Судья Никитина И.В. Дело №

Докладчик: Голубинская Е.А. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

<

адрес> 15 июля 2020 года 

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего - судьи Голубинской Е.А., 

при помощнике судьи Пряхиной С.Э.,

с участием: 

прокурора Семеновой Е.С.,

представителя потерпевшего- адвоката Волкова А.В.,

осужденного ФИО1, 

адвоката Фисенко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Фисенко А.В. на приговор 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, не судимый,

осужден 

по ч. 1 ст. 109 УК РФ к исправительным работам на срок 01 год с удержанием в доход государства из заработной платы 10%. Освобожден от назначенного наказания на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В счет возмещения морального вреда с ФИО1 в пользу Ф. взыскано 

<

данные изъяты> рублей.

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за причинение смерти по неосторожности.

Преступление совершено в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал. Уголовное дело рассмотрено в порядке общего судопроизводства. 

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Фисенко А.В. просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать.

Считает, что в действиях ФИО1 была необходимая оборона, в связи с чем, подлежит применению положение ч. 1 ст. 37 УК РФ; выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

Полагает, что суд не учел время, место, обстановку, способ посягательства, а также эмоциональное состояние ФИО1, который ранее с Ф. знаком не был, видел его впервые; телосложение Ф., его агрессивный и вспыльчивый характер.

Обращает внимание на поведение Ф., который внезапно напал на ФИО1 в сенях дома, нанес последнему удары по голове лопатой. После того, как ФИО1 вырвал из рук Ф. лопату, последний продолжал кидаться и наносить удары ФИО1, вел себя агрессивно, высказывал угрозы в отношении ФИО1 и находившихся в доме лиц.

Отмечает, что ФИО1 нанес Ф. один удар лопатой, чтобы пресечь его противоправные действия, в результате чего последний оступился и упал. Считает, что посягательство Ф. на жизнь и здоровье ФИО1 прекратилось после того, как он упал, ударившись головой. Считает необоснованным вывод суда о том, что посягательство на ФИО1 со стороны Ф. было прекращено в момент, когда ФИО1 вырвал у него лопату из рук.

Полагает, что у ФИО1 не было реальной возможности оценивать свои действия по защите жизни и здоровья с точки зрения внимательности и предусмотрительности, он не мог предвидеть наступление общественно- опасных последствий.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего- адвокат Волков А.В., считая приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, адвокат Фисенко А.В. доводы апелляционной жалобы поддержали. Представитель потерпевшего- адвокат Волков А.В., государственный обвинитель Семенова Е.С. возражали по доводам жалобы, считая приговор суда законным и обоснованным. 

Заслушав мнение участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Все обстоятельства, при которых ФИО1 совершил указанное преступление, и подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу, установлены. 

Виновность осужденного в содеянном им, вопреки доводам жалобы, подтверждается совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы.

В подтверждение виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления, суд обоснованно сослался в приговоре на следующие доказательства:

-показания свидетеля Ч., согласно которым, ДД.ММ.ГГГГ в 15-45 часов он как фельдшер скорой медицинской помощи прибыл на 

<

адрес>. В полуметре от входа в сени дома на полу увидел лежащего мужчину, установленного впоследствии как Ф., у которого в области левого виска была гематома, рана, находился без сознания. Ф. был передан другой бригаде скорой медицинской помощи. Из рассказанного присутствующими на месте лицами, помнит, что Ф. упал (

<

данные изъяты>); 

-показания свидетеля Б., которая ДД.ММ.ГГГГ. приезжала в 

<

адрес>, где согласно сообщению, кого-то избили. Прибыв на место, увидела автомобиль скорой помощи, в котором лежал мужчина, установленный впоследствии как Ф. Присутствующие на месте хозяева дома- супруги И., пояснили, что ФИО1 ударил лопатой по голове Ф. После приезда сотрудников уголовного розыска, она уехала с места происшествия (

<

данные изъяты>); 

-показания свидетелей И., И. , из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ. они находились дома с дочерью П. и ФИО1 Около 15-ти часов к ним приехал знакомый Юрий (установлен как Ф.). Между Ф. и ФИО1 произошла ссора. Ф. предложил ФИО1 выйти на улицу поговорить. Через некоторое время ФИО1 вернулся, на голове у него была кровь. Они вышли в сени, где увидели лежащего Ф., который хрипел; на затылке у него была кровоточащая вмятина, лицо было в крови. Они вызвали скорую медицинскую помощь. ФИО1 сообщил, что в ходе конфликта Ф. лопатой нанес ему один удар по лицу, после чего он выхватил у него лопату из рук и нанес ему ею два удара в область головы (

<

данные изъяты>); 

-показания свидетеля И. , согласно которым, ДД.ММ.ГГГГ между Ф. и ФИО1 произошёл конфликт, для разрешения которого они оба вышли в сени дома. Выйдя следом за ними, она увидела, как Ф. нанес ФИО1 один удар лопатой в область виска с правой стороны, затем один удар лопатой в область головы. Перед очередным ударом ФИО1 подставил правую руку, выхватил у Ф. лопату, оттолкнув его ею, ударив при этом в область головы. От толчка Ф. упал и ударился головой о деревянную балку, сразу захрипел, был без сознания. Была вызвана скорая помощь (

<

данные изъяты>);

-сообщением из МУЗ «ГКБ №», куда ДД.ММ.ГГГГ. в 18-05 часов поступил Ф. с диагнозом: «УГМ, кома, перелом затылочной и височной кости без смещения, перелом нижней стенки правой глазницы» (

<

данные изъяты>);

-протоколом осмотра трупа Ф. (

<

данные изъяты>);

-протоколом осмотра места происшествия- 

<

адрес>, в ходе которого обнаружены и изъяты вещество бурого цвета (с деревянной доски); ручка от лопаты; лопата со сломанной ручкой (

<

данные изъяты>); 

-протоколом явки с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ., в котором последний добровольно сообщил об обстоятельствах совершенного преступления (

<

данные изъяты>); 

-протоколом осмотра 

<

адрес> с участием свидетелей И. и И. , в ходе которого свидетель И. продемонстрировал, в каком положении он обнаружил Ф. в сенях и в каком месте; свидетель указал место, где на момент произошедшего находились деревянные доски (

<

данные изъяты>);

-протоколом проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ. с участием ФИО1, который показал, что после того, как выхватил из рук Ф. лопату, он, держа ее обеими руками за ручку, нанес последнему один удар лопатой в область головы Ф., отчего тот попятился назад, споткнулся и упал, ударившись головой о деревянную балку, начал хрипеть (

<

данные изъяты>);

- протоколом осмотра сеней в 

<

адрес> с участием свидетелей И. , И. , обвиняемого ФИО1, согласно которому ФИО1 и И. указали на балку в сенях, пояснив, что об нее ударился головой Ф. при падении ДД.ММ.ГГГГ. (

<

данные изъяты>); 

-протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ. с участием обвиняемого ФИО1, в ходе которого последний указал, как именно он занес лопату перед ударом по голове Ф. Сделан вывод: обвиняемый ФИО1 имел реальную возможность нанести удар сверху вниз лопатой по голове Ф. в сенях указанного дома (

<

данные изъяты>); 

-протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ с участием обвиняемого ФИО1, в ходе которого зафиксированы способы расположения лопаты в руках обвиняемого в сенях 

<

адрес> при нанесении удара с разных позиций; обвиняемый ФИО1 указал на место борьбы его и потерпевшего, где отломилась ручка от лопаты; обвиняемый расположил манекен, указав, как и куда упал потерпевший после нанесения удара лопатой по голове; зафиксирована деформированная дверка шкафа, о которую ударился потерпевший (

<

данные изъяты>); 

-протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ. с участием свидетелей И. , И. , в ходе которого свидетель И. указала место, где она и ФИО1 находились ДД.ММ.ГГГГ в момент нанесения ударов № потерпевшим Ф. обвиняемому ФИО1, а также момент нанесения удара и толчка ФИО1 Ф. (

<

данные изъяты>); 

-актом судебно-медицинского исследования трупа №, заключениями эксперта №№, согласно выводам которых при исследовании трупа Ф. были обнаружены следующие телесные повреждения:

1.1. кровоподтек в правой глазничной области: кровоизлияние в мягких тканях затылочной области: линейный перелом затылочной кости; линейные переломы глазничных частей лобной кости справа и слева; ограниченно-диффузные кровоизлияния под мягкой оболочкой полушарий мозжечка; пятнистые кровоизлияния под мягкой оболочкой выпуклых поверхностей и основания лобных долей головного мозга; кровоизлияние в желудочки головного мозга;

1.2.кровоподтек в правой скуловой области, ссадина в левой височной области, кровоизлияние в мягких тканях левой височной области;

1.3. в представленных медицинских документах указано на обнаруженную при оперативном лечении субдуральную гематому в правой лобно-теменно-височной области.

2.Причиной смерти Ф. послужила тупая травма головы, сопровождавшаяся переломами костей черепа, ушибом головного мозга тяжелой степени, кровоизлияниями под оболочки и в желудочки головного мозга, которая привела к отеку, набуханию и дислокации головного мозга, вклинению его стволовой части в большое затылочное отверстие, формированию вторичных кровоизлияний в стволе головного мозга, отеку легких, гнойному трахеобронхиту, развитию острой церебральной, дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточности.

3.Все имевшиеся у потерпевшего телесные повреждения образовались прижизненно, в срок около 1-5 суток до наступления смерти.

Повреждения, указанные в п.п. 1.1 и 1.3, стоят в прямой причинной связи со смертью, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, который по своему характеру непосредственно создал угрозу для жизни. Их характер и расположение дают основание полагать, что образовались они при падении потерпевшего «из положения стоя» на плоскость и однократном ударе затылочной областью о твердую поверхность (возможно, с находящимися на ней твердыми тупыми предметами). Образование кровоподтека в правой глазничной области обусловлено не внешним травматическим воздействием в данную область головы, а формированием конструкционного линейного перелома глазничной области лобной кости справа, вызванного деформацией костей свода и основания черепа во время вышеуказанного удара затылочной областью головы о твердую поверхность.

Эти телесные повреждения не могли образоваться от воздействия лопаты, указанной в постановлении и в предоставленных ксерокопиях протокола явки с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ., протоколов допроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ., (ни от воздействия частей лопаты, обладающих рубящими свойствами, ни от воздействия тех ее частей, которые обладают свойствами твердых тупых предметов). Образование данных телесных повреждений при указанном ФИО1 в протоколе допроса обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ. падении потерпевшего «назад на спину», при котором он ударился головой о деревянную доску на полу, исключить нельзя.

Перечисленные в п.п. 1.2 телесные повреждения в причинной связи со смертью не стоят, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, образовались в результате не менее двух воздействий твердого тупого предмета или предметов (при ударах твердым тупым предметом или предметами в левую височную и правую скуловую области, либо при ударах данными областями головы о твердый тупой предмет или предметы/в том числе при падениях потерпевшего «из положения стоя» на плоскость и ударах о твердую поверхность, возможно, с находящимися на ней твердыми тупыми предметами/).

В случае нанесения телесных повреждений, указанных в п.п. 1.2, другим лицом (лицами), положение тела потерпевшего, взаиморасположение его и лица (лиц), наносившего (наносивших) повреждения, могли быть любыми, за исключением позиций, автоматически или ситуационно исключающих доступность повреждаемых частей головы для действия травмирующего предмета (предметов).

Наступление биологической смерти Ф. зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>);

- экспертными заключениями №№, согласно которым, указанные в п.п. 1.1 и 1.3 акта судебно-медицинского исследования трупа № телесные повреждения и не вынесенный в перечисленные пункты «ушиб головного мозга тяжелой степени», составляющие единую черепно-мозговую травму, могли образоваться как от удара твердым тупым предметом с плоской преобладающей поверхностью соударения по отношению к затылочной области головы, коим могла быть одна из поверхностей лотка, предоставленной на дополнительную судебно-медицинскую экспертизу лопаты, так и при падении из положения стоя на плоскости и соударения затылочной областью головы.

Описанные в п. 1.2 акта судебно-медицинского исследования трупа № «прямолинейная ссадина (в левой височной области)», и «кровоизлияние (в мягкие ткани)… полосовидной формы» в проекции вышеуказанной ссадины могли образоваться от удара твердым тупым предметом, имеющим ребро с длиной соударяющей части не менее 7,1 см, возможно рабочей кромкой или боковой поверхностью лотка предоставленной лопаты. «Кровоподтек в правой скуловой области» мог образоваться как от удара твердым тупым предметом с плоской преобладающей поверхностью соударения (возможно одна из поверхностей лотка лопаты) или при ударе твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью соударения (коим мог быть черенок лопаты), так и при падении и ударе о твердый тупой предмет с вышеуказанными свойствами (

<

данные изъяты>); 

-экспертным заключением №-ПК, согласно которому у Ф. при поступлении на лечение ДД.ММ.ГГГГ. и при последующем судебно-медицинском исследовании его трупа имелись следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма; два кровоподтека неправильной овальной формы, оскольчатый перелом нижней стенки правой глазницы со смещением костных отломков по ширине и кровоизлиянием в жировое тело правой глазницы; ссадины в левой височной области прямолинейной формы.

Имевшиеся у Ф. повреждения, входящие в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, были причинены в результате воздействия предмета(-ов), имеющего(-щих) тупую твердую неограниченную травмирующую поверхность в затылочную область. 

Имевшиеся у Ф. повреждения, с учетом вида, локализации, механизма их причинения, были причинены не менее чем от трех травмирующих воздействий: в затылочную область; правые глазничную и скуловую области; левую височную область.

Объективная клиническая картина имевшихся у Ф. повреждений свидетельствует о возможности их причинения ДД.ММ.ГГГГ с 15 до 18 часов 05 минут.

Имевшаяся у Ф. закрытая черепно-мозговая травма с переломами костей основания черепа, ушибом головного мозга тяжелой степени является вредом здоровью, опасным для жизни человека, создающим непосредственную угрозу для жизни, и имеет квалифицирующий признак тяжкого вреда, причиненного здоровью человека.

Два кровоподтека в правых глазничной и скуловой областях, а также оскольчатый перелом нижней стенки правой глазницы с кровоизлиянием в жировое тело правой глазницы оценивается по исходу и у живых лиц обычно влекут за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы, имеют квалифицирующий признак легкого вреда, причиненного здоровью человека.

Ссадина в левой височной области, в проекции которой интенсивное кровоизлияние в мягкие ткани у живых лиц не повлекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и оцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Принимая во внимание вид, локализацию, морфологию имевшихся у Ф. повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, следует сделать вывод о возможности причинения данной травмы в результате падения Ф. навзничь (как с приданным ускорением, так и без такового) из положения стоя (на плоскости) и ударе затылочной областью, то есть «при падении с высоты собственного роста и ударах о выступающие поверхности», что привело к значительной общей деформации черепа («ударному сдавлению»).

Причиной смерти Ф. явилась закрытая черепно-мозговая травма с переломами костей основания черепа, субдуральной гематомой, ушибом головного мозга тяжелой степени, осложнившаяся отеком головного мозга и вклинением его стволовой части в большое затылочное отверстие, формированием вторичных кровоизлияний в ствол головного мозга, что привело к нарушению функции систем жизнеобеспечения (сердечно-сосудистой, дыхательной), то есть данная травма находится в прямой причинно-следственной связи с его смертью.

Биологическая смерть Ф. констатирована ДД.ММ.ГГГГ в 9-00 часов.

Остальные имевшиеся у Ф. повреждения не состоят в причинно-следственной связи с его смертью.

Имевшаяся у Ф. закрытая черепно-мозговая травма имеет квалифицирующий признак тяжкого вреда, причиненного здоровью человека, явилась причиной его смерти и была причинена в результате падения Ф., то есть одного «травмирующего воздействия».

В момент причинения повреждений положение тела Ф., его расположение относительно «лица, причинившего повреждения» могло быть любым, при котором установленные места травмирующих воздействий на теле Ф. были доступны для травмирования. При этом взаимное расположение лиц, в момент причинения повреждений, могло изменяться.

Имевшиеся у Ф. ссадина в левой височной области, в проекции которой интенсивное кровоизлияние в мягкие ткани, могли быть причинены в результате ударного травматического воздействия данными частями представленной лопаты. Данное повреждение указано также в п. 1,2. выводов заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Конкретный механизм травмирования Ф. при падении установить не представилось возможным. Механизм причинения имевшихся у Ф. повреждений на голове позволяет исключить возможность их причинения в результате ударов лопатой, как это изложено в протоколе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ и продемонстрировано на прилагаемых к нему иллюстрациях (

<

данные изъяты>).

Допрошенный в судебном заседании эксперт И. показал, что им было указано на однократность воздействия, вызвавшего повреждение, обусловившее наступление смерти Ф. Повреждения, которые вызвали наступление смерти, не могли образоваться от воздействия лопаты. Характер повреждений, их локализация свидетельствуют о том, что имела место инерционная травма. 

Из показаний эксперта Т. следует, что черепно-мозговая травма, приведшая к наступлению смерти, имеющая прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти, образована в результате однократного падения и удара затылочной областью головы о тупой твердый предмет, поверхность. Потерпевший, вероятнее всего, упал на спину. 

Эксперт К. в судебном заседании показал, что механизм образования закрытой черепно-мозговой травмы, обнаруженной у Ф., был установлен – в результате падения с высоты собственного роста, ударом затылочной области о тупую твердую неограниченную травмирующую поверхность. Травма не могла образоваться при ударном воздействии лопатой. Ровное земляное промерзшее покрытие обладает свойствами тупого твердого предмета с неограниченной травмирующей поверхностью.

Виновность ФИО1 подтверждается и другими имеющимися в деле и приведенными в приговоре доказательствами, полученными в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы.

Оснований сомневаться в правдивости показаний свидетелей обвинения, изобличающих ФИО1, суд апелляционной инстанции не находит. Материалы дела не содержат сведения о заинтересованности данных лиц в привлечении к уголовной ответственности именно ФИО1, о наличии между ними неприязненных отношений, которые бы повлияли на правдивость их показаний. Оснований для оговора ФИО1 ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлено. 

Суд апелляционной инстанции также считает собранные по делу доказательства относимыми, допустимыми, достоверными. Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми, не имеется. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют. 

Вопреки доводам жалобы, судом правильно установлено, что между умышленными действиями ФИО1 по нанесению потерпевшему двух ударных воздействий в область головы, повлекших его падение на пол, с наступившими последствиями – в виде получения Ф. при падении и ударе затылочной областью головы о тупую твердую неограниченную травмирующую поверхность тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни в момент причинения, повлекшего его смерть, установлена прямая причинно-следственная связь.

Довод жалобы о том, что осужденный один раз ударил Ф. по голове лопатой, чтобы пресечь его противоправные действия, что специально ударов Ф. не наносил, не бил его, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным.

Так, из показаний свидетеля И. следует, что со слов ФИО1 ей стало известно о том, что, выхватив лопату, он нанес Ф. два удара в область головы. Свидетель И. показала, что ФИО1, выхватив у Ф. лопату, оттолкнул его лопатой, ударив в область головы; ФИО1, вырывая лопату, толкал Ф. Из вышеприведенных заключений экспертов следует, что относительно характера, локализации, количества телесных повреждений, зафиксированных у Ф., в частности, кровоподтек в правой глазничной области (1.1), кровоподтек в правой скуловой области, ссадина в левой височной области, кровоизлияние в мягкие ткани левой височной области (1.2), субдуральная гематома (1.3), которые, с учетом вида, локализации, механизма их образования, были причинены не менее чем от трех травмирующих воздействий: в затылочную область, правые глазничные и скуловую области, левую височную область, что подтверждается показаниями экспертов И. , Ф.

Так, эксперт И. показал в судебном заседании, что телесные повреждения у Ф., указанные в п. 1.2 заключения, не состоящие в причинной связи со смертью, могли быть образованы не менее, чем от двух воздействий, так как обнаружено два места локализации. Не исключает образование указанных повреждений от воздействия любого предмета, обладающего свойствами твердых тупых предметов, в том числе частей лопаты.

Эксперт Ф. показал в судебном заседании, что при причинении телесных повреждений, зафиксированных у Ф., имело место быть три воздействия: одно – в затылочную область, второе – в левую височную область, третье – в переднюю область скуловой кости.

Суд обоснованно не принял во внимание показания осужденного ФИО1 о том, что после того, как он выхватил из рук Ф. лопату, последний наносил ему удары ногами, пинал его, кидался на него, высказывал угрозы, поскольку они опровергаются заключениями экспертов относительно локализации телесных повреждений, зафиксированных у ФИО1 (в области лица и правой кисти), а также показаниями свидетеля И. , данными в судебном заседании, которая о таких обстоятельствах не говорила. 

Суд правильно учел первоначальные пояснения ФИО1, данные им в явке с повинной, а также показания при допросе в качестве подозреваемого, из которых также не следует, что Ф. наносил ему удары ногами.

Так, свидетель А. показал, что ДД.ММ.ГГГГ. в отдел полиции с явкой с повинной обратился ФИО1, который сообщил обо всех обстоятельствах совершенного преступления. Текст явки с повинной писал самостоятельно. Сообщил, что в ходе конфликта Ф. начал наносить ему удары лопатой по голове. Он сначала пытался защититься от ударов лопатой, затем выхватил у Ф. лопату и нанес ему один удар по голове, после чего Ф. упал (

<

данные изъяты>).

Из показаний свидетеля К. следует, что допрос ФИО1 в качестве подозреваемого проводился с участием адвоката Фисенко А.В. Она записывала все со слов ФИО1, который показал, что выхватил у Ф. лопату и ударил ею последнего, после чего тот «осел». ФИО1 при допросе вел себя спокойно, давал уверенные и последовательные показания. По окончании допроса замечаний, ходатайств от участвующих лиц не поступило (

<

данные изъяты>). 

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельным довод жалобы о том, что ФИО1 действовал в состоянии необходимой обороны, защищался от действий потерпевшего Ф.

Вопреки доводам жалобы, при решении вопроса о необходимой обороне судом учитывались время, место, обстановка, способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица. 

Суд также учел, что действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость.

Так, судом установлено, что между ФИО1 и потерпевшим Ф. произошел конфликт в доме И-вых, для разрешения которого они, находясь в агрессивном состоянии, вышли в сени дома, заведомо предполагая возможную драку. Для подсудимого ФИО1 противоправные действия Ф. не были неожиданными.

Находясь в сенях дома, Ф. нанес лопатой не менее трех ударов в область головы ФИО1, причинив последнему телесные повреждения, расценивающиеся, как не причинившие вред здоровью человека. После чего, ФИО1 выхватил из рук Ф. лопату и на почве возникших личных неприязненных отношений умышленно, имея умысел на причинение легкого вреда здоровью, нанес последнему неустановленным предметом и лотком лопаты два удара в область головы, в том числе лица, от которых Ф., потеряв равновесие, упал и ударился затылочной областью головы о тупую твердую неограниченную травмирующую поверхность.

С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела, суд верно установил наличие у ФИО1 умысла на причинение легкого вреда здоровью Ф., который возник в ходе драки. Суд обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО1, имея хорошую физическую подготовку, мог объективно оценивать степень и характер опасности действий Ф., имел реальную возможность прекратить посягательство со стороны Ф., что и сделал, выхватив их рук последнего лопату. Несмотря на то, что после этого действия потерпевшего были пресечены, и реальная угроза продолжения такого посягательства отсутствовала, ФИО1 без имевшейся на то необходимости, нанес потерпевшему неустановленным предметом и лопатой два травмирующих воздействия (удары), в результате которых Ф., потеряв равновесие, упал и ударился затылочной областью головы о тупую твердую поверхность, получив закрытую черепно-мозговую травму по квалифицирующему признаку тяжкого вреда, причиненного здоровью человека, от которой наступила смерть Ф.

В связи с фактически установленными по делу обстоятельствами суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 необходимой обороны либо ее превышения. При этом суд первой инстанции учел сведения о личности ФИО1, который после армии служил в правоохранительных органах, проходил службу в ОМОН, затем в СОБР. Судом были также учтены показания свидетеля И., согласно которым, в ходе конфликта в доме ФИО1 с неприязнью сказал Ф., что он «чурбан», что он воевал с маджахедами и не потерпит такого отношения. ФИО1 и Ф. были настроены агрессивно по отношению друг к другу. 

Из заключений экспертов № (

<

данные изъяты>), № (

<

данные изъяты>) следует, что у ФИО1 имелись телесные повреждения: ушиб мягких тканей в височной/лобной области справа в виде травматического отека, кровоподтека и глубокой ссадины, окологлазничной (параорбитальной) гематомы справа; ушиб правой кисти в виде отека, кровоподтека и глубокой ссадины, которые образовались от воздействия (2-х или более) твердым тупым предметом. Указанные телесные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Суд, оценив данные заключения экспертов, а также совокупность собранных по делу доказательств, обоснованно пришел к выводу, что причинение ФИО1 указанных телесных повреждений Ф. не подтверждает версию защиты о том, что ФИО1 действовал в состоянии необходимой обороны либо ее превышения, поскольку вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было пресечено и в применении мер защиты явно отпала необходимость.

С таким выводом соглашается суд апелляционной инстанции.

Указание в жалобе на личность Ф., который характеризуется как вспыльчивый, агрессивный, имеющий крепкое телосложение, не влияет на выводы суда об отсутствии в действиях осужденного необходимой обороны либо ее превышения, с учетом анализа вышеприведенных доказательств.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, признано судом смягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания и приговора, судебное разбирательство проведено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон. Суд исследовал все представленные сторонами доказательства, правильно разрешил по существу в соответствии с требованиями УПК РФ все заявленные ходатайства и привел мотивы принятых решений по их рассмотрению. Право на защиту осужденного ФИО1 судом первой инстанции нарушено не было; обвинительного уклона при рассмотрении уголовного дела, суд апелляционной инстанции не усматривает; оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ нет. 

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 109 УК РФ- причинение смерти по неосторожности. 

Оснований для иной юридической квалификации содеянного не имеется.

Наказание ФИО1 назначено судом справедливое, в соответствии с требованиями уголовного закона, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, наличия смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, на условия жизни его семьи, а также всех конкретных обстоятельств дела.

Суд обоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами явку с повинной, наличие малолетнего ребенка, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного. 

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих признанию в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, личность осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о назначении наказания в виде исправительных работ, с учетом положений ст.ст. 6, 43, 50, 60, 61 УК РФ, правильно не усмотрев оснований для применения положения ст. 73 УК РФ, приведя в приговоре соответствующие мотивы своего решения. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции. 

Суд первой инстанции правильно применил положение п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, освободив ФИО1 от назначенного наказания.

Дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора по существу, в том числе по доводам жалобы, из материалов дела не усматривается, в связи с чем, апелляционная жалоба адвоката Фисенко А.В. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Фисенко А.В.- без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья Е.А. Голубинская