Дело № 2-2337/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г. Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего Копыловой Е.В.

при секретаре Ломовой Л.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кемерово

12 июля 2017 года

дело по иску ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 о признании сделок недействительными,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с требованиями к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными. 

Заявленные требования мотивирует тем, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от **.**.**** с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в размере 800000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 50000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 11700 руб., а всего 861 700 руб. 

Судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г. Кемерово **.**.**** в отношении должника ФИО2 возбуждено исполнительное производство ###. 

Добровольно ответчик ФИО2 не исполнила требования исполнительного документа и своих обязательств по оплате взысканных судом сумм.

Кроме того, **.**.**** судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г. Кемерово возбуждено исполнительное производство ### на основании исполнительного листа серии ФС ### от **.**.**** о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 задолженности в размере 128776,88 руб. 

В ходе исполнительных действий судебным приставом-исполнителем **.**.**** был получен ответ из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области ### о том, что на имущество ФИО2 зарегистрирован переход права собственности. Исходя из справок Росреестра о переходе прав на недвижимое имущество на объекты, ранее принадлежавшие ФИО2 - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ... Конон были предприняты действия по регистрации перехода права собственности к ФИО4 .

Так, на жилой дом **.**.**** произведена регистрация перехода права собственности от ФИО2 к ФИО3 (сын) на основании договора дарения жилого дома и земельного участка от **.**.****., то есть через 2 дня с момента возбуждения исполнительного производства ### от **.**.****. 

Затем **.**.**** произведена регистрация перехода права собственности к ФИО4 (дочь ФИО3 , внучка ФИО2 ) на основании договора дарения жилого дома и земельного участка.

Таким образом, истец полагает, что ФИО2, являясь должником по исполнительному производству, приняла меры по сокрытию своего имущества от наложения взыскания по исполнительным документам.

Однако с момента регистрации отчуждения указанного жилого дома и земельной участка, ФИО2 не переставала ухаживать за домом и участком, то есть является собственником недвижимости, а указанные сделки являются мнимыми.

С учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ исковых требований просит суд признать договор дарения жилого дома (кадастровый ###) и земельного участка (кадастровый ###), расположенных по адресу: ... от **.**.****., заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным в силу ничтожности (мнимая сделка), признать договор дарения жилого дома (кадастровый ###) и земельного участка (кадастровый ###), расположенных по адресу: ... от **.**.****., заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительным в силу ничтожности (мнимая сделка).

В судебном заседании истец и ее представитель ФИО5, действующая на основании доверенности, заявленные требования поддержали.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о дате и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. 

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО6, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования не признала. 

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО7, действующий на основании доверенности, в удовлетворении заявленных требований просил отказать. 

С учетом мнения явившихся участников процесса, в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд рассматривает дело в отсутствие ответчиков. 

Выслушав представителей сторон, допросив свидетелей, изучив письменные материалы гражданского дела, суд установил, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от **.**.**** с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в размере 800000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 50000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 11700 руб., а всего 861700 руб. 

На основании судебного акта взыскателю выдан исполнительный лист ### от **.**.****, судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г. Кемерово возбуждено исполнительное производство ###.

Кроме того, заочным решением Центрального районного суда г. Кемерово от 18.12.2015 года с ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 129475,15 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в сумме 3789,50 рублей, а всего 133264,65 руб. 

На основании указанного судебного акта **.**.**** изготовлен исполнительный лист серии ###, судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г. Кемерово возбуждено исполнительное производство ### от **.**.****. 

В ходе производства исполнительных действий судебным приставом-исполнителем **.**.**** за ### получено сообщение Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области об отказе в государственной регистрации запрета на совершение действий по регистрации на объекты недвижимого имущества – жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ..., принадлежащие ФИО2 с указанием на то обстоятельство, что переход права уже зарегистрирован, и ФИО2 не является собственником недвижимого имущества. 

Так, на жилой дом (кадастровый ###) и земельный участок (кадастровый ###), расположенные по адресу: ... **.**.**** произведена государственная регистрация перехода права собственности от ФИО2 к ФИО3 на основании договора дарения жилого дома и земельного участка от **.**.****. 

Далее **.**.**** произведена государственная регистрация перехода права собственности на указанные объекты от ФИО3 к ФИО4 на основании договора дарения жилого дома и земельного участка от **.**.****.

В судебном заседании истец пояснила, по ее мнению, ФИО2, являясь должником, приняла меры по сокрытию своего имущества от наложения взыскания по исполнительным документам, в связи с чем, подарила принадлежащее ей имущество сыну ФИО3, который распорядился им в пользу своей дочери ФИО4, однако фактически имущество из владения ФИО2 не выбывало. 

Оспаривая совершенные сделки по отчуждению недвижимого имущества, истец ссылается на положения ч. 1 ст. 170 ГК РФ. По мнению истца, оспариваемые сделки совершены с целью исключения возможного обращения взыскания на имущество ФИО2 Также полагает, что о мнимости сделок указывает факт родственных отношений между ответчиками.

Оценив представленные сторонами доказательства в подтверждение своих требований и возражений по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в связи со следующим.

Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при совершении мнимой сделки стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о мнимости сделок, то есть заключение их лишь для вида, без намерения создать правовые последствия. 

Оспариваемый договор дарения от **.**.****, заключенный между ФИО2 и ФИО3, договор дарения от **.**.****, заключенный между ФИО3 и ФИО4, по своей форме и содержанию соответствуют требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, между сторонами сделок достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, воля сторон при заключении указанных договоров была направлена на безвозмездную передачу и получение недвижимого имущества, переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован в установленном порядке с внесением соответствующих записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество.

При этом, как следует из пояснений представителя ответчика ФИО2 – ФИО6, ФИО2, **.**.****, в силу преклонного возраста было достаточно затруднительно проживать в загородном доме и ухаживать за садом, в связи с чем, ею было принято решение о дарении недвижимости своему сыну ФИО3 В свою очередь, ФИО3 после проведенного эндопротезирования левого тазобедренного сустава в **.**.****, с последующей госпитализацией в **.**.**** утратил физическую возможность заниматься домом и садом, принял решение о передаче в дар спорного имущества своей дочери ФИО4 

В настоящее время объекты недвижимого имущества находятся во владении, пользовании и распоряжении ФИО8, которая несет бремя их содержания, производит текущий и капитальный ремонт, что подтверждается договором подряда на отделочные работы от **.**.****, квитанциями об оплате строительных материалов. Кроме того, супруг ФИО4 – ФИО7 (свидетельство о заключении брака серии ### от **.**.****) осуществил страхование жилого дома на период с **.**.**** по **.**.****, в подтверждение чего в материалы дела представлен полис № ### по программе страхования «Ресо-Дом» страхового общества «Ресо-Гарантия». 

Из информации, представленной на судебный запрос межрайонной ИФНС России ### по Кемеровской области от **.**.**** ###, видно, что ФИО2 являлась плательщиком земельного налога по спорному земельному участку с **.**.**** по **.**.****, а также плательщиком налога на имущество физических лиц за жилой дом с **.**.**** по **.**.****; с **.**.**** по **.**.**** плательщиком земельного налога и налога на имущество физических лиц являлся ФИО3, а с **.**.**** – ФИО4; задолженность по налогам отсутствует.

В материалы дела представлена квитанция ОАО «Кузбассэнергосбыт» от **.**.****, в соответствии с которой ФИО4 произвела оплату электроснабжения жилого дома в сумме 640,25 руб. Задолженность отсутствует.

Помимо письменных материалов дела факт содержания жилого дома ответчиком ФИО4 подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ЛИЦО_10, который пояснил, что в **.**.**** в доме по адресу: ... он в составе бригады из 3 человек производил ремонт, который заключался в замене электрооборудования, обшивке пола и потолка, замене кровли на веранде. Свидетель пояснил, что строительные материалы приобретал и привозил ФИО7 (супруг ФИО4), работы длились около месяца, заказчик полностью рассчитался за произведенные работы. Когда у бригады были выходные, в эти дни в доме печник клал печь. ЛИЦО_18 торопил с ремонтом, говорил, что желает использовать дом под дачу и приезжать в деревню всей семьей. Также свидетель отметил, что на момент начала работ весной 2016 года дом был нежилой, видно было, что в нем долгое время никто не проживал; уборной также длительное время не пользовались.

Не доверять показаниям данного свидетеля у суда оснований не имеется, поскольку его показания последовательны, не противоречат письменным материалам дела, в частности договору подряда на отделочные работы, квитанциям об оплате строительных материалов, распискам бригадира ЛИЦО_11 в получении денежных средств за произведенные работы. Кроме того, его показания подтверждены показаниями свидетеля со стороны истца ЛИЦО_12 в части того, что в спорном доме в 2016 года была заменена печь.

Суд критически относится к показаниям свидетелей истцовой стороны ЛИЦО_13, ЛИЦО_12 о том, что в жилом доме проживает ФИО2 с супругом, поскольку данные свидетели непосредственно в спорном доме не находились, проживающих в нем людей видели через забор. Показания свидетеля ЛИЦО_13 о том, что зимой снег с крыши дома счищал мужчина преклонного возраста, не свидетельствуют о том, что ФИО4 не осуществляет правомочия собственника имущества. 

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о действительном намерении сторон совершить сделки дарения недвижимого имущества с наступлением их правовых последствий.

Доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достоверности, подтверждающих порочность воли сторон при заключении договоров дарения от **.**.**** и от **.**.****, истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ суду не представлено; оснований для признания действий ответчиков недобросовестными не имеется. 

Само по себе наличие обязательства не может ограничивать право собственника на распоряжение принадлежащим ему имуществом, в том числе путем его дарения.

Факт наличия между сторонами сделок родственных отношений (мать-сын-внучка) не свидетельствует бесспорно о мнимости сделки.

Также суд отмечает, что при предъявлении иска о признании сделки недействительной истец должен доказать, что его права или охраняемые законом интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой и будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное положение.

ФИО1 доказательств нарушения ее прав оспариваемыми сделками суду также не представлено.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в п. 78 Постановления Пленума от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 84 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25, согласно абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

По смыслу названной нормы права, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ, доказательств наличия реального и прямого нарушения имущественных прав истца (охраняемого законом интереса), суду не представлено. Напротив, как пояснила истица в судебном заседании, судебные акты должником ФИО2 исполняются путем удержания 50% из ее пенсии; сведений об отсутствии у ФИО2 какого-либо иного имущества, за счет реализации которого возможно исполнить судебное решение, истцом не представлено. 

Принимая во внимание изложенное, оснований для признания оспариваемых сделок от **.**.**** и **.**.**** недействительными по основаниям, установленным ч. 1 ст. 170 ГК РФ, не имеется.

Кроме того, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании недействительным в силу ничтожности договора дарения жилого дома и земельного участка от **.**.****, заключенного между ФИО2 и ФИО3 

В силу ч. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Так, материалами дела подтверждено, что государственная регистрация перехода права собственности на спорные объекты недвижимости от ФИО2 к ФИО3 произведена **.**.**** с внесением соответствующих сведений в Единый государственный реестр недвижимости. Именно с этого момента следует считать, что началось исполнение сделки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что срок исковой давности для защиты нарушенного права по указанной сделке исчисляется с **.**.**** по **.**.****. 

В соответствии с п. 5 ст. 7 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, являются общедоступными, если иное не установлено законом. Аналогичная норма содержалась в ст. 7 Федерального закона № 122-ФЗ от 21.07.1997 года «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

Учитывая открытость и общедоступность сведений ЕГРН, ФИО1 имела возможность до истечения срока исковой давности и могла при наличии необходимой степени заботливости получить сведения о правообладателе имущества, оспорить сделки и восстановить свои права. 

Доказательства наличия уважительных причин, которые могли бы послужить основанием для восстановления срока исковой давности, истцом не представлено. Суд полагает, что правовая неграмотность не может служить основанием для восстановления пропущенного срока исковой давности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Учитывая добытые по делу доказательства, суд считает заявленные требования не обоснованными, в связи с чем, отказывает в удовлетворении иска в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 о признании договора дарения жилого дома (кадастровый ###) и земельного участка (кадастровый ###), расположенных по адресу: ... от **.**.****, заключенного между ФИО2 и ФИО3 , договора дарения жилого дома (кадастровый ###) и земельного участка (кадастровый ###), расположенных по адресу: ... от **.**.****, заключенного между ФИО3 и ФИО4 недействительными в силу ничтожности (мнимая сделка) – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с даты изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Кемерово.

Судья Е. В. Копылова

В мотивированной форме решение изготовлено 14.07.2017 года.