КОПИЯ

УИД 62RS0003-01-2023-000906-52

дело № 2-115/2024 (2-1556/2023)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2024 г. г. Рязань

Октябрьский районный суд г. Рязани в составе председательствующего судьи Рыбак Е.А.,

при секретаре ФИО4,

с участием представителя истца ФИО5,

представителя ФИО1 О.Г.,

представителя третьего лица – прокуратуры 

<

адрес> ФИО7,

представителя третьего лица – УМВД ФИО1 по 

<

адрес> ФИО8,

представителя третьего лица – ОМВД по 

<

адрес> УМВД ФИО1 по 

<

адрес> ФИО10,

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о возмещении денежных сумм и компенсацией морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование. В обоснование заявленных исковых требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ дознавателем отделения № (по обслуживанию 

<

адрес>) возбуждено уголовное дело №. Поводом для возбуждения послужило заявление ФИО6 С момента возбуждения дела и до окончания предварительного расследования процессуальный статус ФИО2 – свидетель. Срок рассмотрения по уголовному делу неоднократно продлевался в установленном законом порядке. Уголовное дело неоднократно прекращалось по различным основаниям. Как указывает истец, фактически она являлась подозреваемой. ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителя начальника СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес> уголовное дело прекращено за отсутствием события преступления, а уголовное преследование в отношении истца, прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ, истцу разъяснено право на реабилитацию. Как указывает истец, факт незаконного уголовного преследования, правовые последствия уголовного преследования, правовая позиция правоохранительной системы, носит деструктивный характер, унижающий достоинство человека и гражданина, лишает гражданина РФ права на защиту от произвола всех ветвей органов государственной власти при наличии неопровержимых доказательств правоты со стороны гражданина. Ссылаясь на пренебрежительное отношение органов дознания, следствия и прокуратуры к процессуальным правам истца, негативные последствия для нее и ее семьи, формирования негативного отношения к ней членов СНТ «Сапфир». На основании изложенного истец просит суд взыскать с Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 200 000 руб.

Истец, в ходе производства по делу в порядке статьи 39 ГПК РФ уточнила исковые требования, просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 200 000 руб.

Определением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части взыскания имущественного ущерба, т.н. судебных расходов на оплату услуг представителя прекращено.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика были привлечены УМВД ФИО1 по 

<

адрес>, прокуратура 

<

адрес>.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика было привлечено ОМВД ФИО1 по 

<

адрес>.

Истец ФИО2 о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась.

Представитель истца ФИО9 уточненные исковые требования поддержал полностью по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика – ФИО1 О.Г. исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, согласно которым в обоснование исковых требований истец ссылается на то, что на протяжении 10 лет уголовного преследования постоянно испытывала нервное напряжение, стресс, физические и нравственные страдания. Однако доказательств, подтверждающих факт реального причинения истцу вреда незаконным уголовным преследованием, не представлено, как не представлено доказательств, свидетельствующих о тяжести перенесенных нравственных страданий, которые бы соответствовали размеру заявленной компенсации морального вреда. 

В отношении доводов истца об оклеветавших ее лицах, распространяющих сведения о совершенном истцом преступлении, порочащих ее имя, то на основании статьи 152 ГК РФ установлено право каждого на судебную защиту части, достоинства или деловой репутации от распространения не соответствующих действительности порочащих сведений. Следует отметить, что надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства или деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности сведений, лица, распространившие эти сведения.

Кроме того, истцом не представлены доказательства, позволяющие оценить наличие и определить характер причиненного истцу вреда, а также наличие иных обязательных условий для его возмещения. Заявленный истцом размер исковых требований не отвечает требованиям разумности и справедливости, является завышенным.

Представитель третьего лица – прокуратуры 

<

адрес> извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился.

Представитель третьего лица – прокуратуры 

<

адрес> старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО7 полагала, что заявленные истцом исковые требования подлежат удовлетворению, однако заявленный истцом к взысканию размер компенсации морального вреда является завышенным, не отвечает требованиям разумности.

Представитель третьего лица – УМВД ФИО1 по 

<

адрес> ФИО8 полагал, что заявленные истцом исковые требования не подлежат удовлетворению, мотивировав правовую позицию тем, что материалы уголовного дела были уничтожены ДД.ММ.ГГГГ по истечению сроков хранения. Согласно копиям процессуальных актов, имеющимся в контрольно-наблюдательном деле, ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 327 УК РФ по факту использования подложного документа – свидетельства на право собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 Уголовное дело неоднократно прекращалось по различным основаниям, последний раз на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ постановлением от ДД.ММ.ГГГГ; за истцом признано право на реабилитацию. Согласно имеющейся информации, ФИО2 в порядке статей 91, 92 УПК РФ не задерживалась, мера пресечения в отношении нее не избиралась, обвинение не предъявлялось, уведомление о подозрении в совершении преступления не вручалось. Документов, свидетельствующих о том, что истец являлась подозреваемой или обвиняемой, в связи с чем, в отношении нее осуществлялось уголовное преследование, стороной истца не представлено.

Довод истца о том, что уголовное дело № было возбуждено в отношении нее, является несостоятельным, поскольку согласно копии постановления от ДД.ММ.ГГГГ, дело возбуждено по факту использования подложного документа, а не в отношении конкретного лица. За весь период расследования уголовного дела истец была допрошена в качестве свидетеля, ознакомлена с постановлением о назначении экспертизы и заключением эксперта. Иные следственные действия в отношении истца ФИО2 не проводились.

Таким образом, истец имела статус свидетеля и не подвергалась мерам процессуального принуждения, ее права нарушены не были. Один лишь факт вынесения ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес> постановления о прекращении уголовного дела на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, не может свидетельствовать о наличии у истца ФИО2 права на реабилитацию.

Представитель третьего лица – ОВД по 

<

адрес> УМВД ФИО1 по 

<

адрес> ФИО10 поддержала правовую позицию, изложенную УМВД ФИО1 по 

<

адрес>.

Суд, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы истца, представителя ответчика, третьих лиц, оценив представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.

Реализуя указанные принципы, законодатель в пункте 1 статьи 1070 ГК РФ установил, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с положениями статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Реабилитация лиц, незаконно подвергнутых уголовному преследованию, регламентирована нормами главы 18 УПК РФ, согласно содержания которой, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования).

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с пунктом 21 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ дознавателем отделения № (по обслуживанию 

<

адрес>) возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 327 УК РФ, т.е. использование заведомо подложного документа.

В судебном заседании также было установлено и из материалов дела следует, что с момента возбуждения дела и до окончания предварительного расследования процессуальный статус ФИО2 – свидетель. Срок рассмотрения по уголовному делу неоднократно продлевался; уголовное дело неоднократно прекращалось по различным основаниям. ДД.ММ.ГГГГ постановлением дознавателя ОД УМВД ФИО1 по 

<

адрес> уголовное дело прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности; ДД.ММ.ГГГГ постановление дознавателя от ДД.ММ.ГГГГ отменено, уголовное дело изъято из производства ОД УМВД ФИО1 по 

<

адрес> и передано для дальнейшего расследования в отдел № СУ УМВД ФИО1 по 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено следователем отдела № СУ УМВД ФИО1 по 

<

адрес> на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления; ДД.ММ.ГГГГ постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела, признано незаконным в части не решения вопроса о том, имеются ли у ФИО2 основания на реабилитацию; постановлением от ДД.ММ.ГГГГ заместителя начальника СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес> уголовное дело прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, т.е. за отсутствием события преступления; за истцом признано право на реабилитацию; ДД.ММ.ГГГГ постановление от ДД.ММ.ГГГГ отменено начальником СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес>; постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановление начальника СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признано незаконным; постановлением руководителя СУ УМВД ФИО1 по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменено постановление начальника СО ОМВД ФИО1 по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Изложенные обстоятельства установлены судом на основании письменных доказательств, представленными лицами, участвующими в деле, и в ходе рассмотрения сторонами не оспаривались. 

Из пояснений, данных в судебном заседании представителем истца ФИО9 и искового заявления, усматривается, что фактически истец являлась подозреваемой.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, отраженными в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, в соответствии с которыми обеспечение гарантированного Конституцией Российской Федерации права на защиту от уголовного преследования должно осуществляться не только исходя из формального признания лица тем или иным участником производства по уголовному делу, но и присутствием определенных сущностных признаков, характеризующих его фактическое положение, в том числе положение фактического подозреваемого или подозреваемого в широком, конституционно-правовом смысле, суд на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств приходит к выводу о том, что в отношении истца фактически осуществлялось уголовное преследование, в связи с чем, вопреки утверждению ответчика, третьих лиц, да и самого истца, она имеет право на реабилитацию.

В обоснование заявленного требования о компенсации морального вреда истец ссылалась на то, что незаконное уголовное преследование причинило ей моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, переживаниях, ухудшением здоровья, поскольку ФИО2 является инвали

<

адрес> группы с 2008 года. На протяжении боле десяти лет она находилась под давлением, в связи с уголовным преследованием, ее честное имя было опорочено, в негативную сторону изменилось в отношении нее общественное мнение. Размер компенсации причиненного морального вреда истец оценила в 2 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (ст. 2, ч. 1 ст. 17 и ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, п. 1 ст. 1070, абзацы 3 и 5 ст. 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (ст. 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ч. 3 ст. 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (ст. 22 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (ст. 12 УПК РФ), и др.

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (п. 42 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу, суд исходит из того, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в рамках возбужденного уголовного дела осуществлялось уголовное преследование в отношении истца, имея процессуальный статус свидетеля по делу.

В связи с указанными обстоятельствами истец испытывал нравственные страдания, обусловленные психотравмирующей ситуацией, связанной с незаконным привлечением его к уголовной ответственности: волнение, беспокойство, тревожность за свое будущее.

Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями представителем истца, данными им в судебном заседании, и в подтверждении дополнительными доказательствами, вопреки доводам представителей ответчика и третьего лица – МВД ФИО1, не нуждаются.

Вместе с тем, истцом не было представлено суду доказательств какие изменения в негативную сторону общественного мнения в отношении нее, так и наличия причинно-следственной связи с возбужденным уголовным делом, ссылка на это обстоятельство не состоятельна, поскольку сам факт возбуждения уголовного дела не мог вызвать указанные ею последствия (уголовное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 327 УК РФ, а не в отношении истца), а из пояснений представителя истца следует, что информация о причастности истца к указанному уголовному делу была распространена ФИО6

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что требование истца о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации денежной компенсации морального вреда является законным и обоснованным.

Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Также суд учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, но компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, доводы истца, изложенные в обоснование заявленных требований, определяя размер компенсации морального вреда и учитывая при этом степень испытанных истцом нравственных страданий, обвинение в совершении преступления небольшой тяжести, срок уголовного преследования, периоды его приостановления, а также периоды, когда производство по уголовному делу не осуществлялось в связи с его прекращением, то обстоятельство, что в отношении истца меры пресечения, а также процессуального принуждения не применялись, суд полагает завышенной и неразумной сумму денежной компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб., которую просила взыскать истец, и считает, что причиненный истцу моральный вред может быть компенсирован выплатой в пользу истца 45 000 руб.

Вместе с тем, субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает ФИО1, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ).

В абзаце шестом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» также разъяснено, что при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице ФИО1 за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 денежные средства в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 45 000 (Сорок пять тысяч) руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в большем размере – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Октябрьский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья – подпись

КОПИЯ

УИД 62RS0№-52