Дело № 2-1174/20

УИД 23RS0058-01-2020-001918-72

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2020 г. г. Сочи

Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Ткаченко С.С., 

при секретаре судебного заседания Кирюшкиной А.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению публичного акционерного общества «Кубаньэнерго» в лице филиала «Сочинские электрические сети» к ФИО1 о расторжении договора и взыскании неустойки,

У С Т А Н О В И Л:

Публичное акционерное общество «Кубаньэнерго» в лице филиала «Сочинские электрические сети» (далее - ПАО «Кубаньэнерго») обратилось в суд с указанным иском к ФИО1, в котором просит расторгнуть договор № № технологического присоединения к электрическим сетям от 03 мая 2014 г., взыскать с ответчика в пользу истца неустойку в размере 

<

данные изъяты> рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

В обоснование исковых требований указано, что 03 мая 2014 г. между истцом и ответчиком заключен договор № № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям. Согласно заключенному договору и техническим условиям № № стороны приняли на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств ответчика, обеспечивающих электроснабжение объекта - жилой дом по адресу: г.

<

адрес>. Во исполнение договора истец выполнил комплекс организационных и технических мероприятий, обеспечивающих электроснабжение объекта ответчика и произвел резервирование мощности для целей указанного технологического присоединения на центре питания ПС 110/35/10-6 кВ «Мацеста», о чем уведомил ответчика письмом от 11 июня 2015 г. №. Ответчик согласно договору и техническим условиям должен надлежащим образом исполнить обязательства по настоящему договору, в том числе, по выполнению возложенных на заявителя мероприятий по технологическому присоединению в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя, указанные в технических условиях. Истец указывает, что ответчиком не получено разрешение органа Федерального государственного энергетического надзора (Ростехнадзор) на допуск в эксплуатацию объектов заявителя. Информация о получении соответствующего допуска ответчиком в сетевой организации отсутствует, о чем истец уведомил ответчика письмом от 18 сентября 2019 г. № №.

Истец указывает, что процедура технологического присоединения по спорному договору не завершена. В целях досудебного урегулирования настоящего спора ответчику была направлена претензия от 07 августа 2019 г. № № которая оставлена без ответа. При указанных обстоятельствах истец вынужден нести не возвращаемые затраты по содержанию оборудования под зарезервированную мощность и не имеет возможность распорядиться ею в интересах иных заявителей. В связи с чем, просит расторгнуть договор № № технологического присоединения от 03 мая 2014 г., взыскать неустойку по договору в сумме 

<

данные изъяты> рублей, а также расходы по оплате госпошлины в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Представитель ПАО «Кубаньэнерго» - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседание на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме.

Ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, ссылаясь в обоснование своих возражений на то, что истцом неправомерно указано на неисполнение ответчиком обязанности по получению разрешения органа федерального надзора на допуск объектов заявителя в эксплуатацию, поскольку федеральный государственный энергетический надзор не осуществляется в отношении деятельности потребителей электрической энергии, связанной с эксплуатацией энергопринимающих устройств, использующихся для бытовых нужд, а также других энергопринимающих устройств, суммарная максимальная мощность которых не превышает 150 киловатт с номинальным напряжением до 1 000 вольт и которые присоединены к одному источнику электроснабжения. Правилами и договором не установлено право истца требовать предоставления разрешения от ответчика, если истец полагает, что ответчиком не соблюден порядок разрешения органа федерального государственного энергетического надзора на допуск, он вправе направить уведомление об этом в соответствующий государственный орган. Также ответчик указала, что истцом не соблюден обязательный досудебный порядок урегулирования разногласий. Отметила, что приложенные истцом к исковому заявлению технические условия (ТУ) № № от 13 апреля 2015 г. не являются неотъемлемой частью спорного договора, поскольку с ответчиком не согласованы. Приложением к спорному договору являются технические условия № № от 03 мая 2014 г. с изменениями от 02 июля 2014 г., при этом факт исполнения ответчиком этих технических условий подтверждается актом о выполнении ТУ от 12 декабря 2015 г. и актом о технологическом присоединении № №. Замечаний по исполнению технических условий ответчиком в акте не содержится. Ответчик обращался к истцу с просьбой исправить в акте от 12 мая 2015 г. ссылку на технические условия, не являющиеся приложением к договору, направила письмо от 21 февраля 2016 г. Однако исправленных актов в адрес ответчика не поступало. В настоящее время сторонами исполнены обязательства по договору, однако, не подписаны акты о технологическом присоединении, поскольку сетевая организация – истец, не направила надлежаще оформленные акты для подписания в адрес ответчика. Таким образом, истец как исполнитель услуги в рамках закона о защите прав потребителя, самостоятельно несет ответственность за непредставление достоверной и достаточной полной информации об услуге, злоупотребляя правом, вводит суд в заблуждение. Ответчик как потребитель услуги по технологическому присоединению в полном объеме исполнил обязательства установленные договором и технологическими условиями. Ответ на досудебную претензию ответчик лично вручил истцу, что подтверждается штампом истца и входящим номером полученного письма.

Коме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

В силу п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе; они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу ч. 1 ст. 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-Ф3 «Об электроэнергетике» договор технологического присоединения является публичным.

Согласно п. 1 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации публичным договором признается договор, заключенный коммерческой организацией и устанавливающий ее обязанности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится. К таким организациям относятся и организации в сфере электроснабжения.

Из материалов дела судом установлено, что стороны заключили договор № № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 03 мая 2014 г. (л.д.10-12) и технических условий № № от 03 мая 2014 г. (л.д.14-15), являющихся приложением к договору, а также дополнительное соглашение № № от ДД.ММ.ГГГГ г. (л.д.13).

Согласно условиям заключенного договора № № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 03 мая 2014 г. и технических условий № №, являющихся приложением к договору, стороны приняли на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств ответчика, обеспечивающих - электроснабжение объекта ответчика - жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, с учетом следующих характеристик: максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств - 30 кВт; категория надежности: третья; максимальная мощность ранее присоединенных энергопринимающих устройств 10 кВт.

Истец указывает, что выполнил комплекс организационных и технических мероприятий, обеспечивающих электроснабжение указанного объекта по договору и произвел резервирование мощности для целей указанного технологического присоединения на центре питания ПС 110/35/10-6 кВ «Мацеста», что включает возможность других заявителей воспользоваться зарезервированной за ответчиком мощностью.

По мнению ПАО «Кубаньэнерго», ответчиком не исполнены обязательства по договору, в том числе по выполнению возложенных на заявителя мероприятий по технологическому присоединению в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя, указанные в технических условиях. После выполнения мероприятий по технологическому присоединению в пределах границ участка заявителя, предусмотренных техническими условиями, заявитель должен уведомить сетевую организацию, то есть истца, о выполнении технических условий.

В рамках рассмотрения настоящего дела, ответчик ФИО1 заявила о пропуске срока исковой давности истцом, указав, что срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению согласно п. 5 договора истек 03 ноября 2014 г., таким образом, по мнению ответчика, истцом пропущен срок исковой давности, как по главному требованию, так и по каждому дополнительному требованию.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности истцом, суд исходит из следующего.

Так, в силу положений ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в 3 года. 

Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации отсчет срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с ч. 1 ст. 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности при условии, что одна из сторон заявила о применении последствий пропуска срока исковой давности, является основанием для отказа в иске.

В силу ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает свое решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, оценивая все доказательства, представленные суду в совокупности.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

Таким образом, в соответствии с п. 5 заключённого между сторонами договора от 03 мая 2014 г., началом исчисления срока исковой данности по данному делу является срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, который истек 03 ноября 2014 г.

ПАО «Кубаньэнерго» заявлено требование о расторжении договора № № от 03 мая 2014 г., таким образом, истец узнал о нарушении сроков исполнения по истечению периода, указанного в п. 5 договора, что также подтверждается письмом истца в адрес ответчика от 11 июня 2015 г. (л.д.22), а также претензией от 07 августа 2019 г. (л.д.17-18).

Согласно п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 1,2 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Из материалов дела следует, что ПАО «Кубаньэнерго», в лице филиала «Сочинские электросети», обратилось с настоящим исковым заявлением в Хостинский районный суд г. Сочи 14 мая 2020 г. (вх. №7248), в то время как последним днём на подачу настоящего иска в суд является 03 ноября 2017 г.

В связи с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требования о неустойке за неисполнение ответчиком мероприятий по технологическому присоединению.

В судебном заседании представитель ПАО «Кубаньэнерго» не представила суду каких-либо доказательств уважительности причин пропуска срока на обращение в суд с настоящим иском, как и не заявила ходатайств о восстановлении данного срока.

В силу абз. 3 ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска в связи с пропуском срока для обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств. Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований, без исследования обстоятельств дела

Таким образом, учитывая, что истцом пропущен срок обращения в суд, доказательств невозможности предъявления искового заявления в пределах срока исковой давности, не представлено, ходатайств о его восстановлении не поступало, суд приходит к выводу об отказе ПАО «Кубаньэнерго» в лице филиала «Сочинские электросети» в удовлетворении исковых требований к ФИО1 о расторжении договора и взыскании неустойки в связи с пропуском срока исковой давности.

Поскольку судом принято решение об отказе в удовлетворении требований, оснований для взыскания судебных расходов с учетом положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется, в этой части требования также следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления публичного акционерного общества «Кубаньэнерго» в лице филиала «Сочинские электрические сети» к ФИО1 о расторжении договора и взыскании неустойки - отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Хостинский районный суд города Сочи в течение месяца с момента принятия его в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 13 июля 2020 года.

Председательствующий: С.С. Ткаченко 

На момент опубликования не вступило в законную силу.

Согласовано судья Ткаченко С.С.