Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 мая 2023 года город Нягань

Няганский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Низовой Ю.Е.,

при секретаре Галенко С.Д.,

с участием заместителя прокурора г. Нягани Брюхиной Н.В.,

истца ФИО8, его представителей ФИО9, ФИО10,

с участием представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» о признании увольнения незаконным,

установил:

ФИО8 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (далее по тексту – ООО «Интегра – Бурение», Учреждение) о признании увольнения незаконным.

В обоснование иска указал, что дата был принят на работу в ООО «Интегра – Бурение» на должность 

<

данные изъяты> на основании трудового договора №, приказа о приеме на работу № от дата.

дата приказом директора Учреждения №-к истец уволен по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) с мотивировкой «появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения».

Основанием для увольнения истца послужил составленный дата с участием мастера ФИО2, старшего охранника ООО ЧОО «Элемент-К» ФИО5, старшего смены ООО ЧОО «Элемент-К» ФИО4 акт о нахождении ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения.

В данном акте указано, что ФИО8 дата в 08 час 43 мин, находится в состоянии алкогольного опьянения, имеется запах алкоголя в выдыхаемом воздухе. При освидетельствовании алкотестером Alcotest 6510 выявлено наличие паров алкоголя в концентрации 0,27 мг/L.

Истец полагает, что данное увольнение является незаконным, поскольку принятое работодателем решение об увольнении составлено на основании вышеуказанного акта, без оценки указанных им в объяснении обстоятельств о приеме лекарственного препарата «корвалол».

Относительно событий дата истец пояснил, что в этот день он находился на работе на базе ООО «Интегра – Бурение», где осуществлял работу вахтовым методом на закрытой территории.

В этот день, дата, с утра он присутствовал на селекторном совещании, где также присутствовали сотрудники, в том числе ФИО2, с которым произошел конфликт. После совещания ФИО8 позвонил охранник ООО ЧОО «Элемент-К» и пригласил пройти исследование на алкотесторе, указав на поступившее от ФИО2 сообщение о нахождении ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения. 

При проведении данного исследования истцу не предлагалось пойти медицинское освидетельствование, забор пробы воздуха проведен сотрудниками ООО ЧОО «Элемент-К», не имеющими медицинского образования, сведений о калибровке и последней проверке алкотестора не имелись, иные признаки нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения, такие как вялая походка, сбивчивость речи, покраснение кожных покровов, не установлено.

Кроме того, при наложении дисциплинарного взыскания в нарушение положений ч. 5 ст. 192 ТК РФ работодателем не учтена тяжесть совершенного проступка. 

В результате увольнения ФИО8 был лишен заработка, в связи с чем истец указал, что ему подлежит выплата за время вынужденного прогула из расчета 4 689,68 руб. за один день, а также компенсация морального вреда.

На основании изложенного, истец просил признать свое увольнение согласно приказа № от дата по основанию «появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения» в силу подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, незаконным. 

Восстановить его на работе в должности начальника участка ООО «Интегра – Бурение».

Взыскать с ООО «Интегра – Бурение» в пользу ФИО8 сумму среднего заработка со дня увольнения по день фактического восстановления на работе и компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

От ООО «Интегра – Бурение» поступили письменные возражения на иск, в которых ответчик просил в удовлетворении требований отказать.

В обоснование доводов возражений ответчик привел аналогичные в иске события утра дата, в частности нахождения истца на селекторном совещании, на котором присутствовал ФИО2, почувствовавший запах алкоголя, исходивший от истца, который в последующем сообщил старшему смены охраны ФИО4 о необходимости проверки ФИО8 на наличие алкоголя.

Нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения установлено актом от дата, форма которого утверждена приказом № от дата. В акте отражены результаты освидетельствования истца и выявлено наличие паров алкоголя в концентрации 0,27 мг/L, что ФИО8 не оспорено, и зафиксирован отказ истца от прохождения медицинского освидетельствования.

После составления акта о нахождении работника в состоянии опьянения, между ФИО8 и ФИО2 произошел конфликт, свидетелем которого стал ФИО3, который тоже почувствовал запах алкоголя, исходивший от ФИО8

В Учреждении введено в действие Руководство о порядке привлечения к дисциплинарной ответственности работников ООО «Интегра – Бурение», а также Руководство по борьбе со злоупотреблениями, связанными с курением, приемом алкоголя и наркотиков, которые распространяются на всех работников Учреждения.

Указанные Руководства доведены до сведения работников и подлежат неукоснительному соблюдению.

Судебное заседание до объявления перерыва суда рассматривалось с участием представителя ООО «Интегра – Бурение» ФИО11, с использованием средств видео-конференц-связи. После объявления перерыва судебное заседание продолжено без участия представителя ответчика ввиду отсутствия возможности проведения видео-конференц-связи. Непосредственно в судебное заседание представитель ООО «Интегра – Бурение» не явился.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил о рассмотрении дела при данной явке.

В судебном заседании истец ФИО8 на требованиях иска настаивал. Дополнительно суду пояснил, что с силу жизненных обстоятельств – процесса развода с супругой принимает корвалол без назначения врача.

Не отрицал, что акт о нахождении работника в состоянии опьянения фактически им подписан дата, указанная им в акте дата дата является опиской.

При этом истец пояснил, что он подписывал чистый бланк акта, только последнюю страницу, все данные в акт были внесены потом. Кроме того, данный акт подписан в присутствии ФИО4 и ФИО5 без присутствия ФИО2

Направление на медицинское освидетельствование не выдавалось, от работы его никто не отстранял. Только дата истцу позвонили с отдела кадров, куда он подошел, ему выдали трудовую книжку и он расписался в приказе об увольнении. В этот же день истцу пришел окончательный расчет.

Участвующая в судебном заседании представитель истца ФИО8 - ФИО10, просила удовлетворить требования по доводам, указанным в иске, в частности, ввиду нарушения порядка прохождения медицинского освидетельствования алкотестером и отсутствия медицинского образования у работников, проводивших данное исследование.

Ранее участвующая в судебном заседании с использованием средств видео-конференц-связи представитель ООО «Интегра – Бурение» ФИО11, пояснила, что нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения подтверждается актом, который истец не оспорил, факт употребления алкоголя не отрицал, от прохождения медицинского освидетельствования отказался.

Данный акт зачитан истцу вслух, что подтверждается соответствующей подписью. Наличие запаха алкоголя, исходящего от истца, подтверждено показаниями свидетелей.

Также представитель ответчика пояснила, что если бы истец употреблял корвалол, как на то он указывал в объяснении, то через 60 минут запах алкоголя бы уже отсутствовал. Однако наличие запаха алкоголя после составления акта подтверждено показаниями свидетеля ФИО3

ФИО8 ознакомлен с локальными нормативными актами работодателя под роспись. Процесс контроля трезвости направлен на недопущение лиц в состоянии алкогольного опьянения на объекте ООО «Интегра – Бурение».

Имеющиеся в деле доказательства достоверно свидетельствуют об установлении истца дата в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения. Тот факт, что ФИО8 не отстранялся от работы дата, значения не имеет, о чем указано в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2).

В последующем от ООО «Интегра – Бурение» поступили письменные пояснения относительно доводов истца о том, что им был подписан чистый бланк, что не соответствует действительности и является абсурдным. Форма бланка утверждена приказом, подписание не заполненного бланка противоречит установленному порядку. Текст акта зачитан работнику вслух, подписан акт в присутствии трех свидетелей. При освидетельствовании ФИО12 у него установлена легкая степень опьянения (том 2 л.д. 35-37).

Также ответчик представил предварительный расчет размера компенсации суммы среднего заработка с учетом, если бы истец продолжал работать по установленному вахтовому графику – 99 978,08 руб. (том 2 л.д. 51).

Заместитель прокурора г. Нягани Брюхина Н.В. дала заключение, в котором указала на незаконность увольнения истца ввиду отсутствия бесспорных доказательств, подтверждающих его нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Кроме запаха алкоголя, исходящего от ФИО8, иных признаков его нахождения в состоянии алкогольного опьянения не имелось, что подтверждено в судебном заседании показаниями свидетелей, некоторые из которых вообще отрицали наличие запаха алкоголя, исходящего от истца, а некоторые указывали, что чувствовали лекарственно-травяной запах. После составления акта от дата ФИО8 продолжал работать без отстранения от работы до дата.

В нарушение положений ст. 192 ТК РФ при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком не учтена тяжесть совершенного проступка.

Ввиду незаконности увольнения истца, ФИО8 подлежит восстановлению на работе в прежней должности с выплатой среднего заработка за время вынужденного прогула.

Ввиду нарушения прав истца, заместитель прокурора г. Нягани полагала возможным удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда в сумме 40 000 руб.

Заслушав объяснения представителей сторон, заключение прокурора, опросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО8 с дата состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО «Интегра – Бурение», на момент увольнения занимал должность 

<

данные изъяты>, что подтверждается трудовым договором №, приказом о приеме на работу № от дата.

дата приказом директора Учреждения № истец уволен по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ с мотивировкой «появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения».

Основанием для издания указанного приказа послужил составленный дата с участием мастера ФИО2, старшего охранника ООО ЧОО «Элемент-К» ФИО5, старшего смены ООО ЧОО «Элемент-К» ФИО4 акт о нахождении ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения.

В данном акте указано, что ФИО8 дата в 08 час 43 мин, находится в состоянии алкогольного опьянения, имеется запах алкоголя в выдыхаемом воздухе. При освидетельствовании алкотестером Alcotest 6510 выявлено наличие паров алкоголя в концентрации 0,27 мг/L.

В соответствии с ч. ч. 1, 3 ст. 192 ТК РФ под дисциплинарным проступком, за совершение которого работник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. К дисциплинарным взысканиям, которые могут быть применены за совершение дисциплинарного проступка, относятся замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям, в частности, по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Согласно подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2, при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Поскольку увольнение по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является одним из видов дисциплинарных взысканий, на него распространяется установленный ст. 193 ТК РФ порядок применения дисциплинарных взысканий.

Согласно ст. 394 ТК РФ увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и соблюдении работодателем установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2).

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Таким образом, факт появления работника на работе в состоянии опьянения может фиксироваться по его внешним проявлениям наблюдавшими работника людьми, не являющимися специалистами в таком доказывании и может подтверждаться любыми достоверными доказательствами (письменные объяснения работников, акты о появлении работника на работе в состоянии опьянения, акты об отстранении работника, показания свидетелей и т.д.).

Как следует из материалов дела и никем оспаривалось, дата являлось для истца рабочим днем.

К грубым нарушениям трудовой дисциплины законодателем отнесено, помимо прочих, появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. 

В основу издания приказа об увольнении истца с формулировкой «появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения» лег акт от дата о нахождении ФИО8 в состоянии опьянения, который, по мнению суда, не является бесспорным доказательством нахождения истца в тот день в состоянии алкогольного опьянения.

В данном акте отражены результаты освидетельствовании истца алкотестером Alcotest 6510, которым установлено наличие паров алкоголя в концентрации 0,27 мг/L, что истцом не оспаривалось.

Согласно письменным пояснениям самого ответчика с приведенными критериями оценки формулы перевода миллиграммов в промилле, у ФИО8 установлена легкая степень опьянения, которая определяется лишь по характерному запаху и возможной повышенной возбудимостью.

Согласно данным истцом работодателю письменным объяснениям, утором перед самым селекторным совещанием он выпил лекарственный препарат корвалол.

Употребление лекарственного препарата также подтверждено показаниями свидетеля ФИО7

Данный свидетель пояснил, что занимает с ФИО8 один вагон, в котором видно все происходящее, поскольку вагон не имеет разделений и закутков.

Свидетель пояснил, что видел, как вечером дата ФИО8 принимал капли. Флакон с каплями ФИО8 доставал из аптечки и после добавления капель в стакан с водой имелся лекарственно-травянистый запах. Эти же капли ФИО12 принял утром дата перед выходом из вагона. После свидетель ФИО7 и истец вместе вышли из вагона и ФИО8 пошел на селекторное совещание. Ни вечером, ни ночью ФИО12 алкоголь не употреблял. 

Наличие исходящего от ФИО8 лекарственно-травяного запаха подтвердили также свидетели, которые указали, что иных признаков алкогольного опьянения у истца, таких как шаткая походка, несвязанная речь, покраснение кожных покровов не имелось, ФИО8 вел себя абсолютно адекватно, работал в течении всего дня.

В акте дата о нахождении работника в состоянии алкогольного опьянения дополнительных признаков нахождения ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения также не зафиксировано.

Опрошенные в судебном заседании свидетели ФИО4 и ФИО5, являющиеся сотрудниками ООО ЧОО «Элемент-К», пояснили события прохождения ФИО8 процедуры тестирования на алкоголь и составления акта. Свидетели указали, что запах, исходящий от истца, присутствовал. Сведения в акт вносил ФИО4. ФИО8 подписал уже заполненный акт. 

Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснил, что является начальником участка. 

дата по пути на работу ему позвонил ФИО2 и сообщил, что ФИО8 находится в состоянии алкогольного опьянения.

Прибыв на работу, ФИО6 примерно в 10 часов встретил ФИО8, от которого исходил небольшой запах, внешних признаков опьянения не присутствовало, истец вел себя абсолютно адекватно.

ФИО6 пояснил, что ФИО8 в разговоре сообщил ему о прохождении процедуры установления алкоголя алкотестером и что это не имеет значение, поскольку он принимает лекарства. Кроме того, истец показал свидетелю ФИО6 наличие при себе флакона с корвалолом.

Иные свидетели, которые встречались с ФИО8 в течение рабочего дня и контактировали с ним, вообще отрицали наличие исходящего от истца запаха алкоголя.

Так, опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1, указал, что также в течении дня дата общался с ФИО8 на близком расстоянии и никакого запаха алкоголя не было.

Согласно инструкции препарата корвалол в каплях, суточная доза препарата корвалола содержит 1,38 г. этилового спирта, которые можно установить алкотестером после непродолжительного времени приема препарата.

Согласно данных истцом пояснений, сопоставив пояснения свидетелей, следует, что лекарственный препарат истцом принят непосредственно перед совещанием, длившимся не более 15 мин, после которого ФИО8 стразу пошел на освидетельствование, которое было проведено ФИО4 и ФИО5, указавшими наличие запаха алкоголя, исходившего от истца.

После составления акта ФИО8 встретил ФИО6, который подтвердил наличие незначительного запаха, исходящего от истца, спиртово-травяного содержания. 

Свидетель ФИО1, контактировавший с истцом днем не подтвердил наличие у ФИО8 какого-либо запаха.

Таким образом, решение об увольнении принято ответчиком без учета конкретных обстоятельств, в частности без оценки указанных ФИО8 письменных объяснений о приеме им спиртосодержащего препарата корвалол. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели дали подробные и последовательные показания обстоятельств составления акта дата о нахождении работника в состоянии опьянения, об отсутствии у истца признаков, характерных для состояния алкогольного опьянения. Показания свидетелей согласуются между собой и содержанием акта.

Отказ лица от медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не может служить доказательством совершения им дисциплинарного проступка.

Бесспорных доказательств нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения ответчиком по мнению суда, не представлено. Его доводы базируются лишь на данных акта от дата, которым установлено наличие паров алкоголя в концентрации 0,27 мг/L, а также показаниях свидетелей ФИО2 и ФИО3, к которым суд относится критически в силу следующего.

Так опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 не отрицал о наличии конфликтных и неприязненных отношений с ФИО8 

Именно ФИО2 после селекторного совещания, на котором произошел конфликт с истцом, сообщил старшему смены охраны ФИО4 о необходимости проверки ФИО8 на наличие алкоголя.

Также свидетель ФИО2 пояснил, что слышал ночью накануне дата галдёж и музыку из вагона, в котором ночует ФИО8

При этом, проживающий с ФИО8 в одном вагоне свидетель ФИО7 данный факт ранее опроверг, указав, что в вагоне даже нет устройства, на котором возможно слушать громко музыку. 

Второй свидетель ФИО3 пояснил, что он приходится родным братом ФИО2

В судебном заседании свидетель ФИО3 пояснил, что встретил ФИО8 утром дата в курительной комнате до селекторного совещания.

Согласно показаниям ФИО8 и свидетеля ФИО7, после выхода утром из вагона истец сразу отправился на селекторное совещание, в «курилке» дата утром он не был.

Согласно письменным пояснениям самого ответчика, (том 1 л.д. 100) свидетель ФИО3 встретил ФИО8 лишь после прохождения истцом освидетельствования, а именно разнимая завязавшуюся между его братом и ФИО8 драку, что также подтверждено письменными пояснениями ФИО2 указавшего, что он накинулся с трубой на истца и нанес ему ряд ударов по руке и лицу (том 1 л.д. 113).

Приведенные пояснения свидетеля ФИО3, являющегося братом ФИО2, который испытывает негативное отношение к истцу, не согласуются с письменными документами, имеющимися в материалах дела и разняться с показаниями иных свидетелей, что ставит под сомнение приведенные им пояснения в целом.

По делам о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО8 произведено без учета тяжести проступка, обстоятельств, при которых он совершен, предшествующего поведения работника, поскольку доказательств привлечения к дисциплинарной ответственности истца ответчиком не представлено. 

Ранее представленные суду ответчиком сведения: акт от дата об отстранении работника ФИО8 от работы и приложенные к нему документы, не имеют правового значения по делу, поскольку представлены без приказа о привлечении ФИО8 к дисциплинарной ответственности.

Таким образом, доказательств оценки тяжести проступка и обстоятельствам его совершения работодателем не представлено.

С учетом изложенного, приказ об увольнении № от дата по основанию «появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения» в силу подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, незаконным, является незаконным.

Ввиду признания приказа об увольнении истца незаконным, ФИО8 подлежит восстановлению на работе в ранее занимаемой им должности, в связи с чем требование о восстановлении его на работе в должности начальника участка ООО «Интегра – Бурение» законно и подлежит удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика в свою пользу суммы среднего заработка со дня увольнения по день фактического восстановления на работе. 

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Поскольку истец не имел возможности выполнять трудовые обязанности, суд полагает, что с момента увольнения истца имеет место вынужденный прогул.

Из п. 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 следует, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчиком был представлен предварительный расчет на сумму 99 978,08 руб., полагающийся истцу в случае удовлетворения заявленных им требований.

С данным размером компенсации истец и его представитель полностью согласились и не оспаривали.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. При этом, исходя из положений ч. 3 ст. 39 ГПК РФ указанные изменения должны быть оформлены в письменном виде, вручены лицам, участвующим в деле, а от суда может потребоваться повторное распределение бремени доказывания, поскольку изменение основания иска или предмета иска может изменить предмет доказывания.

Истцом заявлено об уточнении исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца суммы в размере 99 978,08 руб. в судебных прениях, о чем отражено в протоколе судебного заседания. 

После выступления сторон в прениях, в соответствии с ч. 2 ст. 191 ГПК РФ суд может признать необходимым выяснить новые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, и вынести определение о возобновлении рассмотрения дела по существу, что является правом суда и не свидетельствует о нарушении норм процессуального права. 

Однако, таких оснований суд не усмотрел, поскольку спора относительно суммы, подлежащей возмещению истцу со дня увольнения по день фактического восстановления на работе между сторонами не имеется.

Таким образом, суд полагает заявленное истцом требование о взыскании с ООО «Интегра – Бурение» в пользу ФИО8 среднего заработка за период со дня увольнения по день фактического восстановления на работе, удовлетворить на сумму в размере 99 978,08 руб., по представленному ответчиком расчету.

Данный расчет ответчиком произведен с учетом среднечасового заработка ФИО8, помноженного на количество рабочих часов по установленному вахтовому графику работы истца. 

В соответствии с положениями ст. 237 ТК РФ вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац 4 п. 63 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2). 

Учитывая, что факт нарушения ответчиком трудовых прав истца в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение, с учетом мнения заместителя прокурора г. Нягани, характера допущенного нарушения, конкретных действий сторон спора, требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей. В остальной части взыскания компенсации морального вреда - отказать.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Истец при подаче иска в соответствии со ст. 333.36 НК РФ был освобожден от уплаты госпошлины.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 199,34 руб. по требованиям имущественного характера и 300 руб. по требованиям не имущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

Требования ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» о признании увольнения незаконным, удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО8 (паспорт №) по приказу № от дата на основании п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, незаконным. 

Восстановить ФИО8 (паспорт №) в должности 

<

данные изъяты> в обществе с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (ИНН 

<

***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО8 (паспорт №) средний заработок со дня увольнения по день фактического восстановления на работе в размере 99 978 руб. 08 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО8 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований истца, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета города Нягани государственную пошлину в размере 3 499 руб. 34 коп.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления через Няганский городской суд.

Решение в окончательной форме изготовлено и подписано 19.05.2023.

Судья Няганского 

городского суда Ю.Е. Низова