АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кызыл 6 августа 2025 года 

Верховный Суд Республики Тыва в составе:

председательствующего Тулуш А.М., 

при секретаре Чамзы Е.Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалоба с дополнением защитника Хитаришвили Т.А. на приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 12 мая 2025 года, которым 

ФИО1, **,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ с заменой лишения свободы принудительными работами сроком 2 года 6 месяцев с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средства, сроком на 2 года.

Этим же приговором гражданский иск потерпевшей К. о компенсации морального вреда и об оплате услуг представителя удовлетворен частично. 

Взыскано с ФИО1 в пользу К. ** рублей в счет оплаты представителя, ** рублей в счет компенсации морального вреда. 

Исковые требования К. о взыскании материального ущерба в размере ** рублей оставлены без рассмотрения, оставлено право обратиться с иском в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО1, защитника Хитаришвили Т.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор отменить, возражения прокурора Монгал Л.А., потерпевшей ФИО2 и ее представителя ФИО3, просивших приговор оставить без изменения, суд 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено 16 октября 2024 года в ** ** при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе защитник Хитаришвили Т.А. выражает несогласие с приговором суда, указав, что в ходе судебного разбирательства убедительных доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния не представлено. Судом уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, заявленные ходатайства стороной защиты о нарушениях предварительного следствия не были разрешены либо отклонены необоснованно. 

В нарушение требований уголовно-процессуального закона уголовное дело возбуждено лишь 25 декабря 2024 года, в ходе следствия ФИО1 не был ознакомлен с постановлениями о назначении судебно-медицинской, судебно-автотехнической экспертиз, а также с их заключениями. Вопросы, заданные защитником при постановлении экспертизы, не были приняты. Свидетели М. и Т. допрошены 13 января 2025 года, т.е. после возбуждения уголовного дела, при этом были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 308 УК РФ. 

Полагает, что следствием нарушены требования ст. 181 УПК РФ при проведении следственной экспертизы, которая была проведена после возбуждении уголовного дела. Оспаривает результаты фактически проведенного следственного эксперимента от 6 ноября 2024 года с участием свидетелей М. и Т., которые дали показания, противоречащие их пояснениям, данным в ходе первоначальной и доследственной проверки. Выражает несогласие с показаниями следователя Д., которая неверно определила вид следственного действия и в суде не дала ответы на вопросы стороны защиты. Просит учесть, что следствием неоднократно отказывалось в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления. 

Выражает несогласие с исходными данными, которые взяты за основу экспертного исследования. Экспертизы проведены также с нарушениями уголовно-процессуального закона, поскольку в них не применены и неверно применены методики экспертного исследования, что является основанием для назначения повторной экспертизы. Тексты копий заключения экспертизы по формату разные, не соответствуют друг другу. Показания ФИО1 о том, что опасность для него, как водителя, отсутствовала, судом проигнорированы. Суд принял обвинительный уклон и отклонил вопросы стороны защиты к эксперту. Эксперт Н. в суде показал, что допустил ошибку в экспертизе в исследовательской части и указал о том, что ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить наезд, чему оценка в приговоре не дана. Полагает, что при применении экспертами научно-методических советов ВНИИСЭ по судебной автотехнической экспертизе Министерства юстиции от 01.01.1983 года виновность осужденного бы не подтвердилась. 

Судом ходатайства стороны защиты не разрешены в соответствии с уголовно-процессуальным законом. В суде также установлено, что потерпевший Р. ** не исключается совершение им суицида на дороге. Просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор и признать за ним право на реабилитацию.

В возражении государственный обвинитель Сарыглар О.А. указывает о том, что доводы апелляционной жалобы защитника несостоятельны, приговор суда является законным и обоснованным, в связи с этим просит оставить жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон, выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию, а сторонам суд создал необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, в том числе права на защиту, которыми они реально воспользовались.

Вопреки доводам жалобы обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 304, 307-309 УПК РФ, в нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места и времени преступления, способа совершения, формы вины, мотива и последствий, приведены доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, мотивированы выводы относительно квалификации его преступных действий в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями закона. 

В суде осужденный ФИО1 вину не признал и показал, что 16 ноября 2024 года он ехал со стороны ** в **, приблизительно на остановке по ** впереди него ехала машина на расстоянии 30-40 метров, после этой машины перебежали дорогу три человека, он не посчитал их опасностью на дороге, потому что они перебежали всю дорогу, исчезли из поля зрения его, поэтому он не снижал скорость. Спустя секунды он услышал стук, припарковался, вышел и обнаружил на дороге человека, боковая стойка машины со стороны водителя была повреждена, лобовое стекло разбито, зеркало боковое выпало. Он ехал со скоростью 60-70 км/ч. Он показал сотрудникам полиции, что пешехода увидел на расстоянии 30-50 м. Когда услышал звук, прошло примерно 5-6 секунд. Потерпевший лежал от разделительной полосы со стороны города на расстоянии метра на его полосе. Он видел, что они перебежали дорогу. По его предположению потерпевший развернулся обратно и бросился под машину. Родственникам погибшего перевел деньги в размере 30 тысяч рублей. 

Несмотря на непризнание осужденным ФИО1 своей вины, судом верно в основу приговора положены его показания, данные в ходе предварительного следствия, о том, что он двигался в восточном направлении по полосе проезжей части восточного направления ** на технически исправном автомобиле **, со скоростью около 60-70 км/ч с включенным светом фар ближнего света, в салоне автомобиля находился один, в условиях ограниченной видимости, обусловленной темным временем суток, фары его автомобиля светят хорошо, в этот момент примерно на расстоянии 20-30 метров, он обнаружил трех мужчин, одетых в одежду темного цвета, пересекавших проезжую часть ** с южной стороны в северную сторону (с юга на север), они пробежали проезжую часть быстрым темпом, на его полосе не было никаких препятствий для движения, спустя 3 секунды он услышал звук стука об автомобиля и увидел на левой верхней части лобового стекла трещину, он сразу понял, что сбил пешехода, пересекших полосу его движения вне пешеходного перехода, в момент наезда на пешехода на встречной полосе движущих автомобилей не заметил, точно не может сказать, свет фар встречного автомобиля его не ослеплял, предполагает, что пешеход, которого, он сбил, сделал разворот, увидев на встречной полосе автомобиль, чтоб вернуться на южную обочину; аналогичными показаниями потерпевшей К., свидетеля С. о том, что потерпевший Р. отбывал наказание в виде принудительных работ, им позвонили и сказали, что он находится в реанимацию, его сбила машина, суицидальных склонностей у него не было, он **, Р. скончался в больнице, ФИО1 им перевел 30 000 рублей; показаниями свидетелей М. и Т. о том, что они с погибшим потерпевшим Р., убедившись, что машин нет, втроем переходили дорогу, шли по очереди, первым шел М., за ним шел Т., последним шел потерпевший Р., М. и Т. перешли дорогу и услышали звук стука, обернулись и увидели лежавшего на дороге потерпевшего Р., при этом звука сигнала не слышали.

Вопреки доводам жалобы суд обоснованно признал показания осужденного и свидетелей достоверными и положил их в основу приговора, поскольку они непротиворечивы, согласуются между собой и объективно подтверждаются другими исследованными и приведенными в приговоре доказательствами, получившими надлежащую оценку суда.

Кроме показаний вышеуказанных участников уголовного судопроизводства, виновность ФИО1 подтверждается также следующими исследованными в судебном заседании доказательствами, приведенными в приговоре: протоколом осмотра места происшествия, которым обнаружены у северного края полосы восточного направления движения, ближе к дорожной разметке 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ, расположенной посередине проезжей части вещество темно-бурого цвета, похожее на кровь, на полосе восточного направления движения осколки левого зеркала заднего вида, автомобиль **, на капоте которого в левой части обнаружены следы отслоения пыли, начинающие от передней левой торцевой части до ветрового стекла, а также обнаружены повреждения в левой стороне ветрового стекла ближе к передней левой стойке кузова автомобиля, автомобиль изъят; заключением автотехнической экспертизы, согласно выводам рабочая тормозная система и рулевое управление автомобиля ** как на момент осмотра, так и на момент дорожно-транспортного происшествия находились в действующем состоянии, при заданных и принятых исходных данных водитель автомобиля ** располагал технической возможностью путём торможения предотвратить наезд на пешехода, заданных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1 (абзац 2) и 10.2 ПДД РФ, а пешеход должен был руководствоваться требованиями пунктов 4.3 и 4.6 ПДД РФ; заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Р., согласно выводам причину смерти Р. наступила от тупой сочетанной травмы головы, шеи, грудной клетки, конечностей, ** данные телесные повреждения могли образоваться при механическом воздействии твердого тупого предмета с неограниченной поверхностью, не исключается возможность их образования при наезде транспортного средства на пешехода, о чем свидетельствуют локализация и характер повреждений и в комплексе расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, в крови Р. этиловый спирт не обнаружен, при судебно-медицинской экспертизе трупа каких-либо телесных повреждений, не связанных с дорожно-транспортным происшествием не обнаружено, протоколом следственного эксперимента установлен средний темп движения пешехода Р., то есть пешеход с момента возникновения опасности для водителя с дорожной разметки 1.2 Приложения 2 к ПДД РФ до места наезда преодолел за 3,44 и 4,29 секунд, а также показаниями в суде экспертов Э., Н., подтвердивших выводы заключения автотехнической экспертизы. 

Вопреки доводам жалобы исследовав всю совокупность представленных доказательств, содержание которых приведено в приговоре, суд проверил и оценил их в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.

Оснований полагать, что свидетели в ходе предварительного следствия были допрошены с нарушением закона, не имеется, каждый из них подтвердил оглашенные протокола допросов, в связи с этим у суда не было оснований для признания их протоколов допросов недопустимыми доказательствами. 

Осмотр места дорожно-транспортного происшествия проводился на месте дорожно-транспортного происшествия уполномоченным должностным лицом, с применением технических средств фиксации, достоверность протокола осмотра удостоверена всеми участниками, замечаний и ходатайств, как по процедуре составления протокола, так и по содержанию не поступило. При таких данных, указанное доказательство обоснованно учтено судом при признании осужденного виновным.

Каких-либо данных, свидетельствующих об умышленном создании доказательств виновности осужденного, о фальсификации материалов уголовного дела, судом обоснованно не установлено.

Несостоятельны доводы жалобы о том, что неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку согласно материалам уголовного дела постановления об отказе в возбуждении уголовного дела отменялись руководителем следственного органа (**).

Довод о том, что протокол следственного эксперимента наименован осмотром места происшествия, в связи с чем является недопустимым доказательством, несостоятелен, поскольку данных, ставящих под сомнение обстоятельства, установленные в ходе следственного эксперимента, не имеется.

Доводы жалобы о недопустимости заключения судебной автотехнической экспертизы по основанию неверного применения методов и методик исследования, неверного определения остановочного пути, время реакции водителя, сводятся к оценке данных доказательств с точки зрения достоверности их выводов, при этом обстоятельств, свидетельствующих о том, что они получены с нарушением требований закона, влекущих их признание недопустимыми, не имеется. 

Автотехническая экспертиза по настоящему уголовному делу проведена компетентными лицами со стажем работы по экспертной специальности, соответствуют требованиям закона, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, научность и обоснованность выводов, изложенных в заключениях экспертов, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона сомнений у суда первой инстанции не вызвали, в связи с чем оснований для исключения экспертиз из числа доказательств, как о том указывается в апелляционной жалобе, не имеется. Сомнений в наличии надлежащего технического образования экспертов, их опыта и уровня компетентности у суда возникло, не имеется таковых и у судебной коллегии.

Доводы жалобы о том, что экспертами не запрошены дополнительные материалы для проведения экспертизы необоснованны, поскольку представленных на исследование материалов дела было достаточно для ответов на поставленные перед экспертами вопросов.

Приведенные защитником в жалобе доводы о том, что осужденный ФИО1 не ознакомлен с постановлениями о назначении экспертизы и их выводами, опровергаются материалами уголовного дела, согласно которым в т. 1 на л.д. 85 - 86 имеется протокол ознакомления подозреваемого Хертека, защитника Донгака Ш.Т. с участием переводчика Б. от 16 января 2025 года с постановлением о назначении судебной экспертизы, на л.д. 109-110 имеется протокол ознакомления указанных лиц с заключением эксперта.

В связи с чем доводы жалобы о неполноте предварительного и судебного следствия являются необоснованными, и сводятся, по сути, к несогласию с установленными по делу фактическими обстоятельствами совершенного преступления. Виновность ФИО1 в совершении преступления, вопреки доводам жалобы, подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Из протокола судебного заседания следует, что при рассмотрении дела полностью соблюдена процедура судопроизводства, общие условия судебного разбирательства и принципы уголовного судопроизводства, а также права осужденного на защиту.

Дело рассмотрено объективно, без обвинительного уклона. Все заявленные в судебном заседании ходатайства рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, с которыми нет оснований не согласиться. Исследованных в судебном заседании доказательств было достаточно для принятия решения по делу, в связи с чем для истребования дополнительных доказательств, а также назначения экспертиз, не имелось.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что осужденный ФИО1, управляя технически исправным автомобилем, проигнорировал требования ч. 1 ст. 10.1 ПДД РФ, вел транспортное средство со скоростью 70 км/ч, то есть со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, в результате неосторожных действий допустил наезд на пешехода Р., в результате которого наступила смерть потерпевшего.

Кроме того, обоснованы выводы заключения судебной автотехнической экспертизы о том, что в заданной дорожно-транспортной ситуации возможность предотвращения водителем автомобиля дорожно-транспортного происшествия зависела не от наличия (отсутствия) у него возможности предотвратить наезд, а от выполнения им требований пункта 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, 

Доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления являются необоснованными, опровергаются исследованными по делу доказательствами, свидетельствующими о допущенных им нарушениях требований п. 10.1, п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде наезда на потерпевшего Р., повлекшие смерть последнего.

При рассмотрении уголовного дела судом не было допущено нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, участникам судебного разбирательства были созданы равные условия для реализации своих прав. Тот факт, что произведенная судом оценка доказательств и принятые решения не совпадают с позицией осужденного, защитника не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены постановленного по итогам рассмотрения уголовного дела приговора.

Анализ доказательств, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела, вывода суда о доказанности вины осужденного ФИО1 и правовой оценке его действий по ч.3 ст.264 УК РФ, как за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При таких обстоятельствах оснований для отмены приговора и оправдания осужденного ФИО1, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется.

При решении вопроса о наказании суд, исходя из положения 60 УК РФ, в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, данные о личности виновного, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств учтены отсутствие судимости, действия направленные на заглаживание вреда путем передачи денежных средств потерпевшей в размере ** рублей и по вызову врача после ДТП, посредственную характеристику по месту жительства, неправомерное поведение потерпевшего.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется.

При этом судом обоснованно применены при определении размера наказания ФИО1 положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные о его личности, смягчающие наказание обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что он может быть исправлен без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, в связи с чем в соответствии с ч. 1 ст. 53.1 УК РФ заменил назначенное наказание в виде лишения свободы принудительными работами с удержаниями части заработной платы в доход государства.

Решение суда о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, является мотивированным, соответствует требованиям закона, принято с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о частичном удовлетворении гражданского иска в пользу потерпевшей, поскольку при его разрешении суд первой инстанции руководствовался требованиями действующего законодательства, принципами разумности и справедливости, учел фактические обстоятельства дела, причинение физических и нравственных страданий потерпевшей совершенным преступлением, и пришел к обоснованному выводу о возмещении К. компенсации морального вреда в размере ** рублей. 

Решение о судьбе вещественных доказательств принято в соответствии с п. 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ и ч. 3 ст. 81 УПК РФ, а именно: сняты ограничения по хранению автомобиля **

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, расходы потерпевших, связанные с выплатой ими вознаграждений своим представителям, оплачиваются из средств федерального бюджета. Суммы, выплаченные потерпевшими на покрытие таких расходов, при этом являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденных или относятся на счет средств федерального бюджета. 

Как видно из оспариваемого приговора, суд обоснованно пришел к выводу, что потерпевшей К. должны быть возмещены средства, затраченные на представителя. Однако суд не принял во внимание, что расходы названного участника процесса по оплате услуг представителя подлежат возмещению из средств федерального бюджета, но с последующим решением вопроса о взыскании таких процессуальных издержек с осужденного в доход государства. При таких обстоятельствах в связи с допущенными судом первой инстанцией нарушениями требований статей 397 - 399 УПК РФ суд апелляционной инстанции считает необходимым принятое судом решение о взыскании с ФИО1 в пользу К. ** рублей, затраченных на оплату услуг представителя, отменить с передачей уголовного дела в этой части на новое рассмотрение в тот же суд в порядке ст. 397 УПК РФ.

Кроме того, принимая решение в части исковых требований потерпевшей К. о взыскании материального ущерба, суд не учел положений ч. 2 ст. 309 УПК РФ о том, что передача вопроса о размере возмещения материального ущерба в порядке гражданского судопроизводства возможна после признания за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска. Суд апелляционной инстанции в данной части изменяет приговор путем признания за потерпевшей К. права на удовлетворение гражданского иска. Данное изменение каким-либо образом положение осужденного не ухудшает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 12 мая 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

-отменить в части удовлетворения исковых требований о взыскании расходов, связанных с оплатой услуг представителя, в размере 75 000 рублей, в этой части дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в порядке ст.131, 397 УПК РФ;

-признать за гражданским истцом К. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения материального ущерба для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Кызылский городской суд Республики Тыва в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с ДД.ММ.ГГГГ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий