Судья ФИО1 Дело № 22-1590/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново 20 октября 2025 года 

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Селезневой О.Н., 

при секретаре Киринкиной Ю.В., 

с участием: 

прокурора Малушенко Т.В., 

потерпевшей ФИО2,

представителя потерпевшей – адвоката Шкрюбы Р.В., 

осужденного ФИО12,

защитника осужденного - адвоката Белова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя Тейковского межрайонного прокурора ФИО4, апелляционные жалобы потерпевших ФИО2 и ФИО3, а также осужденного ФИО12, на приговор Тейковского районного суда Ивановской области от 14 июля 2025 года, которым

ФИО12, 

<

данные изъяты>, 

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года, которое на основании ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 10 % заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Разрешены гражданские иски о компенсации причиненного преступлением морального вреда: с осужденного ФИО12 в пользу потерпевшей ФИО2 взыскана компенсация причиненного преступлением морального вреда в размере 1500000 рублей, в пользу потерпевшей ФИО3 – в размере 1000000 рублей. 

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

Доложив содержание приговора и доводы апелляционных представления и жалоб, проверив материалы уголовного дела и выслушав выступления участвующих лиц, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО12 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в период с 07 часов 35 минут до 07 часов 45 минут 05 июля 2024 года в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В суде первой инстанции осужденный ФИО12 вину в преступлении не признавал. 

В апелляционном представлении заместитель Тейковского межрайонного прокурора Ивановской области ФИО4, не оспаривая фактические обстоятельства преступления и квалификацию, как они установлены судом в приговоре, приводит доводы о несправедливости назначенного ФИО12 наказания вследствие его чрезмерной мягкости.

Приводит доводы о том, что в ходе судебного следствия ФИО12 вину не признал; за продолжительный период, прошедший с момента дорожно-транспортного происшествия, мер к возмещению причиненного преступлением вреда не предпринял, искренних извинений семье и родственникам погибшего не принес; предложений об оказании материальной и (или) иной помощи в организации похорон, а равно в поддержании семьи погибшего, от ФИО12 не поступало. 

Ссылается на установленные по делу сведения о семейных и родственных отношениях погибшего, и выражает несогласие с решением суда первой инстанции, который при указанных обстоятельствах сделал необоснованный вывод о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, - указывает, что конкретные мотивы такого решения в приговоре не приведены, фактически суд оставил без внимания характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и наступившие последствия. 

Полагает, что применение ст.53.1 УК РФ при назначении ФИО12 наказания и замена ему лишения свободы на принудительные работы являются необоснованными и не соответствуют задачам и целям наказания, приведенным в ст.43 УК РФ. 

Просит приговор изменить, исключить указание на применение ст. 53.1 УК РФ при назначении ФИО12 наказания и назначить ему 2 года лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении. 

Выражая несогласие с приговором, в апелляционной жалобе потерпевшие ФИО2 и ФИО3 указывают, что суд первой инстанции не учел характер и степень общественной опасности преступления, грубое нарушение ФИО12 п.п. 8.1, 13.12 Правил дорожного движения РФ и его выезд на полосу встречного движения, повлекший создание смертельной опасности на пути следования мотоцикла под управлением ФИО6; устойчивое противоправное поведение ФИО12, о котором свидетельствует предшествующее его привлечение к административной ответственности по ст. 12.9 КоАП РФ; выводы суда, признавшего смягчающим наказание обстоятельством «желание оказать материальную помощь семье погибшего», являются необоснованными, поскольку такие заявления о готовности возместить 30000 рублей и иным образом компенсировать причиненный вред объективно подтверждены не были, денежные средства им не перечислены, предлагаемая ФИО12 денежная сумма является несоразмерной причиненным в результате его действий последствиям, что в совокупности свидетельствует также о необоснованности применения ст. 53.1 УК РФ при назначении ФИО12 наказания, а также о несоразмерности тяжести наступивших последствий, а также степени нравственных страданий, и взысканной судом компенсации морального вреда, которую просят увеличить, взыскав по 3000000 рублей каждой потерпевшей. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО12 цитирует положения ч. 3 ст. 60 УК РФ, подобно приводит данные о своей личности, тождественные тем, что отражены судом в приговоре, акцентирует внимание на признанных судом первой инстанции смягчающих наказание обстоятельствах (пенсионном возрасте, состоянии здоровья его и родственников, привлечении его к уголовной ответственности впервые, желании оказать помощь семье погибшего), а также на отсутствии отягчающих обстоятельств, и полагает о наличии достаточных оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ с назначением ему условного наказания. 

В судебном заседании апелляционной инстанции прокурор Малушенко Т.В. доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевших поддержала, в удовлетворении апелляционной жалобы осужденного ФИО12 просила отказать. 

Потерпевшая ФИО2 и ее представитель – адвокат Шкрюба Р.В. просили об изменении приговора по доводам апелляционного представления и своей апелляционной жалобы, в удовлетворении жалобы осужденного ФИО12 просили отказать. 

Защитник осужденного ФИО12 - адвокат Белов А.В. просил об изменении приговора по доводам апелляционной жалобы осужденного, а также о снижении размера взысканных в качестве компенсации морального вреда денежных сумм, и привел дополнительные доводы о том, что: 

- отраженные в приговоре выводы суда о непризнании ФИО12 вины в преступлении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, исходя из которых в ходе предварительного и судебного следствия ФИО12 не высказывал свое отношение к предъявленному обвинению, что являлось согласованной позицией стороны защиты и обусловлено тем, что обстоятельства дорожно-транспортного происшествия в полной мере установлены и исследованы не были, и имеются основания полагать о нарушениях Правил дорожного движения РФ со стороны водителя ФИО6,

- показания ФИО12 об обстоятельствах происшествия отличаются от показаний допрошенных по делу свидетелей, которые в силу субъективных особенностей и субъективного восприятия могли разным образом воспринимать дорожно-транспортную ситуацию, 

- исходя из показаний допрошенного в суде первой инстанции специалиста ФИО5, имеющееся в деле заключение эксперта № 1462.1463/1-13.1-13.3 от 20.12.2024 года и фототаблица к нему не содержат результатов полноценного исследования по поставленным вопросам, а также должного обоснования выводов и содержащихся в нем утверждений, 

- судом было отказано в ходатайстве стороны защиты о проведении видео-технической и авто-технической судебных экспертиз для объективного установления обстоятельств по делу при том, что основания для проведения экспертных исследований имелись,

- обстоятельства обнаружения шлема, принадлежащего водителю мотоцикла ФИО6, могли свидетельствовать о ненадлежащем выполнении им требований п. 2.1.2 Правил дорожного движения РФ,

- приведенные в приговоре выводы об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. ст. 64, 73 УК РФ при назначении ФИО12 наказания являются немотивированными, лишены индивидуальности и не раскрывают суть рассматриваемого вопроса,

- указание суда первой инстанции на привлечение ФИО12 к административной ответственности за правонарушение в области дорожного движения является необоснованной в силу давности и малозначительности самого правонарушения, 

- мотивы, в связи с которыми суд не признал принесение ФИО12 извинений в качестве смягчающего обстоятельства, нельзя признать обоснованными, поскольку непризнание осужденным вины не свидетельствует о неискренности выраженного им сожаления о случившемся, 

- в ходе производства по делу ФИО12 предлагал потерпевшим материальную и иную помощь, которую последние не приняли,

- размер определенной судом компенсации морального вреда, подлежащей выплате потерпевшим, является чрезмерным и завышенным, подлежит снижению, в том числе, с учетом формы вины привлекаемого к ответственности лица. 

Осужденный ФИО12 доводы своей апелляционной жалобы, а также дополнения защитника – адвоката Белова А.В., поддержал, в удовлетворении апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы потерпевших просил отказать. 

Доказательства, исследованные судом первой инстанции, приняты судом апелляционной инстанции без проверки в соответствии с ч.7 ст.389.13 УПК РФ. Новые доказательства суду апелляционной инстанции стороны не представили.

Проверив судебное решение и оценив доводы апелляционных представления и жалоб, изучив уголовное дело и выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины, мотива и цели преступления, а сторонам суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, в том числе, права на защиту, которыми они реально воспользовались. В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и заявлении ходатайств. 

Данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, а также о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается. Каких-либо процессуальных нарушений, ограничивающих право участников уголовного судопроизводства на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон, судом первой инстанции не допущено.

Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность верно оценил с позиции достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

При этом суд первой инстанции указал, какие из исследованных доказательств он положил в основу приговора, а какие отверг, и привел убедительные аргументы принятых решений по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам.

Озвученные в суде апелляционной инстанции доводы стороны защиты, фактически сводящиеся к утверждениям о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также о допущенных судом в ходе производства по делу существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, являются необоснованными. Все юридически значимые обстоятельства, на которые обращено внимание осужденным ФИО12 и его защитником, явились предметом тщательного исследования суда первой инстанции, выводы по ним в приговоре приведены и надлежаще мотивированы. 

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО12 в совершённом преступлении основан на конкретных исследованных судом первой инстанции доказательствах, содержание которых наряду с их анализом в приговоре приведено. Совокупность представленных суду и исследованных судом доказательств обоснованно признана достаточной для разрешения уголовного дела по существу и вынесения обвинительного приговора по уголовному делу.

Нарушений требований ст.ст.87,88 УПК РФ при проверке и оценке представленных доказательств, что свидетельствовало бы об ошибочности выводов о доказанности в отношении ФИО12 предусмотренных ч.1 ст.73 УПК РФ обстоятельств, судом первой инстанции не допущено.

Выводы суда первой инстанции являются убедительными, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит.

Вопреки занятой осужденным позиции по отношению к предъявленному обвинению, выводы суда о виновности ФИО12 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, и подтверждаются доказательствами, исследованными судом.

В ходе производства по делу ФИО12 подтверждал, что являлся участником дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб водитель мотоцикла ФИО6, вместе с тем, отрицал нарушение им Правил дорожного движения РФ и высказывал мнение о несоблюдении указанных Правил водителем мотоцикла ФИО6

Такая позиция ФИО12 верно расценена судом первой инстанции как непризнание вины по предъявленному обвинению, что в полной мере соответствует показаниям ФИО12 и избранной им позиции по делу. То обстоятельство, что в суде первой инстанции ФИО12 сообщил о своем нежелании выражать отношение к предъявленному обвинению, не опровергает приведенные выше выводы суда, которые являются обоснованными и объективно соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд верно установил, что 05 июля 2024 года в период с 07 часов 35 минут до 07 часов 45 минут водитель машины «Шевроле Нива» ФИО12 двигался по проезжей части главной дороги и, приближаясь к нерегулируемому перекрестку неравнозначных дорог, намеревался свершить поворот налево (на второстепенную дрогу), однако, не убедился в том, что он не создает опасности для движения, а также помехи, другим участникам дорожного движения, не уступил дорогу мотоциклу под управлением ФИО6, двигавшемуся по главной дороге во встречном направлении, совершил с ним столкновение на перекрестке на полосе движения мотоцикла, в результате чего потерпевшему ФИО6 были причинены телесные повреждения в виде сочетанной травмы головы, груди и конечностей, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО6, наступившей на месте происшествия. 

Такие выводы суда первой инстанции основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правовая оценка которых приведены в приговоре, в том числе: 

- показаниях подсудимого ФИО12, согласно которым он, приближаясь к нерегулируемому перекрестку, видел двигавшегося во встречном направлении по своей полосе движения мотоциклиста со включенным левым поворотником и сделал вывод о том, что мотоциклист намерен повернуть налево и они должны разминуться, поэтому на перекрестке он (ФИО12), не останавливаясь, начал выполнять поворот налево, однако, в момент его нахождения на встречной полосе движения, мотоциклист изменил траекторию движения, в связи с чем он (ФИО12) предпринял меры к экстренному торможению, остановил машину, с которой мотоциклист совершил столкновение,

- показаниях свидетеля ФИО10, согласно которым лобовое столкновение мотоциклиста и автомобиля произошло на полосе движения мотоциклиста при осуществлении маневра поворота налево водителем машины; до столкновения мотоциклист двигался уверенно и прямолинейно, автомашина перед совершением поворота не останавливалась; с момента начала осуществления водителем машины поворота налево до момента столкновения прошло не более 1-2 секунд; водитель мотоцикла был в шлеме, который слетел с него в момент столкновения, 

- показаниях свидетеля ФИО7, согласно которым перед совершением маневра поворота налево водитель автомашины не притормаживал, остановился уже на полосе встречного движения; с момента осуществления маневра поворота до момента столкновения с мотоциклистом прошла 1 секунда,

- показаниях свидетеля ФИО9, согласно которым столкновение произошло на полосе движения мотоциклиста, который ехал прямолинейно, не спеша со скоростью не более 40 км/ч., указатель поворота не включал и намерение поворачивать не демонстрировал, на голове мотоциклиста был надет шлем, который слетел с него в момент столкновения с машиной; автомашина в момент столкновения двигалась и остановилась только после столкновения с мотоциклом; к моменту начала выполнения маневра поворота расстояние между машиной и мотоциклистом было около 2 м.; с момента начала осуществления маневра поворота машиной до момента столкновения с мотоциклистом прошло не более 1 с.,

- показаниях свидетеля ФИО8, согласно которым при осмотре места дорожно-транспортного происшествия было установлено, что автомобиль ФИО12 находился на полосе встречного движения, прямо перед ним располагался мотоцикл, мигающий на нем сигнал поворота мог явиться следствием столкновения автотранспортных средств, 

- результатах осмотра места происшествия, согласно которым автомашина расположена на полосе встречного движения, под углом, на той же полосе лежит мотоцикл, имеются осколки транспортных средств без существенного разлета,

- результатах осмотра видеозаписи, согласно которым время между кадром, зафиксировавшем момент выезда автомобиля на полосу встречного движения, и кадром, зафиксировавшем момент завершения автомобилем движения, составляет 0,534с,

- заключении эксперта № 53/1326 от 26 сентября 2024 года о характере, локализации и степени тяжести телесных повреждений, установленных у ФИО6 – сочетанной травмы груди и конечностей, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни и которая явилась непосредственной причиной его смерти,

- заключении автотехнической экспертизы № 1462.1463/1-13.1-13.3 от 20 декабря 2024 года, согласно которой вычислить скорость мотоцикла по деформациям не представляется возможным по причине отсутствия апробированных и научно обоснованных методик по данному вопросу; установить расположение продольных осей мотоцикла и автомобиля относительно друг друга в момент начала контактного взаимодействия не представляется возможным; при возникновении опасности для движения водитель мотоцикла в данной дорожно-транспортной ситуации должен действовать в соответствии с ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ; с момента, когда водитель автомашины начал поворот налево, водитель мотоцикла не имел технической возможности предотвратить с ним столкновение при любой скорости движения мотоцикла; в действиях водителя мотоцикла несоответствия требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения РФ не усматривается, водителю автомашины для обеспечения безопасности движения в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации следовало руководствоваться п. 13.12 Правил дорожного движения РФ, которым действия водителя автомашины не соответствовали,

а также иных приведенных в приговоре доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку. 

Выводы суда о наличии достаточной совокупности доказательств, содержание которых позволяет объективно установить имевшие место обстоятельства и свидетельствует о виновности ФИО12 в преступлении, являются правильными.

Вопреки доводам стороны защиты, положенные в основу обвинительного приговора показания свидетелей ФИО10, ФИО7, ФИО9, ФИО8, а также иных допрошенных по делу лиц, подробны, последовательны, непротиворечивы, дополняют друг друга в деталях и в целом позволяют с достоверностью установить обстоятельства происшествия. 

Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у свидетелей заинтересованности в исходе дела, а равно иных оснований для оговора ФИО12, судом первой инстанции обоснованно не установлено, не приведено таковых и суду апелляционной инстанции. 

Мнение стороны защиты об исключительно субъективном восприятии свидетелями произошедших событий и потому недостоверном их изложении, является необоснованным предположением, которое опровергается совокупностью исследованных по делу доказательств, в том числе, самим содержанием показаний свидетелей, которые, являясь очевидцами произошедшего, детально и в целом тождественным образом описывали обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, что опровергает доводы о неверном восприятии указанными лицами обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ. 

То обстоятельство, что ФИО12 иным образом описывал обстоятельства происшествия, не свидетельствует о недостоверности показаний допрошенных по делу лиц, которые объективно подтверждены совокупностью доказательств по делу. 

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований ставить под сомнение результаты проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы № 1462.1463/1-13.1-13.3 от 20 декабря 2024 года, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции. 

С оценкой указанного заключения эксперта, произведенной судом с учетом показаний эксперта ФИО11 и во взаимосвязи с иными исследованными в судебном заседании доказательствами и другими фактическим данными, которые в совокупности позволили сделать правильный вывод о виновности осужденного, суд апелляционной инстанции согласен.

Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, проведено на основании постановления следователя в рамках поставленных вопросов, относящихся к компетенции эксперта, который в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Указанные следователем в постановлении о назначении экспертизы исходные данные в полной мере соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Сообщенные ФИО12 иные сведения (в том числе, о большем времени, затраченном им на выполнение маневра поворота, а также о большем временном периоде с указанного момента и до момента столкновения с мотоциклом) являются предположением и носят неконкретный характер, поскольку содержат лишь примерные данные, которые опровергаются исследованными судом доказательствами.

Так как в силу уголовно-процессуального законодательства, в частности ч. 1 ст. 58, ч. 3 ст. 80 УПК РФ, оценка материалов уголовного дела и заключений экспертов в компетенцию специалиста не входит, суд правильно не принял в качестве доказательств невиновности ФИО12 показания специалиста ФИО5, в которых тот высказал свои суждения в обоснование выдвинутой осужденным версии об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя мотоцикла ФИО6, а также фактически высказался по вопросу недостоверности заключения эксперта-автотехника ФИО11

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований ставить под сомнение выводы проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы № 1462.1463/1-13.1-13.3 от 20 декабря 2024 года и отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении по делу повторной автотехнической судебной экспертизы, не имеется таковых оснований и у суда апелляционной инстанции. 

Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований, предусмотренных ст. 196 УПК РФ для обязательного проведения по делу судебной экспертизы видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, является правильным. Указанная видеозапись была смотрена в ходе предварительного следствия с участием специалиста, а также в судебном заседании, с изложением в приговоре результатов ее осмотра, которым суд дал надлежащую оценку. 

Признавая ФИО12 виновным в совершении преступления, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации в первую очередь имеет значение факт того, у кого из водителей имелся приоритет в движении. В данном случае причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение ФИО12 п.п. 8.1, 13.12 Правил дорожного движения РФ при выполнении маневра поворота налево, в результате чего была создана опасность другим участникам дорожного движения, что привело к наступившим последствиям.

Неправильная оценка ФИО12 дорожной ситуации при выполнении маневра поворота налево, не принятие необходимых и достаточных мер к соблюдению безопасности при выполнении маневра, в условиях, когда двигавшийся по встречной полосе мотоцикл под управлением ФИО6 находился в поле его зрения, свидетельствует о том, что ФИО12 не убедился в безопасности выполняемого маневра и не уступил дорогу двигавшемуся по полосе встречного движения мотоциклу под управлением потерпевшего. 

Утверждение автора апелляционной жалобы о том, что водителем мотоцикла был нарушен пункт 10.1 (ч.2) Правил дорожного движения РФ, что находится в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, являются необоснованными, поскольку аварийная ситуация возникла в связи с игнорированием осужденным ФИО12 безусловных требований о предоставлении дороги транспортному средству, имеющему преимущество в движении. 

Дорожно-транспортное происшествие произошло в связи с тем, что ФИО12 при управлении автомобилем, выполняя маневр поворота налево на нерегулируемом перекрестке, не уступил дорогу мотоциклу под управлением ФИО6, чем создал помеху для его движения. При этом именно совершение водителем ФИО12 маневра поворота автомобиля, а не следование на мотоцикле по своей полосе движения водителя ФИО6, не располагавшего технической возможностью избежать столкновения, явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, результатом которого стало причинение таких телесных повреждений ФИО6, которые повлекли его смерть на месте. 

Доводы ФИО12 о том, что траектория движения мотоцикла под управлением ФИО6 свидетельствовала о намерении последнего совершить поворот направо, о чем оповещал также сигнал поворота на мотоцикле, являются несостоятельными и опровергаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО7, ФИО9, ФИО8 о том, что мотоцикл двигался уверенно и прямолинейно, в пределах разрешенной скорости, его траектория движения и иные внешние признаки не давали оснований полагать о намерении совершения водителем мотоцикла маневра поворота направо. 

Предположение осужденного и защитника о том, что водитель мотоцикла ФИО6 осуществлял движение без шлема, является несостоятельным и опровергается показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО10, уверенно пояснивших, что на водителе мотоцикла был надет шлем, который слетел с него в момент столкновения с машиной ФИО12

Всем доказательствам, на которые ссылается сторона защиты в обоснование доводов об иных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в том числе, и тем, которые приведены в ходе апелляционного производства по делу, суд первой инстанции дал мотивированную оценку, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Тот факт, что содержащаяся в приговоре оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Доводы стороны защиты, озвученные при апелляционном рассмотрении уголовного дела и по своей сути аналогичные тем, которые были приведены в суде первой инстанции, являются необоснованными, по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Оснований для иной оценки доказательств, о которой указывают осужденный и сторона зашиты, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Верно установив фактические обстоятельства по делу и придя к обоснованному выводу о виновности ФИО12 в совершении преступления, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденного по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Все выводы, касающиеся юридической квалификации, в приговоре убедительно мотивированы и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Оценивая доводы апелляционных представления прокурора и жалобы потерпевших о несправедливости назначенного осужденному ФИО12 наказания вследствие его чрезмерной мягкости, а также жалобы осужденного ФИО12 о его чрезмерной суровости, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Согласно с ч. 3 ст. 60 УК РФ, при назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления, в том числе, обстоятельства, смягчающие наказание, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Суд первой инстанции в полной мере располагал сведениями о личности ФИО12, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе, в том числе, о его пенсионном возрасте, получении им пенсионных выплат и осуществлении наряду с этим трудовой деятельности; его семейном положении; наличии у него ряда заболеваний, в том числе, приобретенных после дорожно-транспортного происшествия в 2017 году, а также состояние здоровья его супруги и дочери; данными о том, что ФИО12 не судим.

Оценивая приведенные сведения наряду с постпреступным поведением ФИО12, суд первой инстанции обоснованно признал в качестве смягчающих наказание обстоятельств: возраст осужденного, состояние здоровья его и супруги, факт привлечения к уголовной ответственности впервые (ч. 2 ст.61 УК РФ). 

Суд первой инстанции обоснованно в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ отнес также к числу смягчающих наказание ФИО12 обстоятельств его предложение о передаче денежных средств потерпевшей ФИО2, что подтверждено ею в суде первой инстанции (т. 3 л.д 50 (страница 15 протокола судебного заседания), от которого потерпевшая ФИО2 отказалась и которое, вместе с тем, свидетельствует о намерении и принятых ФИО12 мерах загладить причиненный вред и оказать помощь семье погибшего. 

При таких обстоятельствах положения ч. 2 ст. 61 УК РФ, предоставляющей суду возможность признавать смягчающими иные, не предусмотренные ч. 1 ст.61 УК РФ, обстоятельства, судом первой инстанции не нарушены, а признание указанного выше обстоятельства смягчающим наказание ФИО12 не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела. 

Несостоятельными являются утверждения о необоснованном признании смягчающим наказание осужденного обстоятельством совершение преступления впервые (ч. 2 ст. 61 УК РФ), поскольку ФИО12 не судим и ранее к уголовной ответственности не привлекался. Предшествующий преступлению факт привлечения ФИО12 к административной ответственности не опровергает указанные обстоятельства. 

Оснований полагать, что при назначении наказания суд первой инстанции не учел иные, известные на момент постановления приговора, смягчающие наказания обстоятельства, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Доводы осужденного и стороны защиты о том, что суд необоснованно не признал в качестве смягчающих ответственность обстоятельств принесение ФИО12 извинений семье потерпевшей, являются необоснованными, поскольку, по смыслу закона, принятие во внимание указанных обстоятельств является правом, а не обязанностью суда.

Выводы относительно указанного обстоятельства в приговоре приведены, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Обстоятельств, которые в соответствии со ст. 63 УК РФ подлежат учету в качестве отягчающих наказание, судом обоснованно не установлено. 

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции правомерно отразил в приговоре данные о предшествующем привлечении ФИО12 к административной ответственности по ст. 12.9 КоАП РФ (т. 2 л.д. 205), поскольку предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ срок давности на момент совершения преступления не истек. 

Оснований для признания указанных обстоятельств малозначительными, как о том указанно стороной защиты, судом первой инстанции обоснованно не установлено, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции. 

С приведенными в приговоре мотивами, по которым суд первой инстанции с учетом характера и степени общественной опасности преступления пришел к выводу о назначении ФИО12 наказания в виде лишения свободы при отсутствии оснований для применения ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции согласен, поскольку они в полной мере соответствуют ст. 6 УК РФ и разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Суд принял во внимание все юридически значимые обстоятельства, подлежащие обязательному учету при разрешении данного вопроса, в том числе, характер и степень общественной опасности преступления, являющегося неосторожным и отнесенного к категории преступлений средней тяжести (ст. 15 УК РФ), личность виновного, влияние наказания на его исправление и условия жизни его семьи, совокупность полно и правильно установленных смягчающих обстоятельств и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, о чем конкретно указал в приговоре, а также исходил из принципов справедливости и гуманизма.

Оснований для назначения наказания ФИО12 с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ судом обоснованно не установлено.

Выводы суда об отсутствии оснований для признания смягчающих наказание обстоятельств исключительными и применения при назначении ФИО12 наказания положения ст. 64 УК РФ, в приговоре мотивированы. Каких-либо объективных обстоятельств, которые ставят их под сомнение, сторонами не представлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

С выводом суда о том, что с учетом характера и степени общественной опасности преступления оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют, суд апелляционной инстанции согласен. 

Формального подхода к оценке обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, судом первой инстанции не допущено. 

Суд первой инстанции не ограничился перечислением в приговоре смягчающих наказание ФИО12 обстоятельств, но и объективно оценил их в контексте положений, изложенных в п. 22.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» о том, что в соответствии с положениями п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях и порядке, установленных ст. 53.1 УК РФ; при наличии таких оснований суд должен привести мотивы, по которым пришел к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и применения положений ст. 53.1 УК РФ, - и обоснованно, с приведением мотивов, пришел к выводу о том, что исправление осужденного ФИО12 возможно при отбытии им наказания в виде принудительных работ с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

С такими выводами суда первой инстанции, мотивированными применительно к конкретным обстоятельствам дела и основанными на тщательной оценке перечисленных в ч. 3 ст. 60 УК РФ обстоятельств, суд апелляционной инстанции согласен. 

Оснований, предусмотренных ч. 7 ст. 53.1 УК РФ, которые влекли бы невозможность назначения принудительных работ, не имеется. Само по себе достижение осужденным 65-летнего возраста при отсутствии признания его полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, не препятствует ни назначению, ни исполнению вышеуказанного вида наказания. 

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО12, являясь пенсионером в силу возраста, осуществляет трудовую деятельность и не имеет заболеваний, препятствующих труду- указанные обстоятельства подтверждены осужденным и в суде апелляционной инстанции. 

Доводы жалобы о назначении наказания в виде лишения свободы условно суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку судом принято решение о назначении более мягкого наказания в виде принудительных работ.

Не усматривая оснований для удовлетворения апелляционного представления прокурора о назначении ФИО12 более строгого наказания в виде лишения свободы с его реальным отбыванием, суд апелляционной инстанции отмечает, что изложенные государственным обвинителем доводы фактически сводятся к анализу степени общественной опасности преступления, которым в приговоре дана надлежащая оценка, несогласие с которой не опровергает приведенные в приговоре мотивированные выводы суда о виде и размере наказания, а также о наличии оснований для его назначения с применением ст. 53.1 УК РФ. 

Вопреки доводам апелляционных представления прокурора и жалобы потерпевших, то обстоятельство, что ФИО12 виновным себя не признал и не раскаялся, не принес извинений и не возместил моральный вред в заявленном потерпевшими размере, а также то, что в результате дорожно-транспортного происшествия семья ФИО6 испытывает нравственные страдания, исходя из положений ст. 53.1 УК РФ не является препятствием для замены лишения свободы принудительными работами и не может рассматриваться как основание для усиления уголовной ответственности виновного. 

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем смягчающим обстоятельствам и личности виновного, характеру и степени общественной опасности преступления, в том числе, наступившим последствиям, и пришел к обоснованному выводу о возможности исправления ФИО12 без реального отбывания им лишения свободы, которое заменил принудительными работами в соответствии со ст. 53.1 УК РФ. 

Назначение дополнительного наказания, которое предусмотрено санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ в качестве безальтернативного, обусловлено мотивированным выводом суда о невозможности сохранения за осужденным права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - и является обоснованным, сомнений в правильности у суда апелляционной инстанции не вызывает. 

Оснований для применения положений ст.ст. 25 УПК РФ, ст. 76.2 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, характера действий ФИО12, их социальной опасности, а также совокупных сведений о его личности и также иных конкретных обстоятельств дела, не имеется.

Решение о взыскании компенсации морального вреда от преступления потерпевшей ФИО2 в сумме 1500000 рублей и потерпевшей ФИО3 в сумме 1000000 рублей принято судом в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1064, 1099 ГК РФ, а размер взысканной суммы определен судом исходя из характера нравственных страданий, в рамках заявленных требований, в соответствии с принципами разумности и справедливости.

Из разъяснений, содержащихся в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» следует, что разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску; во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, которые судом соблюдены.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание фактические обстоятельства совершенного по неосторожности преступления, степень вины осужденного, оценил степень нравственных страданий потерпевших ФИО2 и ФИО3, а также принял во внимание материальное положение осужденного, и, руководствуясь указанными положениями закона, обоснованно пришел к выводу о необходимости удовлетворения гражданских исков и взыскании с осужденного ФИО12 в пользу потерпевших ФИО2 и ФИО3 в счет компенсации морального вреда указанных денежных сумм в размере 1500000 рублей и 1000000 рублей соответственно.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу – мотоцикла и шлема к нему, пластика и решетки радиатора, а также диска с видеозаписью происшествия - судом первой инстанции разрешен в соответствии со ст. 81 УПК РФ. 

Суд первой инстанции верно исходил из положений п. п. 11, 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ о том, что при постановлении приговора подлежат разрешению в совещательной комнате, в частности, вопросы о том, как поступить с имуществом, на которое наложен арест для обеспечения гражданского иска, а также с вещественными доказательствами, и привел в резолютивной части приговора соответствующее решение. 

Вместе с тем, принимая решение о выдаче по принадлежности осужденному ФИО12, как принадлежащую ему, автомашину марки Шевроле Нива государственный регистрационный знак №, суд оставил без внимания, что постановлением Тейковского районного суда Ивановской области от 27 сентября 2024 года на указанное автотранспортное средство наложен арест с установлением запретов пользоваться и распоряжаться им (т. 2 л.д. 37-38, 39-45). 

Принимая во внимание, что в приговоре отсутствуют какие-либо суждения относительно указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции лишен возможности проверить правильность выводов суда в данной части, в связи с чем приговор в части определения судьбы вещественного доказательства – автомашины Шевроле Нива государственный регистрационный знак № - подлежат отмене, а дело - передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 397 - 399 УПК, при котором необходимо принять законное и обоснованное решение при определении его судьбы.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить на странице 18 из абзаца 1 резолютивной части приговора излишнее указание на отбывание наказание в виде принудительных работ «в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы», а также дополнить резолютивную часть приговора указанием на самостоятельный прядок следования ФИО12 в исправительный центр в соответствии со ст. 60.2 УИК РФ и исчисление срока принудительных работ с момента прибытия осужденного к месту отбывания наказания. 

Вносимые судом апелляционной инстанции изменения не ставят под сомнение иные содержащиеся в приговоре выводы, не ухудшают положение осужденного и не нарушают его право на защиту, а также не являются основанием для отмены судебного решения в целом. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Тейковского районного суда Ивановской области от 14 июля 2025 года в отношении ФИО12 изменить. 

Исключить из абзаца 1 на станице 18 резолютивной части приговора излишнее указание на отбывание наказание в виде принудительных работ «в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы».

Дополнить резолютивную часть приговора указанием на самостоятельный порядок следования ФИО12 в исправительный центр в соответствии со ст. 60.2 УИК РФ, а также об исчислении срока принудительных работ с момента прибытия осужденного к месту отбывания наказания. 

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на выдачу ФИО12 по принадлежности автомашины марки Шевроле Нива государственный регистрационный знак №.

Разрешение вопроса о судьбе вещественного доказательства - автомашины марки Шевроле Нива государственный регистрационный знак № - передать на рассмотрение в порядке ст.ст. 397- 399 УПК РФ в тот же суд в ином его составе. 

Сохранить арест, наложенный постановлением Тейковского районного суда Ивановской области от 27 сентября 2024 года на принадлежащее ФИО12 автотранспортное средство - автомашину марки Шевроле Нива государственный регистрационный знак № – до решения указанного вопроса. 

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные представления и жалобы – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления, осужденный вправе ходатайствовать об обеспечении участия в их рассмотрении судом кассационной инстанции и об участии адвоката.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном ч.5 ст.401.3 УПК РФ. 

В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст.401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ.

Председательствующий: О.Н. Селезнева