Дело 2-2485(2019)

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

08 августа 2019г. г. Пермь

Мотовилихинский районный суд города Перми

в составе: председательствующего судьи Кондратюк О.В., 

при секретаре Погодиной Ю.В., 

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, 

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП. В обоснование иска указала, что на пересечении улицы Ленина и Комсомольского проспекта произошло дорожно- транспортное происшествие при участии Истца и Ответчика. Ответчик, пересекая проезжую часть, двигался на запрещающий сигнал светофора, о чем свидетельствует видеозапись, сделанная в момент ДТП, следовательно, является виновником указанного ДТП. Факт виновности Ответчика в ДТП подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, в соответствии с которым было установлено, что Ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения и переходил проезжую часть на запрещающий сигнал светофора, от чего ему следовало воздержаться. При этом, Истец не располагал технической возможностью осуществить торможение и не допустить наезд на Ответчика. Установлено, что отсутствуют основания для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления. В результате незаконных действий Ответчика Истцу причинен материальный ущерб в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 131.100,00 руб. Указанный размер ущерба определен в соответствии с заказ-нарядом № 1535 от 25.11.2017г. Просит взыскать с ответчика в пользу истца сумму материального ущерба, причиненного незаконными действиями, в размере 131.100 руб.

Истец ФИО3 в суд не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного слушания.

Представитель истца в судебном заседании поддержала заявленные требования. Указала, что ответчик, пересекая проезжую часть, двигался на запрещающий сигнал светофора, что было зафиксировано на видеозаписи, сделанной в момент ДТП, ФИО4 является виновником указанного ДТП. Факт виновности ФИО4 в ДТП подтвержден постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, в соответствии с которым было установлено, что ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения и переходил проезжую часть на запрещающий сигнал светофора. Истец не располагал технической возможностью осуществить торможение и не допустить наезд на пешехода, в связи с чем, в действиях истца отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст.264 УК РФ. В результате незаконных действий ФИО4 истцу причинен материальный ущерб в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 131.100 руб., который определен на основании заказ- наряда № 1535 от 25.11.2017 г., выданного ООО «Ортус». В настоящее время автомобиль истцом продан по договору купли- продажи от 21.01.2018г. после произведенного восстановительного ремонта в соответствии с заказ-нарядом №1535 от 25.11.2017г. на общую сумму 131.100руб. 

Ответчик ФИО4 в суд не явился, извещен о времени и месте судебного слушания, просит рассмотреть дело в свое отсутствие с участием представителя, так как в суд явиться не может по состоянию здоровья.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, представил письменные возражения по иску (л.д.66-70). Указал, что в соответствии с действующим законодательством, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования. Обращаясь в суд с требованиями о взыскании с ФИО4 суммы материального ущерба в размере 131.100 руб. (который по вине истца на всю жизнь остался инвалидом, лишился возможности вести привычной образ жизни, обеспечивать двух своих несовершеннолетних детей), истец ФИО3, злоупотребляя своими правами, представляет в суд в обоснование своих требований явно сфальсифицированные доказательства, чем пытается из своего недобросовестного поведения извлечь выгоду, с намерением причинить ФИО4 вред, что является недопустимым. Иск ФИО3 является необоснованным, так как в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не подтвержден никакими доказательствами, а с учетом положений ст. 10 ГК РФ, вообще не подлежит удовлетворению. Какого- либо нарушения ФИО4 требований ПДД по ранее рассмотренному Индустриальным районным судом г. Перми гражданскому делу № 2-28/2019 установлено не было, что нашло свое отражение в решении суда от 21.023.2019г. Доказательств вины ФИО4 в произошедшем ДТП истцом не представлено. Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения наличие в материалах проверки по факту ДТП постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, так как указанный процессуальный документ в рассматриваемом случае не является преюдициальным для суда.

Суд, заслушав пояснения представителей сторон, огласив материалы дела, обозрев материалы гражданского дела № 2-28(2019), пришел к следующему. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2016 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно правилу, установленному п.2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В силу пунктов 1 и 2 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Несоблюдение конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, несоответствие избранного заявителем способа защиты характеру и степени допущенного нарушения является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований полностью или в части. 

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ). 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ). 

В силу п. 1 ст. 1 ГК РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения нарушенных прав, их судебной защиты. 

Материалами дела установлено, что 22.10.2017 г. в 00:15 час. на перекрестке ул. Ленина и Комсомольского проспекта в г. Перми произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого, водитель автомобиля «VOLKSWAGEN TIGUAN» гос. № ФИО3 допустила наезд на пешехода ФИО4.

Дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах : в указанное выше время водитель ФИО3, двигаясь по Комсомольскому проспекту на автомобиле «VOLKSWAGEN TIGUAN» со стороны ул. Пермской в направлении ул. Ленина, подъезжая к перекрестку на запрещающий сигнала светофора, при включении разрешающего сигнала светофора, не уступила дорогу пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления (несмотря на то, что транспортные средства, двигающиеся по первой и второй полосе движения слева от нее в попутном направлении уступили дорогу пешеходам), допустила наезд на пешехода ФИО4 переходившего проезжую часть по Комсомольскому проспекту слева направо по ходу её движения.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО4 получил травмы различной степени тяжести. Причиненный вред расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Решением Индустриального районного суда г. Перми от 21.03.2019 г. по гражданскому делу № 2-28/2019 с ответчика ФИО3 в пользу ФИО4 была взыскана компенсации морального вреда в размере 400.000 руб. 

Указанным решением было установлено, что 22.10.2017г. около 00:15 часов на перекрестке ул. Ленина и Комсомольского проспекта в г. Перми автомобиль марки «VOLKSWAGEN TIGUAN» гос. № под управлением водителя ФИО3 допустила наезд на пешехода ФИО4, двигавшегося по пешеходному переходу Комсмольского проспекта слева направо по ходу движения автомобиля. В результате наезда пешеходу ФИО4 был причинен тяжкий вред здоровью.

Постановлением от 01.11.2017г. по результатам проверки в возбуждении уголовного дела было отказано по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ.

При этом, указанные судом обстоятельства не свидетельствовали о виновности пешехода ФИО4 в произошедшем ДТП от 22.10.2017г.

В соответствии с п. 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД), предусмотрено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

В силу п. 4.4. ПДД, в местах, где движение регулируется, пешеходы должны руководствоваться сигналами регулировщика или пешеходного светофора, а при его отсутствии - транспортного светофора.

В соответствии с п. 4.6. ПДД, выйдя на проезжую часть, пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения.

Нарушение ФИО4 указанных требований ПДД по ранее рассмотренному Индустриальным районным судом г. Перми гражданскому делу № 2-28/2019 судом не установлено, что нашло свое отражение в мотивировочной части судебного акта.

Доказательств вины ФИО4 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии истцом суду не представлено. Вместе с тем, бремя представления доказательств по настоящему делу, являющихся основанием для привлечения лица к возмещению вреда, из обязательств вследствие причинения вреда, возлагается на лицо требующего возмещение вреда, то есть на истца ФИО3

Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения наличие в материалах проверки по факту ДТП постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, так как указанные процессуальные документы в рассматриваемом случае не являются преюдициальными для суда.

Также являются несостоятельными ссылки истца на заключение эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Пермскому краю, проведенной в рамках материала проверки автотехнической экспертизы № от 28.02.2018 г.

Указанное заключение было дано вне рамок рассматриваемого гражданского дела, при его проведении экспертом не была дана оценка имеющейся в материалах дела видеозаписи от 22.10.2017г. с места ДТП, эксперту не были представлены для оценки объяснения пешехода ФИО4, который на момент проведения проверки находился в состоянии комы и не мог давать никаких пояснений относительно обстоятельств произошедшего ДТП.

Определением Индустриального районного суда г. Перми по делу № 2-28/2019 было назначено проведение судебной автотехнической экспертизы, по результатам проведения которой эксперт пришел к выводу о невозможности установления сигнала светофора, на который осуществлялся переход проезжей части пешеходом ФИО4

При этом эксперт указал, что установить экспертным путем, на какой сигнал светофора осуществлялся выход на пешеходный переход ФИО4 и разрешить противоречия в объяснениях участников происшествия относительно сигналов светофора, не представляется возможным. Поскольку противоречия в показаниях водителя ФИО3 и пешехода ФИО4 неустранимы, экспертным путем определить, какими пунктами Правил дорожного движения должны были руководствоваться участники происшествия, располагала ли водитель автомобиля «VOLKSWAGEN TIGUAN» ФИО3 технической возможностью избежать наезда на пешехода, и имелись ли в действиях водителя и пешехода несоответствия требованиям ПДД, не представляется возможным.

В судебном экспертном заключении также указано, что исследование дорожной ситуации по двум вариантам, учитывающим показания обоих участников происшествия, приведет к противоположным, взаимоисключающим выводам, поэтому разрешить вопросы, поставленные судом перед экспертом, не представляется возможным ввиду невозможности установления действительной дорожной ситуации, предшествующей происшествию.

В решении Индустриального районного суда г. Перми от 21.03.2019г. суд пришел к выводу о том, что из представленной видеозаписи, с достоверностью установить, на какой сигнал истец вышел на пешеходный переход, не представилось возможным. Вероятно, с учетом того, что транспортные средства, стоящие к тому моменту на запрещающий сигнал светофора, не начали движение, и впереди истца начали переход другие пешеходы, истец мог выйти на проезжую часть на разрешающий сигнал, что давало ему право завершить переход. Однако, не представлено доказательств и тому, что ответчица, которая подъехала к перекрестку в тот момент, когда для нее уже горел зеленый сигнал светофора, располагала реальной возможностью предотвратить наезд на пешехода.

При этом, в решении от 21.03.2019г. суд обратил внимание на то, что состояние ФИО4 в алкогольном опьянении не находится в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием. Суд также принял во внимание, что водитель ФИО3, как владелец источника повышенной опасности, была обязана проявить большую предусмотрительность при подъезде к перекрестку, не исключая возможность нахождения на нем пешеходов, не успевших завершить переход на разрешающий сигнал светофора (л.д.28-33).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 03.06.2019 г. решение Индустриального районного суда г. Перми от 21 марта 2019 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО3- без удовлетворения (л.д.33-35).

В данном апелляционном определении указано, что принимая решение, суд первой инстанции обоснованно исходил из наличия у ФИО3 обязанности предоставить пешеходу возможность окончить движение при пересечении перекрёстка, а также своевременно осуществить торможение для достижения полного статичного положения с целью избежать наезда на ФИО4, вне зависимости от соблюдения пешеходом требований закона при пересечении перекрёстка. Поскольку ФИО3 управляла источником повышенной опасности, она в силу положений пункта 10.1 ПДД была обязана предпринять исчерпывающий объём действий для предотвращения аварии.

В апелляционном определении указано, что суд первой инстанции оценил доказательства в совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, поэтому сделал надлежаще мотивированный вывод о наличии вины ФИО3 в наезде на пешехода, поскольку она нарушила требования закона при управлении транспортным средством. Доказательств того, что ФИО4 начал пересечение перекрёстка непосредственно на запрещающий сигнал светофора или употребление им алкоголя, безусловно, повлекло возникновение аварийной ситуации, суду не представлено и в ходе судебного разбирательства не выявлено. В силу прямого указания закона водитель автомобиля обязан вести транспортное средство не в пределах скорости, установленной для данного участка дороги, а со скоростью, которая должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, для выполнения требований ПДД. Отсутствие возможности остановить транспортное средство при внезапном возникновении препятствия на полосе движения, безусловно, свидетельствует о нарушении данного требования закона водителем ФИО3. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы ответчика, пришел к выводу, что движение ФИО3 со скоростью в пределах разрешённого скоростного ограничения не свидетельствует о надлежащем соблюдении требований закона, поскольку она обязана двигаться в пределах скорости, гарантирующей безопасность движения, которая не является тождественной по отношению к максимальному режиму скорости, установленной на конкретном участке дороги.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении», обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Такое же значение имеют для суда, рассматривающего гражданское дело, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда (ч. 3 ст. 61 ГПК РФ). Под судебным постановлением, указанным в ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно ч. 1 ст. 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда - судебный акт, предусмотренный ст. 15 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.

Согласно правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 г. № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. При этом, в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, в частности, путем предъявления новых исков.

Из смысла ст.1064 ГК РФ следует, что для возникновения права на возмещение вреда, в суде должна быть установлена совокупность таких обстоятельств, как: наступление вреда; противоправность причинителя вреда; наличие причинно- следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда; вина причинителя вреда. При отсутствии одного из факторов такая материально- правовая ответственность ответчика не наступает.

Принимая во внимание вступившее в законную силу решение Индустриального районного суда г. Перми от 21.03.2019г., имеющего в части установления вины ФИО3 в ДТП от 22.10.2017г. преюдициальное значение для настоящего спора, истцом не представлено суду доказательств, на основании которых на ответчика ФИО4 может быть возложена обязанность по возмещению материального ущерба причиненного ФИО3 в результате дорожно- транспортного происшествия.

Истцом ФИО3 также не представлено суду достаточных и допустимых доказательств стоимости восстановительного ремонта автомобиля «VOLKSWAGEN TIGUAN» в размере 131.100 руб., который определен на основании заказ-наряда № от 25.11.2017 г.

Указанный заказ-наряд № от 25.11.2017г., выданный ООО «Ортус», не может являться допустимым доказательством обоснования размера суммы восстановительного ремонта по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (ч. 2 ст. 55 ГПК РФ).

Согласно ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Исходя из положений частей 1, 2, 3 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч. 5 ст. 67 ГПК РФ суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

В силу п. 1 ст. 5 ГК РФ обычаем признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ », под обычаем, который в силу статьи 5 ГК РФ может быть применен судом при разрешении гражданско-правового спора, следует понимать не предусмотренное законодательством, но сложившееся, то есть достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое правило поведения при установлении и осуществлении гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей не только в предпринимательской, но и иной деятельности.

Согласно сложившейся практике при определении стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, собственник автомобиля намеренный в дальнейшем воспользоваться своим правом на возмещение вреда, заблаговременно уведомляет всех заинтересованных лиц о дате, времени и месте осмотра автомобиля.

Указанные требования направлены на то, чтобы все заинтересованные лица, могли путем визуального осмотра транспортного средства убедиться о соответствии количества повреждений имеющихся на автомобиле и их локализации, которые при присутствии заинтересованных лиц отражаются в акте осмотра, на основании которого специалистами в дальнейшем определяется стоимость восстановительного ремонта транспортного средства.

Данные процедурные вопросы указаны также в методических руководствах по проведению осмотра автомобиля.

Согласно п. 6.3 Методического руководства по определению стоимости автотранспортных средств с учетом естественного износа и технического состояния на момент предъявления (РД 37.009.015-98) перед проведением осмотра автомобиля заинтересованные лица извещаются заказчиком либо оценщиком. Извещение в обязательном порядке должно быть персонифицировано, в нем указывается дата, время и место проведения осмотра. Факт извещения, как правило, подтверждается уведомлением о вручении адресату приглашения на осмотр АМТС.

Извещение должно быть отправлено адресату не позднее, чем за 3 рабочих дня до проведения осмотра, не считая дня отправления и необходимого времени на дорогу до места осмотра.

В силу п.6.4. указанного Руководства осмотр автомототранспортного средства осуществляется в присутствии заказчика услуги (или его доверенного представителя) и, по согласованию с заказчиком, и всех других заинтересованных лиц (сторон). 

Между тем, на осмотр транспортного средства при составлении заказ-наряда, ответчик ФИО4 не вызывался, что лишает в настоящее время истца ФИО3 возможности представить доказательства того, что после дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца имел повреждения указанные в представленном суду заказ-наряде № от 25.11.2017 г., выданного ООО «Ортус», который к тому же еще был составлен спустя месяц после ДТП.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 15.05.2019 г. №, полученной с официального сайта Федеральной налоговой службы РФ - https://egrul.nalog.ru - в отношении ООО «Ортус» (ОГРН 

<

***>) в сведениях об основных и дополнительных видах деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (ОКВЭД) указанной организации указано: 66.19.4 Деятельность по предоставлению консультационных услуг по вопросам финансового посредничества (основной вид деятельности).

В качестве дополнительных видов деятельности в выписке ООО «Ортус» указаны: 64.99.2- Дилерская деятельность; 68.3- Операции с недвижимым имуществом; 68.31.11 -Предоставление посреднических услуг при купле-продаже жилого недвижимого имущества; 68.31.21-Предоставление посреднических услуг по аренде жилого недвижимого имущества; 68.31.11- Предоставление консультационных услуг при купле-продаже жилого недвижимого имущества; 68.31.41- Предоставление консультационных услуг по аренде жилого недвижимою имущества за вознаграждение или на договорной основе; 69- Деятельность в области права и бухгалтерского учета; 82.99- Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки.

Такого рода вид деятельности как - 45.20.1- «Техническое обслуживание и ремонт легковых автомобилей и легких грузовых автотранспортных средств», в выписке ООО «Ортус» не указано, в связи с чем, представленный истцом заказ- наряд № от 25.11.2017г. вызывает сомнение, как документ, в его достоверности и не может быть принят судом во внимание как доказательство причиненного истцу размера ущерба.

Истцом ФИО3 не представлено суду достаточных и допустимых доказательств стоимости восстановительного ремонта автомобиля «VOLKSWAGEN TIGUAN» гос. № в размере 131.100.00 руб., который, по мнению истца, подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № от 04.12.2017г. 

Указанный документ также не может являться допустимым доказательством обоснования произведенных истцом затрат на восстановительный ремонт по следующим основаниям.

На основании ч.1,2 ст.5 Федерального закона от 03.06.2009 № 103-ФЗ «О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами» прием платежным агентом от плательщика денежных средств должен быть подтвержден выдачей в момент осуществления платежа кассового чека, подтверждающего осуществление соответствующего платежа. Кассовый чек, выдаваемый (направляемый) платежным агентом плательщику и подтверждающий осуществление соответствующего расчета, должен соответствовать требованиям законодательства Российской Федерации о применении ККТ.

Согласно ч. 1 ст. 6 указанного Закона платежные агенты при приеме платежей вправе использовать платежные терминалы. Платежный терминал, используемый платежным агентом при приеме платежей, должен содержать в своем составе ККТ и обеспечивать в автоматическом режиме: 1) предоставление плательщикам информации, предусмотренной статьей 4 настоящего Федерального закона; 2) прием от плательщиков информации о наименовании поставщика, о наименовании товара (работы, услуги), за который (которые) исполняются денежные обязательства физического лица перед поставщиком, о размере вносимых платежному агенту денежных средств, а также иной информации, если это предусмотрено договором об осуществлении деятельности по приему платежей физических лиц; 3) прием денежных средств, вносимых плательщиками; 4) печать кассовых чеков и их выдачу (направление) плательщикам после приема внесенных денежных средств.

В соответствии с п. 2 ст.1 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники» настоящим Федеральным законом определяются правила применения контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов на территории Российской Федерации в целях обеспечения интересов граждан и организаций защиты прав потребителей, а также обеспечения установленного порядка осуществления расчетов, полноты учета выручки в организациях и у индивидуальных предпринимателей.

В силу п. 1 ст. 1.2 Федерального закона «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием электронных средств платежа» контрольно-кассовая техника применяется па территории Российской Федерации в обязательном порядке всеми организациями и индивидуальными предпринимателями при осуществлении ими расчетов, за исключением случаев, установленных настоящим Федеральным законом.

Законом о применении контрольно-кассовой техники в статье 2 четко определены виды деятельности (полный перечень), при осуществлении которых, в силу «специфики деятельности либо особенностей местонахождения организаций и индивидуальных предпринимателей, допускаются денежные расчеты без применения ККТ». При этом деятельность индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, связанная с продажей запасных частей для автомобилей и их ремонту физическим лицам, в этот перечень не входит. 

Таким образом, представленная истцом ФИО3 квитанция к приходно-кассовому ордеру ООО «Ортус» № 136 от 04.12.2017 г. не может являться достоверным и допустимым доказательством понесенных истцом расходов на ремонт автомобиля, поскольку не отвечает требованиям о выдаче документов о приеме денежных средств, предусмотренным ч. 1 ст. 4.7 Федерального закона «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием электронных средств платежа», так как подтверждением факта оплаты может являться только кассовый чек. Между тем, в материалах дела соответствующий кассовый чек отсутствуют. Доказательств обратного суду не представлено.

На основании изложенного, ФИО3 необходимо отказать в удовлетворении иска к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ расходы истца по госпошлине возмещению с ответчика не подлежат, так как в удовлетворении иска ФИО3 отказано в полном объеме. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Мотовилихинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

С У Д Ь Я :