Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 ноября 2017 года город Ноябрьск ЯНАО

Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа

в составе председательствующего судьи НИГМАТУЛЛИНОЙ Д.М. 

при секретаре судебного заседания БУГРОВОЙ Д.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2468/2017 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» о взыскании задолженности,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «НефтеСервис» о взыскании задолженности по заработной плате в размере 17 088 рублей 79 копеек, компенсации за неиспользованный отпуск в размере 102 926 рублей 53 копейки, 25 000 рублей в счет компенсации морального вреда и судебных расходов в размере 25 000 рублей. В обоснование требований указал, что с 31 января 2014 по 20 апреля 2017 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности .... Согласно трудовому договору размер часовой тарифной ставки был установлен в 69 рублей 13 копеек, однако ответчик с сентября 2015 года выплачивал заработную плату, исходя из ставки в 67 рублей 60 копеек, в связи с чем и образовалась недоплата заработной платы и компенсации за неиспользованные дни отпуска. При увольнении ответчик окончательный расчет с ним не произвел. 

Истец и его представитель в ходе рассмотрения дела на иске настаивали, поддержали изложенные в исковом заявлении доводы. Истец подтвердил, что в трудовом договоре и дополнительном соглашении к нему, копии которых представлены ответчиком, проставлены его подписи. Пояснил, что заработную плату он получал своевременно, расчетные листки ему на руки выдавались, в них было указано на начисление заработной платы с учетом ставки в 67 рублей 60 копеек с сентября 2015 года. Им объясняли, что тарифная ставка меняется, потому что вводится доплата за вредность. Размер заработной платы после этого практически не изменился. Ранее он в суд не обращался, поскольку пытался решить вопрос через ГИТ. День увольнения для него рабочим не был, с письменным заявлением о выплатах он после увольнения к ответчику не обращался, последняя выплата была в мае 2017 года.

Ответчик своего уполномоченного представителя в суд не направил, о месте и времени рассмотрения дела извещен, представил отзыв на исковое заявление, заявив о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием о взыскании заработной платы за период с сентября 2015 по февраль 2017 года, подписания им дополнительного соглашения об уменьшении тарифной ставки до 67 рублей 60 копеек с сентября 2015 года, невозможности учета премий при определении размера компенсации за неиспользованные дни отпуска, отсутствия доказательств причинения истцу морального вреда.

Суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке и, выслушав истца и его представителя, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему:

Согласно ст.129, 130 и 136 ТК РФ заработной платой является вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты. В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включаются ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями; а также сроки и очередность выплаты заработной платы. Заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Место и сроки выплаты заработной платы в не денежной форме определяются коллективным договором или трудовым договором. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным и трудовым договорами. 

Таким образом, выплата заработной платы является обязанностью работодателя, подлежащей неукоснительному исполнению в установленный законом срок независимо от внешних обстоятельств.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком – ООО «НефтеСервис» – в должности ... с 4 февраля 2014 по 20 апреля 2017 года, что подтверждается трудовым договором № 127 от 31 января 2014 года и копией вкладыша в трудовую книжку истца.

Вопросы о режиме работы, размере заработной платы и порядке ее выплаты сторонами трудового договора были урегулированы, размер тарифной ставки был установлен в 69 рублей 13 копеек, указано на наличие права работника на северную надбавку (80 %) и районный коэффициент (70 %), а также начисление и выплату работнику по решению работодателя премии по итогам работы за текущий месяц.

С февраля 2014 года ответчик выплачивал заработную плату, исходя из условий трудового договора и упомянутой в нем тарифной ставки, на что в судебном заседании было указано самим истцом.

1 июля 2015 стороны заключили дополнительное соглашение к трудовому договору, по обоюдному согласию изменив тарифную ставку на 67 рублей 60 копеек с 1 сентября 2015 года. В судебном заседании истец указал, что подпись в графе «работник» упомянутого дополнительного соглашения проставлена им лично.

Исходя из указанных обстоятельств, следует полагать, что начисление заработной платы истцу ответчиком, применявшим при этом ставку в 67 рублей 60 копеек, было правомерно, а требования истца о взыскании неначисленной и невыплаченной ему благодаря применению этой ставки заработной платы за период с сентября 2015 по апрель 2017 года заявлены необоснованно, в силу чего не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.127 и 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, включая денежную компенсацию за все неиспользованные отпуска, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Из представленных суду расчетных листков истца усматривается, что в связи с увольнением работника работодатель осуществил начисление компенсации за неиспользованные 106,6 дней отпуска в размере 70 699 рублей 58 копеек. При этом истец в день увольнения не работал, а из начисленной ему суммы была удержана стоимость спецодежды (14 606 рублей 53 копейки), законность чего истцом не оспаривается. 

Согласно представленному стороной истца расчету, ею при определении среднего дневного заработка за основу принят расчет отпускных за февраль 2017 года, с учетом которого исчислен размер компенсации за 106,6 дней отпуска в размере (1 498,39 х 106,6 =) 159 818 рублей. С указанным расчетом согласиться нельзя, поскольку принятый истцом во внимание период (по январь 2017 года) не соответствует требованиям законодательства.

При определении суммы компенсации суд учитывает, что по условиям трудового договора истцу установлены вахтовый метод и сменная работа с продолжительностью смены в 11 часов, а также суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 12 месяцев; продолжительность основного отпуска истца составила 28 календарных дней. Помимо этого предусмотрено право на 24 календарных дня дополнительного отпуска как работнику района Крайнего Севера.

Согласно ст.121 ТК РФ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, включаются: время фактической работы; время, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохранялось место работы (должность), в том числе время ежегодного оплачиваемого отпуска, нерабочие праздничные дни, выходные дни и другие предоставляемые работнику дни отдыха; время предоставляемых по просьбе работника отпусков без сохранения заработной платы, не превышающее 14 календарных дней в течение рабочего года. В стаж работы, дающий право на ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, включается только фактически отработанное в соответствующих условиях время.

Каких-либо особенностей в части предоставления дополнительных отпусков за работу в районах Крайнего Севера ни трудовой договор, ни трудовое законодательство (как, например, для ежегодных дополнительных оплачиваемых отпусков за работу с вредными и (или) опасными условиями труда) не содержат. 

Механизм реализации конституционного права на отдых, в том числе порядок и условия предоставления оплачиваемого ежегодного отпуска, закреплен в гл.19 ТК РФ. Особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника, установленный ч.1 ст.127 ТК РФ (право на получение денежной компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении), является исключением из общего правила. Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами ТК РФ, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по соглашению сторон или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск. 

Ответчиком, исходя из его расчета, при определении размера компенсации принималось во внимание количество календарных дней расчетного периода, равное 477,83, а заработная плата учитывалась за период с апреля 2016 по март 2017 года. Между тем, такое количество календарных дней не соответствует периоду начислений, подлежащих учету при определении среднего дневного заработка.

Кроме того, ответчиком не учтены требования ст.129 ТК РФ о включении премий в систему оплаты труда, а также то, что для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. К таким выплатам относятся премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда.

Вопреки доводам ответчика у суда нет никаких оснований полагать, что начисленные и фактически выплаченные истцу премии не входят в систему оплаты труда, поскольку на это прямо указано в трудовом договоре, заключенном гораздо позднее утверждения представленного ответчиком Положения об оплате труда, премировании и дополнительных выплатах. Следовательно, применению в настоящем случае подлежат условия трудового договора, предусматривающие премию как часть системы оплаты труда истца.

Основан данный вывод и на том, что премии истцу выплачивались по решению работодателя за достигнутые результаты и показатели, что явно свидетельствует о том, что выплата этих премий связана непосредственно с осуществлением истцом его трудовых обязанностей.

Поскольку ни одной из сторон не представлено соответствующего требованиям законодательства расчета среднего дневного заработка и компенсации за неиспользованные дни отпуска, суд производит этот расчет самостоятельно, основываясь на расчетных листах, предъявленных сторонами.

Размер денежной компенсации в соответствии с требованиями ст.139 ТК РФ и утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 Порядка исчисления средней заработной платы (п.10) с учетом среднего заработка в (начисленная за предшествующий месяцу увольнения последний рабочий год заработная плата в 702 912 рублей 39 копеек (за исключением оплаты больничных и отпусков): 12 : 29,3 =) 1 999 рублей 18 копеек составит (1 999,18 х 106,6 =) 213 112 рублей 59 копеек. 

Истцу же начислено 70 699 рублей 58 копеек, остаток составляет (213 112,59 – 70 699,58 =) 142 413 рублей 01 копейку. С учетом того, что работодатель произвел не оспариваемое истцом удержание 14 606 рублей 53 копеек за спецодежду, остаток составит 127 806 рублей 48 копеек. 

Однако, поскольку истец просит взыскать компенсацию в размере 102 926 рублей 53 копейки, а оснований для выхода за пределы заявленных им требований суд не усматривает, взысканию в пользу истца подлежит именно эта сумма.

О применении срока исковой давности по отношению к этим требованиям ответчиком не заявлено.

Требование о ее выплате истец предъявил, обратившись в суд с настоящим иском, однако оно до дня рассмотрения дела удовлетворено не было.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом с достоверностью установлено, что оснований для невыплаты истцу требуемой им части компенсации за неиспользованные дни отпуска у работодателя не имелось, следует признать, что ответчик допустил нарушение прав работника. Поэтому требования истца о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

При определении размера такой компенсации суд учитывает конкретные обстоятельства дела (с предусмотренным ТК РФ письменным требованием о выплатах истец к ответчику не обращался), незначительность периода нарушения прав истца (с момента, когда ответчику стало известно о требованиях истца о доплате – 25 октября 2017 года, по день рассмотрения дела – 9 ноября 2017 года) и приходит к выводу о возможности взыскания с ответчика в пользу истца 2 000 рублей.

В соответствии со ст.98 и 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а также расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Стороной истца в связи с обращением в суд с настоящим иском понесены расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей, что подтверждается представленной истцом квитанцией серии АК № 000182 от 18 октября 2017 года. Истцу оказаны услуги по консультированию, подготовке иска и заявления о выдаче документов, представлению его интересов в суде. С учетом сложности настоящего дела, результата его рассмотрения дела, а также требований разумности и справедливости, сложившейся в регионе стоимости подобного рода услуг, суд полагает, что взысканию с ответчика подлежат расходы истца по оплате юридических услуг в размере (102 926,53 х 25 000 : 120 015,32 =) 21 440 рублей.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В силу ст.393 ТК РФ работники освобождены от судебных расходов по трудовым спорам, а судом признаны обоснованными требования о взыскании 102 926 рублей 53 копеек и компенсации морального вреда, поэтому взысканию с ответчика подлежит государственная пошлина в размере (300 + (102 926,53 – 100 000) : 100 х 2 + 3 200 =) 3 559 рублей, которая в соответствии с ч.2 ст.61.1 БК РФ должна быть зачислена в бюджет муниципального района. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованные дни отпуска в размере 102 926 рублей 53 копейки, 2 000 рублей в счет компенсации морального вреда и судебные расходы в размере 21 440 рублей, всего 126 366 (сто двадцать шесть тысячи триста шестьдесят шесть) рублей 53 копейки.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» государственную пошлину в размере 3 559 (три тысячи пятьсот пятьдесят девять) рублей в бюджет муниципального образования город Ноябрьск.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи жалобы через Ноябрьский городской суд.