Дело № 2-896/2017

Решение

 

Именем Российской Федерации 

г.Глазов 10 мая 2017 года

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Чупиной Е.П.,

при секретаре Мусифуллиной К.А., 

с участием: истца ФИО1, 

представителя ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления казначейства по УР ФИО2, действующего на основании доверенности

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике о возмещении морального вреда в порядке реабилитации,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике о возмещении морального вреда в порядке реабилитации, мотивируя свои требования тем, что приговором Глазовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ истец признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 ч.1 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), ч.3 ст.30 п. «А» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) и назначено наказание по совокупности преступлений в виде лишения свободы сроком на 5 лет 6 месяцев без штрафа. ДД.ММ.ГГГГ истец была задержана сотрудниками ФСКН в соответствии со ст. 91 УПК РФ. ДД.ММ.ГГГГ истцу было предъявлено обвинение в совершении вышеуказанных преступлений и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Постановлением суда надзорной инстанции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Глазовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам ВС УР от ДД.ММ.ГГГГ в части осуждения истца по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) был отменен и уголовное дело в этой части прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. Считает, что моральный вред был причинен в результате незаконного предъявления обвинения в совершении особо тяжкого преступления, избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, проведения обыска в квартире, изъятие принадлежащих истцу вещей. Просит, руководствуясь ст. 133 УПК РФ, ст.ст. 151, 1070, 1101 ГК РФ взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Управление Судебного департамента в УР.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по доводам изложенным в иске. Пояснила, что уточняет, что ответчиком является Министерство финансов РФ и компенсация за причиненный моральный вред подлежит за счет казны Российской Федерации.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления казначейства по УР ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что нет причинно-следственной связи между вынесенным приговором и моральными страданиями. Считает, что невозможно разграничить объем причиненного морального вреда, так как истица все равно отбывала наказание по приговору за совершение других преступления. Её право на реабилитацию.

Представитель третьего лица Управления Судебного департамента в УР, Прокуратуры УР извещенные надлежащим образом в судебное заседание не явились. Дело рассмотрено в его отсутствие на основании ст. 167 ГПК РФ. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что приговором Глазовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 ч.1 ст. 228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), по ч.3 ст.30 п.«а» ч.2 ст.228.1 УК РФ ( по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), в соответствии со ст.69 ч.3 УК РФ наказание назначено по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы сроком пять лет шесть месяцев без штрафа; на основании ч.5 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение, назначенное ФИО1 по приговору Глазовского районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ и в соответствии со ст. 70 УК РФ к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ и окончательное наказание по совокупности приговоров назначено в виде лишения свободы сроком на шесть лет без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ приговор Глазовского городского суда УР от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения, кассационная жалоба без удовлетворения. 

Из постановления суда надзорной инстанции – президиума Верховного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ следует, что надзорная жалоба ФИО1 удовлетворена частично, приговор Глазовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в части осуждения её по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) отменен и уголовное дело в этой части прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Этот же приговор суда и кассационное определение в отношении ФИО1 изменены. Считать ФИО1 осужденной в соответствии с приговором суда к лишению свободы: по ч. 3 ст. 30 ч.1 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) – на 4 года, по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) – на 5 лет без штрафа; по ч.2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний на 5 лет 3 месяца без штрафа; по ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров – на 6 лет 9 месяцев без штрафа. По постановлению Сарапульского городского суда УР от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 считать освобожденной условно-досрочно на срок 1 год 6 месяцев 24 дня. 

Согласно материалам уголовного дела №, ДД.ММ.ГГГГ произведен личный досмотр ФИО1, что подтверждается соответствующим. 

В соответствии с протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ в квартире ФИО1 по адресу г

<

адрес> произведен обыск. 

Согласно протоколам допроса ФИО1 неоднократно допрашивалась: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Глазовского городского суда УР от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемой ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

Статьей 53 Конституции РФ гарантировано право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки и невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен УПК РФ (ст.ст. 133-139, 397 и 399 УПК РФ)

В силу п. 1 ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований. При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч.2 ст.133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера (п.9 Постановления Пленума №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

В судебном заедании установлено, что постановлением суда надзорной инстанции – президиума Верховного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ приговор Глазовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в части осуждения её по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) отменен и уголовное дело в этой части прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Указанное обстоятельство представителем ответчика не оспаривается. 

Исходя из анализа положений ст. 133 УПК РФ, основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении указанного лица оправдательный приговор либо вынесенное постановление о прекращении уголовного дела по предусмотренным ч.2 ст. 133 УПК РФ основаниям.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, материалов уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что истец необоснованно подвергся уголовному преследованию ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) УК РФ в рамках уголовного дела №. 

Поэтому суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о необходимости отказать в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в связи с тем, что истцом не доказан факт причинения ей морального вреда.

В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ. 

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещения за счет казны Российской федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от её имени выступает Министерство финансов РФ.

В силу ст. 56 ГПК РФ на истца возложена обязанность по предоставлению доказательств в обоснование заявленных исковых требований, в том числе размера компенсации морального вреда, наличия причинной связи между действиями государственных органов и наступившими последствиями.

В обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда истец указывает на то, что вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности она испытывала нравственный страдания, связанные с переживаниями незаконного предъявления обвинения в совершении особо тяжкого преступления, избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, проведения обыска в квартире, изъятие принадлежащих истцу вещей.

Законом (ст. 1070 ГК РФ) ответственность за вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу не ставится в зависимость от вины должностных лиц органов следствия и других государственных органов. Суд исходит из того, что факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, который уже установлен в судебном заседании и стороной ответчика не оспаривается, безусловно, причиняет нравственные страдания, сопряженные с лишением права на свободу передвижения, ограничением конституционных прав, на что непосредственно обращает истец.

Само по себе необоснованное уголовное преследование истца, безусловно, нарушило его личные неимущественные права, в связи с чем, требования истца в целом являются обоснованными.

В соответствии со ст. 1101 компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможность его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

Как было указано выше, суд отмечает и исходит из того, что само по себе необоснованное уголовное преследование истца ФИО1 по ч.3 ст.30, п.«а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ) в течение достаточно длительного времени, безусловно, нарушило ее личные неимущественные права, в связи с чем, требования истца в целом являются обоснованными. 

С учетом изложенного, истец, являясь лицом, в отношении которого уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, и за которой признано право на реабилитацию, имеет право на возмещение государством морального вреда. При этом факт причинения ФИО1 нравственных страданий презюмируется из факта ее незаконного уголовного преследования и применения мер процессуального принуждения.

Таким образом, суд полагает, что необоснованное уголовное преследование истца ФИО1 по ч.3 ст.30, п.«а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), нарушило ее личные неимущественные права. 

В силу положений п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 29.11.2011 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст. 2), вместе с тем гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53). Применительно к отношениям, складывающимся в связи с осуществлением уголовного судопроизводства, данное право получило конкретизацию и развитие в гл. 18 «Реабилитация» (ст.ст. 133 - 139) УПК РФ. 

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 1948 года (статья 8), Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подпункт "а" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (пункт 5 статьи 5) и Протокола N 7 к данной Конвенции (статья 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию.

Согласно ч.1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; при этом вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца суд учитывает, что истец был незаконно осужден за преступление по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ), он был признан виновным и осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 ч.1 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) – на 4 года, по ч.3 ст.30 п. «а» ч.2 ст.228.1 УК РФ (по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ) – на 5 лет без штрафа; по ч.2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний на 5 лет 3 месяца без штрафа; по ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров – на 5 лет 9 месяцев без штрафа лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, которые относятся к категории тяжких и особо тяжких преступлений; производство по составу преступления, в отношении которого дело прекращено, осуществлялось в рамках одного уголовного дела №, в один период времени (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) и все те ограничения, которые имели место в отношении истца в период предварительного расследования и во время рассмотрения дела судом, были обусловлены уголовным преследованием в целом, а не связаны именно с обвинением в совершении преступления, в отношении которого производство прекращено. 

С учетом изложенного, суд считает, что заявленная истцом сумма компенсации в размере 

<

данные изъяты> является завышенной, не отвечающей требованиям ст. 1101 ГК РФ – разумности и справедливости, указанный размер вреда истцом по правилам ст.56 ГПК РФ не может считаться доказанным исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств.

Таким образом, суд считает необходимым с учетом фактических обстоятельств дела, совокупности исследованных доказательств по делу, личности истца, фактической доказанности требований и иных обстоятельств определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 с Казны Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ в сумме 

<

данные изъяты>.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, поскольку как истец, так и ответчик освобождены от уплаты госпошлины, издержки по рассмотрению дела относятся на счет федерального бюджета. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике о возмещении морального вреда в порядке реабилитации удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 

<

данные изъяты>.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Глазовский районный суд УР. 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Чупина Е.П.