Решение

именем Российской Федерации

7 августа 2019 г. г. Севастополь

Севастопольский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Антонова Г.П., при секретаре судебного заседания Ляшенко Т.В., с участием представителей истца командующего Черноморским флотом – ФИО1 и ФИО2, а также ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, гражданское дело № 2-233/2019 по исковому заявлению представителя командующего Черноморским флотом – ФИО2 о привлечении командира войсковой части (номер) (изъято) ФИО3 к ограниченной материальной ответственности,

установил:

представитель командующего Черноморским флотом – ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил привлечь к ограниченной материальной ответственности командира войсковой части (номер) ФИО3 и взыскать с него 63 336 руб. в счет возмещения ущерба причиненного государству при исполнении обязанностей (изъято) (номер).

В судебном заседании представители истца – ФИО2 и ФИО1, каждый в отдельности, поддержали заявленный иск, и настаивали на его полном удовлетворении. В обоснование позиции истца ФИО1 пояснил, что согласно акту № 77/ОПГ от 12 июля 2016 г., в результате проверки хозяйственной деятельности и инвентаризации имущества базы войсковой части (номер), выявлена недостача материальных ценностей, находящихся на ответственном хранении (изъято) склада № 3, на сумму 31 877 536 руб. 28 коп. По результатам административного расследования от 22 октября 2018 г. было установлено, что ФИО3, в период с июля 2015 г. по август 2017 г., являясь начальником (изъято) (номер), должным образом не исполнял свои обязанности по воинской должности. В частности, в нарушение положений ст. 75 и 82 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, ответчик ненадлежащем образом контролировал организацию охраны мест хранения авиационно-технического имущества, установленный порядок учета и периодичность проведения проверок наличия и учета материальных ценностей, не принимал меры по предотвращению утрат материальных средств, а после выявления недостачи не принял должных мер к организации работы по возмещению указанного ущерба. Ссылаясь на п. 3 ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» представители истца полагают, что ФИО3 подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет в счет возмещения ущерба, причиненного им при исполнении обязанностей военной службы.

Ответчик ФИО3 заявленные исковые требования не признал и просил суд полностью отказать в их удовлетворении. В обоснование своей позиции указал, что в период прохождения военной службы в должности начальника (изъято) (номер), после обнаружения недостачи авиационно-технического имущества дал указание о проведении административного расследования и установлению виновных лиц. Также ответчик указал, что не согласен с выводами, изложенными в заключении по материалам административного расследования от 22 октября 2018 г., в части указания о ненадлежащем контроле с его, ФИО3, стороны вопросов по организации охраны мест хранения утраченного имущества. Недостача данного имущества произошла не по его вине, (изъято), он предпринял все необходимые меры, как по охране имущества, так и по вопросам установления лиц виновных в его утрате и организации работы по возмещению выявленного ущерба.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на стороне истца – командир войсковой части (номер), надлежащим образом и заблаговременно уведомленный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не прибыл, ходатайств о проведении судебного разбирательства с его обязательным участием не заявлял, в связи с чем судом на основании ст. 167 ГПК РФ принято решение о рассмотрении дела без его участия.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения сторон и исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2, п. 1 ст. 3, ч. 1 и 3 ст. 4 и ст. 9 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие привлекаются к материальной ответственности за не принятие необходимых мер к предотвращению хищения имущества, либо за не принятие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба.

За ущерб, причиненный по неосторожности при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, в том числе командиры (начальники), не принявшие необходимых мер к предотвращению хищения имущества, что повлекло причинение ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет.

Согласно выпискам из приказов командующего войсками Южного военного округа от 4 декабря 2014 г. № 292, командира войсковой части (номер) от 7 июля 2015 г. № 104 и от 31 августа 2017 г. № 161 ФИО3 исполнял обязанности начальника (изъято) (номер) в период с 7 июля 2015 г. по 31 августа 2017 г.

В результате полной проверки хозяйственной деятельности с инвентаризацией имущества и обязательств по службам материально-технического обеспечения войсковой части (номер) по состоянию на 1 июля 2016 г., была выявлена недостача материальных ценностей, находящихся на ответственном хранении начальника склада № 3, на сумму 31 877 536 руб. 28 коп., что отражено в акте № 77/ОПГ от 12 июля 2016 г.

Из материалов административного разбирательства от 22 октября 2018 г., а также постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 13 октября 2016 г., следует что, материально ответственное лицо – (изъято), вела учет и следила за сохранностью и наличием вверенного имущества, и в действиях этого лица отсутствуют признаки неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, тогда как к утрате имущества привело неоднократное его перемещение из одного хранилища в другое, а также неудовлетворительное состояние этих хранилищ. 

Как видно из копий решения Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда от 16 января 2018 г. и апелляционного определения судебной коллегии по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда от 11 апреля 2018 г. № 33-449/2018, (изъято) надлежащим образом исполняла свои обязанности, связанные с сохранностью материальных ценностей, о фактах недостачи материальных средств незамедлительно докладывалось командованию, принимались иные меры в целях пресечения хищения имущества воинской части, в условиях ненадлежащей организации охраны мест хранения.

В соответствии со ст. 75 и 82 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, командир отвечает, в том числе, за сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества и обязан знать действительное состояние воинской части, постоянно иметь точные сведения о наличии и состоянии вооружения, военной техники и другого военного имущества. Поддерживать в сохранности вооружение, военную технику и другое военное имущество, предотвращать утрату, недостачу, порчу и хищение военного имущества, привлекать виновных лиц к ответственности, организовывать войсковое хозяйство и руководить им лично, а также через штаб, своих заместителей, начальников родов войск и служб.

Согласно Положению о базе (комплексного хранения, округа, 1 разряда), утвержденному 16 марта 2013 г. командиром войсковой части (номер), начальник базы несет ответственность, в том числе, за организацию учета, хранения и сбережения вооружения, военной техники и других материальных средств и обязан организовать охрану и оборону объектов базы, принимать меры по предупреждению происшествий, а также проводить лично и с привлечением должностных лиц внутрипроверочных комиссий плановые и внезапные проверки наличия военного имущества по подразделениям базы, и при обнаружении ущерба проводить административные расследования.

В судебном заседании ФИО3 пояснил, что за период исполнения обязанностей (изъято), (изъято)) (изъято) (номер), а именно до июля 2016 г. – даты выявления ущерба на сумму 31 877 536 руб. 28 коп. внезапные проверки наличия имущества по подразделениям базы не проводил и лично в плановых внутрипроверочных комиссиях не участвовал. Охрана военного городка (изъято)Б была обеспечена в соответствии с требованиями приказа Минобороны России от 30 декабря 2001 г. № 541 и методических указаний штаба Южного военного округа от 2011 г. Также из пояснений ФИО3 следует, что пропавшее авиационно-техническое имущество, не могло быть вынесено с охраняемой территории одним человеком, в силу его значительного веса и габаритов, а также без соответствующих документов подтверждающих законность их перемещения.

Согласно акту от 7 декабря 2015 г. № 3/156 вверенное (изъято) имущество находилось в наличии, при этом каких-либо замечаний по поводу недостачи имущества не имелось.

Вступившим в законную силу решением Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда от 16 января 2018 г. установлено, что в период с февраля по май 2016 г. командованию базы (изъято) (номер) было известно об отсутствии надлежащей охраны на технической территории военного городка (изъято) и наличия предпосылок указывающих на возможность хищение имущества с охраняемой территории.

Кроме того из материалов дела и представленных доказательств усматривается, что ФИО3 о причинённом материальном ущербе стало известно не позднее 12 июля 2016 г., что в силу вышеприведенного Положения о базе дает ответчику право и обязывает его в кротчайшие сроки назначать и проводить, в том числе лично, административные расследования. 

Согласно требованиям приказа Минобороны РФ от 3 декабря 2015 г. № 717 «Об утверждении Наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации», в том числе с изменениями от 29.08.2016г., а именно п. 52-64 раздела 6 данных наставлений, в ходе административного расследования подлежат выяснению, по мимо других вопросов, причины и условия, способствовавшие причинению ущерба. 

Однако из заключения по материалам административного расследования от 4 августа 2016 г. следует, что вопросы наличия причин и условий, способствовавших причинению ущерба, не выяснялись.

Оценивая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ФИО3, исполняя обязанности (изъято) (номер), необходимых мер по организации учета авиационно-технического имущества, охраны мест его хранения и обеспечению сохранности материальных ценностей не предпринял. К тому же он не предпринял необходимых и своевременных мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, поскольку не назначил административного расследования по факту недостачи имущества с целью установления предпосылок, причин ущерба и круга лиц виновных в этом, проведя лишь расследование по факту наличия в действиях лица, ответственного за утраченное имущество, признаков уголовно-наказуемого деяния. В связи с этим в судебном порядке было полностью отказано во взыскании утраченного авиационно-технического имущества с лица, которому оно было передано под отчет. Каких-либо других расследований и разбирательств по данному факту ФИО3 не назначалось, что свидетельствует о недостаточной работе по возмещению указанного ущерба.

При таких обстоятельствах суд полагает, что ФИО3 подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет.

Согласно справке 3 ФЭС от 25 марта 2019 г. № 2/2286/СП размер оклада месячного денежного содержания и месячной надбавки за выслугу лет ФИО3 составляет 63 336 руб.

В соответствии с требованиями ст. 101 и 103 ГПК РФ, а также положениями подп. 9 п. 1 ст. 333.36 и подп. 1 п. 1 ст. 333.18 НК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2100 руб., от уплаты которой командующий Черноморским флотом был освобожден, следует взыскать с ответчика – ФИО3 в соответствующий бюджет, согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 98, 103, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление представителя командующего Черноморским флотом – ФИО2 к ФИО3 – удовлетворить.

Взыскать с ФИО3, в пользу командующего Черноморским флотом в счет возмещения материального ущерба 63 336 (шестьдесят три тысячи триста тридцать шесть) рублей, путем перечисления данной суммы на счет Федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Южного военного округа».

Взыскать с ФИО3 в бюджет г. Севастополя государственную пошлину в размере 2 100 (две тысячи сто) рублей, от уплаты которой был освобожден истец.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда, через Севастопольский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий Г.П. Антонов