Судья Главатских Л.Н.

дело № 2-3397/2025

УИД 74RS0002-01-2025-002052-85

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

дело № 11-1352/2026

02 февраля 2026 года

г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Стяжкиной О.В., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

с участием прокурора Томчик Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южно-Уральская Корпорация жилищного строительства и ипотеки» о признании незаконным приказа об увольнении, приказа о наложении дисциплинарного взыскания, приказа об отмене доплаты, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, расходов на лечение,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южно-Уральская Корпорация жилищного строительства и ипотеки» на решение Центрального районного суда г.Челябинска от 15 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы и возражений на нее, объяснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшей доводы жалобы, объяснения истца ФИО1, ее представителя адвоката Розорёновой Е.В., возражавших против доводов жалобы, заключение прокурора о законности и обоснованности решения суда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южно-Уральская Корпорация жилищного строительства и ипотеки» (далее ООО УК «ЮУ КЖСИ»), в котором с учетом уточнений просила:

- признать приказ № № от 30 января 2025 года об увольнении не законным;

- восстановить на работе в должности 

<

данные изъяты> с 31 января 2025 года;

- взыскать заработную плату за время вынужденного прогула за период с 31 января 2025 года по день восстановления на работе;

- признать незаконным приказ № от 16 января 2025 года об отмене доплаты ФИО1;

- признать незаконным приказ № от 30 января 2025 года о дисциплинарном взыскании в виде замечания;

- взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.;

- взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., почтовые расходы, расходы на оплату палаты в медицинском учреждении в размере 12 600 руб.

В обоснование исковых требований указала, что с 26 августа 2024 года состояла в трудовых отношениях с ООО УК «ЮУ КЖСИ» в должности 

<

данные изъяты> (4 часа в день), основное место работы в АО СЗ «ЮУ КЖСИ» в должности 

<

данные изъяты>) по трудовому договору от 15 июля 2024 года. С момента вступления в должность и.о. генерального директора ДМС в адрес истца началось морально-негативное давление с понуждением к увольнению. С октября 2024 года была лишена премирования. 07 января 2025 года истец узнала о своей беременности, после 13 января 2025 сообщила об этом начальнику ЛМП, в последующем об этом стало известно директору БАК 16 января 2025 года ответчик вручил уведомление о прекращении трудового договора и приказ от 16 января 2025 года об отмене доплаты за увеличенный объем работы с 20 января 2025 года. Кроме того, приказом от 30 января 2025 года истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за непередачу кадровой документации в срок до 17 января 2025 года. Приказом от 30 января 2025 года ФИО1 была уволена по ст. 288 Трудового кодекса Российской Федерации с приемом на работу работника, для которого эта работа является основной. Полагает данные приказы не законными, поскольку дисциплинарного проступка не совершала, а увольнение беременных женщин по данному основанию нарушает нормы трудового законодательства.

Истец ФИО1 и ее представитель Разорёнова Е.В. в судебном заседании на удовлетворении уточненного иска настаивали.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании против уточненного иска возражали по основаниям, изложенным в отзыве.

Суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворил частично.

Признал незаконным и отменил приказ ООО УК «ЮУ КЖСИ» № № от 30 января 2025 года о прекращении трудового договора с ФИО1 на основании ст. 288 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановил ФИО1 в должности 

<

данные изъяты> ООО УК «ЮУ КЖСИ» с 31 января 2025 года.

Взыскал с ООО УК «ЮУ КЖСИ» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 31 января 2025 года по 15 октября 2025 года в размере 

<

данные изъяты> рубля, компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, расходы на представителя в размере 

<

данные изъяты> рублей, почтовые расходы в размере 362,00 рубля.

Взыскал с ООО УК «ЮУ КЖСИ» в доход местного бюджета госпошлину в размере 

<

данные изъяты> руб. (т.2 л.д.135-140).

В апелляционной жалобе с учетом дополнений к ней ответчик просит решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение которым в удовлетворении исковых требованиях отказать. Считает решение необоснованным, поскольку увольнение истца происходило в порядке ст. 288 Трудового кодекса Российской Федерации как с лицом, работающим по совместительству, при этом установленный ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации запрет на увольнение в период беременности на рассматриваемый случай не распространяется. Считает несостоятельным довод суда первой инстанции о том, что директору ООО УК «ЮУ КЖСИ» БАК о состоянии беременности истца стало известно из аудиозаписи, поскольку документы, подтверждающие беременность истца не были представлены. Сокрытие работником факта беременности свидетельствует о злоупотреблении правом.

Полагает, что заявленная сумма представительских расходов не отвечает критериям разумности, не соотносим объему выполненных работ, не обеспечивает баланс интересов сторон. Поскольку из предъявленных требований судом удовлетворена лишь часть, судебные расходы следует определить по каждому из заявленных требований. По мнению ответчика, взысканные расходы на представителя в размере 50 000 руб. и почтовые расходы 362 руб. взысканы с нарушениемст.98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (т.2 л.д.151-152).

В письменных возражениях на апелляционную жалобу, истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав явившихся лиц, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Согласно ст. 288 Трудового кодекса Российской Федерации помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор, заключенный на неопределенный срок с лицом, работающим по совместительству, может быть прекращен в случае приема на работу работника, для которого эта работа будет являться основной, о чем работодатель в письменной форме предупреждает указанное лицо не менее чем за две недели до прекращения трудового договора.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что ФИО1 (добрачная фамилия ФИО5) Ю.О. была принята в Дирекцию ООО УК «ЮУ КЖСИ» 26 августа 2024 года на должность 

<

данные изъяты>, что подтверждается приказом № № от 26 августа 2024г., трудовым договором № от 26 августа 2024 года (т.1 л.д. 17).

Трудовой договор заключен на неопределенный срок. Согласно раздела 4 договора место выполнения трудовой функции работник определяет самостоятельно, работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя с продолжительностью ежедневной рабочей смены 4 часа, начало и окончание работы по усмотрению работника. Продолжительность рабочей недели-20 часов (т.1. л.д. 14-16).

16 января 2025 года ФИО1 была направлена служебная записка за подписью БАК о подготовке и передаче кадровой документации ООО УК «ЮУ КЖСИ» по акту приема-передачи в срок до 17 января 2025 года включительно. В этот же день ФИО1 было получено уведомление о прекращении трудового договора в связи с приемом работника, для которого данная работа является основной, что подтверждается заявлением ЗВВ от 16 января 2025года о приеме на постоянную работу с 31 января 2025 года на должность ведущего специалиста по кадрам (т.1 л.д. 39, 40).

30 января 2025 года приказа ответчика № № трудовой договор с ФИО1 расторгнут 30 января 2025 года на основании ст. 288 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с приемом работника, для которого эта работа будет являться основной (т.1 л.д. 43).

На момент расторжения трудового договора ФИО1 находилась в состоянии беременности, что подтверждается медицинской документацией – выписным эпикризом от 05 февраля 2025 года о нахождении в стационаре с 30 января 2025 года по 05 февраля 2025 года, листком нетрудоспособности (т.1 л.д. 76,77,78).

Из аудиозаписи от 28 января 2025 года, прослушанной в судебном заседании следует, что из телефонного разговора между ЛМП и ФИО18, было сообщено о том, что ФИО1 находится в состоянии беременности (т.1 л.д.82).

Приказом работодателя № № от 01 октября 2024 года ФИО1 поручено выполнение наряду с работой, определенной трудовым договором дополнительной работы по дочерним организациям с учетом ведения кадрового делопроизводства за дополнительную плату, которая установлена в размере 7500 рублей с 01 сентября 2024 года (т.1 л.д.157).

16 января 2025 года приказом работодателя № в связи с отсутствием производственной необходимости признан утратившим силу приказ №к от 01 октября 2024г. и прекращена выплата доплаты с 20 января 2025 года (т.1 л.д.156 оборот).

16 января 2025 года ФИО1 была направлена служебная записка за подписью БАК о подготовке и передаче кадровой документации ООО УК «ЮУ КЖСИ» по акту приема-передачи в срок до 17 января 2025 года включительно (т.1 л.д.104).

Согласно актов № от 16 января 2025 года, № от 17 января 2025 года зафиксирован отказ ФИО1 от подписи служебной записки о выполнения поручения по передаче кадровой документации в установленный срок (т.1 л.д.105,106).

Актом № от 20 января 2025 года зафиксирован факт отказа истца от передачи кадровой документации (т.1 л.д.107).

В связи с неисполнением данного поручения 22 января 2025 года истцу предложено дать письменные объяснения (т.1 л.д.108).

Приказом работодателя № от 30 января 2025 года на ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания. С данным приказом истица ознакомлена под роспись, выразила свое несогласие (т.1 л.д.109).

В соответствии с должностной инструкцией 

<

данные изъяты> ООО УК «ЮУ КЖСИ», утвержденной директором 01 сентября 2020 года должностные обязанности истицы входит, в том числе: ведение учета личного состава работников и руководителей организации (п. 3.2), оформление приема, увольнения, перевода работников (п. 3.4), оформление и ведение личных дел работников, руководителей, заполнение, учет и хранение трудовых книжек (п.п. 3.5, 3.6), ведение табеля учета рабочего времени, составление графика отпусков (п.п. 3.12, 3.13), отвечает за ведение кадрового делопроизводства (п. 3.14) (т.1 л.д.199-203). В судебном заседании возражений по данному факту не представила.

В соответствии с п. 41 приказа Минтруда России от 19 мая 2021 года № 320н «Об утверждении формы, порядка ведения и хранения трудовых книжек» бланки трудовой книжки и вкладыша в нее относятся к документам строгой отчетности.

Следовательно, в случае смены лица, ответственного за ведение кадрового делопроизводства, процедура передачи кадровых документов по акту-передачи обязательна.

Допрошенные в судебном заседании свидетели БАК, ШНС, БИС подтвердили факт отказа в передачи кадровой документации истицей.

Решение суда, которым в удовлетворении требований о признании приказа от 16 января 2025 года об отмене доплаты, о признании приказа от 30 января 2025 года о применении дисциплинарного взыскании в виде замечания незаконными, взыскании расходов по оплате палаты в медицинском учреждении в размере 12 600 руб., сторонами спора не обжалуется, а потому предметом судебной проверки не является.

Проверяя законность увольнения истца в соответствии с приказом от 30 января 2025 года № № на основании ст.288 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, исходил из того, что на момент расторжения трудового договора истец находилась в состоянии беременности, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами, данное обстоятельство работодателю было известно, в связи с чем пришел к выводу об обоснованности заявленных истцом требований и наличии правовых оснований для их удовлетворения.

Установив незаконность увольнения истца, в соответствии с требованиями ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд взыскал в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 31 января 2025 года по 15 октября 2025 года в размере 

<

данные изъяты> руб. из расчета 179 дней вынужденного прогула и среднего дневного заработка истца в размере 

<

данные изъяты> руб.

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., учитывая при этом конкретные обстоятельства дела, требования соразмерности, разумности и справедливости.

Руководствуясь ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции распределил судебные расходы. При этом, разрешая вопрос о судебных издержках, связанных с расходами на представителя руководствовался ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом объема выполненной работы (составление уточненных исковых заявлений, участие в четырех судебных заседаниях), категории и сложности дела, посчитал разумными расходы истца на представителя в размере 50 000 рублей. Также суд счел подлежащим возмещению почтовые расходы 362 руб.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах материального права и представленных в дело доказательствах, которым судом первой инстанции дана оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 27 декабря 1999 г. № 19-П, от 15 марта 2005 г. № 3-П, от 22 марта 2007 г. № 4-П и от 15 декабря 2011 г. № 28-П, согласно которой положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1, статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Трудовой кодекс Российской Федерации запрещает увольнение беременных женщин по инициативе работодателя, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем. Содержащая данный запрет часть первая его статьи 261 относится к числу специальных норм, закрепляющих для беременных женщин повышенные гарантии по сравнению с другими нормами Трудового кодекса, регламентирующими вопросы расторжения трудового договора, - как общими, так и предусматривающими особенности регулирования труда женщин и лиц с семейными обязанностями, и является по своей сути трудовой льготой, обеспечивающей стабильность положения беременных женщин как работников и их защиту от резкого снижения уровня материального благосостояния, обусловленного тем обстоятельством, что поиск новой работы для них в период беременности затруднителен. Названная норма, предоставляющая женщинам, которые стремятся сочетать трудовую деятельность с выполнением материнских функций, действительно равные с другими гражданами возможности для реализации прав и свобод в сфере труда, направлена на обеспечение поддержки материнства и детства в соответствии со статьями 7 (часть 2) и 38 (часть 1) Конституции Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 ноября 2004 г. № 343-0).

Материалами дела достоверно подтверждается, что на момент издания приказа об увольнении 30 января 2025 года директору ООО УК «ЮУ КЖСИ» БАК было известно, что ФИО1 находится в состоянии беременности.

Принимая решение об увольнении работника по инициативе работодателя, именно работодатель должен принять исчерпывающие меры к получению от работника всей необходимой информации с целью обеспечения соблюдения прав работника.

Достоверных и допустимых доказательств, объективно подтверждающих факт того, что ответчик предпринял исчерпывающие меры к получению информации о положении истца до ее увольнения в материалы дела не представлено. Обстоятельств, свидетельствующих об отказе истца в представлении такой информации работодателю, судом не установлено, а соответствующих доказательств ответчиком не представлено.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.

Из буквального толкования ч. 1 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что законом установлен запрет на увольнение по инициативе работодателя беременных женщин, кроме единственного исключения - ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем. При этом названная норма не ставит возможность увольнения беременной женщины в зависимость от того, был ли поставлен работодатель в известность о ее беременности и сообщила ли она ему об этом, поскольку это обстоятельство не должно влиять на соблюдение гарантий, предусмотренных трудовым законодательством для беременных женщин при увольнении по инициативе работодателя. В таком случае правовое значение имеет лишь сам факт беременности на день увольнения женщины по инициативе работодателя.

Данное толкование приведенных нормативных положений согласуется с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних», в пункте 25 которого обращено внимание судов на то, что, поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.

По данному делу, исходя из заявленных исковых требований и их правового и фактического обоснования, правовое значение имеет лишь сам факт беременности на день увольнения женщины по инициативе работодателя, а неуведомление работником работодателя о состоянии беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе женщины, оказавшейся в состоянии беременности на день увольнения.

Факт неуведомления истцом работодателя о беременности, на что ссылается ответчик, не может быть квалифицирован также как злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не влечет отказа истцу в защите ее прав, гарантированных статьей 261 Трудового кодекса, поскольку обратная позиция бы вошла в противоречие с положениями Конвенции Международной организации труда № 183 «О пересмотре Конвенции об охране материнства 1952 года» и Конституции Российской Федерации.

По смыслу подлежащих применению к спорным отношениям сторон норм материального права, фактически имеет место прекращение трудового договора по инициативе работодателя с нарушением запрета, предусмотренного частью 1 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на увольнение по ст.288 Трудового кодекса Российской Федерации не распространяется установленный ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации запрет на увольнение работника в период беременности, увольнение по данному основанию не относится к увольнению по инициативе работодателя, являются ошибочными, основанными на неверном толковании норм материального права.

Согласно части 1 статьи 282 Трудового кодекса Российской Федерации совместительство - это выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время.

Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей (часть 3 статьи 282 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 288 Трудового кодекса Российской Федерации, помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор, заключенный на неопределенный срок с лицом, работающим по совместительству, может быть прекращен в случае приема на работу работника, для которого эта работа будет являться основной, о чем работодатель в письменной форме предупреждает указанное лицо не менее чем за две недели до прекращения трудового договора.

Поскольку прием на работу работника, для которого выполняемая совместителем работа является основной, осуществляется по инициативе работодателя и именно это обстоятельство является основанием для прекращения трудовых отношений с работником, работающим по совместительству на основании трудового договора, заключенного на неопределенный срок, то по своей правовой сути расторжение трудового договора с работником, работающим по совместительству, на основании статьи 288 Трудового договора, является расторжением трудового договора по инициативе работодателя и к этим отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации о гарантиях работникам при увольнении по инициативе работодателя (соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 марта 2021 года № 33-КГ20-7-К3).

При рассмотрении спора суд обоснованно исходил из того, что согласно абзацу 2 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Это положение закона согласуется с ч.2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которой в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

При расчете среднего заработка за время вынужденного прогула суд исходил из справки ответчика № от 14 октября 2025, согласно которой средний дневной заработок истца составляет 

<

данные изъяты> руб. (т.2 л.д.102).

Истец согласился с указанным размером среднего заработка, ответчиком иного расчета не представлено, доводов о неправильности расчета жалоба не содержит.

Доводы ответчика о том, что расходы истца по оплате услуг представителя являются завышенными и подлежат снижению по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не могут быть признаны состоятельными.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

Так, в силу в пунктов 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец понесла расходы по оплате услуг представителя в сумме 50 000 руб.

Учитывая приведенные положения процессуального законодательства, принимая во внимание объем трудозатрат адвоката Разорёновой Е.В: участие в суде первой инстанции - 16 июня 2025 года, 26 августа 2025 года, 08 октября 2025 года, 15 октября 2025 года, продолжительность судебных заседаний, действительность понесенных расходов, результат рассмотрения дела, характер спора, степень значимости и эффективности процессуальных действий представителя, относимость объема защищаемого права со стоимостью услуг представителя, наличие в материалах дела документов об их оплате, обеспечивая баланс прав сторон, исходя из принципа разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции соглашается с размером взысканной суммы в размере 50 000 руб.

В качестве доказательств, подтверждающих чрезмерность понесенных истцом расходов, ответчиком представлены сведения Южно-Уральской торгово-промышленной палаты о средней стоимости юридических услуг, согласно которым среднерыночная стоимость юридических услуг по состоянию на 2024 год составляет: консультации устные 800 руб., письменные 1200 руб., составление искового заявления 3 000 руб., составление апелляционной, кассационной, надзорной жалобы 4 000 руб., подготовка отзыва на исковое заявление 3 300 руб., представительство в суде первой инстанции 2 700 руб. за одно судебное заседание, представительство в суде апелляционной инстанции и кассационной инстанции 3 400 руб. за одно судебное заседание, составление ходатайств и других процессуальных документов 1 000 руб. Вместе с тем, данные сведения не могут быть приняты во внимание, поскольку среднерыночная стоимость является примерной и не отражает реальную стоимость услуги по конкретному делу. Конкретный размер стоимости данных услуг зависит от обстоятельств и сложности дела, что не исключает его определение именно в той величине, которая была оплачена ФИО1 Кроме того, стоимость услуг указана на 2024 год, в то время как дело рассматривалось в 2025 году.

В материалы дела представлены квитанции об оплате почтовых услуг на сумму 362 руб. (т.2 л.д.33). Данные расходы признаются судебной коллегией необходимыми, поскольку они связаны они с исполнением процессуальной обязанности по направлению другой стороне искового заявления с приложением документов, что предусмотрено п.6 ст. 

<

данные изъяты> 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Довод жалобы о необходимости пропорционального взыскания судебных расходов признается судебной коллегией несостоятельным.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской) не подлежат применению при разрешении иска имущественного характера, не подлежащего оценке и иска неимущественного характера.

Поскольку истцом были заявлены как требования имущественного, так и неимущественного характера, правовых оснований для применения в данном случае принципа пропорциональности возмещения судебных расходов не имеется.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения суда, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г.Челябинска от 15 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южно-Уральская Корпорация жилищного строительства и ипотеки» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционной определение изготовлено 06.02.2026г.