Судья – Сорокина С.В.

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

7 февраля 2020 года город Владивосток

Судья Тихоокеанского флотского военного суда Лисовский Станислав Сергеевич при секретаре судебного заседания Коротковой И.А. в открытом судебном заседании в помещении суда (

<

...>), с участием лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении Мадеева О.В., рассмотрев его жалобу на постановление судьи 35 гарнизонного военного суда от 17 декабря 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

Мадеева Олега Васильевича, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, проживающего по адресу: 

<

адрес>

установил:

Мадеев, обжалуемым постановлением, признан виновным в невыполнении водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. Наказание ему назначено в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года.

Административное правонарушение совершено им при следующих указанных в постановлении обстоятельствах.

Утром 31 августа 2019 года Мадеев, управлявший в районе дома № по 

<

адрес> автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в связи с отказом проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, был направлен для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Однако около 8 часов 17 минут указанных выше суток Мадеев отказался выполнить законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В жалобе и дополнениях к ней, оглашенных в судебном заседании, Мадеев отмечает, что конкретных доказательств, свидетельствующих о том, что он утром 31 августа 2019 года при указанных обстоятельствах управлял транспортным средством, в связи с чем обязан был пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, материалы дела не содержат. При этом он указывает на то, что его автомобилем управлял ФИО6.

Далее автор жалобы указывает на то, что показания сотрудников патрульно-постовой службы ФИО1 и ФИО2 противоречат друг другу и не могут достоверно указывать на то, что именно он управлял транспортным средством. Отмечает, что материалы дела не содержат видеозаписи об этом, также в протоколе не указаны понятые, которые могут засвидетельствовать эти обстоятельства. По мнению автора жалобы, указанными сотрудниками нарушены положения Устава патрульно-постовой службы полиции, касающиеся задержания лица, совершившего административное правонарушение. 

Показания свидетеля ФИО3, приведенные в обжалуемом постановлении, противоречат сведениям, изложенным в протоколе относительно того, кто управлял транспортным средством и как оно располагалось на проезжей части. Показания инспектора ДПС ФИО4, касающиеся составления протокола об отстранении от управления транспортным средством, также искажены, видеозапись этой процедуры не велась, а сам протокол составлен формально. Копии протоколов ему сотрудниками ДПС не выдавались.

Также Мадеев полагает, что судья гарнизонного суда ошибочно учла совершение им однородных административных правонарушений, поскольку его автомобилем в том числе управляет и супруга, а административные правонарушения фиксируются на имя собственника транспортного средства.

Помимо изложенного автор жалобы не исключает негативного воздействия на свой организм подчинёнными в предыдущие сутки, и указывает на отсутствие оценки судьёй данных, характеризующих личность. 

Ссылаясь на ст. 29.8 КоАП РФ Мадеев отмечает, что в судебном заседании велся протокол судебного заседания, что предусмотрено только при коллегиальном рассмотрении дела, а также велась аудиозапись. Сам протокол судебного заседания был изготовлен только на 7 сутки и имел противоречия. Изготовление мотивированного постановления по делу было произведено 23 декабря 2019 года, а не 17 декабря того же года.

В завершение жалобы, её автор обращает внимание на то, что имеющиеся в материалах дела доказательства не последовательны, носят предположительный характер и свидетельствовать о наличии его виновности в совершении вмененного административного правонарушения не могут. Поэтому просит обжалуемое постановление отменить и производство по делу прекратить. 

Инспектор ДПС надлежащим образом уведомлен о времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении не заявлял.

В целях обеспечения участия защитника Мадеева – Лаптевой Д.В. в рассмотрении жалобы, по указанному ею адресу было направлено извещение о времени и месте судебного заседания. Согласно поступившего в суд уведомления извещение не вручено, так как Лаптева за ним не являлась, в силу чего корреспонденция возвращена за истечением срока хранения. Учитывая положения п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ», факт неполучения адресатом упомянутого извещения, не является основанием для признания его ненадлежащим. Судом приняты меры по извещению защитника Мадеева о времени и месте судебного заседания, в том числе путём размещения информации на официальном сайте суда, в целях создания условий для реализации им права на непосредственное участие в судебном заседании. Принимая во внимание изложенные обстоятельства, полагаю возможным рассмотреть жалобу, в отсутствие защитника Лаптевой. 

Изучив материалы дела, заслушав Мадеева, проверив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения, утверждённых постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Невыполнение водителем законного требования о прохождении медицинского освидетельствования образует объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. 

Факт совершения Мадеевым административного правонарушения подтверждается протоколами об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также протоколом об административном правонарушении. Содержание процессуальных документов согласуется с показаниями допрошенных в суде инспекторов ДПС ФИО4 и ФИО5, а также видеозаписью процессуальных действий, которым в совокупности судьёй дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Доказательства, положенные в основу вывода о виновности Мадеева в совершении административного правонарушения, не вызывают сомнений с точки зрения их достаточности, достоверности и допустимости. 

Основанием полагать, что водитель транспортного средства Мадеев находился в состоянии опьянения, явилось наличие запаха алкоголя изо рта, что согласуется с требованиями п.3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 (далее – Правила). Отказ Мадеева от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в силу п. 10 Правил явился основанием для его направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, которое осуществлено сотрудником полиции с применением видеозаписи, как это предусмотрено ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ. 

Данных, свидетельствующих о нарушении сотрудниками ДПС норм, регламентирующих порядок отстранения водителя от управления транспортным средством, проведения процедур освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и направления Мадеева на медицинское освидетельствование из материалов дела не усматривается. 

Показания свидетеля ФИО6 и ФИО7, отрицавших факт управления Мадеевым транспортным средством, не могли быть положены в основу постановления, поскольку они противоречат материалам дела, а также показаниям инспекторов ДПС ФИО4 и ФИО5, а также показаниям сотрудников патрульно-постовой службы ФИО2 и ФИО1, на которых законом возложена обязанность по пресечению административных правонарушений, об обстоятельствах управления Мадеевым транспортным средством до момента его остановки. Помимо изложенного учитываются и взаимоотношения названных выше свидетелей с лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Принимая во внимание приведённые данные, судья гарнизонного военного суда пришёл к обоснованному выводу о наличии в действиях Мадеева состава административного правонарушения, выразившегося в невыполнении водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

Вопреки доводам жалобы действия сотрудников патрульно-постовой службы Уставу этой службы, утвержденному приказом МВД России от 29 января 2008 года № 80, не противоречат.

Поскольку материалы дела не содержат данных, свидетельствующих о том, что числящиеся за Мадеевым, как за собственником транспортного средства, административные правонарушения в области дорожного движения им обжаловались и они отменены, то вывод судьи об учете этих правонарушений при назначении административного наказания является правильным, соответствует ч. 1 ст. 4.3 КоАП РФ и разъяснениям, содержащимся в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях». 

Административное наказание назначено Мадееву в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 того же Кодекса и является справедливым. 

Обстоятельств, которые в силу п.п. 2-5 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого судебного акта, по делу не установлено.

Как правильно указывается в жалобе, в соответствии с ч. 1 ст. 29. 8 КоАП РФ протокол о рассмотрении дела об административном правонарушении составляется при рассмотрении дела коллегиальным органом. Вместе с тем, составление протокола судебного заседания при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении Мадеева прав и законных интересов последнего не нарушает. Ведение аудиопротоколирования хода судебного заседания Кодексом не предусмотрено. 

Ошибочное указание судьёй в мотивированном постановлении даты объявления резолютивной части этого постановления является формальным нарушением ч. 1 ст. 29.11 КоАП РФ и к принятию ошибочного решения по делу не привело. Кроме того, получение Мадеевым копии мотивированного постановления по делу об административных правонарушениях 23 декабря 2019 года не исключает его составление в срок, указанный в приведенной выше статье Кодекса.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

постановление судьи 35 гарнизонного военного суда от 17 декабря 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении Мадеева Олега Васильевича, оставить без изменения, а его жалобу – без удовлетворения.

Судья Лисовский С.С.