Гражданское дело № 33-8029/2026

в суде 1-ой инстанции № 2-5574/2025

УИД 77RS0001-02-2025-004678-89

Судья суда 1-ой инстанции: ФИО1

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 марта 2026 года	 город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Жолудовой Т.В.,

судей Заскалько О.В., Нестеровой Е.Б.

с участием прокурора Салахеева А.О.,

при ведении протокола секретарем Ереминой Д.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Жолудовой Т.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО2 ххххххххххххххххххх на решение Бабушкинского районного суда города Москвы от 25 августа 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении иска ФИО2 хххххххххххххххххххххх к АО «Аремэкс» о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда - отказать.;

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «Аремэкс» о признании приказа об отстранении от работы незаконным, признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что с 26.01.2024 она на основании трудового договора работала в ООО «Аремэкс» в должности управляющий объектом с должностным окладом 110 000 руб. 04.02.2025 истцу была выдана справка об установлении инвалидности 1 группы по общему заболеванию до 01.03.2027. Также выдана ИПРА инвалида к протоколу медико-социальной экспертизы. 11.02.2025 ответчиком издан приказ № П-Ар/25-03-О/Д «Об отстранении от работы по медицинским показаниям», которым истец отстранена от работы с 12.02.2025 до предоставления медицинского заключения о профессиональной пригодности по установленной форме, выплата заработной платы приостановлена. Ответчиком в адрес истца было направлено уведомление об отсутствии вакансий должностей, соответствующих медицинскому заключению от 01.04.2025. Приказом № 43 л/с от 03.04.2025 истец была уволена, в связи с увольнением истцу выплачено 69 105 руб. 23 коп. Истец считает отстранение от работы и последующее увольнение незаконными, нарушающими ее трудовые права, поскольку она была отстранена от работы до предоставления медицинского заключения, а ИПРА для гражданина носит рекомендательный характер, от нее истец вправе отказаться.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила суд приказ № П-Ар/25-03-О/Д «Об отстранении от работы по медицинским показаниям» от 11.02.2025 признать незаконным и отменить его; приказ № 43 л/с о прекращении трудового договора от 03.04.2025 признать незаконным и отменить его; восстановить истца на работе в прежней должности; взыскать с ответчика размер среднего заработка за время вынужденного прогула; включить вынужденный пропущенный срок в общий трудовой стаж; взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца настаивал на удовлетворении заявленных требований; представитель ответчика против удовлетворения требований истца возражал.

Суд постановил приведенное выше решение, об отмене которого просит истец ФИО2 по доводам апелляционной жалобы, ссылаясь на то, что судом неправильно оценены представленные доказательства, в том числе ИПРА инвалида, медицинские документы, которые не содержат сведения о наличии у истца противопоказаний для выполнения работы, обусловленной трудовым договором.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО2, представители третьих лиц ФГБНУ «НИИ МТ», ГИТ г.Москвы не явились, извещены. От истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. Судебная коллегия в соответствии с ч. 3, ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, выслушав в судебном заседании представителя ответчика АО «Аремэкс» ФИО3, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшего решение суда подлежащим оставлению без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы истца, изученным материалам дела не имеется.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 26.01.2024 ФИО2 принята на работу в АО “Аремэкс” в подразделение “Дирекция по эксплуатации Служба эксплуатации” на должность управляющий объектом на основании трудового договора от 26.01.2024 № 3/2024, заключенного на неопределенный срок. Приказ о приеме на работу № 4/лс от 26.01.2024.

В тот же день ФИО2 ознакомлена с должностной инструкцией Управляющего объектом дирекции по эксплуатации.

Согласно должностной инструкции в должностные обязанности управляющего объектом входит, в том числе: инициирование и контроль заключения договора подряда на ремонт (окон, дверей, лестниц, мебели, бытовой и компьютерной техники, текущий ремонт фасада, кровли); контроль за работами подрядчиков при проведении ими работа, инициированных Управляющим объектом, координация работы службы; контроль соблюдения требований пожарной безопасности на объектах (арендаторами, подрядчиками при выполнении работ на объекте); инициирование и контроль заключения договоров с клинингом, на вывод ТБО, чистку кровли, содержанию прилегающей территории; контроль имущества на предмет готовности к сезонной эксплуатации, наличия дефектов, выполнения планов по содержанию и ремонту; взаимодействие с аварийными службами, допуск на объект; взаимодействие в надзорными органами, ресурсоснабжающими организациям; ведение учёта товарно-материальных ценностей на объектах; работа с документооборотом, счетами в программе 1С, документооборот на объектах; контроль исполнения договорных обязательств с контрагентами, взаимодействие с арендаторами (заявки, претензии, вопросы), сбора переменной части арендной платы, своевременного поступления платежей; расстановка кадров в рамках объектов, постановка и контроль выполняемых задач, участие в подборе линейного персонала; участие проведение аудита инженерных систем объекта недвижимости; а также и другие обязанности.

Дополнительным соглашением от 09.01.2025 к трудовому договору истцу установлен должной оклад в размере 110 000 руб.

06.02.2025 работодателем от ФИО2 по электронной почте получена справка об установлении инвалидности х группы серии МСЭ-2023 № 2031271 от 04.02.2025, выданная ФКУ “ГБ МСЭ по г. Москве” Минтруда России (бюро № 56).

На следующий день (07.02.2025) ФИО2 направила работодателю по электронной почте ИПРА от 04.02.2025 № ИПРА-125-000153948 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы от 04.02.2025 с установленной третьей степенью ограничения способности к трудовой деятельности.

10.02.2025 Обществом составлен Акт № 1 о предоставлении ФИО2 в адрес АО “Аремэкс” документов об инвалидности.

В представленной ФИО2 ИПРА установлены ограничения основных категорий жизнедеятельности истца: способность к самообслуживанию - первая степень, способность к передвижению - первая степень; способность к трудовой деятельности - третья степень.

В ИПРА ФИО2 приведены рекомендации о показанных и противопоказанных видах трудовой деятельности истца с учетом нарушенных функций организма, обусловленных заболеваниями, последствиями трав и дефектами: противопоказаны виды трудовой деятельности в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятных макро- и микроклиматических условий (в том числе, наличие тепловых, электромагнитных излучений, ионизирующих и не ионизирующих источников излучений, ультрафиолетовой радиации, повышенной инсоляции).

В ИПРА в разделе рекомендаций к условиям труда указано, что ФИО2 нуждается в дополнительных перерывах, доступны виды трудовой деятельности в оптимальных, допустимых условиях труда, а трудовая деятельность возможна при значительной помощи других лиц.

Между тем, занимаемая ФИО2 должность обусловлена деятельностью в условиях психоэмоциональной нагрузки; физической нагрузки; осуществляется под воздействием электромагнитных излучений; связана с обеспечением безопасности третьих лиц.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что в результате анализа ограничений, рекомендуемых условий труда, содержащихся в ИПРА, условий трудовой деятельности ФИО2, работодатель пришел к выводу, что истец не может продолжать выполнять свою трудовую функцию ввиду наличия существенных рисков ухудшения состояния здоровья, а также сопутствующих рисков, связанных с возможностью обеспечения безопасности третьих лиц на управляемых объектах недвижимости. На момент отстранения от работы и увольнения у ответчика не имелось вакантных должностей, не противопоказанных истцу в соответствии с медицинским заключением. Общество не является работодателем, обязанным создавать квоту рабочих мест для инвалидов, поскольку его списочная численность работников согласно штатному расписанию составляет менее 100 человек.

Учитывая наличие противопоказаний для выполнения работником своих должностных обязанностей, работодатель приказом № П-АР/25-03-О/Д от 11.02.2025 отстранил ФИО2 от работы, начиная с 12.02.2025.

С приказом истец ознакомлена в установленном законом порядке, о чем имеется соответствующая отметка.

12.02.2025 работодателем в отношении ФИО2 составлено направление на внеочередной медицинский осмотр в медицинскую организацию - ФГБУ Научно-исследовательский институт медицины труда им. Академика Н.Ф. Измерова (далее - НИИ медицины труда).

14.02.2025 Общество осуществило передачу ФИО2 сопроводительным письмом направления с рекомендацией пройти внеочередной медицинский осмотр.

Из материалов дела также следует, что ФИО2 12.02.2025 было направлено электронное обращение в НИИ медицины труда с вопросом о возможности прохождения экспертизы профессиональной пригодности.

На данной обращение заявителю был дан ответ о том, что оснований для направления её на обязательный медицинский осмотр или экспертизу профессиональной пригодности в соответствии с ст. 63 Федерального закона № 323-ФЗ, приказом № 282н, приказом Минздрава России от 28.01.2021 № 29н, приказом Минтруда России и Минздрава России от 31.10.2020 № 988 н/1420н, иными нормативно-правовыми актами, не усматривается. Дополнительно было указано, что в ИПРА, выданной в соответствии с законом, содержатся сведения о показанных и противопоказанных видах трудовой деятельности с учетом нарушенных функций организма, по оснащению рабочего места и рекомендуемых условий труда.

Кроме того, ответчик 14.02.2025 самостоятельно обратился в НИИ медицины труда и ФКУ “ГБ МСЭ по г. Москве” Минтруда России (Бюро № 56) с запросом о предоставлении пояснений о профессиональной пригодности или непригодности к выполнению работ в должности управляющей объектом ФИО2, в том числе, какую именно работу может выполнять ФИО2 с учётом текущего состояния работника и с целью недопущения возникновения ухудшений состояния здоровья.

13.03.2025 работодателем от ФКУ “ГБ МСЭ по г. Москве” Минтруда России (Бюро № 56) получен ответ, из которого следует, что в ИПРА отражены ограничения жизнедеятельности ФИО2, включая способность к трудовой деятельности третьей степени, означающую способность к выполнению элементарной трудовой деятельности со значительной помощью других лиц. Также было указано, что выдача иных заключений не предусмотрена.

По состоянию на 12.02.2025 у работодателя имелось 2 вакантные должности “Техник службы эксплуатации”, по состоянию 03.04.2025 - одна вакантная должность “Техник службы эксплуатации” и одна вакантная должность “Руководитель направления охраны труды и профессиональных рисков”.

Проанализировав должностные инструкции по названным должностям, суд пришел к выводу, данная работа противопоказана ФИО2, поскольку связана с воздействием негативных факторов, нервным напряжением, высокой физической нагрузкой, а также не соответствует квалификации истца (направление обучения, опыт работы). В связи с этим работодатель не мог предложить ФИО2 перевод на указанные вакантные должности.

Об отсутствии вакантных должностей, соответствующих противопоказаниям и рекомендациям ИПРА, ответчик направил истцу письмо-уведомление от 03.40.2025 № И-Ар-01/25-32. ФИО2 ознакомлена с указанным письмом, о чём имеется соответствующая отметка.

Приказом от 03.04.2025 № 43 л/с ФИО2 уволена с работы 03.04.2025 по основанию п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием у работодателя работы, не противопоказанной медицинским заключением.

ФИО2 отказалась подписывать приказ об увольнении, в связи с чем работодателем составлен 03.04.2025 соответствующий акт.

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 73, 76, 77, 212, 234 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 7, 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", установив наличие у ФИО2 медицинских противопоказаний к работе в занимаемой ею должности согласно индивидуальной программе реабилитации инвалида, отсутствие у работодателя вакансий, предполагающих возможность осуществления элементарной трудовой деятельности со значительной помощью других лиц, соблюдение требований трудового законодательства при отстранении истца от работы и увольнении, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания незаконными приказов № П-Ар/25-03-О/Д «Об отстранении от работы по медицинским показаниям» от 11.02.2025, № 43 л/с от 03.04.2025 о прекращении трудового договора, о восстановлении на работе.

Признав отстранение от работы и увольнение законными, суд правомерно отказал в удовлетворении производных от основных требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Судебная коллегия полностью соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном установлении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Одним из случаев изменения определенных сторонами условий трудового договора является перевод работника на другую работу в соответствии с медицинским заключением (ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья (ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, то работодатель обязан на весь указанный в медицинском заключении срок отстранить работника от работы с сохранением места работы (должности). В период отстранения от работы заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (ч. 2 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (ч. 3 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положения ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает обязанность работодателя отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда либо обязательный медицинский осмотр не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой.

Общие основания прекращения трудового договора перечислены в ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Одним из таких оснований является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от постоянного или временного (на срок более четырех месяцев) перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы направлена на охрану здоровья работника. Необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 г. N 1090-О-О и 1114-О-О, от 14 июля 2011 г. N 887-О-О, от 24 декабря 2012 г. N 2301-О).

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации об обстоятельствах, являющихся основанием для прекращения трудового договора с работником по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в их взаимосвязи с нормативными предписаниями законодательства в сфере охраны здоровья граждан, позицией Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в целях соблюдения гарантий по обеспечению прав работника на труд и охрану здоровья с письменного согласия работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, работодатель обязан перевести его на другую имеющуюся у него работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья. Такой перевод может быть временным или постоянным. В случае, когда работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, работодатель обязан отстранить такого работника от работы с сохранением места работы на весь срок, указанный в медицинском заключении. Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор с работником прекращается по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу статей 7 и 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ) медико-социальная экспертиза - признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма. Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев в целях признания лица инвалидом, а также определения целевой реабилитационной группы (целевых реабилитационных групп). Указанные классификации и критерии разрабатываются и утверждаются в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Согласно статье 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ Индивидуальная программа реабилитации и абилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида мероприятий и услуг по основным направлениям комплексной реабилитации и абилитации инвалидов, который предусматривает сроки и порядок реализации таких мероприятий и оказания таких услуг, цель комплексной реабилитации и абилитации и направлен на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы могут привлекать к разработке индивидуальных программ реабилитации и абилитации инвалидов реабилитационные организации. Порядок разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации и абилитации инвалида и ее форма, порядок привлечения к разработке индивидуальной программы реабилитации и абилитации инвалида реабилитационных организаций и порядок координации реализации индивидуальной программы реабилитации и абилитации инвалида, включая мониторинг такой реализации и предоставление информации о результатах этого мониторинга в высший исполнительный орган субъекта Российской Федерации, определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что по результатам медико-социальной экспертизы ФИО2 была установлена I группа инвалидности; у истца имеются ограничения жизнедеятельности по категориям, в том числе, трудовая деятельность - 3 степени; ФИО2 противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятных макро- и микроклиматических условий, могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья инвалида и/или людей, трудовая деятельность возможна при значительной помощи других лиц; исходя из отсутствия необходимости при наличии вышеуказанного заключения МСЭ в направлении истца для прохождения периодического медицинского осмотра, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы истца об отсутствии у работодателя соответствующего медицинского заключения о том, что истец не может выполнять отдельные виды работ по медицинским показаниям, в связи с чем не имелось оснований для издания приказа об увольнении по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку, суд верно исходил из того, что решение учреждения МСЭ об установлении инвалидности и индивидуальная программа реабилитации являются единственными документами, выдаваемыми данным учреждением по результатам проведения медико-социальной экспертизы, и в силу статьи 11 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" являются обязательными для организаций, учреждений, что подтверждено, в том числе, ответами ФГБНУ «НИИ МТ», ФКУ «ГБ МСЭ по г. Москве Минтруда России».

Судом также принято во внимание, что согласно Приказу Роструда от 11.11.2022 № 253 «Об утверждении Руководства по соблюдению обязательных требований трудового законодательства», медицинские противопоказания для выполнения работы могут указываться в индивидуальной программе реабилитации инвалида.

Таким образом, вывод суда о том, что справка об установлении инвалидности истцу и индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданная по результатам проведения медико-социальной экспертизы, являются медицинским заключением, позволяющим работодателю уволить работника по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, является правильным.

Доводы истца о несогласии с данными, указанными в Индивидуальной программе реабилитации или абилитации инвалида № ИПРА-125-000153948 от 04.02.2025, по сути, сводятся к выражению мнения истца о том, что она по состоянию здоровья фактически могла исполнять трудовые обязанности, что само по себе не может являться основанием для неисполнения Индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида.

Иные доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, аналогичны позиции истца, изложенной в иске и в суде первой инстанции, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции и правильно признаны ошибочными по мотивам, подробно изложенным в судебном акте.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия считает, что решение суда принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению; имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), решение содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Доводы апелляционной жалобы истца не могут повлечь отмену судебного постановления, поскольку не содержат правовых оснований, установленных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

определила:

решение Бабушкинского районного суда города Москвы от 25 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 ххххххххххххххххххххх - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи: