УИД 74RS0005-01-2024-004862-16

судья Васильева Д.Н.,

дело № 2-108/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 11-2444/2026

20 февраля 2026 года

город Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Белых А.А.,

судей Приваловой Н.В., Волуйских И.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Металлургического районного суда города Челябинска от 16 октября 2025 года по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 о возмещении ущерба.

Заслушав доклад судьи Приваловой Н.В. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО1 – ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО2- ФИО7, полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 о возмещении ущерба, в котором с учетом уточнения просил взыскать с надлежащих ответчиков солидарно ущерб в размере 701 512 рублей, расходы на оценку в размере 15 000 рублей, расходы по отправлению телеграмм в размере 791 рубля 20 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 795 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 рублей, расходы по оформлению нотариальной доверенности в размере 2 200 рублей, почтовые расходы в размере 3 375 рублей.

В обоснование исковых требований указал на то, что 12 марта 2024 года в городе 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту – ДТП) с участием автомобиля «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, автомобиля «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер №, под управлением ФИО3, «Порш Кайен», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО8 Автомобилю, принадлежащему истцу, причинены механические повреждения. Поскольку выплаченного страхового возмещения недостаточно для полного возмещения ущерба, истец вынужден обратиться в суд с настоящим иском, в котором просит взыскать разницу с виновников ДТП (л.д. 2-3 том 3).

Решением Металлургического районного суда города Челябинска от 16 октября 2025 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично. С ФИО5 в пользу ФИО2 взыскано возмещение ущерба в размере 212 659 рублей 50 копеек, расходы по оценке в размере 7 500 рублей, расходы по отправке телеграмм в размере 395 рублей 60 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 107 рублей 50 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 687 рублей 50 копеек. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскано возмещение ущерба в размере 488 852 рублей 50 копеек, расходы по оценке в размере 7 500 рублей, расходы по отправке телеграмм в размере 395 рублей 60 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 107 рублей 50 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 687 рублей 50 копеек. В удовлетворении остальных исковых требований ФИО2, в том числе, к ФИО3, ФИО4 отказано (л.д.33-44 т.3).

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение. Указывает, что судом не изучены в полной мере обстоятельства ДТП, в том числе не исследован факт того, что первое столкновение произошло между автомобилями «Порш Кайен» и «Фольксваген Поло», а также ФИО1 считает, что именно, действия ФИО5 привели к указанному ДТП (им были нарушены пункты 1.5, 9.10, 10.1 ПДД РФ). Считает, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств о стоимости восстановительного ремонта его автомобиля с учетом износа и в соответствии с методикой, кроме того представленное истцом в дело заключение не содержит сведений о членстве эксперта в саморегулируемой организации оценщиков. Утверждает, что разумным способом исправления повреждений транспортного средства является восстановительный ремонт с применением неоригинальных новых запасных частей автомобиля. Указывает, что ответчики не должны нести ответственности за расходы истца на направление телеграмм, так как в данном случае досудебный порядок урегулирования спора не обязателен. Считает завышенными расходы по оплате услуг представителя (л.д.50-56 т.3).

На указанную апелляционную жалобу в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 325 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поступили возражения от истца ФИО2, в которых он просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения (л.д.96-97 т.3).

Истец ФИО2, ответчики ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО4, представители третьих лиц СПАО «Ингосстрах», АО «АльфаСтрахование», третьи лица ФИО8, ФИО9 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. В соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Челябинского областного суда.

Поскольку в материалах гражданского дела имеются доказательства надлежащего извещения истца, ответчиков и третьих лиц о дате, времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы гражданского дела, заслушав мнения представителей истца и ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы условиями возникновения ответственности за причинение вреда являются: наличие вреда, виновное и противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным действием (бездействием) лица и наступившим вредом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с причинителя вреда в порядке статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть взыскана только разница между рыночной стоимостью ремонта автомобиля и суммой страхового возмещения, которая подлежала выплате по правилам ОСАГО.

Судом первой инстанции установлено и следует из письменных материалов гражданского дела, что 12 марта 2024 года в 17 часов 10 минут в районе 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобилей «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, «Фольксваген Поло», государственный номер №, под управлением ФИО3, «Порш Кайен», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО8

Виновными в ДТП сотрудниками ГИБДД были признаны водители ФИО3, ФИО5, нарушившие пункт 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее по тексту – ПДД РФ). В результате ДТП автомобилю истца были причинены механические повреждения (л.д.149-164 т.1)

Риск наступления гражданской ответственности водителя ФИО8 на момент ДТП застрахован в АО «Альфастрахование», водителя ФИО5 – в СПАО «Ингосстрах», риск наступления гражданской ответственности ФИО3, ФИО1 не был застрахован.

Истец ФИО2 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о произошедшем страховом случае, 03 мая 2024 года страховщиком был произведен осмотр поврежденного транспортного средства, о чем составлен акт.

В соответствии с экспертным заключением ООО «ЮЖУРАЛ-КВАЛИТЕТ» № от 07 мая 2024 года, составленным по поручению СПАО «Ингосстрах», в соответствии с выводами которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Порш Кайен», государственный регистрационный знак № с учетом износа составила 552 386 рублей (л.д.17-33 т.2).

С учетом обоюдной вины двух участников ДТП, ФИО2 на основании заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ФИО2 соглашения было выплачено страховое возмещение в размере 276 193 рублей (л.д.221-222 т. 1, 8 т.2).

Также за страховым возмещением в СПАО «Ингосстрах» обратился ФИО1, которому была осуществлена выплата страхового возмещения в размере 107 390 рублей (л.д.220 т.1, л.д.34-53 т.2).

Истцом в обоснование исковых требований представлено экспертное заключение № ООО «Южурал-Квалитет», согласно выводам которого стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 1 405 958 рублей (л.д.46-95 т.1).

Разрешая исковые требования по существу, суд первой инстанции, оценив в совокупности, представленные по делу доказательства, приняв за основу экспертное заключение, выполненное на основании определения судьи Металлургического районного суда города Челябинска от 18 декабря 2024 года, экспертами ООО ЭКЦ «Прогресс» ФИО11, ФИО12, установив, что ДТП произошло по вине ответчиков ФИО1 и ФИО5, нарушивших ПДД РФ, в результате которого потерпевшему причинен ущерб, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с причинителей вреда ФИО1 и ФИО5 в пользу истца ущерба, определенного на основании заключения судебной экспертизы.

Поскольку страховое возмещение истцу было выплачено в полном объеме по соглашению, учитывая вышеуказанные обстоятельства, необходимости возмещения убытков потерпевшему в полном размере в виде расходов на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, и недостаточности размера страхового возмещения, пришел к выводу о том, что с ответчика ФИО1 в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере 488 852 рублей 50 копеек, с ФИО5 – 212 659 рублей 50 копеек.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и соответствуют нормам материального права, регулирующим возникшие между сторонами правоотношения. Оснований для переоценки представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

При этом в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Федеральный закон от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»): страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме – с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.

Согласно пункту 15 статьи 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по общему правилу страховое возмещение вреда. Причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Согласно пункту 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 данной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 данной статьи или в соответствии с пунктом 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом пунктом 16.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего, в частности при наличии соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем) (подпункт «ж»).

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Федеральный закон от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Федеральный закон от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также не предусматривает.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 63 постановления от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Федеральным законом от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а также Методики не применяются.

Давая оценку положениям Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П Федеральный закон от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Федеральным законом от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Федеральным законом от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленной в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года № 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пункты 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из того, что ответчик является лицом, ответственным за причинение ущерба транспортному средству истца, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании разницы между стоимостью восстановительного ремонта без учета износа и размером выплаченного страхового возмещения.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1 о том, что суд неправильно установил степень вины водителей, что в случившемся ДТП имеется вина ответчика ФИО10 в размере 100 %, которым нарушены ПДД РФ, являются несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью представленных в дело доказательствами.

В силу части 1 статьи 55, статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право оценки доказательств, которыми являются полученные в предусмотренном законом порядке из объяснений сторон, третьих лиц, свидетелей, письменных и вещественных доказательств, заключений экспертов о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для дела, принадлежит суду. Доказательства оцениваются судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

В соответствии с пунктом 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Разрешая вопрос о вине, принимая во внимание объяснения участников ДТП, в том числе в ходе рассмотрения гражданского дела, исследовав административный материал по факту ДТП, в частности, схему места ДТП, письменные объяснения участников ДТП, исследовав заключение судебной экспертизы, допросив судебного эксперта в судебном заседании, проанализировав механизм столкновения транспортных средств, заслушав стороны, давая оценку имеющимся в деле доказательствам по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчиками ФИО1 и ФИО5 нарушен пункт 10.1 ПДД РФ.

При этом доказательств отсутствия своей вины в соответствии с требованиями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО1 и ФИО5 в дело не представлено.

Судопроизводство по гражданским делам в соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, и каждая сторона согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено в законе.

Ответчик ФИО1, настаивая на том, что единственным виновником ДТП является водитель автомобиля «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, ФИО5, ввиду нарушения им пунктов 1.5, 9.10, 10.1 ПДД РФ выбрал небезопасную дистанцию, не обеспечил постоянный контроль за движением транспортного средства, при возникновении опасности для движения, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и совершил столкновение с автомобилем «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, допустимых доказательств этому не представил.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации именно водители ФИО1 и ФИО5 нарушили требования пункта 10.1 ПДД РФ, которые не были лишены возможности оценить дорожно-транспортную ситуацию, вместе с тем, не приняли необходимые меры для своего безопасного движения, не выбрали безопасную скорость движения, которая позволяла бы осуществлять постоянный контроль за движением управляемых ими транспортных средств.

Указанные действия свидетельствуют о нарушении ФИО1 и ФИО5 пункта 10.1 ПДД РФ, и состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде повреждения принадлежащего истцу автомобиля.

Доводы ответчика ФИО1 противоречат содержанию административного материала по факту ДТП, объяснениям водителей, заключению судебного эксперта, которые тщательным образом были исследованы судом первой инстанции и получили надлежащую оценку. Соответствующих достоверных и достаточных доказательств, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, ответчиком не представлено.

Анализируя указанные обстоятельства ДТП, у судебной коллегии не имеется оснований для определения степени вины в случившемся ДТП в ином размере, нежели в том, как определил суд первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1 подлежат отклонению. Допустимых и достоверных доказательств тому, что водитель ФИО1 не виновен в рассматриваемом ДТП, материалы гражданского дела не содержат, как и не представлено доказательств нарушения водителями ФИО8 и ФИО3 требований ПДД РФ.

Кроме того, как следует из исследовательской части судебной экспертизы, с технической точки зрения по следам колес на месте ДТП установлено: столкновение между автомобилями «Фольксваген Поло», государственный номер №, под управлением ФИО3 и «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 происходило передней частью автомобиля «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак № с задней частью автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер №; столкновение между автомобилями «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №/№, под управлением ФИО5 и «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 происходило передней частью автомобиля «Лада Гранта», государственный регистрационный знак № с задней частью стоящего автомобиля «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак № На рисунке 5 Заключения (стр.9 Закл., л.д.168 т.2) отражен след торможения переднего левого колеса автомобиля «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак № с характерным изломом направления в виде «кочерги», который образован в результате продольного столкновения транспортных средств. Указанный изгиб следа расположен до места столкновения между автомобилями «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 и «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 по ходу движения транспортных средств. Факт столкновения между автомобилями «Фольксваген Поло», под управлением ФИО3 и «ВАЗ 21093», под управлением ФИО1 подтверждается расположением областей осыпи осколков фар автомобиля «ВАЗ 21093» на месте ДТП. В результате столкновения между автомобилями «Фольксваген Поло», под управлением ФИО3 и «ВАЗ 21093», под управлением ФИО1 происходит разворот автомобиля «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак № влево по ходу движения, то есть до столкновения автомобиля «Лада Гранта», государственный регистрационный знак № с автомобилем «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, последний стоял под углом к продольной оси дороги после столкновения между автомобилями между автомобилями «Фольксваген Поло», под управлением ФИО3 и «ВАЗ 21093», под управлением ФИО1 Данное обстоятельство подтверждается характером повреждений передней части автомобиля «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, образованных от задней левой угловой участи автомобиля «ВАЗ 21093», под управлением ФИО1 в виде характерного изгиба капота и излома переднего бампера. На фотоматериалах с места ДТП в области автомобиля «Порш Кайен», государственный регистрационный знак № и автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер № отсутствуют следы на дороге, указывающие на отдельное столкновение автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер № с автомобилем «Порш Кайен», государственный регистрационный знак №. Кроме того, след от эмблемы передней автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер № на задней левой части бампера заднего автомобиля «Порш Кайен», государственный регистрационный знак № является дважды наложенным с минимальным сдвигом по вертикали, без сдвига по горизонтали. Минимальный сдвиг следа указывает на то, что после столкновения между автомобилями «Фольксваген Поло», государственный номер №, под управлением ФИО3 и «ВАЗ 21093», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 взаимное расположение автомобиля «Фольксваген Поло» и автомобиля «Порш Кайен» существенно не изменилось (л.д.169-171 т.2).

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не дана оценка показаниям свидетеля, являются несостоятельными, поскольку судом первой инстанции тщательным образом исследовались все доказательства, представленные участниками процесса.

Наличие причинно-следственной связи между нарушением ФИО1 и ФИО5 требований пункта 10.1 ПДД РФ и наступившими последствиями в виде причинения ущерба истцу установлено судом на основании анализа и оценки доказательств в их совокупности и взаимной связи, что соответствует статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия приходит к выводу, что обстоятельства ДТП были полностью исследованы судом первой инстанции. Несогласие с произведенной судом оценкой доказательств является правом стороны в споре, но не основанием к отмене постановленного решения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что заключение судебной экспертизы не отвечает требованиям допустимости доказательств, поскольку не содержит сведений о членстве экспертов в саморегулируемой организации оценщиков не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку проведение судебной экспертизы регламентируется Федеральным законом от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», однако, нормы данного закона не содержат требований о членстве судебных экспертов в саморегулируемой организации оценщиков, как и об обязательной сертификации, аттестации судебных экспертов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что суд необоснованно не применил положения пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и не уменьшил размер взысканного материального ущерба, судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку сами по себе те обстоятельства, что у ответчика имеются кредитные обязательства, необходимость несения ежемесячных арендных платежей, невозможность восстановления поврежденного автомобиля, не свидетельствуют о наличии исключительных обстоятельств, позволяющих применить названное положение закона и снизить размер вреда, причиненного истцу по вине ответчика. Относимые, допустимые доказательства, свидетельствующие о невозможности возместить истцу причиненный ущерб, во взысканном размере, ответчиком не представлены.

Доводы апелляционной жалобы о завышенном размере взысканной судом суммы расходов на оплату услуг представителя не свидетельствуют о нарушении судом принципа разумности и справедливости. Ответчик, как лицо, к которому предъявлено требования о взыскании судебных расходов, обладает правом заявить о чрезмерности требуемой суммы и обосновать разумный размер понесенных истцом расходов применительно к конкретному делу с учетом оценки, в частности, объема и сложности выполненной, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

Вместе с тем, заявляя о завышенном размере взысканных судом расходов на оплату юридических услуг, ответчик ФИО1 в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо относимых и допустимых доказательств об иной рыночной стоимости аналогичных правовых услуг не представил.

Определяя размер подлежащих компенсации расходов на оплату услуг представителя, суд принял во внимание отсутствие доказательств, представленных ответчиком, опровергающих разумность и обоснованность расходов истца на оплату юридических услуг, полагая заявленные истцом расходы разумными. Определенная к компенсации сумма отвечает критерию разумности, который по смыслу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основополагающим, обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон, возмещая одной стороне в некоторой степени расходы по оплате услуг представителя и одновременно возлагая на другую сторону имущественную ответственность, определенную в соответствии с требованиями закона. Выводы суда в данной части являются мотивированными, обоснованными, оснований для уменьшения понесенных расходов суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений судом норм процессуального права, которые являются безусловным основанием к отмене решения суда, или норм материального права, которые могли привести к принятию неправильного решения, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Металлургического районного суда города Челябинска от 16 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение в соответствии со статьей 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации изготовлено 06 марта 2026 года.