыл сотрудник 601 ОМИС Альхимович, который под роспись получил телефонограмму № от 05 октября 2018 года, о чем имеется роспись этого человека в журнале получения корреспонденции. Обычно корреспонденцию в МИС для 601 ОМИС получала делопроизводитель, сотрудница 601 ОМИС, также Альхимович ранее периодически получал предназначенную для 601 ОМИС корреспонденцию, при этом, жалоб от начальника 601 ОМИС о том, что какие-то документы, полученные им в МИСе, не поступили в 601 ОМИС, никогда не поступало. Также корреспонденцию получали сам ФИО13 и его заместитель ФИО22. Кроме того, показал, что при приеме на работу ФИО13 до него доводился порядок отправки корреспонденции для 601 ОМИС, согласно которому человек от 601 ОМИС едет в г. Петропавловск-Камчатский, заезжает и забирает документы, адресованные начальнику 601 ОМИС. Со слов Альхимовича, получив указанный документ, он вечером привез его в 601 ОМИС, где передал, кому точно он не помнит, либо в делопроизводство, либо непосредственно начальнику 601 ОМИС. Однако Исадченко своевременно не выполнил указания по предоставлению отчета по юридической службе, в связи с чем, по поручению Командующего ОКВС им у ФИО13 были отобраны объяснения, которые он указал в письме от 25 октября 2018 года, где также изложил проблематику, которая имеется в 601 ОМИС. По результатам этого, Командующим было объявлено ФИО13 дисциплинарное взыскание. Ранее таких фактов привлечения к ответственности за не предоставление каких-то сведений, не имелось. Также в начале октября 2018 года Командующим ОКВС ему было отписано представление военного прокурора, в котором содержались сведения о возможном нарушении со стороны ФИО21 требований антикоррупционного законодательства. В соответствии с поручением Командующего ОКВС, ему необходимо было решить проблему, изложенную в представлении, подготовить ответ военному прокурору. После получения данного представления военного прокурора, в соответствии с поставленной Командующим ОКВС задачей, у него в его кабинете состоялся разговор с ФИО13, в ходе которого он довел до истца о содержании представления военного прокурора, указал на недопустимость изложенных в нем обстоятельств, при этом, предложил ему урегулировать конфликт интересов, выдвинув требование о расторжении трудового договора, заключенного с самим собой. ФИО13 сказал, что военный прокурор, который внес представление, на его стороне, и что если Командующий примет в отношении него какие-либо меры, то прокурор их отменит. Также ФИО13 сказал, что в его действиях никаких нарушений нет, что конфликт интересов не имеет место быть, что он принял себя на должность инженера, который подчинен не начальнику 601 ОМИС, а начальнику отделения, что требования прокурора необоснованны и он их выполнять не будет. Об этом он доложил Командующему ОКВС. После этого, в отношении ФИО21 было назначено заседание комиссии по урегулированию конфликта интересов, о котором истец был уведомлен, но участия в заседании комиссии по урегулированию конфликта интересов ФИО13 не принимал, ответил письмом в адрес командующего, где в очередной раз изложил всю проблематику, существующую у него в организации, а также указал, что работодатель, с которым заключен трудовой договор, ему не начальник, и он считает нецелесообразным прибывать на эту комиссию. Со слов бывшего начальника МИС ФИО23 ему было известно, что ФИО13 по поводу своего трудоустройства на 0,5 ставки инженера обратился с рапортом к Командующему ОКВС, который своего согласия на это не дал. По результатам заседания 02 ноября 2018 года, комиссией было единогласно принято решение о необходимости применения данного коррупционного правонарушения дисциплинарного взыскания в виде увольнения. После проведения заседания комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов, за несколько дней до увольнения командующий назначил служебное совещание, на которое попросил пригласить ФИО13 для окончательного решения вопроса по урегулированию конфликта интересов. Он позвонил истцу и сообщил об этом, сказал, что командующий хочет с ним поговорить по поводу результатов комиссии. В назначенный день ФИО13 прибыл, совещание было проведено, насколько он помнит, было это 07 ноября 2018 года, при этом, точно помнит, что на совещание по этому вопросу они собирались один раз и длилось оно около 30 минут. До того, как они зашли в кабинет Командующего ОКВС, он вновь предлагал ФИО13 урегулировать конфликт интересов, но тот сказал, что никакого конфликта нет. На совещании присутствовали: сам Командующий, ФИО24, начальник отдела кадров Петров, он, как непосредственный начальник истца, юристы, а также ФИО13 Совещание началось с того, что Командующий ОКВС довел до ФИО21 о результатах проведенного заседания комиссии по урегулированию конфликта интересов и принятом на ней решении, также он довел до него и о наличии совокупности других обстоятельств, указывающих на недоверие истцу, как к начальнику 601 ОМИС. Были озвучены обстоятельства нарушения им режима секретности в вверенном ему подразделении, использование личной техники, нарушения режима ЗГТ. Командующий говорил о претензиях со стороны ФИО13, что 601 ОМИС до сих пор не обеспечен установленным порядком по линии МО РФ оргтехникой, но указывал при этом, что руководство 601 ОМИС не предприняло никаких мер с момента его создания и до сегодняшнего дня, чтобы подать хоть одну заявку. Командующий указывал на неприемлемый в Вооруженных силах прием истцом юрисконсульта ФИО24, согласно трудовому договору с которым, работа осуществляется им дистанционно, юрист не пребывает на рабочее место и находится неизвестно где, с оплатой связи, в том числе, мобильной, и расходов, связанных с приобретением программного обеспечения,. Также было указано на неоднократное выраженную позицию руководителя 601 ОМИС о том, что Командующий не является его работодателем, и его непосредственным начальником, о неисполнении требований в установленные сроки, о непринятии ФИО13 дел и должности начальника 601 ОМИС. Командующий ознакомил истца с какими-то приказами о наложении дисциплинарных взысканий в виде замечания, протоколом заседания комиссии, показал проект приказа об увольнении по утрете доверия. После этого Командующий предоставил слово ему, как непосредственному руководителю, чтобы выразить свое мнение о работнике. На что он пояснил, что ФИО13 увидев, что есть ряд проблем и вопросов, требующих незамедлительного решения, таких как отсутствие доверенности, по его мнению, от Командующего округом на осуществление функций 601 ОМИС, отсутствие Положения, утвержденного Командующим округом, по его мнению, являющегося для него руководителем, который должен все эти документы утверждать, и занимаясь этим вопросом в течение полугода, результатов никаких не получил, до настоящего времени не принял дела и должность, уклоняется от ответственности, и не хочет ничего подписывать, чтобы потом, якобы, не было проблем. После этого, Командующий ОКВС стал задавать истцу вопросы по данным обстоятельствам, спрашивал, урегулирован ли конфликт интересов, каким образом он мог принять сам себя на работу, как он может сам себя отпускать в отпуск, сам себе выплачивать премию и применять самому к себе взыскания, и попросил по этому поводу дать объяснение, на что ФИО13 сказал, что не считает это нарушением антикоррупционного законодательства, поскольку между начальником 601 ОМИС и той должностью, на которую он себя принял, имеется еще начальник отделения, которому непосредственно подчинен Исадченко, как инженер, что конфликта интересов в этом нет, что он его урегулировал еще до того, как было вынесено представление прокурора и более никаких объяснений по этому поводу он давать не будет. После этого ФИО13 стал опять говорить о проблематике, существующей в ОМИС, сказал, что Командующий для него никто, не руководитель, его требования для него не интересны. После этого Командующий предложил ФИО13 написать заявление на увольнение по собственному желанию, дабы не усугублять его дальнейшее трудоустройство, предоставил ему для этого время до обеда, и сказал, что в противном случае, он подпишет приказ и будет уволен «по статье» за утрату доверия. 

Допрошенный в качестве свидетеля заместитель командующего Войсками и силами на Северо-Востоке по военно-политической работе, капитан первого ранга ФИО3, суду показал, что осенью 2018 года в/ч 87272 было получено представление из военной прокуратуры о том, что в их подразделении, гражданском учреждении 601 ОМИС, которое подчиняется командованию Войск и сил на Северо-Востоке, усматривается конфликт интересов, связанный с тем, что начальник данного учреждения сам себя принял на дополнительную работу в подконтрольное ему же отделение. Командующим ОКВС по данному факту отделу кадров была поставлена задача, разобраться, подготовить необходимые документы, у должностных лиц МИС были отобраны объяснения и когда весь комплект документов по данному вопросу был собран, то по его рассмотрению было назначено заседание комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов, которое в назначенный день состоялось, в составе комиссии около 12 человек в определенный день. Состав комиссии составлял около 12 человек, поскольку в случае разрешения подобных вопросов привлекаются также председатель Профсоюза, начальник ВРУЖО, представитель УФО МО РФ. ФИО13 отсутствовал на заседании комиссии, комиссия прождала его около 40 минут, но он так и не появился. После этого, до членов комиссии был доведен предмет обсуждения, затем все члены комиссии достаточно негативно высказались по обстоятельствам рассматриваемого вопроса, после чего комиссия, усмотрев в действиях ФИО13 коррупционную составляющую, приняла решение дать работодателю рекомендации о принятии к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения. Полагает, что если бы к моменту рассмотрения данного вопроса на комиссии, ФИО13 явился на комиссию, представил сведения об урегулировании конфликта интересов, расторжении трудового договора на 0,5 ставки инженера, то решение комиссии было бы иным. Несмотря на то, что сведений о том, что ФИО13 сам себе выписывал премии, не имеется, вместе с тем, полагает, что конфликт интересов это не исключает, поскольку недопустимо, когда руководитель закрывает сам себе табель учета рабочего времени по должности на 0,5 ставки, в то время, как реально эти должностные обязанности инженера он мог и не исполнять, в этом усматривается общественная опасность. Командующим ОКВС однозначно рекомендации комиссии по урегулированию конфликта интересов приняты не были, им примерно через неделю после заседания комиссии было организовано служебное совещание в целях окончательного решения вопроса по урегулированию конфликта интересов в трудовой деятельности ФИО13, с участием последнего. Совещание проходило в кабинете у Командующего ОКВС, 07 или 08 ноября 2018 года, на нем присутствовали: сам Командующий, он, начальник штаба, два юриста, представитель МИС, бывший начальник отдела кадров Петров, а также ФИО13 На совещании Командующий ОКВС доложил информацию присутствующим по данному вопросу, сообщив, что ФИО13 принял сам себя на работу на 0,5 ставки инженера, после чего выступили все присутствующие, после чего Командующий ОКВС спросил у ФИО13, каким образом данная проблема будет решена, признает ли он наличие конфликта интересов, если признает и намерен его урегулировать, расторгнув договор на 0,5 ставки, то тогда он получит соответствующее взыскание и продолжит свою работу по основной должности. На что ФИО13 ничего не признал, сказал, что он не видит в этом никакого конфликта интересов, в связи с чем, несмотря на то, что вопрос об увольнении ФИО13 на совещании изначально не стоял, в отношении него в итоге работодателем было принято более жесткое решение. 

Свидетель ФИО4, суду показала, что является главным юрисконсультом - начальником юридической службы в/ч 87272. В ноябре 2018 года состоялось заседание комиссии по соблюдению служебного поведения и урегулированию конфликта интересов по факту обстоятельств, изложенных в представлении военного прокурора Вилючинского гарнизона, о нарушении ФИО13 антикоррупционного законодательства, путем принятия себя на работу на 0,5 ставки инженером. На комиссии были почти все члены комиссии, также присутствовали военный прокурор Вилючинского гарнизона, прокурор Петропавловск-Камчатского гарнизона. Членам комиссии были представлены представление военного прокурора, а также письменные объяснения ФИО13, который сам участия не принимал, направив уведомительное письмо, в котором сообщил, что прибывать на заседание комиссии не будет, в связи с тем, что конфликт интересов был им урегулирован, проведенными им манипуляциями, а также в связи с тем, что в/ч 87271 не полномочна проводить такие комиссии в отношении него, а также что Командующий ОКВС не является его работодателем, и не имеет таких полномочий. Заседание комиссии было проведено в отсутствие истца, было зачитано представление военного прокурора, всем присутствующим представлен необходимый комплект документов. Также на комиссии присутствовал непосредственный начальник ФИО13 ФИО2, который охарактеризовал истца, после чего все проголосовали и пришли к единогласному выводу, что ФИО13 допущено серьезное коррупционное правонарушение, принятые им меры по переподчинению конфликт интересов не устраняли, в связи с чем, комиссией было предложено работодателю принять к ФИО13 меры дисциплинарного воздействия в виде увольнения по утрате доверия. Полагает, что данный конфликт интересов мог быть устранен ФИО13 только путем расторжения трудового договора на 0,5 ставки, при этом, в обязанности Командующего ОКВС, не входит обязанность письменно уведомлять работника о том, какие конкретно меры по урегулированию конфликта интересов, ему необходимо принять, ФИО13 в данном случае должен был сам принять необходимые меры и урегулировать данный конфликт интересов. После того, как было проведено заседании комиссии, решение которой носит лишь рекомендательный характер, Командующий ОКВС все-таки решил вызвать ФИО13 на беседу, для чего попросил её организовать служебное совещание по данному вопросу в целях урегулирования конфликта интересов, с участием самого ФИО13 Совещание проходило 07 ноября 2018 года, в то день, на который оно и было назначено, при этом, на нем присутствовали: она, ФИО24, начальник отдела кадров, сам Командующий, начальник штаба, ФИО25 и заместитель командующего по правовой работе – ФИО26 На данном совещании ФИО25 охарактеризовал ФИО13 по просьбе Командующего ОКВС, характеристика была дана посредственная. ФИО2 жаловался, что необходимо провести инвентаризацию, но сделать это они не могут, так как начальник 601 ОМИС не принял дела, не принял должность, не хочет подписывать никакие документы, ссылаясь на то, что у него нет полномочий, что он не хочет брать на себя ответственность. После этого Командующий стал выяснять и спрашивать у ФИО13 относительно его трудовой деятельности и его должностных обязанностей, имевшихся нарушениях по ЗГТ, по поводу того, что ФИО13 не принял дела и должность, не подготовил своевременно документы, которые должен был представить в связи с чем, был сорван доклад Командующему ТОФ, что все его общение сводится к тому, что он ничего не будет выполнять, поскольку у него нет полномочий, но при этом, чтобы они у него появились, сам ничего не делает. Какого-либо вразумительного ответа от ФИО13 не последовало. Обсуждался вопрос по поводу принятия им юриста Бородавкина на каких-то вымышленных условиях, вопреки установленным нормативными документами МО РФ формам договоров. После Командующий ОКВС спрашивал, как так получилось, что ФИО13 принял сам себя на работу, что была проведена прокурорская проверка по данному факту, что это нарушение антикоррупционного законодательства, которое накладывает определенные ограничения и запреты для должности, которую замещает ФИО13, что истец должен был это понять еще тогда, когда давал по данному факту объяснения военному прокурору и устранить конфликт интересов. На что истец сказал, что он считает, что конфликт интересов он урегулировал путем переподчинения. Тогда ему объяснили, что в любом случае, даже если Исадченко переподчинил себя другому инженеру, он тем самым данный конфликт интересов не устранил. После этого ФИО13 было предложено урегулировать данный конфликт интересов путем увольнения себя с 0,5 ставки, на что ФИО21 опять повторил, что конфликта интересов нет, он его устранил путем проведенных им кадровых манипуляций. В итоге беседа закончилась тем, что ФИО13 сказал, что Командующий ОКВС не может быть для него работодателем, что у командующего нет таких полномочий. ФИО13 было предложено Командующим ОКВС в письменном виде указать о том, что он отказывается урегулировать конфликт интересов тем способом, который ему был предложен, на что истец сказал, что ничего писать не будет, объяснений никаких давать не будет. На что Командующий ОКВС сказал, что если ФИО13 не желает идти по такому пути, то он в свою очередь пойдет по пути рекомендаций комиссии, которая предложила уволить ФИО13 по утрате доверия. После этого Командующий ОКВС предложил истцу написать заявление об увольнении по собственному желанию, на что тот отказался, сообщив, что его вообще не имеют права увольнять и что они встретятся в суде. Полагает, что основанием для утраты доверия, в первую очередь послужило то обстоятельство, что ФИО13 нарушил запреты и ограничения, предусмотренные законом о противодействии коррупции, и при наличии конфликта интересов не пожелал его урегулировать. Остальные вопросы освещались и были учтены больше как характеризующий ФИО13 материал, который также учитывался при применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения. Если бы истец урегулировал данный конфликт интересов, то продолжал работать. Также свидетель показала, что ею, как руководителем подразделения юридической службы, периодически подаются сведения вышестоящему командованию. В один из очередных таких докладов, она отправила телеграммы по всем подразделениям, одним из которых является 601 ОМИС, указав сроки, в которые необходимо было предоставить определенные сведения по юридической работе. Однако испрашиваемые сведения ею были получены от всех, кроме 601 ОМИС. При этом, они с ФИО2 часто встречались и она у него постоянно спрашивала, когда будут представлены сведения, он говорил, что каждый день он звонит, просит, отправлял письма в 601 ОМИС, и в итоге только тогда, когда она уже пригрозила дисциплинарным взысканием, и когда уже данные сведения были не актуальны, 601 ОМИС эти сведения представил. По данному факту ФИО13 пояснил, что он ничего не знал, что до него о необходимости представить какие-либо сведения, не доводилось.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО5 и ФИО6 суду показали, что 07 ноября 2018 года они направлялись в г. Петропавловск-Камчатский по своим делам, по магазинам, при этом на автомобиле ФИО5 также подвозили ФИО13, автомобиль которого был в ремонте, в свою очередь ему надо было в район ДОФа, где находится штаб. Они ехали по дороге через автосалон «КИА»и, доехав до шашлычной в районе цементного завода, они попали в пробку, которая образовалась из-за произошедшего ДТП, в которой они простояли с 09 часов 30 минут в течение пятидесяти минут. Когда они находились в пробке, то ФИО21 нервничал, кому-то все время звонил, говорил, что опаздывает из-за пробки на дороге. Объехав пробку, они через «Смотровую» доехали до ДОФа, где около 11 часов 20 минут высадили ФИО21 возле штаба, при этом, ФИО6 видел, что ФИО13 пошел в штаб. После чего они уехали по своим делам и больше ФИО13 в этот день не видели.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, допросив свидетелей, изучив материалы и обстоятельства дела, в том числе, надзорного производства, а также заслушав заключение военного прокурора, который полагал требования истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе не подлежащими удовлетворению, поскольку основания увольнения ФИО21 с занимаемой должности имелись, при процедуре увольнения каких-либо существенных нарушений трудовых прав и законных интересов истца допущено не было, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 349 ТК РФ на работников, заключивших трудовой договор о работе в воинских частях, учреждениях, военных образовательных организациях высшего образования и военных профессиональных образовательных организациях, иных организациях Вооруженных Сил Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена военная служба, распространяются трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, с особенностями, установленными Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, к трудовым отношениям лиц, работающих в организациях Вооруженных Сил Российской Федерации (гражданскому персоналу Вооруженных Сил Российской Федерации), подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, установленных актами Министерства обороны Российской Федерации (в том числе рекомендациями, директивами), содержащими нормы трудового права, что не противоречит положениям ст. 349 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Согласно ст. 20 ТК РФ, сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель, при этом, в качестве работодателя могут выступать физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне», Вооруженные Силы Российской Федерации состоят из центральных органов военного управления, объединений, соединений, воинских частей и организаций, которые входят в виды и рода войск Вооруженных Сил Российской Федерации и в войска, не входящие в виды и рода войск Вооруженных Сил Российской Федерации.

При этом, управление объединения, управление соединения и воинская часть Вооруженных Сил Российской Федерации могут являться юридическим лицом в форме федерального казенного учреждения (ст. 11.1 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне»).

Решение о создании в качестве юридического лица управления сформированного объединения, управления сформированного соединения или сформированной воинской части Вооруженных Сил Российской Федерации, а также о реорганизации или ликвидации указанного юридического лица принимается министром обороны Российской Федерации.

Согласно ст. 12 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне», личный состав Вооруженных Сил Российской Федерации включает военнослужащих и лиц гражданского персонала (федеральных государственных гражданских служащих и работников) Вооруженных Сил Российской Федерации.

В соответствии с пунктом первым, подпунктом 38 пункта седьмого Положения о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 августа 2004 года № 1082, Минобороны России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по нормативно-правовому регулированию в области обороны, а также иные установленные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации функции, организует прохождение военной службы военнослужащими, а также работу (службу) гражданского персонала в Вооруженных Силах.

Министерство обороны Российской Федерации в соответствии с Правилами подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 1997 года № 1009, в пределах своей компетенции на основе и во исполнение федеральных законов, указов и распоряжений Президента Российской Федерации, постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации издает нормативные правовые акты.

В соответствии с положениями приказа Министра обороны Российской Федерации от 29 декабря 2012 г. № 3910 «О представителях Министерства обороны Российской Федерации, осуществляющих полномочия работодателя в отношении работников воинских частей и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации» работодателями в отношении работников воинских частей и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации являются командующие объединениями (им равные) - в отношении командиров (руководителей) воинских частей (организаций), входящих в состав объединений (им равных), и работников органов управления объединений (им равных). Указанные лица вправе заключать с работниками воинских частей (организаций) трудовые договоры о работе в воинских частях (организациях), находящихся на территории Российской Федерации, - в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно Положению о войсках и силах (на Северо-Востоке Российской Федерации), войска и силы на Северо-Востоке Российской Федерации, являются оперативным территориальным объединением ВМФ, организационно входящим в состав Краснознаменного Тихоокеанского флота (ТОФ).

Войска и силы возглавляет командующий войсками и силами на Северо-Востоке Российской Федерации (Командующий войсками и силами). Командующий войсками и силами является прямым начальником всего личного состава войск и сил и подчиняется командующему ТОФ.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что в соответствии с указаниями ГШ ВС РФ от 03 марта 2014 года № 314/5/1017, директивы ОСК ВВО ото 17 марта 2014 года № 32/10/1270, директивы командующего Тихоокеанским флотом от 18 марта 2014 года № 13/1/415, сформировано 601 отделение морской инженерной службы (ОМИС) по штату № 84/554-53 численно 77 должностей гражданского персонала – индекс части 07930618, включено в состав воинских частей, подчиненных Командующему войсками и силами на Северо-Востоке РФ, дислоцируется в г. Вилючинске Камчатского края, включено в Схему мобилизационного развертывания войск (сил) (т. 2 л.д. 153, 154, л.д. 78-79, 80-87 надзорного производства).

Согласно Положению о 601 ОМИС Министерства обороны РФ, утвержденному приказом командира в/ч 87272, 601 ОМИС входит в состав войск и сил (на Северо-Востоке Российской Федерации) и подчиняется командующему войсками и силами (на Северо-Востоке Российской Федерации) через непосредственное подчинение начальнику морской инженерной службы войск и сил (на Северо-Востоке Российской Федерации).

Учреждение является обособленной организацией, находится в ведомственном подчинении Министерства обороны РФ, есть Учреждение не вправе отказаться от выполнения государственных заданий, которые устанавливаются для него Учредителем. Взаимоотношения Учреждения с органами военного управления осуществляются в порядке, установленном в Министерстве обороны РФ (п. 3) (надзорное производство л.д. 38-49).

В соответствии с приказом Министра обороны РФ № 33 от 30 января 2018 года, с указанной даты Командующим войсками и силами на Северо-Востоке назначен ФИО18.

Финансовым довольствующим органом войсковой части 87272 и 601 ОМИС является ФКУ «УФО МО РФ по КК и ЧАО», куда они зачислены на финансовое обеспечение в соответствии с приказом заместителя Министра обороны РФ от 30 июня 2017 года № 600дсп (т. 2 л.д. 106).

В судебном заседании установлено, что истец ФИО13 с 01 марта 2018 года работал в 601 ОМИСе в должности начальника 601 ОМИС, являющейся его основным местом работы, что следует из пояснений сторон, а также подтверждается выпиской из приказа командира в/ч 87272 № от 01 марта 2018 года, трудовым договором №, заключенным 01 марта 2018 года между командиром в/ч 87272 ФИО18 и работником ФИО13 (т. 2 л.д. 146, 147-152). 

Таким образом, в силу указанных норм трудового законодательства, приказа Министра обороны Российской Федерации от 29 декабря 2012 года № 3910, Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне», Положения о войсках и силах (на Северо-Востоке Российской Федерации), Положения о 601 ОМИСе, ответчик ФКУ «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» не является по отношению к истцу работодателем, в свою очередь Командующий войсками и силами на Северо-Востоке Российской Федерации (Командующий ОКВС) - командир войсковой части 87272 ФИО18 выполняет в трудовых отношениях, сложившихся на основании трудового договора, по отношению к истцу функции работодателя и в случае нарушения прав данного работника, в том числе, связанных с применением дисциплинарного взыскания, увольнением, именно он обязан нести ответственность.

В связи с этим, доводы стороны истца о том, что Командующий ОКВС – командир в/ч 87272 не является работодателем по отношению к начальнику 601 ОМИС ФИО13, поскольку в/ч 87272 не является юридическим лицом, а является структурным подразделением, полномочия руководителя которой должны определяться надлежащим образом оформленной доверенностью, а при отсутствии таковой, ФИО18 как представитель работодателя превысил свои полномочия, суд находит необоснованными, основанными на неверном толковании норм права.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, предусмотренные вышеназванной правовой нормой: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу (ст. 193 ТК РФ в ред. Федерального закона от 03 августа 2018 года № 304-ФЗ).

В пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дел об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В соответствии с п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в силу ст. 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, ст. 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ст. 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарных взысканий и о восстановлении на работе, подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как установлено в судебном заседании, приказом командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года, за неисполнение указаний командира, выразившихся в не предоставлении по причине личной недисциплинированности сведений по правовой работе, что привело к срыву доклада командующему ТОФ, к начальнику 601 ОМИС, служащему ФИО13 применено дисциплинарное взыскание в виде замечания (т. 2 л.д. 165).

Проверяя законность привлечения истца к дисциплинарной ответственности данным приказом № от 01 ноября 2018 года, изучив содержание оспариваемого приказа, суд приходит к следующему. 

Согласно трудовому договору, заключенному с истцом, работник подчиняется непосредственно начальнику морской инженерной службы в/ч 87272, и обязан: выполнять должностные обязанности начальника 601 ОМИС, соблюдать установленные в организации Правила внутреннего трудового распорядка, производственную и финансовую дисциплину, добросовестно относится к исполнению своих должностных обязанностей.

Как следует из Положения о 601 ОМИС (л.д. 38-49 надзорного производства), данное Учреждение предназначено для решения задач по обеспечению обороны и безопасности Государства, контролю за обеспечение качественного содержания и эксплуатации объектов специального фонда МО РФ (гидротехнических сооружений) и оборонительных объектов в мирное и военное время; учету и контролю за использованием объектов недвижимости, в том числе, объектов специального фонда МО РФ (гидротехнических сооружений), оборонительных объектов и земельных участков МО РФ, переданных Учреждению в оперативное управление и (или) постоянное (бессрочное) пользование. 

Учреждение в своей деятельности руководствуется Конституцией РФ, федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента РФ, в том числе, издаваемыми им как Верховным Главнокомандующим ВС РФ, актами Правительства РФ, международными договорами РФ, правовыми актами Министерства обороны РФ, директивами Генерального штаба, приказами и директивами Главного командования ВМФ, приказами и директивами Объединенного стратегического командования Восточного военного округа, приказами и директивами штаба Тихоокеанского флота и приказами и директивами командующего войсками и силами (на Северо-Востоке РФ), а также настоящим Положением.

Руководство Учреждением осуществляет начальник 601 ОМИС. Начальник отделения является прямым начальником всего гражданского персонала 601 ОМИС и подчиняется начальнику МИС войск и сил на Северо-Востоке РФ. Начальник Учреждения действует от имени Учреждения, представляет его интересы в отношениях с физическими и юридическими лицами, органами государственной власти и местного самоуправления. Начальник отделения является прямым начальником всех работников Учреждения.

Начальник Учреждения отвечает за руководство деятельностью Учреждения и несет персональную ответственность за выполнение задач и осуществление функций, возложенных на Учреждение; издание в пределах своей компетенции, приказов и иных правовых актов, касающихся деятельности Учреждения, контроль над их выполнением, а также устанавливает обязательные для соблюдения правила внутреннего трудового распорядка и регламент служебного времени, дает указания по вопросам, отнесенным к компетенции деятельности Учреждения.

Начальник отделения обязан осуществлять управление Учреждением в мирное и военное время в соответствии с должностными обязанностями и планом приведения Учреждения в высшие степени боевой готовности, организовывать планирование и разработку документов в соответствии с задачами, возложенными на Учреждение, обеспечивать выполнение мероприятий по защите государственной тайны.

Начальник осуществляет также иные полномочия, предусмотренные нормативными актами РФ, указами и распоряжениями Президента РФ, приказами и директивами Главнокомандующего ВС РФ, приказами и директивами Министра обороны РФ, директивами Генерального штаба ВС РФ, приказами и директивами Главного командования ВМФ, приказами и директивами Объединенного стратегического командования Восточного военного округа, приказами и директивами штаба Тихоокеанского флота и приказами и директивами командующего войсками и силами (на Северо-Востоке РФ), Коллективным договором Учреждения.

Начальник отделения действует на принципе единоначалия и несет персональную ответственность за последствия своих действий в соответствии с федеральными законами, иными нормативно правовыми актами РФ, Положением и заключенными контрактами.

Как следует из телефонограммы НР-20/439 от 05 октября 2018 года, ВрИО Командующего ОКВС ФИО36 М. даны указания 601 ОМИС в срок до 10 октября 2018 года предоставить сведения о правовой работе организации за 9 месяцев 2018 года в целях последующего доклада Командующему ТОФ.

Данная телефонограмма поступила в МИС для 601 ОМИС 08 октября 2018 года, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции (т. 2 л.д. 169).

В этот же день, содержание данной телефонограммы было доведено до сведения начальника 601 ОМИС ФИО13 его непосредственным начальником ФИО2, что подтверждается показаниями последнего. Кроме того, 08 октября 2018 года были переданы сотруднику 601 ОМИС Альхимовичу, о чем свидетельствует его подпись в журнале учета входящих телеграмм МИС ОКВС за № (выписка - т. 2 л.д. 170-171).

Вместе с тем, требуемые в соответствии с поступившими указаниями сведения о правовой работе 601 ОМИС за 2018 год по поставленным в телефонограмме вопросам, были представлены начальником 601 ОМИС ФИО13 в адрес Командующего ОКВС 18 октября 2018 года в письме за исх. № 251 от 17 октября 2018 года (т. 2 л.д. 172-174), то есть по истечении установленному для этого срока, что повлекло срыв доклада о состоянии правовой работы в 601 ОМИС в юридическую службу Командующего Тихоокеанским флотом.

В связи с этим, 24 октября 2018 года ВриИО Командующего ОКВС ФИО36 М. у начальника 601 ОМИС истребованы объяснения о причинах невыполнения его указаний за исх. 20/439 от 05 октября 2018 года, что следует из телефонограммы НР-20/474 и не оспаривалось стороной истца в судебном заседании (т. 2 л.д. 168, 167, 166).

25 октября 2018 года ФИО13 в адрес ВрИО Командующего ОКВС ФИО36 М.В. направлены письменные пояснения за исх. № 261, в которых истец указал о том, что данные указания за исх. № 20/439 от 05 октября 2018 года ему официально не поступали. О наличии этих указаний ему стало известно случайно, в беседе с и.о. начальника МИС ОКВС ФИО2, который устно (в телефонном разговоре) запросил у него, готовились и направлялись ли им такого рода сведения, и запросил их у него по телефону, после чего они были изложены им в письменном обращении на имя Командующего ОКВС, в связи с чем, вины в своих действиях он не усматривает (т. 2 л.д. 177-178).

Согласно рапорту от 01 ноября 2018 года начальника МИС ФИО2 на имя командира в/ч 87272, последний доложил, что телефонограмма № 20/474 от 05 октября 2018 года, установленным порядком, через ПДП в/ч 87272 поступила в МИС в/ч 87272 08 октября 2018 года, в этот же день, представитель 601 ОМИС, установленным порядком получил её.

Таким образом, в судебном заседании, на основании исследованных судом документов, показаний свидетеля ФИО2, ФИО4, нашел свое подтверждение факт нарушения начальником 601 ОМИС ФИО13 исполнительной дисциплины в виде неисполнения указаний ВрИО Командующего ОКВС, изложенных в телефонограмме № НР-20/439 от 05 октября 2018 года, а именно не предоставление в установленный срок сведений о правовой работе 601 ОМИС за 9 месяцев 2018 года, в связи с чем, у работодателя имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания.

Доводы истца и его представителя о том, что в действиях ФИО13 отсутствует какая-либо вина, поскольку до него вышеназванные указания не были доведены официально под роспись, Альхимовичем ему не передавались, суд находит необоснованными и во внимание их не принимает, поскольку как было установлено в судебном заседании, данные указания о необходимости предоставления сведений о правовой работе, были заблаговременно 08 октября 2018 года доведены до сведения ФИО13 по телефону его непосредственным начальником, после чего вручены сотруднику 601 ОМИС Альхимовичу, направленному с этой целью в МИС в/ч 87272 начальником 601 ОМИС ФИО13, что также подтверждается показаниями ФИО2

Из показаний ФИО4 также следует, что после того, как ею была отправлена по всем подразделениям телеграмма № НР 20-439 от 05 октября 2018 года, она неоднократно встречалась с ФИО2, у которого интересовалась о том, когда испрашиваемые сведения будут представлены 601 ОМИСом, на что он пояснял, что ежедневно звонит в 601 ОМИС и напоминает о необходимости их предоставления, направлял письмо об этом, однако в результате, запрашиваемые сведения были получены от всех, кроме 601 ОМИСа, начальником 601 ОМИС ФИО13 эти сведения были представлены тогда, когда уже были не актуальны.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, в МИС и 601 ОМИС сложился следующий порядок получения служебных документов в МИС, предназначенных для 601 ОМИС, согласно которому такие документы мог получить в МИС ОКВС любой сотрудник 601 ОМИС, по указанию начальника 601 ОМИС, после чего передавались делопроизводителю 601 ОМИС для регистрации в книге входящей корреспонденции, после чего передавались начальнику 601 ОМИС для ознакомления и дальнейшего исполнения. В период с 2014 года по 2019 года фактически документы в МИС получали сотрудники 601 ОМИС ФИО7, ФИО13, ФИО8, ФИО9, ФИО10

Данные обстоятельства следуют из пояснений представителя ответчика, показаний свидетеля ФИО2, а также совокупности иных представленных письменных доказательств, таких как докладные ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО7, содержания журнала учета входящих телеграмм.

08 октября 2018 года по поручению начальника 601 ОМИС ФИО13 сотрудником 601 ОМИС ФИО7 в МИС ОКВС была получена телефонограмма № НР-20/439 от 05 октября 2018 года, которая в последующем была передана им в 601 ОМИС.

То обстоятельство, что телефонограмма № НР-20/439 от 05 октября 2018 года отсутствует как зарегистрированная в журнале регистрации входящей корреспонденции 601 ОМИС, отсутствует подпись ФИО13 в её получении, само по себе не свидетельствует о том, что её содержание и требования ВрИО Командующего ОКВС о предоставлении сведений по правовой работе, не были фактически и своевременно доведены до начальника 601 ОМИС ФИО13, а в совокупности с исследованными по делу доказательствами, указывают на отсутствие с его стороны, как руководителя данного Учреждения, надлежащей организации и контроля за деятельностью 601 ОМИС.

При этом, оснований сомневаться в достоверности и объективности показаний вышеуказанных свидетелей ФИО2 и ФИО4, у суда не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются друг с другом, а также иными исследованными по делу доказательствами, наличие каких-либо неприязненных отношений между ними и истцом, а также личной заинтересованности в исходе данного дела, не установлено, при этом, каких-либо иных доказательств, опровергающих показания указанных свидетелей, стороной истца суду представлено не было.

Оспариваемый приказ издан работодателем в пределах своей компетенции, на основании фактических данных, тяжести проступка, и с соблюдением порядка, предусмотренного ст. 193 ТК РФ, с назначением минимально возможного взыскания в виде замечания, поэтому оснований для признания данного приказа командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года незаконным и удовлетворения требований истца в указанной части, у суда не имеется.

Также в ходе судебного разбирательства установлено, что 02 апреля 2018 года между 601 ОМИС в лице начальника ФИО13 (Работодатель), и ФИО13 (Работник) был заключен трудовой договор №. Работник ФИО13 приказом руководителя организации – начальника 601 ОМИС ФИО13 № от 02 апреля 2018 года принят на работу на должность инженера, постоянно, по совместительству на 0,5 ставки, с 02 апреля 2018 года, с испытательным сроком 3 месяца, ему установлен должностной оклад в размере 6 864 рубля в месяц с учетом районного коэффициента и надбавок за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также за выслугу лет в МО РФ. 

Согласно трудовому договору, работодатель имеет право требовать от работника добросовестного исполнения обязанностей по настоящему договору, привлекать к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ, поощрять работника за добросовестный эффективный труд, иные права, предусмотренные трудовым законодательством РФ и настоящим договором. За выполнение трудовых обязанностей, предусмотренных настоящим договором, работнику производятся выплаты стимулирующего характера в порядке и в соответствии с критериями оценки эффективности труда работника, определяемыми локальными нормативными актами работодателя о системе оплаты труда и о премировании, действующими у работодателя. При выполнении порученных заданий в полном объеме, работнику выплачивается заработная плата в полном объеме, исходя из должностного оклада независимо от количества фактически отработанного времени.

02 апреля 2018 года ФИО13 ознакомлен с должностной инструкцией инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды (л.д. 66-71 надзорного производства).

17 августа 2018 года начальник ФКУ «УФО МО РФ по КК и ЧАО» обратился к военному прокурору Вилючинского гарнизона с просьбой принять меры к пресечению нарушений ФИО13 действующего законодательства о противодействии коррупции, выразившихся в создании им как начальником 601 ОМИС вышеприведенной ситуации, при которой его личная заинтересованность, не позволит ему объективно и беспристрастно исполнять обязанности начальника организации и полномочия работодателя по управлению и контролю в отношении самого себя (л.д. 1-2 надзорного производства).

По данному факту военной прокуратурой Вилючинского гарнизона были организованы надзорные мероприятия, проведена проверка, в рамках которой были отобраны письменные объяснения у ФИО13, в которых, подтверждая, что занимаемая им должность отнесена к должностям, связанным с коррупционными рисками, по изложенным в обращении ФКУ «УФО МО РФ по КК и ЧАО» обстоятельствам, пояснил, что не расценивает указанные действия как возникновение конфликта интересов, поскольку убежден в том, что его работа по совместительству даже и на оплачиваемой основе, никоим образом не может повлиять на исполнение им обязанностей начальника 601 ОМИС. Функции по контролю за исполнением работниками трудовых обязанностей, а также привлечению их к дисциплинарной ответственности, является правом, а не обязанностью работодателя, а не реализация субъектом каких-либо прав, ни при каких условиях не может расцениваться как ненадлежащее исполнение им своих обязанностей.

Кроме того, в адрес военной прокуратуры Вилючинского гарнизона, 19 сентября 2018 года начальником 601 ОМИС ФИО13 были направлены сведения о мероприятиях, принятых ФИО13 по предотвращению конфликта интересов, согласно которым приказом 601 ОМИС № 77 от 19 сентября 2018 года в должностную инструкцию инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды внесены изменения, согласно которым Инженер непосредственно подчиняется должностному лицу, осуществляющему по поручению руководителя ОМИС руководство соответствующей группой инженеров.

Приказом 601 ОМИС № 78 от 19 сентября 2018 года должностным лицом, осуществляющим руководство инженером 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды назначен ведущий инженер ОМИС по учету строений и сооружений ФИО12

Указанное изменение должностного положения инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды исключают возможность руководства и контроля руководителем 601 ОМИС за деятельностью инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды даже в случае работы руководителя 601 ОМИС на должности инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды на условиях внутреннего совместительства, а следовательно, по мнению ФИО13, исключает возможность возникновения какого-либо конфликта интересов в данной ситуации (л.д. 27, 28, 29 надзорного производства).

Аналогичной позиции относительно сложившейся ситуации, наличия конфликта интересов и принятия мер по его урегулированию, истец и его представитель придерживались и в ходе судебного разбирательства.

По результатам проведенной проверки военным прокурором Вилючинского гарнизона 24 сентября 2018 года в адрес Командующего ОКВС было внесено представление об устранении нарушений закона, в котором содержались требования о принятии мер по устранению нарушений законов, изложенных в представлении, их причин и условий, им способствующих, и с этой целью, о рассмотрении данного представления на служебном совещании с участием представителя военной прокуратуры Петропавловск-Камчатского гарнизона, в ходе которого довести выявленные нарушения до соответствующих должностных лиц в части, касающейся, с целью недопущения их впредь, а также рассмотреть вопрос о несоблюдении служащим ФИО13 требований об урегулировании конфликта интересов на заседании комиссии войсковой части по соблюдению требований к служебному поведению работников и урегулированию конфликта интересов в порядке, установленном Указом Президента РФ от 01 июля 2010 года № и приказом Минобороны России от 10 июня 2014 года №, по итогам которого принять решение о применении к указанному работнику конкретных мер ответственности; за допущенные нарушения Закона рассмотреть вопрос о привлечении к ответственности служащего ФИО13 (л.д. 133-137 надзорного производства).

Данное представление военного прокурора поступило в штаб ОКВС 04 октября 2018 года и согласно резолюции Командующего ОКВС было отписано начальнику МИС и начальнику юридической службы для организации подготовки доклада и ответа (т. 2 л.д. 19-23, 207-211).

Согласно ст. 349.2 Трудового кодекса РФ на работников организаций, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами, в случаях и порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации, распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции.

Аналогичные положения содержаться в ст. 12.2 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Постановлением Правительства РФ от 05 июля 2013 года № 568 «О распространении на отдельные категории граждан ограничений, запретов и обязанностей, установленных Федеральным законом «О противодействии коррупции» и другими федеральными законами в целях противодействия коррупции», и изданным в его развитие Приказом Минобороны России от 28 февраля 2015 года № 119 «О распространении на работников, замещающих отдельные должности на основании трудового договора в организациях, созданных для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, ограничений, запретов и обязанностей», установлено, что на работников в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, в воинских частях и организациях Вооруженных Сил Российской Федерации, замещающих отдельные должности, указанные в разделе III Перечня воинских должностей, должностей федеральной государственной гражданской службы в Министерстве обороны Российской Федерации, должностей в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, при замещении которых военнослужащие, федеральные государственные гражданские служащие, работники, а также граждане при назначении на должности в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, обязаны представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 4 апреля 2016 года № 175 (далее - Перечень), распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные Федеральным законом «О противодействии коррупции» и другими федеральными законами в целях противодействия коррупции.

Согласно данному Перечню, к таким должностям, в частности, относятся должности руководителей: руководитель (начальник, директор, генеральный директор, заведующий, председатель, военный комиссар) организаций и их филиалов; должности руководителей структурных (обособленных) подразделений; начальник (руководитель, заведующий): управления, отдела, отделения, в том числе входящих в состав других структурных подразделений.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» под конфликтом интересов в настоящем Федеральном законе понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий).

Под личной заинтересованностью понимается возможность получения доходов в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом, указанным в части 1 настоящей статьи, и (или) состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами (родителями, супругами, детьми, братьями, сестрами, а также братьями, сестрами, родителями, детьми супругов и супругами детей), гражданами или организациями, с которыми лицо, указанное в части 1 настоящей статьи, и (или) лица, состоящие с ним в близком родстве или свойстве, связаны имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов возлагается, в том числе, на работников, замещающих отдельные должности, включенные в перечни, установленные федеральными государственными органами, на основании трудового договора в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами.

В соответствии Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», лицо, указанное в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, обязано принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов.

Лицо, указанное в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, обязано уведомить в порядке, определенном представителем нанимателя (работодателем) в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации, о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему станет об этом известно.

Представитель нанимателя (работодатель), если ему стало известно о возникновении у лица, указанного в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов, обязан принять меры по предотвращению или урегулированию конфликта интересов.

Предотвращение или урегулирование конфликта интересов может состоять в изменении должностного или служебного положения лица, указанного в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, являющегося стороной конфликта интересов, вплоть до его отстранения от исполнения должностных (служебных) обязанностей в установленном порядке и (или) в отказе его от выгоды, явившейся причиной возникновения конфликта интересов.

Непринятие лицом, указанным в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, являющимся стороной конфликта интересов, мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов является правонарушением, влекущим увольнение указанного лица в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 13.2 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», лица, занимающие должности в иных организациях, созданных Российской Федерацией на основании федеральных законов, отдельные должности на основании трудового договора в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами, подлежат увольнению (освобождению от должности) в связи с утратой доверия в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Конфликт интересов - один из ключевых институтов антикоррупционного законодательства, который лежит в основе понимания и квалификации коррупционных действий.

При этом, Законом о противодействии коррупции установлены обязанности, в том числе и работников, указанных в ч. 1 ст. 349.2 Трудового кодекса Российской Федерации, к которым относился истец в силу занимаемой в 601 ОМИС должности начальника, что не оспаривалось им в ходе судебного разбирательства, принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов и уведомлять работодателя о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему станет об этом известно.

Вместе с тем, как было установлено в ходе судебного заседания, истец ФИО13, занимая должность начальника 601 ОМИС, не только не предпринял мер к предотвращению возможности возникновения конфликта интересов, а своими действиями его непосредственно и создал, приняв самого себя на работу по совместительству на должность инженера 601 ОМИС на 0,5 ставки, в отношении которой им, как руководителем данной организации осуществляются контрольные и административно-распорядительные функции работодателя, что, безусловно, указывает на его личную заинтересованность, способную повлиять на объективность и беспристрастность исполнения ФИО13 своих должностных полномочий.

Однако, несмотря на это, в установленном порядке (Приказ Министра обороны РФ от 26 февраля 2015 года № 108 (ред. от 02.06.2016) «Об утверждении Порядка уведомления работниками, замещающими отдельные должности на основании трудового договора в организациях, созданных для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, о фактах обращения к ним каких-либо лиц в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений и принятия мер по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов») истец ФИО13 не уведомил в письменной форме ни работодателя, ни своего непосредственного начальника о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему стало об этом известно.

При этом, рапорт ФИО13 в адрес командира в/ч 87272 от 30 марта 2018 года о приеме его на должность инженера по совместительству в управление 601 ОМИС (т. 1 л.д. 30, л.д. 64 надзорного производства), таким уведомлением не является, поскольку в нем не отражена и не раскрыта ситуация и сущность возникшего конфликта интересов или возможности его возникновения. Кроме того, данное заявление Командующим ОКВС согласованно в установленном порядке не было.

Как следует из показаний свидетеля ФИО2, оснований не доверять которым у суда не имеется, после поступления представления военного прокурора, где содержались сведения о нарушении со стороны начальника 601 ОМИС ФИО21 требований антикоррупционного законодательства, им по поручению Командующего ОКВС был приглашен для беседы ФИО13, до которого ФИО2, как непосредственный начальник истца, довел содержание представления военного прокурора, указал на то, что изложенные в нем обстоятельства являются недопустимыми и предложил урегулировать возникший конфликт интересов путем расторжения ФИО13 трудового договора на 0,5 ставки инженера, на что истец сообщил, что в его действиях никаких нарушений нет, что конфликт интересов отсутствует, должность инженера 601 ОМИС не подчиняется начальнику 601 ОМИС, а подчиняется начальнику отделения.

11 октября 2018 года ВрИО начальника МИС ФИО2 обратился с рапортом в адрес командира в\ч 87272, в котором сообщил о необходимости проведения заседания комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и урегулированию конфликта интересов для выполнения требований военного прокурора Вилючинского гарнизона (т. 2 л.д. 205). 

К доводам истца о том, что до него не доводилось содержание представления военного прокурора, он узнал об этом только после увольнения, когда начальник МИС в/ч 87272 ФИО2 ему переслал текст представления посредством мессенджера WathApp, суд относится критически, поскольку в ходе судебного заседания сторона истца поясняла, что неофициально им было известно о том, что военной прокуратурой Вилючинского гарнизона проводится проверка и её предмет, в ходе данной проверки, ФИО13 давались объяснения, при этом, в судебном заседании истец не оспаривал и подтверждал, что разговор с ФИО2 по вопросам, изложенным в представлении военного прокурора до заседания комиссии по урегулированию конфликта интересов, у него действительно имел место быть в присутствии ФИО27, при этом, как пояснили истец и его представитель, в ходе данного разговора, им было предложено подготовить проект ответа военному прокурору на его представление, который ими был фактически подготовлен и направлен ФИО2 по электронной почте.

Кроме того, самим истцом в материалы дела была представлена фотокопия экземпляра представления военного прокурора, предназначенная, исходя из содержания имеющейся на ней отметки в правом верхнем углу, для начальника МИС. Однако, каких-либо доказательств того, что данная копия представления военного прокурора была получена истцом от ВрИО начальника МИС ФИО2 уже фактически после увольнения, суду представлено не было.

31 октября 2018 года в адрес начальника 601 ОМИС ФИО13 было направлено уведомление о том, что 02 ноября 2018 года в 10 часов 00 минут в конференц-зале штаба в/ч 87272 по адресу: 

<

адрес>, состоится заседание комиссии по соблюдению требований к служебному поведению работников и урегулированию конфликта интересов.

Данное уведомление было получено ФИО13, и в этот же день им в адрес Командующего ОКВС было направлено ответное письмо от 31 октября 2018 года №, в котором ФИО13 указал на не легитимность данной комиссии, которая, по его мнению, должна быть создана при командовании ВВО, поскольку в/ч 87272 не является организацией, а является таким же структурным подразделением ОСК ВВО, как и 601 ОМИС, кроме того, он не является работником в/ч 87272, в связи с чем, полагает проведение заседания комиссии по соблюдению требований к служебному поведению работников 02 ноября 2018 года, равно, как и его присутствие на ней нецелесообразным. Одновременно с этим, ФИО13 в данном письме довел до сведения Командующего ОКВС о том, что в соответствии с п. 4.2 Методических рекомендаций Минтруда России «По разработке и принятию организациями мер по предупреждению и противодействию коррупции» от 03 октября 2014 года, им приказом 601 ОМИС от 19 сентября 2018 года №-орг, в должностную инструкцию инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды внесены изменения, согласно которым Инженер непосредственно подчиняется должностному лицу, осуществляющему по поручению руководителя ОМИС руководство соответствующей группой инженеров. Приказом 601 ОМИС № от 19 сентября 2018 года должностным лицом, осуществляющим руководство инженером 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды назначен ведущий инженер ОМИС по учету строений и сооружений ФИО12 Указанное изменение должностного положения инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды исключает возможность руководства и контроля руководителем 601 ОМИС за деятельностью инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды даже в случае работы руководителя 601 ОМИС на должности инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды на условиях внутреннего совместительства, что исключает возможность возникновения какого-либо конфликта интересов в данной ситуации, в связи с чем, он полагает, что вышепринятыми мерами возможный конфликт интересов предотвращен, в настоящее время отсутствует и не нуждается в специальных мерах урегулирования, в том числе, в направлении на рассмотрение в комиссию по соблюдению требований к служебному поведению работников (т. 2 л.д. 184-188).

Таким образом, вопреки доводам стороны истца, из содержания данного письма следует, что ФИО13 было достоверно известно о том, в каких целях заседание данной комиссии было назначено и какой вопрос на ней будет рассмотрен.

Согласно Положению о комиссиях организаций, созданных для выполнения задач, поставленных перед Министерством обороны Российской Федерации, по соблюдению требований к служебному поведению работников и урегулированию конфликта интересов, утвержденному Приказом Министра обороны РФ от 10 июня 2014 года № 388 (ред. от 30.12.2017) (далее Положение о комиссиях), основными задачами комиссии являются содействие организации в обеспечении соблюдения работниками организации ограничений и запретов, требований о предотвращении или урегулировании конфликта интересов, а также исполнения ими обязанностей, установленных Федеральным законом от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», другими федеральными законами (далее - требования к служебному поведению и (или) требования об урегулировании конфликта интересов).

Приказом командира в/ч 87272 № 734 от 09 ноября 2017 года создана аттестационная комиссия в/ч 87272, в которую в случае рассмотрения на аттестационной комиссии вопросов требований к служебному поведению и требований об урегулировании конфликта интересов, а также для осуществления в в/ч 87272 мер по предупреждению коррупции, включены заместитель председателя комиссии и дополнительные члены комиссии в соответствии с требованиями Положения о комиссиях (т. 2 л.д. 198-199).

В свою очередь аргументы стороны истца о том, что созданная данным приказом комиссия не вправе была рассматривать вопросы, связанные с соблюдением требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов, как не входящие в её компетенцию, поскольку является аттестационной, суд находит необоснованными, поскольку действующим законодательством РФ возложение таких полномочий на аттестационную комиссию с дополнением состава комиссии, не запрещено, напротив, как следует из положений Приказа Министра обороны РФ от 08 сентября 2010 года № 1166 «О мерах по реализации отдельных положений Указа Президента Российской Федерации от 1 июля 2010 года № 821», является допустимым.

Согласно абз. 3 пп. «а» п. 9 Положения о комиссиях, основанием для проведения заседания комиссии, являются материалы проверки о несоблюдении работником требований к служебному поведению и (или) требований об урегулировании конфликта интересов.

Как следует из пояснений представителя ответчика, показаний свидетелей ФИО2, ФИО4 и ФИО3, а также содержания протокола заседания комиссии № от 02 ноября 2018 года (т. 2 л.д. 201-203), по результатам проведенного в отсутствие ФИО13 заседания комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов, установив, что ФИО13 нарушены требования антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности, принятыми им мерами возникший конфликт интересов урегулирован и устранен не был, комиссия приняв единогласно решение, рекомендовала применить к работнику ФИО13 дисциплинарное взыскание в соответствии с трудовым законодательством, рассмотреть вопрос об увольнении начальника 601 ОМИС ФИО13

В последующем, 07 ноября 2018 года было дополнительно организовано и проведено служебное совещание в кабинете у Командующего ОКВС по вопросу проведения проверки исполнения должностными лицами 601 ОМИС требований антикоррупционного законодательства, которое проходило в присутствии ФИО13 (т. 2 л.д. 215, 219), а также при участии начальника штаба ФИО15 М.В., заместителя командира по военно-политической работе ФИО3, главного юрисконсульта ОКВС ФИО4, начальника отдела кадров ОКВС ФИО32, представителя трудового коллектива ОКВС ФИО1, начальника МИС ФИО2 На данном совещании до сведения истца были доведены результаты прошедшего 02 ноября 2018 года заседания комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов, о том, что он рекомендован к увольнению за нарушение антикоррупционного проступка, кроме того, освещалась трудовая деятельность ФИО13 в целом, обсуждались имеющиеся к нему иные претензии относительно исполнения должностных обязанностей, после чего, ФИО13 Командующим ОКВС было предложено дать объяснения относительно того, каким образом им было допущено возникновение конфликта интересов путем принятия самого себя на работу в 601 ОМИС, собирается ли он принять меры по его устранению, готов ли расторгнуть трудовой договор на 0,5 ставки инженера, на что ФИО13 пояснил, что не усматривает в этом какого-либо конфликта интересов, кроме того, он им был ранее устранен путем переподчинения должности инженера руководителю группы инженеров, в связи с чем, более никаких объяснений, он давать не будет.

Данные обстоятельства также подтверждаются пояснениями представителя ответчика, а также показаниями свидетелей ФИО2, ФИО4, ФИО3

Как было указано выше, оснований сомневаться в достоверности и объективности показаний данных свидетелей, у суда не имеется, все они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются друг с другом, а также иными исследованными по делу доказательствами.

Истец в судебном заседании не отрицал, что получал протокол заседания комиссии по служебному поведению работников и урегулированию конфликта интересов, но он был ему вручен в ходе совещания у Командующего ОКВС не 07 ноября 2018 года, а 08 ноября 2018 года. Факт вручения ФИО13 на служебном совещании протокола заседания комиссии подтвердил в судебном заседании и свидетель ФИО2

То обстоятельство, что указанное служебное совещание в присутствии ФИО13 по вопросам его трудовой деятельности и урегулирования конфликта интересов фактически состоялось 07 ноября 2018 года, показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО6 не опровергается, напротив свидетельствует, что ФИО13 хоть и с опозданием, но прибыл в штаб Командования ОКВС в указанный день, что не исключает его фактического в нем участия 07 ноября 2018 года.

09 ноября 2018 года Командующим ОКВС – командиром в/ч 87272 издан приказ № «О нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС», согласно которому, ссылаясь на обстоятельства, установленные в ходе прокурорской проверки и изложенные в представлении военного прокурора Вилючинского гарнизона, результаты заседания комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов, письменные объяснения от 31 октября 2018 года, исходя из того, что в действиях начальника 601 ОМИС ФИО13 установлены нарушения в сфере антикоррупционного законодательства, не урегулировании возникшего конфликта интересов, что дает работодателю основания для утраты к нему доверия как к работнику, учитывая, допускаемые ФИО13 нарушения, допускаемые им на протяжении непродолжительного времени пребывания в указанной должности, в сфере обеспечения защиты служебной информации ограниченного пользования и исполнительской дисциплины, наличие дисциплинарного взыскания в виде замечания за не предоставление сведений по правовой работе и срыв доклада командующему ТОФ в соответствии с приказом командира в/ч 87272 от 01 ноября 2018 года №, командиром в/ч 87272 принято решение о применении к начальнику 601 ОМИС служащему ФИО13 дисциплинарного взыскания в виде увольнения путем расторжения с ФИО13 трудового договора на основании п. 7.1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за непринятие работником мер по урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, дающее основание для утраты доверия к работнику со стороны работодателя (т. 2 л.д. 159-160).

В этот же день командиром в/ч 87272 подписан приказ № (§ 3) об увольнении начальника 601 ОМИС ФИО13 с 12 ноября 2018 года по п. 7.1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, непринятие работником мер по урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, дающее основание для утраты доверия со стороны работодателя (т. 2 л.д. 161).

С данными приказами ФИО13 ознакомлен 09 ноября 2018 года.

Истцу вручена трудовая книжка, произведен окончательный расчет.

Оценивая законность принятых Командующим ОКВС вышеназванных приказов, суд не находит оснований для признания их незаконными, поскольку совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, установлено наличие конфликта интересов, стороной которого является истец, занимавший должность начальника 601 ОМИС, а также факт совершения ФИО13 правонарушения, выразившегося в непринятии им мер по предотвращению или урегулированию данного конфликта интересов, что, как это следует из пояснений представителя ответчика и содержания приказа № от 09 ноября 2018 года, с учетом изложенных в нем обстоятельств, послужило для работодателя основанием для утраты к нему доверия и применения к нему дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

При этом, ка установлено в ходе судебного разбирательства, при наложении работодателем данного дисциплинарного взыскания, командиром в/ч 87272 были учтены характер данного правонарушения, его тяжесть, обстоятельства, при которых оно было совершено, личность работника, предшествующие результаты его работы, его отношение к содеянному.

Данный избранный работодателем вид дисциплинарной ответственности, суд также признает в сложившейся ситуации справедливым, соразмерным и соответствующим характеру и тяжести совершенного ФИО13 дисциплинарного проступка, связанного с нарушением требований антикоррупционного законодательства.

Доводы стороны истца о том, что в действиях ФИО13, как начальника 601 ОМИС по принятию самого себя на работу по совместительству на 0,5 ставки инженером 601 ОМИС, отсутствует какая-либо личная заинтересованность, образующая конфликт интересов, а также о том, что ФИО13 все же были приняты меры по урегулированию конфликта интересов путем переподчинения должности инженера начальнику группы инженера, которые его устранили, суд находит несостоятельными.

Согласно ст.ст. 60.1 и 282 ТК РФ совместительством признается выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Совместительство может быть как внешним (работа в другой организации), так и внутренним (работа в своей организации).

В соответствии с положениями статей 16, 20, 56, 57 ТК РФ, трудовые правоотношения возникают между двумя сторонами, работодателем с одной стороны и работником с другой стороны, на основании трудового договора, заключенного ими в соответствии с положениями статьи 57 ТК РФ. В соответствии с положениями статьи 61 ТК РФ, трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем. Трудовое законодательство не предусматривает возможности заключения трудового договора одним лицом, выступающим как в качестве работодателя (лицо, наделенное правами и обязанностями работодателя – руководитель организации), так и в качестве работника, следовательно, не допускается заключение руководителем организации трудового договора о работе по совместительству с самим собой.

Из положений ст. 276 ТК РФ следует, что руководитель организации может работать по совместительству только у другого работодателя и только с разрешения уполномоченного органа юридического лица либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица (органа).

Таким образом, в отношении внутреннего совместительства либо совмещения, поскольку организационно-распорядительные решения должен принимать сам начальник в отношении себя самого, то данные действия подпадают под понятие «конфликт интересов», предусмотренного ст. 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

В свою очередь, внесение ФИО13, как начальником 601 ОМИС, изменений в должностную инструкцию инженера 601 ОМИС по организации производства и охране окружающей среды, его переподчинение должностному лицу, осуществляющему руководство соответствующей группой инженеров, и наделение такими полномочиями ведущего инженера ОМИС по учету строений и сооружений ФИО28, конфликта интересов не устраняют, поскольку не исключают прямого руководства начальника 601 ОМИС и связанных с этим его полномочий по отношению к должности любого инженера, в связи с чем, данные действия ФИО13 нельзя считать направленными на устранение или предотвращение конфликта интересов, и тем самым фактическое его устранение. 

Доводы стороны истца о том, что за один и тот же проступок ФИО13 был дважды привлечен к дисциплинарной ответственности - приказом № от 09 ноября 2018 года и приказом № по строевой части от этого же числа, несостоятельны, поскольку командир в/ч 87272, как работодатель, имея основания для применения к ФИО13 дисциплинарного взыскания по приказу № от 09 ноября 2018 года и приказывая применить к начальнику 601 ОМИС служащему ФИО13 дисциплинарное взыскание в виде увольнения с возложением контроля за выполнением данного приказа на начальника отдела кадров в/ч 87272, лишь реализовал свое право на увольнение работника с конкретной даты путем издания соответствующего приказа № по строевой части от 09 ноября 2018 года.

Статья 193 ТК РФ закрепляет ряд положений, направленных на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием увольнения, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания: часть первая обязывает работодателя до применения дисциплинарного взыскания затребовать от работника объяснение в письменной форме, а часть третья ограничивает право работодателя на привлечение работников к дисциплинарной ответственности определенным сроком.

Оценивая доводы стороны истца о том, что ответчиком нарушена процедура наложения дисциплинарного взыскания, поскольку в ходе проведения служебной проверки ФИО13 не предлагалось принять конкретных мер к урегулированию конфликта интересов, у него не отбирались письменные объяснения, он был уволен до истечения двухдневного срока, предусмотренного для предоставления работником письменных объяснений, суд вместе с тем, приходит к выводу об отсутствии существенных нарушений процедуры наложения дисциплинарного взыскания на истца со стороны работодателя, повлекших нарушение прав ФИО13

Так, ему была предоставлена возможность дать объяснения на заседании комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и об урегулировании конфликта интересов 02 ноября 2018 года; по обстоятельствам нарушения требований законодательства «О противодействии коррупции» ФИО13 в адрес Командующего ОКВС были представлены письменные объяснения 31 октября 2018 года, в которых он выразил свое отношение; ФИО13 неоднократно предлагалось, в том числе, в ходе служебного совещания 07 ноября 2018 года урегулировать конфликт интересов путем расторжения трудового договора на 0,5 ставки инженера, дать объяснения по вопросу сложившейся ситуации; однако истец отказался урегулировать конфликт интересов, указывая на его отсутствие и принятие им ранее мер по его урегулированию, от дачи каких-либо объяснений отказался, что подтверждается, в том числе, и показаниями свидетелей ФИО2, ФИО4, ФИО3 Аналогичной последовательной позиции относительно вмененного ФИО13 коррупционного правонарушения, истец продолжал придерживаться и в ходе судебного разбирательства, своей вины в его совершении не признавал, указывая на отсутствие в его действиях какой-либо заинтересованности и конфликта интересов, его фактическое устранение.

Кроме того, при желании, у истца имелась возможность представить свои объяснения в течение последующих дней после состоявшего служебного совещания до издания приказа об увольнении.

Таким образом, суд полагает, что отказавшись от дачи объяснений, истец тем самым реализовал свое право на их предоставление, ранее письменные объяснения им были представлены в адрес Командующего ОКВС и учтены работодателем при принятии решения, при этом в силу прямого указания закона отсутствие письменного объяснения работника само по себе не препятствует применению дисциплинарного взыскания, в связи с чем, с учетом вышеизложенных обстоятельств, у суда не имеется оснований полагать, что при наложении дисциплинарного взыскания права истца были нарушены.

Аргументы стороны истца о том, что днем обнаружения дисциплинарного проступка считается 04 октября 2018 года, когда представление военного прокурора Вилючинского гарнизона поступило в адрес Командующего ОКВС, в связи с чем, срок привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ст. 193 ТК РФ, командиром в/ч 87272 пропущен, являются несостоятельными.

Действующим законодательством «О противодействии коррупции» предусмотрена обязанность работника по принятию мер к урегулированию конфликта интересов.

Как следует из материалов дела, основанием к увольнению истца явилось не принятие истцом мер по устранению конфликта интересов, стороной которого он являлся, то есть, иными словами, ФИО13 уволен не за само наличие конфликта интересов, а за не принятие мер к его устранению, при этом, данное нарушение носило длящийся характер.

В соответствии с ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Вместе с тем, по смыслу положений ч. 1 ст. 10, ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» во взаимосвязи с ч. 6 ст. 11 данного закона, факт неоднократного длительного уклонения лица от исполнения требований работодателя принять меры к урегулированию конфликта интересов не прекращает обязанность этого лица по принятию соответствующих мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, в связи с чем, работодатель после отказа работника от этого вправе вновь требовать от него исполнения этой обязанности, отказ от которого создает основания для расторжения трудового договора независимо от времени первого обнаружения факта несоблюдения данной обязанности.

Такой подход обусловлен тем, что обязанность работника по предотвращению или урегулированию конфликта интересов относится к числу антикоррупционных мер, что следует из ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Невыполнение работником вышеуказанной обязанности создает длящееся нарушение обязанностей, исполнения которых работодатель вправе требовать в любое время, и, соответственно, дисциплинарное взыскание может быть наложено в любое время, пока длится нарушение.

При рассмотрении дела стороной ответчика были представлены доказательства того, что требования о принятии мер по урегулированию конфликта интересов, стороной которого является истец, предъявлялись ему неоднократно.

Поскольку в данном случае со стороны истца имело место длящееся нарушение, сроки применения дисциплинарного взыскания, предусмотренные ст. 193 ТК РФ, командиром в/ч 87272, не нарушены.

Кроме того, в силу разъяснений п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» применение к работнику нового дисциплинарного взыскания допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Приказ об увольнении истца издан Командующим ОКВС – командиром в/ч 87272 в рамках предоставленных полномочий, установленных приказом Министра обороны Российской Федерации от 29 декабря 2012 года № 3910 «О представителях Министерства обороны Российской Федерации, осуществляющих полномочия работодателя в отношении работников воинских частей и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации».

При указанных обстоятельствах, установив законность оспариваемых приказов командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года и № от 09 ноября 2018 года об увольнении истца за непринятие мер по урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, что явилось основанием для утраты доверия к нему со стороны работодателя, с соблюдением в требуемой ситуации необходимой процедуры увольнения, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО13 в указанной части и восстановлении его на работе в должности начальника 601 ОМИС со дня увольнения 12 ноября 2018 года.

Требования в части взыскания среднего заработка, компенсации морального вреда являются производными от требований истца о признании дисциплинарных взысканий и увольнения незаконным, и в связи с отсутствием доказательств нарушения ответчиком трудовых прав истца, отказе в удовлетворении данных заявленных требований, также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО13 к Федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Восточного военного округа» в лице 601 ОМИС, Командующему войсками и силами на Северо-Востоке – командиру войсковой части 87272 ФИО18 о признании незаконным приказа командира в/ч 87272 № от 01 ноября 2018 года о не предоставлении сведений по правовой работе начальником 601 ОМИС и срыве доклада командующему Тихоокеанским флотом, о признании незаконными приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года о нарушении требований антикоррупционного законодательства при осуществлении трудовой деятельности начальником 601 ОМИС, приказа командира в/ч 87272 № от 09 ноября 2018 года об увольнении в соответствии с п. 7.1 ст. 81 ТК РФ, о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Вилючинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 29 января 2019 года.

Председательствующий судья Н.М. Хорхордина