АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иркутск 17 сентября 2018 года 

Судья Иркутского районного суда Карпова Н.С., при секретаре Мочеброда Г.В., с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Иркутского района Иркутской области Коденевой Г.А., осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Деменок Е.А., представившей удостоверение № и ордер №, а также с участием представителя потерпевшего Пт. – адвоката Ямалова М.А., рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело № 10-4/2018 по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи по № судебному участку .... от **/**/****, которым 

ФИО1, родившийся ~~~, не судимый, 

осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ сроком на 5 месяцев с удержанием в доход государства 5% заработка ежемесячно, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком в 7 месяцев,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи по № судебному участку .... от **/**/**** ФИО1 признан виновным в покушении на тайное хищение чужого имущества, совершенном **/**/****, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам. Обстоятельства преступления изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда отменить, уголовное дело и уголовное преследование в отношении него прекратить, ссылаясь на незаконность и необоснованность принятого судом решения. Указывает, что в ходе судебного следствия он неоднократно заявлял ходатайства о прекращении уголовного дела в связи со своей непричастность к преступлению, отсутствием события преступления и состава преступления в его действиях. В приговоре в нарушение требований ст. 302, ст. 307 УПК РФ не приведен всесторонний анализ и оценка оправдывающих его доказательств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат Деменок Е.А. доводы жалобы поддержали, осужденный ФИО1 при этом в обоснование своей позиции о незаконности постановленного в отношении него приговора указал, что судебное разбирательство по делу проведено с обвинительным уклоном, с нарушением принципов уголовного судопроизводства. Судом не рассмотрено его ходатайство об исключении из числа доказательств его явки с повинной, которая была написана в отсутствие адвоката, в результате применения к нему недозволенных методов ведения следствия. Сам он добровольно в правоохранительные органы не обращался, а был доставлен в полицию принудительно, где после применения физического насилия и угроз, подписал соответствующий протокол. В ходе предварительного следствия потерпевший Пт. и свидетель Р. в ходе опознания указали о том, что видят его впервые, при этом последний подтвердил свои показания в судебном заседании. Суд не исключил из числа доказательств протокол его допроса, несмотря на то, что показания получены в отсутствие адвоката, написаны не с его слов, подписаны им по принуждению. Сведения, отраженные в данном протоколе, противоречат собранным по делу доказательствам и фактическим обстоятельствам дела. Каких-либо действий, направленных на кражу чужого имущества он не совершал, мотива к тому не имел, поскольку не испытывал материальных трудностей. По делу не установлен и не допрошен в качестве свидетеля Н., а также не установлена личность лица, оказывавшего помощь в погрузке металла. Судом необоснованно отклонены его ходатайства об истребовании дополнительных сведений в подтверждение фальсификации материалов дела. Кроме того, считает недопустимым доказательством видеозапись, поскольку представлена она в виде фрагмента и по истечении длительного времени с момента события. По мнению осужденного указанная видеозапись изготовлена в иное время и не подтверждает его причастность к преступлению. Его нахождение, согласно билингу, в .... в момент общения по телефону с Н., также не доказывает его причастность к преступлению, в указанное время он находился на принадлежащем ему земельном участке и занимался хозяйственными делами, с Н. по телефону обсуждал вопросы строительства. Кроме того, адреса, указанные в билинге, расположены на расстоянии 5 км от места происшествия и, с учетом пояснений специалиста, достоверность данной информации не гарантирована. Показания свидетеля П. не имеют доказательственного значения, в связи с чем, по мнению осужденного, также подлежат исключению. Кроме того, акт выемки и протокол осмотра места происшествия были составлены в отсутствие понятых и без его участия, протоколы допросов свидетелей являются производными от явки с повинной, в связи с чем, подлежат исключению из числа доказательств. Вес и стоимость металла не установлены. При производстве судебно-психиатрической экспертизы, врачами необоснованно дана правовая оценка его действиям, выводы заключения противоречат заключению военно-врачебной комиссии, с заключением экспертизы он был ознакомлен в отсутствие защитника. Протокол судебного заседания вручен ему с нарушением срока, установленного ст. 259 УПК РФ, без приложения аудиозаписей. По своему содержанию протокол является неполным, показания в нем перефразированы с обвинительным уклоном, порядок принесения замечаний на протокол судебного заседания ему не был разъяснен, срок для ознакомления с протоколом не был установлен. 

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 потерпевший Пт. и его представитель – адвокат Ямалов М.А. приведенные в ней доводы считали необоснованными. В судебном заседании просили жалобу осужденного оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи - без изменения. 

Государственный обвинитель в своих возражениях на апелляционную жалобу осужденного считал приговор мирового судьи от **/**/**** в отношении ФИО1 законным и обоснованным, указав, что при рассмотрении уголовного дела суд создал необходимые условия для исполнения сторонами из процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Всем представленным сторонами доказательствам дана правильная оценка в приговоре. 

В судебном заседании государственный обвинитель - старший помощник прокурора Иркутского района Коденева Г.А. просила апелляционную жалобу оставить без удовлетворения по доводам, приведенным осужденным, вместе с тем просила осужденного ФИО1 освободить от назначенного наказания, ввиду истечения срока давности уголовного преследования. 

Проверив материалы уголовного дела, выслушав доводы осужденного ФИО1 и его защитника, а также доводы потерпевшего и его представителя, суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены приговора.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена и подтверждается собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым мировым судьей дана надлежащая оценка. 

Доводы апелляционной жалобы осужденного о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, об односторонней оценке доказательств и о его незаконном осуждении являются несостоятельными и опровергаются материалами уголовного дела. 

Как вино из материалов уголовного дела, доводы осужденного ФИО1, аналогичные приведенным в его апелляционной жалобе, о непричастности к совершению преступления являлись предметом тщательной судебной проверки, однако не нашли своего подтверждения и были обоснованно отвергнуты. Мотивированные выводы суда о несостоятельности выдвинутой осужденным версии и доказательства, эти выводы подтверждающие, приведены в приговоре. 

К числу таких доказательств судом обоснованно отнесены собственные показания ФИО1, данные при допросе в качестве подозреваемого в период производства предварительного расследования по делу и исследованные судом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в которых он, полностью признавая вину в содеянном, подробно и последовательно излагал обстоятельства совершенного хищения. В частности, ФИО1 пояснял, что **/**/**** в связи с наличием финансовых проблем он решил вызвать представителей организации, занимающейся приемом металла, и сдать за денежные средства металлические детали с огороженного соседнего с ним участка в ..... Данным вопросом он попросил заняться своего знакомого Н. за соответствующую плату, сообщив последнему недостоверные сведения о принадлежности ему указанного участка и металлолома, на что тот согласился. На следующий день он привез Н. к указанному участку на своем автомобиле марки «БМВ», туда же подъехал автомобиль «КАМАЗ», с водителем общался Н. После того, как металлические детали были погружены, он забрал Н. и вместе с последним поехали на базу, где принимают металл, водителю автомобиля «КАМАЗ» сказали ехать туда же. Вскоре последний позвонил Н. и сообщил, что его задержал хозяин участка, который заявил о совершенном хищении в полицию. Испугавшись, он не стал возвращаться на участок. 

Данные показания были получены через незначительное время после совершенного преступления, по своему содержанию конкретны, последовательны и логичны, в деталях согласуются с показаниями потерпевшего и свидетелей о месте и способе совершенного преступления, похищенных предметах и их признаках, объективно подтверждается данными, содержащимися в письменных доказательствах, в связи с чем не вызывают сомнений в своей достоверности. 

Оснований для исключения этих показаний осужденного из числа допустимых доказательств у суда не имелось, поскольку получены они в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, после разъяснения всех предоставленных законом прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, даны в присутствии избранного им защитника– адвоката Алтаева П.А., допущенного к участию в деле на основании заявления ФИО1 Участие защитника при его допросе само по себе исключало возможность оказания какого-либо давления. По окончании следственного действия, ФИО1 собственноручно подтвердил правильность изложенных в протоколе сведений, при этом о применении недозволенных методов расследования не заявлял, о нарушении своего права на защиту не указывал. Изложенное, наряду с тем фактом, что протокол допроса ФИО1 в качестве подозреваемого содержит подробные сведения о личности ФИО1 и об иных обстоятельствах, до того не известных органу дознания, свидетельствует о том, что все сведения в протоколе фиксировались дознавателем именно со слов самого допрашиваемого ФИО1 

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 еще до своего допроса обратился в правоохранительные органы с повинной и сообщил о совершенном им преступлении, собственноручно изложив обстоятельства содеянного. Указал о том, что **/**/**** в пойме .... на участке, огороженном забором увидел металлолом и решил его вывезти и сдать, но т.к. у него не было грузового автомобиля, попросил своего знакомого договориться с машиной. **/**/**** вместе со знакомым поехал в .... и загрузил металл. Данное заявление было принято ст. о/у ОУР ОП-№ МУ МВД России «Иркутское» Ж. и занесено в протокол явки с повинной, как того требует ст. 142 УПК РФ. (т. 1 л.д. 34). Учитывая, что явка с повинной является следствием добровольного обращения с заявлением о совершенном преступлении, сам ФИО1 собственноручно указал в протоколе о своей добровольной явке в правоохранительные органы, в данном случае не требовалось обязательного участия защитника, суд обоснованно отверг заявления ФИО1 о недопустимости явки с повинной, как доказательства, ввиду отсутствия адвоката. В материалах дела не имеется данных, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

При таких обстоятельствах, доводы осужденного о самооговоре судом обоснованно отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения, а его показания, данные в судебном заседании, судом правильно признаны способом защиты от предъявленного обвинения. 

Помимо вышеприведенных показаний ФИО1 вина последнего подтверждается показаниями потерпевшего Пт., пояснившего о том, что **/**/**** около 12 час. в .... он встретил автомобиль «КАМАЗ», груженый принадлежащими ему изделиями из металла: кузовом от автомобиля «МАЗ 500», краном-балкой, пехлом от трактора ДТ 75, двумя транспортерными лентами. В результате предпринятых им мер, похищенное было возвращено. Водитель «КАМАЗа» сообщил, что был нанят для перевозки груза мужчиной по имени М. (Н.) Последний, узнав о случившемся, посоветовал тому скрыться. Незадолго до встречи с автомобилем «КАМАЗ» он видел машину ФИО1, которая сразу же уехала. Впоследствии он встречался с ФИО1, тот признавал свою причастность к хищению, готов был возместить причиненный вред. 

Сведения, сообщенные потерпевшим Пт., согласуются с показаниями: свидетеля Р. – водителя а/м «КАМАЗ», пояснившего о том, что участок, с которого он вывез металл, ему указал ранее незнакомый М. (Н.), тот прибыл на автомобиле марки «БМВ», при этом находился в нем в качестве пассажира, со слов последнего – участок принадлежал «А.», после того, как его действия были обнаружены потерпевшим, указанный автомобиль уехал; свидетеля К. о том, что ФИО1 неоднократно совместно с «М.» сдавал металлолом, в **/**/**** по заявке этих же лиц он отправил грузовой автомобиль в .... для вывоза металлолома, после чего выяснилось, что у металла иной хозяин, а лица, обратившиеся с заявкой с места преступления скрылись; свидетеля П., пояснившего о наличии у ФИО1 в собственности автомобиля марки «БМВ». Показания перечисленных свидетелей не содержат существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда о виновности осужденного ФИО1 

Установленные судом на основе показаний потерпевшего, свидетелей и подсудимого ФИО1, в той их части, в которой они признаны достоверными, фактические обстоятельства дела объективно подтверждаются данными протоколов осмотра места происшествия, выемки и осмотра вещественных доказательств.

Вопреки доводам осужденного, осмотр места происшествия произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, протокол следственного действия соответствует ст. 166, 180 УПК РФ, в нем перечислены и детально описаны все обнаруженные следы преступления и изъятые предметы, представляющие криминалистический интерес, содержатся сведения об использовании технических средств фиксации, согласно ст. 170 УПК РФ, факт их применения подтверждается фототаблицей к протоколу. 

Наряду с приведенными выше доказательствами факт нахождения ФИО1 в .... и .... и общения с Н. в период события преступления объективно подтверждается детализацией его телефонных соединений, с привязкой к базовым станциям оператора сотовой связи. Кроме того, присутствие автомобиля марки «БМВ», принадлежащего ФИО1, в непосредственной близости от места хищения в момент рассматриваемых событий подтверждается видеозаписью, представленной суду потерпевшим Пт. в рамках реализации права, гарантированного ст. 42 УПК РФ. Данную видеозапись мировой судья обоснованно признал в качестве доказательства по делу, дав ей соответствующую оценку, в совокупности с имеющимися по делу доказательствами. 

Ссылка осужденного ФИО1 на то, что в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства не был установлен и допрошен Н., не свидетельствует о нарушении закона. С учетом конституционного принципа осуществления правосудия на основе состязательности сторон, сбор доказательств не входит в обязанности суда. При этом из материалов уголовного дела следует, что мировым судьей было оказано содействие стороне защиты в предоставлении дополнительных доказательств, предприняты исчерпывающие меры к установлению места нахождения названного лица, однако обеспечить его явку в судебное заседание не представилось возможным. Вместе с тем, данное обстоятельство не ставит под сомнение выводов суда о виновности ФИО1 в содеянном, поскольку неосведомленность Н. относительно характера совершаемых им действий установлена на основе имеющихся в деле доказательств. 

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, в соответствии со ст. 73 УК РФ, судом установлены и правильно указаны в приговоре. Выводы суда о размере и характере вреда, который для потерпевшего не наступил в силу обстоятельств, не зависящих от воли виновного, подтверждаются заключением судебной оценочной экспертизы, проведенной судом апелляционной инстанции. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы не имеется, поскольку она проведена компетентным специалистом, имеющим высшее образование, соответствующую квалификацию, длительный стаж экспертной деятельности. Также отсутствуют сведения о заинтересованности эксперта в исходе дела, экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 283 УПК РФ, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Экспертом были исследованы все значимые обстоятельства дела, проведен экспертный осмотр в присутствии осужденного, даны аргументированные ответы на все постановленные перед ним вопросы. В заключении экспертизы полно отражен ход и результаты исследования, заключение не содержит противоречий, выводы эксперта мотивированы. Каких-либо оснований полагать, что осмотру и оценке были подвергнуты иные металлические детали, не являющиеся предметом преступного посягательства, с учетом зафиксированных при их осмотре признаков и габаритов, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Исследовав все представленные сторонами доказательства, сопоставив их между собой и оценив в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о их достаточности для рассмотрения дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ, как покушение на тайное хищение чужого имущества, поскольку преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам. 

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществление предоставленных прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не усматривается.

Как следует из протокола судебного заседания, при изложении в приговоре показаний допрошенных по делу лиц, каких-либо искажений судом не допущено. Несвоевременность изготовления протокола судебного заседания не является основанием к безусловной отмене приговора. Согласно материалам уголовного дела копия протокола судебного заседания осужденному ФИО1 была вручена **/**/****, время на ознакомление с протоколом судебного заседания и принесения на него замечаний было предоставлено. Во времени осужденный ограничен не был, поскольку уголовное дело в суд апелляционной инстанции поступило по истечении месяца с момента ознакомления его с протоколом судебного заседания. О наличии такого права ФИО1 был осведомлен, о чем свидетельствуют приводимые им доводы, однако данным правом не воспользовался. Данных, свидетельствующих о неполноте протокола судебного заседания, о неправильном отражении в нем хода судебного заседания, вопросов участников процесса и ответов допрашиваемых лиц, не имеется. 

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ соразмерно тяжести, характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, поэтому является справедливым.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям. 

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В силу ч. 2 ст. 27 УПК РФ, прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает.

Поскольку ФИО1 осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ за совершение преступления **/**/****, на момент постановления в отношении него приговора от **/**/**** у суда первой инстанции не имелось оснований для разрешения вопроса о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Вместе с тем, на момент рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке, установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности истек.

Согласно ч. 2 ст. 78 УК РФ, сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу. Предусмотренных ч. 3 ст. 78 УК РФ оснований для приостановления течения сроков давности из материалов дела не усматривается.

В соответствии со ст. 389.21 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговорили иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных статьями 24, 25, 27 и 28 УПК РФ.

Решение о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ может быть принято судом первой или апелляционной инстанции лишь при условии, что подсудимый (осужденный) против этого не возражает. По смыслу закона при наличии у подсудимого (осужденного) таких возражений суд продолжает рассмотрение дела и постановляет оправдательный приговор либо обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания в порядке, предусмотренном ч. 8 ст. 302 УПК РФ, независимо от его позиции по данному вопросу.

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым освободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи по № судебному участку .... от **/**/**** в отношении ФИО1 изменить. 

Освободить ФИО1 от наказания в виде исправительных работ сроком на 5 месяцев, с удержанием в доход государства 5% заработка ежемесячно, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком в 7 месяцев, назначенного за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Иркутский областной суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Судья: Н.С. Карпова