Дело № 2-1198/2025 

УИД 64RS0048-01-2025-003083-42

Решение

Именем Российской Федерации

25 августа 2025 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г.Саратова в составе:

председательствующего судьи Кривовой А.С.,

при секретаре Шихмагомедове Р.А.,

с участием помощника прокурора Фрунзенского района г.Саратова Царенко А.П.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении расходов на лечение, взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском. В обоснование заявленных требований указала, что 16 декабря 2024 года в 15 час. 10 мин. ФИО3, управляя автомобилем Фольксваген Туарег, государственный регистрационный знак № регион, у 

<

адрес> совершил наезд на ФИО1 Постановлением по делу об административном правонарушении от 20 мая 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, с назначением наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. В результате ДТП ФИО1 был причинен вред здоровью средней тяжести. Из заключения эксперта № 945 от 11 марта 2025 года следует, что у пострадавшей имелись: закрытые переломы диафизов лучевой и локтевой костей в нижней трети левого предплечья с небольшим смещением. 16 декабря 2024 года после наезда истец была доставлена в ГУЗ СГП 3, где ей был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, и далее истец была направлена на лечение в травматолого-ортопедическое отделение ГУЗ «Саратовская городская клиническая больница № 9». 24 декабря 2024 года была проведена операция по закреплению костей предплечья двумя металлическими пластинами двенадцатью винтами. По 28 декабря 2024 года проводилось стационарное лечение, с 29 декабря 2024 года — амбулаторное, где назначалось физиолечение, ЛФК, медикаментозное лечение, перевязки и наблюдение у травматолога. В общей сложности период нетрудоспособности составил с 16 декабря 2024 года по 27 января 2025 года. В результате повреждения здоровья ФИО1 была вынуждена нести дополнительные расходы на лекарственные препараты, общая сумма которых составила 29 726 руб. 06 коп. В процессе лечения ФИО1 испытывала постоянную физическую боль и дискомфорт, так как могла пользоваться только одной рукой, что препятствовало нормальной повседневной жизнедеятельности, в том числе, осуществлению трудовой деятельности. Ей были причинены нравственные страдания. Кроме того, после очередного обследования было установлено, что полученная травма вызвала постравматический остеоартоз левого лучезапястного сустава 2 ст., что подтверждается выпиской амбулаторного больного. В настоящее время боли в руке не прошли, сращивание костей происходит медленно из-за установленных пластин, рука выглядит травмированной, видны два хирургических шва и отеки. Такое состояние требует длительного лечения. В том числе, рекомендована повторная операция по снятию металлоконструкции, а также продолжение медикаментозного лечения. В добровольном порядке ответчик моральный вред не компенсировал. Ввиду изложенного истец просила взыскать с ответчика в свою пользу расходы на лекарственные препараты в размере 29 826 руб. 06 коп., компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, пояснила, что в течение всего времени ее лечения со стороны ответчика не было никаких заявлений, предложений по компенсации причиненного ей морального вреда. Дополнила, что в результате проведенного лечения у нее появились проблемы с кишечником. Около полутора месяцев она была в состоянии беспомощности, не могла себя обслуживать, нуждалась в постоянной посторонней помощи ввиду полученной ею травмы. Поврежденная рука постоянно болела, кости срастались очень медленно. В настоящее время рука в кисти очень плохо сгибается, в связи с чем лечение должно продолжаться.

Представитель истца ФИО2 заявленные требования поддержала, просила их удовлетворить, по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Ранее в ходе рассмотрения дела в судебном заседании исковые требования не признал. Не оспаривал факта причинения вреда здоровью истца, однако, не согласился с размером компенсации морального вреда, размером расходов на лечение, полагая, что данные расходы не подтверждены. Также просил учесть его материальное положение.

Выслушав участников судебного заседания, заключение прокурора, полагавшего, необходимым исковое заявление удовлетворить, и определить размер компенсации морального вреда с учетом степени разумности, справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 123 Конституции РФ и ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по гражданскому делу являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные могут устанавливаться объяснениями сторон, показаниями свидетелей, письменными доказательствами.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, исходя из положений ст. 57 ГПК РФ.

Исходя из ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанном на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Статьей 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статья 15 ГК РФ предусматривает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившим обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных положений закона следует, что вина может заключаться в неисполнении возложенной законом или договором обязанности, предполагается до тех пор, пока лицом, не исполнившим обязанность, не доказано обратное.

Согласно п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Статьями 15, 1064 ГК РФ предусмотрен принцип полного возмещения ущерба.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

В силу положений ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По основаниям приведенных норм права вред подлежит возмещению в случае наличия обязательных элементов состава правонарушения, если в предусмотренном законом порядке установлены незаконность действий (бездействия) государственных органов, вина должностных лиц этих органов, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) и наступившими последствиями, размер причиненного ущерба.

Недоказанность одного из названных совокупных элементов деликтной ответственности (ст. 1064 ГК РФ) влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.

Основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст. 151 и гл. 59 ГК РФ. Следовательно, на правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 гл. 59 ГК РФ, и для возложения ответственности за причинение морального вреда необходимо установление состава правонарушения, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 1100 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таким образом, требование о возмещении вреда, в том числе и морального, должно предъявляться и разрешаться с учетом положений ст.ст. 1064, 1069 ГК РФ. Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно-следственной связи между незаконными (виновными) действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц этих органов и наступившим вредом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 16 декабря 2024 года в 15 час. 10 мин. ФИО3, управляя автомобилем Фольксваген Туарег, государственный регистрационный знак № регион, у 

<

адрес> в нарушение п 14.1 ПДД РФ, не уступил дорогу пешеходу, пользующейся преимуществом в движении и переходящему проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, в результате чего допустил наезд на пешехода ФИО1, которой был причинен вред здоровью средней тяжести, тем самым ФИО3 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.2 ст.12.24 КоАП РФ. Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением Волжского районного суда г.Саратова от 20 мая 2025 года, которым ФИО3 было назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В результате указанного ДТП истцу ФИО1 был причинен вред здоровью средней тяжести. Как следует из заключения эксперта № 945 от 11 марта 2025 года, у ФИО1 имелись: закрытые переломы диафизов лучевой и локтевой костей в нижней трети левого предплечья с небольшим смещением. 16 декабря 2024 года после наезда истец была доставлена в ГУЗ СГП 3, где ей был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Все повреждения в совокупности оцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 21 дня.

Также как следует из представленных истцом документов, ФИО1 проходила стационарное лечение в ГУЗ «Саратовская городская клиническая больница №9» в период с 16 декабря 2024 года по 28 декабря 2024 года, после чего проходила амбулаторное лечение.

Таким образом, факт получения истцом травмы в судебном заседании установлен. 

Доказательств того, что повреждение вреда здоровью истцу ФИО1 получено при иных обстоятельствах, а также доказательств отсутствия вины ответчика ФИО3 в причинении вреда здоровью истца, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ в ходе рассмотрения дела не представлено, судом в ходе рассмотрения дела не установлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как следует из Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27 ноября 2019 года, по смыслу закона, решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суду следует исходить из положений ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, степень и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, а именно физическую боль, причиненную травмой, тяжесть телесного повреждения, период лечения, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, нравственные страдания в связи с произошедшим, невозможность вести свой привычный образ жизни, исходя из требований разумности и справедливости, с учетом материального положения ответчика, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 180 000 руб.

Оснований для уменьшения возмещения вреда, предусмотренных ст.1083 ГК РФ, не имеется.

Доводы ответчика о том, что у него в настоящее время отсутствует заработок своего подтверждения в судебном заседании не нашли, представленная суду выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Здоровая жизнь» данные обстоятельства не подтверждает.

Рассматривая требования о взыскании в пользу истца стоимости затрат на лечение суд приходит к следующему.

Как было указано выше, статья 15 ГК РФ предусматривает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в ст. 1085 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Истцом представлены чеки на приобретение медицинских препаратов: Хонда МСМ Эвалар стоимостью 3 270 руб., Курантил стоимостью 1029 руб., ФИО6 стоимостью 338 руб., Метрогил Дента гель стоимостью 378 руб., Аква Д 3 стоимостью 170 руб., Кудасан Q 10 стоимостью 490 руб., Траумель С р-р стоимостью 1142,50 руб., Траумель С таблетки стоимостью 578, 70 руб., Аквадетрим капли стоимостью 279 руб., Дентамет гель стоимостью 301, 30 руб., Омега-з Океаника стоимостью 1 342, 60 руб., бриллиантовый раствор стоимостью 2 шт. стоимостью 163, 50 руб. каждый, Биоанальгетик 2 шт. стоимостью 350 руб. каждый, крем-гель помощь телу стоимостью 450 руб., Бифилиз (Вигэл) 5 шт. каждый стоимостью 473, 95 руб., Арбидол стоимостью 583, 95 руб., Шалфей натур продукт стоимостью 388, 96 руб., Тантум Верде стоимостью 490, 45 руб., Гриппферон 2 шт. стоимостью 302, 97 руб. каждый, Арбидол стоимостью 497, 95 руб., Хай риск Паундер Фри стоимостью 162 руб., Вобэнзим стоимостью 3 615 руб., Траумель С мазь стоимостью 1449, 30 руб., ФИО4 стоимостью 496, 20 руб., Гинко Билоба стоимостью 952 руб., Лецитин Грассберг стоимостью 1780 руб., Бруфен стоимостью 378, 50 руб., Сирдалуд стоимостью 182 руб., Диклофенак гель стоимостью 270 руб., Арбидол стоимостью 382 руб. и 448 руб., Виферон стоимостью 252 руб., Мезим стоимостью 347 руб. Кроме того, ФИО1 были приобретены изделия медицинского назначения: KSU -223 стоимостью 2000 руб., а также бинты стерильные на общую сумму 261 руб., бинт Претти Коттон стоимостью 72, 40 руб.

Также были приобретены Зубная паста стоимостью 169 руб., Лесной бальзам ополаскиватель стоимостью 192 руб., которые, как пояснила истец, с лечением не связаны, являлись совместной покупкой с медицинскими препаратами.

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного ФИО1 последней проведено лечение с применением медицинских препаратов: Кетопрофен, Эликвис, Омепрозол, Трамадол, Цетриаксон, ФИО6. Рекомендовано, в том числе: гипсовая иммобилизация, прием Омез, прием НПВС, например Эторикоксиб, перевязки, Кардиомагнил, ФИО5, ФИО6. 

Также исходя их выписки амбулаторного больного рекомендовано: курс НПВС, например Бруфен, Аэртал, Омепразол, крем с НПВС например Кетопрофен или Диклофенак, приемо хондопротекторов например Артра МСМ, Дона, Инъектран, Терафлекс, курс миорелаксантов например Сирдалуд, Мидокалм.

Вопреки доводам стороны ответчика, факт несения расходов на лечение, а также необходимость приобретения вышеуказанных медицинских препаратов и изделий медицинского назначения, истцом подтвержден, ФИО1 данные препараты и изделия были приобретены по рекомендации лечащего врача. В процессе рассмотрения настоящего дела никем из сторон ходатайств о назначении судебной медицинской экспертизы не заявлено.

Кроме того, судом были истребованы из Территориального фонда обязательного медицинского страхования Саратовской области сведения о возможности получения ФИО1 назначенного ей лечения по программе обязательного медицинского страхования на безвозмездной основе.

Из ответа территориального фонда обязательного медицинского страхования Саратовской области от 14 августа 2025 года следует, что застрахованные лица в соответствии с ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» застрахованные лица имеют право на бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая. Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения утвержден распоряжением Правительства РФ от 12 октября 2019 года № 2406-р и установлен Приложением № 4 к Территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Саратовской области на 2025 год и на плановый период 2026-2027 годов. В перечень входят следующие лекарственные препараты, указанные в запросе: омепразол (омез), нестероидные противовоспалительные и противоревматические препараты (диклофенак, кеторолак, декскетопрофен, кетопрофен), аторвастатин, периндоприл, кетопрофен, апиксабан (эликвис), трамадол, цефтриаксон, натрия хлорид, лидокаин, тизанидин (сирдалуд), умифеновир (арбидол), панкреатин (вобэнзим), диклофенак. В случае необходимости использования медицинской организацией при оказании медицинской помощи в рамках территориальной программы лекарственных средств, не включенных в перечни, медицинские организации могут приобретать и использовать лекарственные препараты при наличии у пациента жизненных показаний к применению лекарственных средств, не имеющих аналогов в перечнях, по решению врачебной комиссии. Расходные материалы и изделия медицинского назначения (бинт стерильный, одноразовые перчатки, бандаж) для лечения в круглосуточных и дневных стационарах всех типов, а также при оказании скорой и неотложной медицинской помощи предоставляются и используются бесплатно для пациента за счет средств обязательного медицинского страхования. Приобретение лекарственных средств гражданами для проведения лечения в амбулаторных условиях осуществляется в фармацевтических организациях за счет личных средств граждан, за исключением категорий граждан, имеющих право на получение соответствующих мер социальной поддержки, установленных федеральным или областным законодательством. Льготное лекарственное обеспечение не является расходным обязательством бюджета Территориального фонда, осуществляется за счет средств федерального и областного бюджетов и относится к полномочиям министерства здравоохранения Саратовской области.

Поскольку ФИО1 приобретала лекарственные препараты, назначенные в рамках амбулаторного лечения в период реабилитации после полученной травмы, право на получение необходимого лечения на бесплатной основе у нее отсутствовало.

Вместе с тем, суд полагает, что возмещению подлежат расходы истца на приобретение лекарственных препаратов: ФИО6 стоимостью 338 руб., Бруфен стоимостью 378, 50 руб., Сирдалуд стоимостью 182 руб., Диклофенак гель стоимостью 270 руб., поскольку покупка и прием данных препаратов были обусловлены рекомендациями лечащих врачей.

Также суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства на приобретение следующих медицинских препаратов и изделий: Хонда МСМ Эвалар стоимостью 3 270 руб., KSU -223 стоимостью 2000 руб., Метрогил Дента гель стоимостью 378 руб., Траумель С р-р стоимостью 1142, 50 руб., Траумель С таблетки стоимостью 578, 70 руб., бинт Претти Коттон стоимостью 72, 40 руб., бинты стерильные на общую сумму 261 руб., бриллиантовый раствор стоимостью 2 шт. стоимостью 163, 50 руб. каждый, Биоанальгетик 2 шт. стоимостью 350 руб. каждый, крем-гель помощь телу стоимостью 450 руб., Хай риск Паундер Фри стоимостью 162 руб., Траумель С мазь стоимостью 1449, 30 руб., Тантум Верде стоимостью 490, 45 руб., поскольку ФИО1 была рекомендована гипсовая иммобилизация, суд полагает, что данные расходы были обусловлены лечением полученной травмы.

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств за приобретение иных лекарственных препаратов и медикаментов, суд не усматривает, поскольку документов, свидетельствующих о необходимости их приобретения суду не представлено.

С учетом изложенного, суд полагает возможным взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 12 449 руб. 85 коп., в остальной части заявленное требование удовлетворению не подлежит.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся: расходы на оплату услуг представителя, суммы, подлежащие выплате экспертам, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Размеры судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя подтверждены надлежащими доказательствами. 

Руководствуясь положениями ст. 100 ГПК РФ, учитывая размер и характер предъявленных требований, объем оказанных юридических услуг, обстоятельства по делу, сложность рассматриваемого спора, длительность рассмотрения дела, степень участия в деле представителя, суд, учитывая принцип разумности и справедливости, находит возможным взыскать в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 180 000 руб., расходы на лечение в размере 12 449 руб. 85 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд, через Фрунзенский районный суд г.Саратова в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 08 сентября 2025 года.

Судья А.С.Кривова