Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 января 2019 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шаламовой Л.М.,

при секретаре Ефимовой Ю.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-398/2019 по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Братске и Братском районе Иркутской области о признании незаконным решения об отказе в установлении страховой пенсии по старости, установлении факта работы в период отбывания наказания, признании права на назначение страховой пенсии по старости,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в г.Братске и Братском районе Иркутской области (далее – ГУ-УПФ РФ в г. Братске), в котором, с учетом уточнений, просит признать незаконным решение ответчика № 196/12 от 19.10.2017 об отказе в установлении страховой пенсии, установить факт работы в период отбывания наказания: в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1985 г. по 1987 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония - 7 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1987 г. по 1991 г., с 1992 г. по 1997 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 19 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2001 г. по 2004 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2008 г. по 2009 г., в Федеральном казенном учреждении «Колония-поселение № 20 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2012 г. по 2016 г.; признать право на назначение страховой пенсии по старости с 27.04.2017.

В обоснование исковых требований указал, что 02.10.2017 он в третий раз обратился в ГУ-УПФ РФ в г. Братске с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

По результатам рассмотрения заявления ответчик 19.10.2017 принял решение об отказе в установлении пенсии № 196/12 на основании отсутствия требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 11,4. Индивидуальный пенсионный коэффициент на момент обращения в этот раз был пересчитан и составлял 6,256.

Согласно п. 2.1. части 2 указания Министерства социальной защиты населения РФ от 2 ноября 1992 г. № 1-94-У о порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж. Документом, подтверждающим время работы осужденного в местах лишения свободы, является трудовая книжка, а при ее отсутствии справка, выдаваемая администрацией исправительно-трудового учреждения.

Период с 1985 г. по 1987 г. и период с 1987 г. по 1991 г., с 2000 г. по 2004 г. и с 2004 г. по 2009 г. в общий трудовой стаж ответчиком включен не был, хотя находясь в местах лишения свободы он продолжал трудовую деятельность все это время.

С учетом периодов, которые ответчик не засчитал в страховой стаж, необходимый для назначения страховой пенсии по старости, его страхового стажа и пенсионных баллов достаточно для назначения страховой пенсии по старости.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам и основаниям изложенным в иске, просил заявленные требования удовлетворить.

Представитель ответчика ГУ УПФ РФ в г. Братске ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, суду пояснила, что при определении права ФИО1 на досрочное назначение страховой пенсии Управлением Пенсионного фонда не засчитаны в страховой стаж истца периоды с 1985г. по 1987г., с 1987г. по 1991г., с 2001г. по 2004г., с 2008г. по 2009г., с 2012г. по 2015г. Из периода с 1992г. по 1997г. в страховой стаж истца включены периоды с 03.11.1992 по 04.08.1993, с 26.09.1994 по 14.12.1996. Правовых оснований для включения спорных периодов в стаж работы истца не имеется, так как документально работа в данные периоды не подтверждена, сведения о работе в данные периоды на лицевом счете истца - отсутствуют (зарегистрирован в системе государственного пенсионного страхования - 18.12.2002г.).

Таким образом, решение Управления Пенсионного фонда №196/12 от 19.10.2018 об отказе в назначении ФИО1 досрочной пенсии по старости принято обоснованно и правомерно.

Кроме того, дата рождения ФИО1 - ДД.ММ.ГГГГ, таким образом, право на назначение пенсии у него возникает не ранее 27.05.2017, дата обращения в Управление Пенсионного фонда по которому принято решение об отказе в назначении пенсии №196/12 от 19.10.2018 - 02.10.2017, в связи с чем, исковые требования о признании права на назначение страховой пенсии по старости с 27.04.2017г. заявлены неправомерно. Просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Выслушав доводы истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Важнейшим элементом социального обеспечения, основное содержание которого - предоставление человеку средств к существованию, является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом. 

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ "О страховых пенсиях", вступившим в силу с 1 января 2015 года, согласно которому право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом (ч. 1 ст. 4).

Согласно статье 8 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Федеральный закон № 400-ФЗ) право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента (далее по тексту -ИПК) в размере не менее 30.

В соответствии с ч.1 ст. 35 Федерального закона № 400-ФЗ продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2015 году составляет шесть лет. Согласно ч.2 ст.35 Федерального закона № 400-ФЗ продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная ч.2 ст.8 настоящего Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к настоящему Федеральному закону. При этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона.

Согласно ч. 3 статьи 35 Федерального закона № 400-ФЗ с 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсии.

Таким образом, продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2017 году составляет 8 лет, величина ИПК не может быть ниже 11,4.

Статьей 11 указанного Федерального закона № 400-ФЗ определено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (часть 1 статьи 11).

В соответствии со статьей 14 Федерального закона № 400-ФЗ и Правилами подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015, при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, включаемые в страховой стаж, иные периоды, засчитываемые в страховой стаж в соответствии со ст. ст. 11, 12 данного Закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, а после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Согласно ч.1 ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 № 400-ФЗ, страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как установлено ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, и может выйти за пределы заявленных требований лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит установленным, что 02.10.2017 ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в ГУ-УПФ РФ в г. Братске с заявлениями о назначении страховой пенсии по старости. Решения ГУ-УПФ РФ в г. Братске № 196/12 от 19.10.2017 истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» по причине отсутствия необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента. 

Как следует из оспариваемого решения, страховой стаж ФИО1 составил 9 лет 5 месяцев 4 дня, при требуемом 8 лет, величина индивидуального пенсионного коэффициента – 6,256, при требуемом 11,4.

Из таблицы данных о стаже и пояснений представителя ответчика, судом установлено, что в страховой стаж истца включены периоды с 03.11.1992 по 04.08.1993, с 26.09.1994 по 14.12.1996, с 15.11.2009 по 01.12.2011, с 22.08.2015 по 31.03.2016.

Согласно справок ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Иркутской области от 19.12.2018, ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Иркутской области с 20.12.1985 по 02.03.1988. Предоставить справку учета рабочего времени на истца не имеется возможности, т.к. в исправительных учреждениях учет трудового стажа стал засчитываться в общий трудовой стаж с 01.09.1992 г.

Из справок ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Иркутской области № 19/11-72 от 21.12.2018 следует, что за период отбывания наказания в исправительном учреждении с 09.06.2001 по 23.07.2004 ФИО1 на оплачиваемые работы не привлекался. Трудового стажа в учреждении не имеет. 

Как установлено судом из справки ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Иркутской области № 2/9-6468 от 26.12.2018, ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России в период с 30.07.2009 по 11.11.2009. Трудового стада в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России не имеет.

Согласно сообщения ФКУ ИК-7 ГУФСИН России по Иркутской области № 7/11-6242 от 26.12.2018, время привлечения осужденных к оплачиваемому труду засчитывается в общий трудовой стаж для назначения пенсии с 01.09.1992. следовательно, справку о трудовом стаже истца за период отбывания наказания с 1987 г. по 1991 г. выдать не представляется возможным. Сведения о занятости ФИО1 на подземных работах, строительстве, реконструкции, техническом перевооружении, реставрации и капитальном ремонте зданий и сооружений, в должности изолировщика отсутствуют. С 03.11.1992 по 04.08.1993 ФИО1 работал на изготовлении минеральной ваты и минеральной скорлупы. 

Как следует из справки № 7/11-298 от 24.12.2018, ФИО1 03.11.1992 принят в бригаду 103 (изолировщик), 04.08.1993 прекратил трудовую деятельность, 26.09.1994 принят в бригаду 90 швейный цех, 01.07.1996 переведен в бригаду № 35 в цех деревообработки, 15.07.1996 переведен в строительную бригаду 33 (подсобным рабочим), 14.12.1996 прекратил трудовую деятельность.

Согласно справке № 13/10-3829 от 13.03.2015 истец в период отбытия наказания в ФКУ ИК-15 ГУФСИН России по Иркутской области 15.11.2009 принят подсобным рабочим, 04.12.2011трудовая деятельность прекращена. 

В соответствии со справкой № 187 от 21.12.2018, ФИО1, в период отбытия наказания в ФКУ КП-20 ОУХД ГУФСИН России по Иркутской области, 22.08.2015 привлечен к труду грузчиком, 05.04.2016 трудовая деятельность прекращена в связи с освобождением.

2 июня 1992 года Законом Российской Федерации N 2988-1 "О внесении изменений, дополнений в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" внесены изменения в часть 6 статьи 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, согласно которым время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы стал засчитываться в общий трудовой стаж.

Согласно Постановлению Верховного Совета РФ от 12.06.1992 г. N 2989-1 о порядке введения в действие указанного Закона РФ, принятая этим Законом в новой редакции ч. 6 ст. 38 ИТК РСФСР вступает в силу с 01.09.1992 г. Обратной силы данная норма не имеет.

В связи с внесением изменения в ч. 6 ст. 38 ИТК РСФСР, норма которой соответствует норме ч. 3 ст. 104 Уголовного исполнительного кодекса РФ, действующего в настоящее время, указанием Министерства социальной защиты населения РФ от 02.11.1992 г. N 1-94-У была принята Инструкция "О порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж", в п. 1.1 которой также указано о том, что положение ч. 6 ст. 38 ИТК РСФСР вступает в силу только с 01.09.1992 г.

Таким образом, время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы стало учитываться в общий трудовой стаж с 1 сентября 1992 года.

При установленных обстоятельствах, суд считает возможным установить факт работы ФИО1 в период отбывания наказания в ФКУ КП-20 ОУХД ГУФСИН России по Иркутской области с 01.04.2016 по 05.04.2016, поскольку факт работы в указанный период подтвержден справкой исправительного учреждения, в связи, с чем он необоснованно исключен ответчиком их страхового стажа истца.

Вместе с тем, оснований для установления факта работы ФИО1 в период отбывания наказания: в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1985 г. по 1987 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония - 7 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1987 г. по 1991 г., с 1992 г. по 1997 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 19 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2001 г. по 2004 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2008 г. по 2009 г., в Федеральном казенном учреждении «Колония-поселение № 20 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2012 г. по 31.03.2016, с 06.04.2016 по 31.12.2016 судом не усматривается, поскольку как установлено судом в ходе судебного разбирательства периоды с 03.11.1992 по 04.08.1993, с 26.09.1994 по 14.12.1996, с 15.11.2009 по 01.12.2011, с 22.08.2015 по 31.03.2016 включены ответчиком в страховой стаж истца в бесспорном порядке, что исключает возможность повторного установления факта работы истца в указанные периоды, а в иные периоды истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено суду относимых и достаточных доказательств осуществления трудовой деятельности. Кроме того, пенсионное законодательство до 01.09.1992 не предусматривало включение в общий трудовой стаж времени работы осужденных в период отбывания ими наказаний в виде лишения свободы. 

Как установлено судом ранее, страховой стаж истца составляет более необходимых 8 лет.

Вместе с тем, из приведенных ранее норм права следует, что законодатель связывает право на назначение страховой пенсией и с наличием требуемого индивидуального пенсионного коэффициента, который в 2017 г. не может быть ниже 11,4.

Как установлено судом из материалов пенсионного дела, пояснений ответчика и не оспаривается истцом, ИПК истца составляет менее требуемого 11,4.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований истца о признании оспариваемого решения ГУ-УПФ РФ в г. Братске № 196/2 от 19.10.2017 незаконными, признании за ним права на назначение страховой пенсии с 27.04.2017 судом не усматривается, поскольку на момент обращения в ГУ-УПФ РФ г. Братска за назначением страховой пенсии истец не приобрел соответствующего права, в связи с отсутствием необходимого индивидуального пенсионного коэффициента. 

Между тем, суд считает необходимым разъяснить истцу, что в силу п. 18 ст. 15 Федерального закона "О страховых пенсиях" величина индивидуального пенсионного коэффициента для расчета страховой пенсии определяется за каждый календарный год начиная с 01 января 2015 года с учетом ежегодных отчислений страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, а пп. 5 п.1 ст.29 Федерального закона от 15.12.2001 N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" предусматривается, что физические лица в целях уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, на которых не распространяется обязательное пенсионное страхование, вправе добровольно вступить в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт работы ФИО1 в период отбывания наказания в Федеральном казенном учреждении «Колония-поселение № 20 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» с 01.04.2016 г. по 05.04.2016 г.

В удовлетворении требований ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в г.Братске и Братском районе Иркутской области в части признания незаконным решения № 196/12 от 19.10.2017 г. об отказе в установлении страховой пенсии, установления факта работы в период отбывания наказания: в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1985 г. по 1987 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония - 7 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 1987 г. по 1991 г., с 1992 г. по 1997 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 19 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2001 г. по 2004 г., в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2008 г. по 2009 г., в Федеральном казенном учреждении «Колония-поселение № 20 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в период с 2012 г. по 31.03.2016 г., с 06.04.2016 г. по 31.12.2016 г.; признания права на назначение страховой пенсии по старости с 27.04.2017 г. - отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья Л.М. Шаламова