Судья Сычева Т.В. Дело № 22-10-2021

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Ижевск 26 января 2021 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Кудрявцева А.Р., единолично,

при секретаре судебного заседания Лопатиной Н.В.,

с участием: прокурора Носкова А.С.,

осужденного Савельева Д.А.,

защитника-адвокатов Сафарова Э.Р., 

а также с участие потерпевшей КОА, законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС – ХТК, представителя потерпевшего САД – ИМИ, представителя ИМИ – защитника-адвоката Матвеева Д.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным (основному и дополнительному) представлениям заместителя Воткинского межрайонного прокурора Удмуртской Республики Ильина С.А., по апелляционной жалобе потерпевшей КОА, по апелляционной жалобе законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС – ХТК, по апелляционной жалобе представителя потерпевшего САД – ИМИ, апелляционным (основной и дополнительной) жалобам адвоката Сафарова Э.Р., поданных в интересах осужденного Савельева Д.А., на приговор Воткинского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым: 

Савельев Д. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, женатый, имеющий на иждивении малолетнего ребенка, с высшим образованием, проходящий службу оперуполномоченным ОУР МО МВД России «Воткинский», зарегистрированный и проживающий по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>, военнообязанный, ранее не судимый, награжденный медалями МВД России «За отличие в службе» III степени, нагрудным знаком МВД России «За отличную службу в МВД» II степени, знаком МВД России «За верность долгу», имеющего благодарности Министра внутренних дел Российской Федерации и Министра внутренних дел Удмуртской Республики, 

осужден по ч. 5 статьи 264 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ Савельеву Д.А. назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

Разъяснено, что осужденный следует в колонию-поселение за счет государства самостоятельно. Оплата проезда, обеспечение продуктами питания или деньгами на время проезда производятся территориальным органом уголовно-исполнительной системы в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Осужденному Савельеву Д.А. разъяснено, что не позднее 10 суток со дня провозглашения приговора он обязан явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения соответствующего предписания, а в случае уклонения осужденного от получения предписания, или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Данный срок может быть продлен судом до 30 суток.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия Савельева Д.А. в колонию – поселения. Срок дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания. 

В срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено зачесть время следования Савельева Д.А. к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

Мера пресечения в отношении Савельева Д.А., до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Гражданские иски по делу не заявлены. 

Заслушав доклад председательствующего судьи, выслушав прокурора Носкова А.С., поддержавшего доводы апелляционных представлений и жалоб в части, не противоречащей представлениям, мнение потерпевшей КОА, законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС – ХТК, представителя потерпевшего САД – ИМИ, представителя ИМИ – защитника-адвоката Матвеева Д.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и представлений, просивших приговор отменить, направить дело на новое судебное разбирательство, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Савельев Д.А. признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 30 минут до 18 часов 45 минут на 42–м км. автомобильной дороги г. Ижевск – г. Воткинск Удмуртской Республики, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Савельев Д.А. свою вину признал частично, в части нарушения п.11.2, знака 3.20 Правил дорожного движения РФ.

В апелляционном представлении заместитель Воткинского межрайонного прокурора Удмуртской Республики Ильин С.А., не оспаривая квалификацию преступления, а также доказанность вины, выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и несправедливым, вследствие чрезмерной суровости назначенного Савельеву Д.А. наказания. В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признается активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Согласно положению ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок и размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного соответствующей статьей УК РФ. Согласно исследованным материалам, Савельев Д.А. сразу сообщил сотрудникам правоохранительных органов, что он находился за рулем автомобиля, дорожно-транспортное происшествие произошло с его участием. В ходе допросов Савельев Д.А. также сообщил о данном факте, то есть способствовал раскрытию и расследованию данного преступления. Однако судом данное обстоятельство не учтено как смягчающее, тем самым суд назначил суровое наказание. В вводной части приговора не указаны сведения о потерпевших ХРР, ЕВС, о представителе потерпевшего САД – ИМИ При разрешении ходатайства ИМИ о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон суд недостаточно мотивировал принятое решение об отказе в его удовлетворении. Просит приговор отменить ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора ввиду чрезмерно сурового назначенного наказания, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В дополнительной апелляционном представлении заместитель Воткинского межрайонного прокурора Удмуртской Республики Ильин С.А., изложив доводы своего несогласия с приговором, аналогичные доводам, изложенным в основном представлении, просит признать обстоятельством, смягчающим наказание Савельева Д.А., наличие у Савельева Д.А. на иждивении несовершеннолетней дочери СКД, 2005 года рождения. Просит приговор отменить ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора ввиду чрезмерно сурового назначенного наказания, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе потерпевшая КОА, не оспаривая квалификацию преступления, а также доказанность вины, выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, вследствие чрезмерной суровости назначенного Савельеву Д.А. наказания. Савельев Д.А. с первых дней после ДТП оказывал КОА и другим потерпевшим моральную и материальную поддержку, принес извинения, несмотря на то, что у него самого погиб сын. Денежные средства, перечисленные Савельевым Д.А., помогли КОА выплатить кредит за поврежденную машину, оплатить коммунальные услуги и т.д. В судебном заседании все потерпевшие просили назначить Савельеву Д.А. условное наказание, никто не подавал исков к Савельеву Д.А., претензий к нему не имели. По мнению потерпевшей, Савельев Д.А. доказал, что он не является общественно опасным человеком, в связи с чем нет необходимости, чтобы он отбывал наказание в колонии – поселении. Просит приговор изменить, смягчить назначенное Савельеву Д.А. наказание, заменив колонию-поселение условным сроком.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего САД – ИМИ выражает свое несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным. По мнению ИМИ, суд дал неверную оценку имеющимся доказательствам и пришел к неверным выводам относительно механизма дорожно-транспортного происшествия, основывая обвинительный приговора, исключительно на предположениях. Суд проигнорировал обнаруженные на месте происшествия следы, указывающие на место столкновения – след углубления и след осыпи грунта. След углубления, обнаруженный на обочине под передней осью автомобиля 

<

данные изъяты>, несмотря на отсутствие подробного его описания в протоколе осмотра места происшествия, явно указывает на место столкновения, поскольку грунтовая обочина более подвержена следообразованию в результате удара, чем асфальтовое покрытие. Вместе с тем экспертиза, по ходатайству стороны зашиты, для установления, какими частями какого автомобиля оставлен след углубления, назначена не была. То же касается и следов на месте столкновения в виде осыпи грунта. После столкновения оба автомобиля по инерции перемещались, при этом автомобиль 

<

данные изъяты> разворачивало против часовой стрелки, о чем свидетельствуют повреждения на автомобиле и направление разлета осыпи грунта. Таким образом, суд лишь предположил, что столкновение не могло произойти на встречной для движения автомобиля «

<

данные изъяты>» обочине. При назначении наказания суд не учел, что: Савельевым Д.А. преступление совершено впервые, средней тяжести по неосторожности; не учтены противоправные действия потерпевшего КВЕ, выразившиеся в непринятии мер по снижению скорости и остановке автомобиля в опасный для движения момент, а также отсутствие пристегнутого ремня безопасности; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, т.к. подсудимый давал последовательные показания, изначально не собирался скрываться от органов следствия и был готов активно помогать ему, что и осуществлял. Более того, Савельев Д.А. добровольно возместил причиненный ущерб – это осознанная и искренняя инициатива Савельева Д.А. Исковых заявлений и претензий к Савельеву Д.А. никто из потерпевших не имеет. Судом не учтено реальное примирение подсудимого с потерпевшими, наличие заявления представителя потерпевшего ИМИ о прекращении уголовного дела. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение. 

В апелляционной жалобе законный представитель несовершеннолетней ЕВС – ХТК выражает свое несогласие с приговором в связи с чрезмерно суровым наказанием. По мнению ХТК, судом не учтено то, что Савельев Д.А. приложил много усилий для возмещения ущерба потерпевшим, причем не только дочери и мужу ХТК, но и потерпевшей КОА, принес извинения. Все поведение Савельева Д.А. свидетельствует об искреннем желании помочь потерпевшим и о его раскаянии в том, что произошло. Савельев Д.А. имеет положительные характеристики, много благодарностей и наград, у него есть жена и дочь, которым также требуется моральная поддержка после гибели сына. ХТК видит, как Савельев Д.А. страдает и переживает от случившегося. Назначенное наказание не соответствует личности Савельева Д.А. и его отношению к содеянному. Савельев Д.А. не является общественно опасным человеком, в связи с чем не требуется его изоляции от общества. Обстоятельств, отягчающих его наказание, по делу нет. Просит суд изменить приговор в сторону смягчения, применив нормы закона об условном осуждении.

В апелляционной жалобе адвоката Сафарова Э.Р., поданной в интересах осужденного Савельева Д.А., адвокат Сафаров Э.Р. выражает несогласие с приговором в связи с несправедливость приговора; несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела; чрезмерно сурового наказания, назначенного без учета личности Савельева Д.А., наличия обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, при наличии положительных характеристик, государственных наград. По мнению адвоката, в судебном заседании Савельев Д.А. не оспаривал свою часть вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, искренне раскаялся в содеянном, принес извинения потерпевшей стороне, добровольно выплатил компенсацию морального вреда всем потерпевшим, им выражена готовность и в дальнейшем компенсировать ущерб. Савельев Д.А. характеризуется исключительно положительно, преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 264 УК РФ, законом отнесено к категории неосторожных, ранее Савельев Д.А. к административной и к уголовной ответственности не привлекался. Обстоятельств, отягчающих наказание Савельева Д.А., судом не установлено. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи. В результате ДТП погиб сын Савельева Д.А., в связи с чем его жена нуждается во всемерной поддержке мужа. Не находясь в условиях изоляции, Савельев Д.А. будет работать и возмещать семьям потерпевших причиненный вред, оказывать своей семье моральную и материальную поддержку. Защита считает возможным, целесообразным и справедливым применение судом положения ст. 73 УК РФ об условной осуждении. Защита считает, что судом дана неверная правовая оценка доводам защиты об излишне предъявленном обвинении и необходимости исключения из объема обвинения п.п. 1.3, 1.5, 9.1 (1), 11.1, 10.1 абз. 2, нарушение требований разметки 1.1. Правил дорожного движения РФ, что в итоге привело к несоответствию выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Просит приговор отменить, уголовное дело передать в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Кроме того в дополнительной апелляционной жалобе адвоката Сафарова Э.Р., поданной в интересах осужденного Савельева Д.А., адвокат Сафаров Э.Р. выражает несогласие с приговором. Савельев Д.А. обвиняется в преступном нарушении ряда пунктов Правил дорожного движения РФ, приведших к совершению ДТП, вместе с тем нельзя согласиться с нарушением Савельевым Д.А. большинства вмененных ему в вину пунктов Правил дорожного движения РФ.

По мнению защиты, подлежат исключению:

- пункты 1.3, 1.5 ПДД РФ которые являются декларативными, указывают на необходимость в целом соблюдать Правила и действовать без создания опасности и причинения вреда. Они не регламентируют действия водителя Савельева;

- п. 9.1 (1) ПДД РФ о запрете движения по встречной полосе, разделенной разметкой 1.1., так как из показаний свидетелей КАВ, КЕА и самого Савельева обгон он начал в разрешенном для этого месте, следовательно, нарушений данного пункта Правил в действиях Савельева не имелось;

- п. 10.3 ПДД РФ о превышении скорости. Савельеву вменено движение со скоростью не менее 100 км/ч, однако данная скорость взята исключительно из показаний свидетелей, которые оценивали её «на глаз». Техническими средствами скорость автомобиля не фиксировалась, экспериментальным путем не воспроизводилась. Таким образом, точное значение скорости на предварительном следствии в судебном заседании не установлено, скорость могло быть различной, в том числе и в меньшую сторону;

- п.11.1 ПДД РФ о безопасности при начале обгона. В судебном заседании установлено, что Савельев Д.А. начал обгон в разрешенном для этого месте, при отсутствии помех для движения. При этом опасности для других участников движения он не создавал;

- п. 10.1 абз.2 о непринятии возможных мер к снижению скорости. Уход автомобиля Савельева Д.А. на обочину и тем самым освобождение проезжей части для автомобиля К и был той самой мерой к снижению скорости, и единственно возможным правильным вариантом реагирования на опасность. Но при условии, что 

<

данные изъяты> будет двигаться прямо и не сместится на обочину, чего, к сожалению, не произошло.

Защита согласна с тем, что Савельеву Д.А. вменено в вину нарушение им п. 11.2. ПДД РФ - о запрете обгона при невозможности вернуться на свою полосу и знака 3.20., Савельев Д.А. пояснил, что ему не дали вернуться на полосу двигавшиеся с правой стороны от него большегрузные машины. Он вынужденно продолжил движение по встречное полосе. Кроме того, Савельев Д.А. прямо говорил, что признает нарушение им п. 11.2 ПДД РФ и знака 3.20, однако суд необоснованно не учел признание Савельевым вины как смягчающее обстоятельство. 

На листе 31 приговора суд цитирует заключение эксперта №, в котором говорится о нарушении Савельевым Д.А. п.п. 1.4. и 9.4 ПДД РФ, однако данные пункты не вменялись в вину Савельеву Д.А. на предварительном следствии.

На листе 32 приговора показания эксперта ЭКЦ МВД по УР Сапурина изложены непоследовательно, путано, смысловая составляющая его показаний неясна. При этом защитой цитируются приведенные в приговоре показания эксперта. Какое доказательственное значение имеют данные показания эксперта, по мнению защиты, определить невозможно. 

Эксперт-автотехник Сапурин фактически подтвердил, что при производстве автотехническое экспертизы углубление на обочине не исследовалось, поскольку оно не отражено на схеме к протоколу осмотра места происшествия, но имелось в тексте данного протокола. Неполнота экспертной оценки данного углубления вкупе с другими объективными сведениями могла достоверно указать на место столкновения автомобилей.

Согласно заключению автотехников ЭКЦ №, водители автомобилей располагали технической возможностью избежать столкновения, если бы оба водителя применили торможение в опасный для движения момент, то есть тогда, когда они увидели друг друга. В отдельно вынесенном постановлении следователь подтверждает, что КВЕ в нарушение п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства в момент обнаружения опасности для движения. В судебном заседании эксперт-автотехник Сапурин, показал, что «в случае применения торможения водителями избежание столкновения возможно путем разъезда автомобилей с соблюдением бокового интервала». Экспертным путем возможность водителей избежать столкновения не проверялась. В соответствующем ходатайстве защите было отказано, правовой оценки этим показаниям эксперта в приговоре не дано. Вместе с тем одной из причин ДТП явилось неприменение своевременного торможения водителем К, что привело к столкновению автомобилей и наступления тяжких последствий. Судом правовая оценка действиям К в приговоре не дана.

Савельеву не была предоставлена возможность на месте пояснить обстоятельства ДТП. 

Суд допрашивал эксперта-автотехника ЭКЦ МВД по УР Сапурина в качестве эксперта по ранее сделанному им заключению, он давал разъяснения по представленным на обозрение цветным фотографиям, привлекался к выездному судебному заседанию для осмотра автомобилей, колес в качестве специалиста, однако права, обязанности и ответственность как специалисту Сапурину, в нарушение требований ст. ст. 58, 270 УПК РФ, судом не разъяснялись. Все сведения, сообщенные Сапуриным вне рамок проведенной им экспертизы, защита считает недопустимыми доказательствами. 

На листе 41 приговора суд ссылается на осветительные огни автомобилей, свидетельствующие о совершении столкновении. Какие огни видно на записи (фар? стоп-сигналов, габаритов и т.д.), неясно. Защитой было представлено автотехническое исследование, в котором специалист-автотехник АНО «Департамент судебных экспертиз» ИИБ подробно, с приложением графических схем, проанализировав материалы дела и видеозапись, установил, что столкновение автомобилей могло быть только на обочине. Суд, отклонив данное заключение как противоречащее общей совокупности доказательств, не конкретизировал, каким именно доказательством данное заключение противоречит.

На листе 46 приговора суд допускает, что столкновение могло быть на обочине, делая акцент лишь на очередность выезда автомобилей на неё.

На листе 48 приговора суд признает факт неиспользование ремня безопасности погибшим водителей КВЕ и потерпевшим ХРР Таким образом можно констатировать грубую неосторожность со стороны потерпевших, способствовавшую возникновению вреда. Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № данное обстоятельство учитывается как смягчающее наказание. Возможность избежать смерти К и получения Х тяжкого вреда в случае использования ими ремней безопасности судом не исследовалась. 

Убеждение защиты в том, что ДТП произошло на обочине, подтверждается: протоколом осмотра места происшествия, схемой и фототаблицей к нему; видеозаписью с регистратора; результатами осмотра автомобилей и автотехническим исследованием АНО «Департамент судебных экспертиз», а также показаниями осужденного Савельева.

К показаниям свидетелей КАВ и КЕА следует отнестись критически, так как они не согласуются между собой, в том числе и о месте столкновения автомобилей.

В исследовательской части судебно-медицинской экспертизы трупа К № указано, что при дополнительном исследовании ткани левого бедра обнаружен полный поперечный оскольчатый перелом бедренной кости в нижней трети. В резолютивной части судебно-медицинской экспертизы трупа К № данное повреждение не отражено. В других материалах дела, в частности в постановлении о привлечении Савельева Д.А. в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении, указанное выше повреждение конечности трупа КВЕ также не отражено.

Указанные нарушение невозможно устранить в судебном заседании, так как изменение обвинения в судебном заседании допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушает его право на защиту.

Потерпевший ИМИ в судебных прениях просил прекратить уголовное дело за примирением, однако суд в своем приговоре неправомерно отказал в прекращении дела, мотивируя, что Савельев не давал согласие на прекращение дела по не реабилитирующим основаниям, а также недостаточно загладил вред. Однако в своем выступлении в прениях Савельев сказал, что он согласен с потерпевшей стороной, что отражено в протоколе судебного заседания. Суд не возвратился к судебному следствию, не разъяснил Савельеву правовые последствия прекращения уголовного дела за примирением сторон, то есть по нереабилитирующим основаниям, что повлекло нарушение охраняемых законов прав и интересов осужденного. Просит приговор отменить, передать уголовное дело в суд на новое рассмотрение в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представлений и апелляционных жалоб, выслушав участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Уголовное дело возбуждено при наличии повода и основания. 

Порядок привлечения Савельева Д.А. в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированный главой 23 УПК РФ, соблюден.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, содержит все предусмотренные уголовно - процессуальным законом данные, подписано следователем, согласовано руководителем следственного органа, утверждено прокурором.

Копия обвинительного заключения Савельеву Д.А. вручена. 

Нарушений правил подсудности и пределов судебного разбирательства, предусмотренных ст. 32 и ст. 252 УПК РФ, не допущено.

Рассмотрение дела начато в срок, установленный ч. 2 ст. 233 УПК РФ.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 252, ст. 15 и ст. 244 УПК РФ. Оснований сомневаться в неверном отражении в протоколе хода судебного заседания не имеется, что подтверждается отсутствие замечаний на протокол судебного заседания, в связи с чем доводы апелляционных жалоб о рассмотрении дела с обвинительным уклоном являются необоснованными. 

Принципы судопроизводства, включая обеспечение подсудимому право на защиту, предусмотренное ст. 16 УПК РФ, соблюдены. Право подсудимого на защиту обеспечено участием в деле профессиональных адвокатов.

В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в статьях 14 и 15 УПК РФ - состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом были соблюдены, предвзятого отношения к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

Условия, необходимые для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, председательствующим по делу были созданы, сторонам было обеспечено процессуальное равенство, право по представлению и исследованию доказательств. Судебное разбирательство проведено с участием подсудимого, все доводы стороны защиты в судебном заседании были проверены и получили соответствующую оценку в приговоре суда, все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, обоснованные ходатайства участников судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты председательствующим судьей удовлетворялись, а в случае отказа в их удовлетворении, принимались обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.

Требования уголовно-процессуального закона к составлению приговора судом полностью соблюдены. 

Оглашение ранее данных показаний свидетелей в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, согласуется с положениями уголовно-процессуального закона. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы ограничить права участников судопроизводства и явиться безусловным основанием для отмены приговора, по делу не установлено.

Вина Савельева Д.А. в совершении уголовно-наказуемого деяния при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, установлена совокупностью доказательств по делу. 

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины Савельева Д.А. основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые подробно приведены в приговоре суда: показаниях Савельева Д.А. в части, в которой они приняты судом и положены в основу приговора; показаниях потерпевших КОА, ХРР, ЕВС, СЛИ; а также показаниях: представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС - ХТК; представителя потерпевшего САД – ИМИ; свидетелей ФОН, ПАВ, ВДЭ, ВМС, БВН, ФГГ, ВВВ, ММА, ЛПВ, ВДА, КЕЮ, КЕА, РЛВ, КАВ, ЛПО, МИР, ГЕА, ЯВВ, ШАВ, ПЕА; экспертов ССМ, СЮВ

Противоречия в показаниях свидетелей устранены посредством оглашения ранее данных ими показаний (при производстве предварительного следствия), которые были подтверждены ими в судебном заседании.

Необходимые (обязательные) экспертизы для установления обстоятельств, указанных в ст. 196 УПК РФ, по делу проведены. Вопреки доводам апелляционных жалоб заключения экспертов, равно как и другие доказательства, оценены судом правильно. Суд апелляционной инстанции оснований для иной оценки доказательств, в том числе заключений экспертов ССМ, СЮВ, не находит.

Заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями ст. 271, 256 УПК РФ. Принятые по ним решения правильны, в том числе об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении комплексной трасолого-автотехническое и видеотехнической экспертизы, об исключении доказательств, о проведении следственного эксперимента, что достаточно полно мотивировано судом первой инстанции. 

Виновность осужденного подтверждается также исследованными: протоколом осмотра места происшествия, осмотров транспортных средств, заключениями судебных экспертиз, а также другими доказательствами, перечень и анализ которых подробно изложены в приговоре.

Содержание всех доказательств в достаточном объеме приведено в приговоре.

Проверка и оценка доказательств проведена судом в соответствии с правилами, предусмотренными ст. ст. 87 и 88 УПК РФ. Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, содержат соответствующее обоснование. Оснований для иной оценки доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и, вопреки доводам апелляционных жалоб, обоснованно признаны судом допустимыми.

Фактические обстоятельства дела, сам механизм дорожно-транспортного происшествия судом установлены верно, правильно изложены в приговоре при описании деяния, признанного доказанным. 

Как правильно установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в период с 18 часов 30 минут до 18 часов 45 минут водитель Савельев Д.А. следовал на автомобиле марки 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, с пассажирами СЛИ, СКД, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и САД, ДД.ММ.ГГГГ г.р.. На 42-м километре автодороги 

<

адрес> – 

<

адрес> Республики, вне населенных пунктов, в направлении 

<

адрес> Республики он выехал на полосу встречного движения и осуществлял обгон транспортных средств, следовавших в попутном направлении. Не менее чем за 492 метра он обнаружил движущийся ему на встречу по своей полосе движения автомобиль марки 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением КВЕ с пассажирами ХРР, ХДР и ЕВС ДД.ММ.ГГГГ г.р. В нарушение п.1,3, п. 10.1 абз. 2 Правил дорожного движения РФ Савельев Д.А. не принял меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства в момент обнаружения опасности для движения, продолжил движение в зоне действия знака 3.20 «Обгон запрещен» и в зоне горизонтальной разметки 1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ). Сознательно нарушив п. 1.3, п. 1.5, п. 9.1(1), п. 11.1, п. 11.2, п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ, приложения 1 к ПДД РФ (знак 3.20), приложения 2 к ПДД РФ (горизонтальная разметка 1.1), не убедившись в безопасности маневра на указанном участке автодороги, подвергая опасности жизнь и здоровье участников дорожного движения, не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он мог и должен был их предвидеть, не приняв меры к должной оценке своих действий, к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства в момент обнаружения опасности для движения, Савельев Д.А. не вернулся в свою полосу движения и допустил столкновение с автомобилем марки 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением КВЕ, двигавшимся во встречном для Савельева Д.А. направлении по своей полосе автодороги. 

Нарушение Савельевым Д.А. п.1.3, п.1.5, п.9.1 (1), п.10.1 абз. 2, п.11.1, п.11.2, знака 3.20 Правил дорожного движения РФ, повлекло по неосторожности:

- причинение пассажиру автомобиля марки 

<

данные изъяты> САД телесных повреждений характера сочетанной тупой автомобильной травмы головы, грудной клетки, живота, правой верхней конечности; закрытой черепно-мозговой травмы-кровоподтека в области левой ушной раковины и заушной области слева, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в теменной области слева, ушиба головного мозга в виде травматических субарахноидальных кровоизлияний в кору головного мозга и подкорковую область; закрытой травмы грудной клетки: кровоизлияний в мягкие ткани груди справа и слева, кровоизлияния в левый купол диафрагмы, кровоизлияния в околоаортальную клетчатку справа, травматического разрыва в области корней обеих легких с их ушибом и с повреждением париетальной плевры; закрытой травмы органов брюшной полости: ссадины с подкожными кровоизлияниями в левой подвздошной области с заходом на задненижнебоковую поверхность туловища слева, травматического разрыва в области ворот селезенки; кровоподтеков правого предплечья. Повреждения характера сочетанной тупой автомобильной травмы головы, грудной клетки, живота, правой верхней конечности вызвали угрожающие жизни состояния – шок тяжелой (3-4) степени, острую кровопотерю, у живых лиц квалифицируются как повреждения, причинившие, в совокупности, как комплекс автомобильной травмы, тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. От полученных телесных повреждений САД скончался на месте дорожно-транспортного происшествия, причиной смерти явился травматический шок в сочетании с острой кровопотерей, резвившиеся вследствие сочетанной тупой автомобильной травмы головы, грудной клетки, живота, правой верхней конечности;

- причинение водителю автомобиля марки 

<

данные изъяты> КВЕ телесных повреждений характера сочетанной травмы головы, туловища, конечностей; головы - ссадины правой скуловой области с заходом на правую лобно-височную область, ссадины правой скуловой области; туловища – ссадины шеи спереди, ссадины груди справа, ссадины левого подреберья с заходом на нижнюю треть груди и надчревье; левостороннего гемоторакса – 700 мл; полного поперечного разрыва аорты на границе нисходящей части дуги и грудного отдела; разрыва сердечной сорочки; отрыва сердца от сосудистой ножки, разрывы камер сердца; разрывов передней поверхности правой доли печени, множественных двусторонних переломов ребер, перелома грудины; конечностей - кровоподтека правого предплечья, левой кисти, ссадин и кровоподтеков правого коленного сустава, ссадин и кровоподтека левого бедра, которые как комплекс сочетанной травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений КВЕ скончался на месте дорожно-транспортного происшествия, причиной смерти явилась сочетанная травма, сопровождавшаяся отрывом и размозжением сердца, множественными переломами ребер, разрывом аорты, внутренним кровотечением; 

- причинение пассажиру автомобиля марки 

<

данные изъяты> ЕВС телесных повреждений характера сочетанной травмы грудной клетки и живота в виде ссадины грудной клетки; ссадины передней брюшной стенки, разрыва стенки тощей кишки. Сочетанная травма живота и грудной клетки в совокупности причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- причинение пассажиру автомобиля марки 

<

данные изъяты> ХРР телесных повреждений характера сочетанной травмы головы, грудной клетки, левой нижней конечности, проявившейся закрытой черепно-мозговой травмой в виде перелома передней стенки фронтальной пазухи с гемосинусом, сотрясением головного мозга; закрытой травмы грудной клетки в виде неполных переломов 3 правого ребра и 5, 6, 7 левых ребер по передним подмышечным линиям без смещения; закрытым переломом головки левой бедренной кости без смещения, осложнившаяся травматическим шоком 0-1 степени, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Допущенные Савельевым Д.А. нарушения выше указанных Правил послужили причиной дорожно-транспортного происшествия и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

Судом первой инстанции было оглашено и исследовано заключение эксперта №, согласно которому водитель автомобиля 

<

данные изъяты> в заданной дорожной обстановке в своих действиях, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п. 1.4. и п. 9.4 ПДД РФ с учетом раздела 1 Приложения 2 к ПДД РФ, а если водитель автомобиля 

<

данные изъяты> совершал обгон, то и п. 11.1 и 11.2 ПДД РФ. В данной дорожной обстановке, при заданных и принятых исходных данных, водители технически исправных автомобилей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, располагали технической возможностью избежать столкновения, если бы оба водителя применили торможение в опасный для движения момент, когда автомобиль 

<

данные изъяты> находился на полосе встречного движения и расстояние между автомобилями составляло 492 м.

Вопреки доводам апелляционных жалоб обвиняемого и защиты указанное заключение эксперта не снимает вины с осужденного за его действия повлекшие столкновение автомобилей. 

Доводы апелляционных жалоб защитника Сафарова Э.Р. и осужденного Савельева Д.А. о том, что не были установлены механизм дорожно-транспортной ситуации, конкретное и точное место совершения столкновения автомобилей, а также доводы Савельева Д.А. его защитника Сафарова Э.Р. и показания свидетеля СЛИ о том, что: обогнав несколько легковых автомобилей, увидев фары легкового автомобиля, который «вынырнул» из-за бугра, Савельев Д.А. попытался вернуться на свою полосу движения, однако по ней двигались три большегрузных автомобиля, которые не изменили скорость и траекторию движения, не предоставили Савельеву Д.А. возможность вернуться на свою полосу движения; с целью избежать столкновения, он свернул на левую обочину, устранив помеху для встречного автомобиля, нажал педаль тормоза до упора, однако встречный автомобиль тоже свернул на обочину, где и произошло столкновение левыми частями автомобилей, столкновение произошло именно на обочине, судом были проверены и обоснованно признаны несостоятельными, так как опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно: протоколом осмотра места происшествия с фотографиями и схемой осмотра; протоколами осмотром автомобилей; заключением эксперта №; заключением эксперта № и показаниями эксперта СЮВ; показаниями свидетелей КАВ и КЕА, очевидцев дорожно-транспортного происшествия; видеозаписью с регистратора автомобиля КАВ; следственным экспериментом с участием свидетеля КАВ; схемой организации дорожного движения на 42-м км автомобильной дороги Ижевск-Воткинск.

Протоколом осмотра места происшествия установлены: место дорожно-транспортного происшествия; отсутствие следов торможения; ширина проезжей части и обочины; наличие дорожной разметки и дорожных знаков; зафиксировано нахождение автомобиля 

<

данные изъяты> на левой стороне проезжей части, автомобиля 

<

данные изъяты> за левой обочиной.

Протоколами осмотра автомобилей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> зафиксированы многочисленные механические повреждения в передних левых частях автомобилей, которые подробно описаны в протоколах, а также повреждения на передних левых дисках и иные повреждения на передних левых частях автомобилей. 

Заключением эксперта №, согласно которому, рабочая тормозная система автомобиля 

<

данные изъяты> на момент осмотра находится в действующем состоянии, рулевое управление автомобиля момент осмотра находится в действующем, но в технически неисправном состоянии по причине деформации кузова автомобиля в передней части, которая препятствует повороту колес в заданном диапазоне. Рабочая тормозная система автомобиля 

<

данные изъяты> на момент осмотра находится в технически неисправном состоянии по причинам отделения тормозного механизма переднего левого колеса вместе с колесным диском от штатного места крепления, повреждения тормозного шланга переднего левого тормозного механизма и смещения вправо педали тормоза. Рулевое управление автомобиля 

<

данные изъяты> на момент осмотра находится в технически неисправном состоянии по причинам смещения рулевой колонки вправо и вверх, «отрыва» левого наконечника рулевой тяги от места соединения с поворотным кулаком, деформации левой рулевой тяги, которая препятствует повороту колес в заднем диапазоне.

Заключением эксперта №, согласно которому взаимное расположение автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» в первоначальный момент столкновения изображено на схеме №, из которой следует, что автомобиль «

<

данные изъяты>» располагался в прямолинейном положении относительно автомобиля «

<

данные изъяты>, левыми боковыми частями. Столкновение автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» могло произойти на правой стороне дороги по направлению в 

<

адрес>.

Вопреки доводам жалоб вывод суда о признании в качестве допустимого доказательства проведенной по делу экспертизы, является обоснованным, поскольку она получена в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, порядок и производство указанной экспертизы соблюден, заключение эксперта соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, в нем приведены выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование. Заключение экспертизы мотивировано и сомнений не вызывает.

Выводы экспертизы были предметом исследования в судебном заседании с участием сторон, оценка результатов экспертизы была дана судом в совокупности со всеми иными доказательствами, полученными в результате расследования настоящего уголовного дела.

Вопреки доводам стороны защит, какие-либо не устраненные судом противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, в том числе в выводах экспертов – автотехников ШСА и СЮВ, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины Савельева Д.А., по делу отсутствуют.

Доводы осужденного, его защитника и представителя потерпевшего ИМИ о том, что: столкновение автомобилей произошло на обочине, на что, по их версии, указывает след углубления на обочине под передней осью автомобиля «

<

данные изъяты>» и след осыпи грунта, поскольку грунтовая обочина более подвержена следообразованию в результате удара, чем асфальтовое покрытие; по делу было необходимо провести экспертизу, для установления, какими частями какого автомобиля оставлен след углубления и осыпь грунта, суд апелляционной считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Из показаний эксперта СЮВ установлено, что утверждать о месте столкновения именно на обочине необоснованно. Из имеющихся повреждений на обоих автомобилях, лишь у автомобиля 

<

данные изъяты> повреждено левое переднее колесо, которое разбортовано, в том числе и сточен диск в нижней его части. Указанное повреждение возможно лишь после того, как шина сошла с посадочного места и спущена, колесо перестало крутиться. Разбортовка шины происходит после удара, т.к. воздух, находящейся в ней под давлением, выходит из шины и она проседает до уровня диска. В ходе осмотра вещественных доказательств, в выездном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ – автомобиля 

<

данные изъяты>, осматривая поврежденную внешнюю часть левого переднего диска, отметил на нем следы трасс на внешнем ободе, которые образуются в результате скольжения о более твердую поверхность, в том числе асфальт. При просмотре цветных фотографий к протоколу осмотра места происшествия комментируя фотографию №, указал, что большая часть осколков зафиксирована у передней части автомобиля 

<

данные изъяты> у линии разметки в сторону обочины; комментируя фотографию №, полагает, что дорожная разметка, обозначающая край проезжей части, присыпана грунтом непосредственно перед левым передним колесом автомобиля «

<

данные изъяты>». Указанная осыпь грунта могла образоваться с нижних частей автомобиля, в том числе днища.

Согласно схеме организации дорожного движения на 42-м километре автомобильной дороги 

<

адрес> – 

<

адрес>, на 42 км автодороги установлен знак 3.20 – «Обгон запрещен», имеется зона горизонтальной разметки 1.1.

Свидетели: водитель автомобиля 

<

данные изъяты> КЕА и водитель автомобиля 

<

данные изъяты> КАВ, являясь очевидцами совершения Савельевым Д.А. обгона с выездом на полосу встречного движения и в последующем свидетелями дорожно-транспортного происшествия, показали, что на своих автомобилях они возвращались из 

<

адрес> в 

<

адрес>. Видели, как автомобиль 

<

данные изъяты> совершал обгон колонны автомобилей по встречной полосе движения. Водители большегрузных автомобилей не мешали вернуться автомобилю 

<

данные изъяты> на свою полосу движения. Столкновение автомобилей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> произошло на встречной полосе. На данном участке дороги была сплошная линия дорожной разметки. Автомобили столкнулись левыми боковыми частями. Осколки находились на проезжей части и на обочине.

В ходе следственного эксперимента с участием свидетеля КАВ последний указал место столкновение автомобилей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ на 42-м км автодороги Ижевск-Воткинск. Смоделировал расположение автомобилей: 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и большегрузного автомобиля типа «фура» на проезжей части непосредственно перед столкновением и в момент столкновения, из которого следует, что все три автомобиля двигались в пределах ширины полос движения в оба направления, имеющих асфальтовое покрытие, при этом частично правые колеса автомобиля 

<

данные изъяты> находятся за разметкой 1.2, обозначающей край проезжей части.

Утверждение осужденного и защитника о недостоверности выводов следственного эксперимента относительно места столкновения автомобилей, суд апелляционной инстанции находит не подлежащими удовлетворению, так как оснований не доверять результатам следственного эксперимента не имеется.

Запись с видеорегистратора КАВ от ДД.ММ.ГГГГ длится 2 минуты 39 секунд, производилась из автомобиля, движущегося по автодороге с двусторонним движением вне населенного пункта. 18:37:05 по встречной полосе движется автомобиль белого цвета 

<

данные изъяты>, который обогнал автомобиль, из которого ведется видеосъемка. 18:37:06 автомобиль 

<

данные изъяты> продолжает движение по встречной полосе, обгоняет автомобиль красного цвета, движущийся по свое полосе движения. 18:37:11 по встречной полосе за автомобилем 

<

данные изъяты> движется автомобиль черного цвета 

<

данные изъяты>, который обогнал автомобиль, из которого ведется видеосъемка. 18:37:14 автомобиль 

<

данные изъяты> 4 продолжает движение по встречной полосе, обгоняет автомобиль красного цвета, движущийся по свое полосе движения (спереди виден автомобиль 

<

данные изъяты>). 18:37:17 автомобиль 

<

данные изъяты> возвращается в свою полосу движения. 18:37:24 на изображении появляется знак «Обгон запрещен». 18:37:33 произошло столкновение автомобиля «

<

данные изъяты>» на полосе встречного для него движения с встречным автомобилем в зоне действия знака «Обгон запрещен» и в зоне сплошной разметки. Свои показания свидетель КАВ подтвердил в ходе следственного эксперимента, смоделировал обстоятельства ДТП от ДД.ММ.ГГГГ на 42 км. автодороги Ижевск-Воткинск, между автомобилями марки «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», указал место столкновения автомобилей.

Согласно схеме организации дорожного движения на 42-м км автомобильной дороги 

<

адрес> – 

<

адрес>, на 42-м км автодороги установлен знак 3.20 – «Обгон запрещен», имеется зона горизонтальной разметки 1.1., что так же соответствует протоколу осмотра места происшествия и фотографиям с места ДТП. 

Причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей, экспертов в оговоре осужденного, судом не установлено. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ложного заключения, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой. Существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности Савельева Д.А., на правильность применения уголовного закона, не имеется, они объективно подтверждены иными доказательствами, изложенными в приговоре.

При этом суд первой инстанции обоснованно отверг показания специалиста ИИБ и его заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором последний: установил место столкновение автомобилей на левой обочине по ходу движения автомобиля Савельева Д.А.; признал несостоятельными с технической точки зрения показания свидетеля КАВ о месте столкновения автомобилей данными им в ходе следственного эксперимента; усмотрел причинную связь между действиями водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» КВЕ с причиной столкновения автомобилей, как противоречащие общей совокупности доказательств, что подробно мотивировал в приговоре.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно отверг показания свидетелей защиты ИСН, ААМ и БРА в части места столкновения на левой обочине по ходу движения автомобиля Савельева Д.А., как противоречащие общей совокупности установленных судом доказательств по уголовному делу. При этом судом учтено наличие дружеских отношений Савельева Д.А. с указанными свидетелями, которые из чувства ложной солидарности пытаются способствовать Савельеву Д.А. избежать ответственности. Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда. 

Судом первой инстанции были исследованы технические характеристики:

- автомобиля 

<

данные изъяты>, согласно которым длина автомобиля между осями колес составляет 2,7 м, ширина передней части автомобиля между осями колес составляет 1, 549 м, ширина кузова составляет 1,8 м;

- автомобиля 

<

данные изъяты>, согласно которым длина автомобиля между осями колес составляет 2, 635 м, ширина передней части автомобиля между осями колес составляет 1,510 м, ширина кузова составляет 1,764 м.

Опровергая выдвинутую подсудимым Савельевым Д.А., его защитником Сафаровым Э.Р. и специалистом ИИБ версию о месте столкновения автомобилей на левой обочине по ходу движения автомобиля Савельева Д.А., суд обоснованно указал, что ширина обочины составляет 3.34 м, ширина автомобиля 

<

данные изъяты> составляет 1,8 м ширина автомобиль LADA VESTA составляет 1,764 м, общая ширина автомобилей составляет 3,56 м. С учетом ширины обочины и общей ширины автомобилей, ширина обочины не позволяла автомобилям двигаться по ней в прямолинейном направлении, в противном бы случае автомобиль LADA VESTA должен был двигаться, по версии подсудимого Савельева Д.А., правыми колесами в воздухе. Расположение автомобилей в момент столкновения установлено заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому автомобиль 

<

данные изъяты> находился в прямолинейном положении, что установлено из характера повреждений на обоих автомобилях. 

Место дорожно-транспортного происшествия с достаточной точностью установлено, главное, что это полоса движения в попутном для обоих участников дорожного движения направлении, ближе к краю проезжей части. 

Механизм дорожно-транспортного происшествия также установлен с учетом данных, полученных при осмотре места происшествия, показаний свидетелей, заключений экспертиз, показаний экспертов и частично показаний самого осужденного Савельева Д.А. 

Получение потерпевшими в результате столкновения автомобилей телесных повреждений, а также наступившая в результате получения телесных повреждений смерть САД и КВЕ подтверждены показания потерпевших СЛИ, КОА, ХРР, ЕВС, показаниями представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС - ХТК; представителя потерпевшего САД – ИМИ; а также показаниями свидетелей ФОН, ПАВ, ВДЭ, ВМС, БВН, ФГГ, ВВВ, ММА, ЛПВ, ВДА, КЕЮ, КЕА, РЛВ, КАВ, ЛПО, МИР, ГЕА, ЯВВ, ШАВ, ПЕА, которые присутствовали на месте дорожно-транспортного происшествия, осматривали проезжую часть и обочину в месте столкновения автомобилей, оказывали помощь потерпевшим, а также участвовали в ходе проведения следственного эксперимента на месте дорожно-транспортного происшествия; заключением эксперта № по трупу КВЕ, заключением эксперта № по трупу САД, заключением эксперта № в отношении ЕВС, заключением эксперта № в отношении ХРР

Вопреки доводам защиты судом первой инстанции были исследованы обстоятельства отсутствия в экспертизе в отношении трупа КВЕ сведений о наличии телесного повреждения в виде полного поперечного оскольчатого перелома бедренной кости в нижней трети.

В ходе судебного заседания потерпевшая КОА пояснила, что не оспаривает выводы эксперта в части причины смерти КВЕ

Отсутствие в экспертизе выводов о наличии у КВЕ сведений о наличии телесного повреждения в виде полного поперечного оскольчатого перелома бедренной кости в нижней трети ее права не нарушает.

С учетом изложенного судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что указанное повреждение не являлось причиной смерти КВЕ и на выводы эксперта в части установления причины смерти КВЕ не повлияло и не могло повлиять, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

Скорость движения автомобиля Савельева Д.А. не менее 100 км/ч взята исключительно из показаний свидетелей, которые оценивали её «на глаз». Техническими средствами скорость автомобиля не фиксировалась, экспериментальным путем не воспроизводилась. Достоверно, с какой скорость двигался автомобиль Савельева Д.А. до столкновения и в момент столкновения с автомобилем КВЕ, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, не установлено. Скорость могла быть различной, в том числе и менее 90 км/ч.

Учитывая, что приговор не может быть постановлен на предположениях, достоверных доказательств движения автомобиля под управлением Савельева Д.А. со скоростью более 90 км/ч и не менее 100 км/ч час. по делу не имеется, автодорога 

<

адрес> – 

<

адрес> не является автомагистралью, суд апелляционной инстанции принимает во внимание доводы апелляционной жалобы защитника об излишне вмененных САД пунктов нарушения правил дорожного движения, исключает из описательно – мотивировочной части приговора нарушение САД п.10.3 ПДД РФ – вне населенного пункта разрешается движение: мотоциклам, легковым автомобилям и грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой не более 3,5 т на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд обоснованно пришёл к выводу о том, что между нарушением Савельевым Д.А. требований п.1.3, п.1.5, п.9.1 (1), п.10.1 абз. 2, п.11.1, п.11.2, знака 3.20 Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями в виде смерти САД, КВЕ и причинения тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни ЕВС и ХРР имеется прямая причинная связь.

Считать, что САД излишне вменено нарушение п.1.3, п.1.5, п.9.1 (1), п.10.1 абз. 2, п.11.1, Правил дорожного движения РФ, оснований нет, так как, находясь за рулем движущегося автомобиля, участник дорожного движения обязан соблюдать указанные пункты Правил дорожного движения РФ. 

Судом достоверно установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение водителем Савельевым Д.А. указанных выше требований Правил дорожного движения, его действия правильно квалифицированы по ч.5 ст. 264 УК РФ.

Таким образом, суд дал оценку исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Оснований ставить под сомнение данную судом первой инстанции оценку исследованных доказательств, а также для переоценки доказательств, о чем фактически ставится вопрос в апелляционных жалобах адвоката Сафарова Э.Р., не имеется.

При таких обстоятельствах, поскольку суд располагал исчерпывающими доказательствами относительно каждого из обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу и обосновал принятое в отношении осужденного судебное решение ссылкой на доказательства, полученные в установленном законом порядке, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы адвоката Сафарова Э.Р. о нарушении судом положений ст. 14 УПК РФ, о необъективной оценке судом представленных ему доказательств, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Все доказательства, на которых основаны выводы суда, непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, в достаточной для этого степени подробно мотивированы и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Суд в соответствии с требованиями закона привел в приговоре не только доказательства сторон, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и раскрыл их содержание и существо сведений, содержащихся в них. 

Данных, свидетельствующих об одностороннем судебном следствии, в деле не имеется. 

Доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб о неправомерном отказе в прекращении уголовного дела за примирением сторон, на что осужденный был согласен, о недостаточной формулировке оснований для отказа в прекращении уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит не подлежащими удовлетворению.

Согласно протоколу судебного заседания, при разъяснении осужденному Савельеву Д.А. прав обвиняемого (подсудимого), ему были разъяснены его права, в том числе было разъяснено положение ч. 2 ст. 27 УПК РФ. Выступая в прениях, а также в своем последнем слове, осужденный не выразил своего отношения к прекращению уголовного дела за примирением сторон, просил вынести условное наказание. Выступая в прениях, защитник Сафаров Э.Р. просил суд при назначении Савельеву Д.А. наказания учесть мнение потерпевших, просивших избрать Савельеву Д.А. наказание не связанное с лишением свободы.

В своем приговоре суд первой инстанции учел предпринятые осужденным меры, направленные на добровольное возмещение потерпевшим материального ущерба и морального вреда, но при этом не нашел оснований для прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, что подробно мотивировал в приговоре.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное потерпевшей КОА, представителями потерпевших ХТК и ИМИ ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон, также не нашел оснований для его удовлетворения, о чем вынес мотивированное постановление.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением уголовно- процессуального закона, объективно и с достаточной полнотой, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ. 

Проверив доводы апелляционного представления заместителя прокурора, апелляционных жалоб осужденного, его защитника, потерпевших, их законных представителей о чрезмерной суровости назначенного наказания, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно положениям ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания суд должен учесть характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность виновного лица, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Согласно приговору требования уголовного закона в данной части судом первой инстанции выполнены в полном объеме. Так, при назначении осужденному Савельеву Д.А. наказания, суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, изложенные выше, отсутствие отягчающих, применил положение ч. 1 ст. 62 УК РФ. Иное привело бы к нарушению судом принципа справедливости. Оснований полагать, что назначенное наказание является несправедливым вследствие чрезмерной строгости, не имеется.

Необходимость назначения наказания, связанного с реальным лишением свободы, судом обоснована.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному Савельеву Д.А. более мягкое наказание с применением положения с. 64 УК РФ, назначить условное осуждение с применением ст. 73 УК РФ, изменить категорию преступления в силу ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, как не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Дополнительное наказание Савельеву Д.А. назначено в соответствии с положениями ст. 47 УК РФ и санкцией ч.5 ст. 264 УК РФ, срок которого в приговоре должным образом мотивирован.

При назначении наказания учтены обстоятельства, смягчающие наказание, которые подробно изложены в приговоре, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Вопреки доводам апелляционных представлений и жалоб суд обосновал отсутствие оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание Савельева Д.А., - явку с повинной, что достаточно полно мотивировал в приговоре, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. 

Назначенный осужденному вид наказания соответствует целям исправления. 

Режим отбывания наказания определен в соответствии с положением п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ – колония - поселение.

Вместе с тем доводы апелляционных представлений и апелляционных жалоб о признании обстоятельством, смягчающим наказание, – наличие несовершеннолетнего ребенка у виновного заслуживают внимания, в связи с чем приговор в отношении Савельева Д.А. подлежит изменению.

Как следует из протокола судебного заседания, а также из описательно-мотивировочной части приговора, у Савельева Д.А. имеется на иждивении дочь – СКД, 2005 года рождения.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции признает обстоятельством, смягчающим наказание Савельева Д.А., – наличие несовершеннолетнего ребенка у виновного.

Принимая во внимание, что суд апелляционной инстанции исключил из обвинения нарушение Савельевым Д.А. п. 10.3 ПДД РФ и признал обстоятельством, смягчающим наказание Савельева Д.А., – наличие несовершеннолетнего ребенка у виновного, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести изменения в резолютивную часть приговора, назначенное Савельеву Д.А. наказание в виде лишения свободы на срок 4 года снизить до 3 лет 8 месяцев лишения свободы.

Судом первой инстанции обоснованно назначено Савельеву Д.А. дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, так как в соответствии с санкцией ч. 5 ст. 264 УК РФ назначение данного дополнительного наказания является обязательным, в пределах требований ч. 2 ст. 47 УК РФ.

Вместе с тем ссылку суда первой инстанции в резолютивной части приговора на ч. 3 ст. 47 УК РФ необходимо признать технической ошибкой, так как в данном случае применены положения ч. 2 ст. 47 УК РФ. Данная ошибка является очевидной, и ее исправление не ухудшает положение осужденного и не влечет изменения наказания.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции считает необходимым внести изменения в резолютивную часть приговора, с указанием, что дополнительное наказание назначено Савельеву Д.А. в соответствии с ч. 2 ст. 47 УК РФ. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание доводы апелляционных представлений о том, что вводной части приговора не указаны сведения о потерпевших ХРР, ЕВС, о представителе потерпевшего САД – ИМИ.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции вносит изменения в вводную часть приговора, указав на участии потерпевших ХРР, ЕВС, о представителя потерпевшего САД – ИМИ 

Иных обстоятельств, смягчающих наказание осужденного и не учтенных судом, а также нарушений иных норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

апелляционные (основное и дополнительное) представления заместителя прокурора Ильина С.А., апелляционную жалобу потерпевшей КОА, апелляционную жалобу законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ЕВС – ХТК, апелляционную жалобу представителя потерпевшего САД – ИМИ, апелляционные (основную и дополнительную) жалобы адвоката Сафарова Э.Р. - удовлетворить частично.

Приговор Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 24 сентября 2020 года в отношении Савельева Д. А., изменить. 

Внести изменения в вводную часть приговора, указав на участие потерпевших ХРР, ЕВС, представителя потерпевшего САД – ИМИ

Внести изменения в описательно-мотивировочную часть приговора:

- исключить из обвинения ссылку на п.10.3 ПДД РФ о превышении скорости;

- признать обстоятельством, смягчающим наказание САД, наличие несовершеннолетнего ребенка у виновного.

Внести изменения в резолютивную часть приговора:

- снизить назначенное наказание с 4 лет лишения свободы до 3 лет 8 месяцев лишения свободы;

- считать, что дополнительное наказание назначено ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 47 УК РФ;

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные представления заместителя прокурора Ильина С.А. и жалобы КОА, ХТК, ИМИ и ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий: 

Копия верна.

Судья Верховного Суда

Удмуртской Республики: ФИО3