Судья Каргаполова Г.А. 

Дело № 22К-5768

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 19 ноября 2025 года

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего судьи Погадаевой Н.И., 

при секретаре Рожневой А.Д., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Андрюковой Л.В. в защиту обвиняемой Р. на постановление Индустриального районного суда г. Перми от 14 ноября 2025 года, которым

Р., дата рождения, уроженке д.****, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть до 13 января 2026 года. 

Изложив содержание постановления суда, существо апелляционной жалобы, заслушав адвоката Андрюкову Л.В. в защиту обвиняемой Р. по доводам жалобы, мнение прокурора Климовой И.В. об оставлении постановления без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

13 ноября 2025 года следователем следственного отдела по Индустриальному району г. Перми СУ СК России по Пермскому краю возбуждено уголовное дело в отношении Р. по ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту умышленного причинения смерти К.

В этот же день по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ Р. задержана, и ей предъявлено обвинение в умышленном убийстве по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Следователь следственного отдела по Индустриальному району г. Перми СУ СК России по Пермскому краю Д. с согласия исполняющего обязанности руководителя следственного органа обратилась в суд с ходатайством об избрании в отношении Р. меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть по 13 января 2025 года.

Судом принято изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе адвокат Андрюкова Л.В., считая постановление суда незаконным и необоснованным, указала, что выводы суда не соответствуют разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», согласно которым в качестве оснований для применения меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения подозреваемым, обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения иной меры пресечения. В частности, о возможности лица скрыться от следствия или суда на первоначальных этапах производства по делу может свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, либо нарушение лицом ранее избранной меры пресечения, а также факты продажи принадлежащего на праве собственности имущества, наличие за границей источника дохода, гражданства иностранного государства, отсутствие в Российской Федерации постоянного места жительства, работы, семьи. Вывод о том, что лицо может продолжить заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом наличия непогашенной судимости, а о возможности оказания обвиняемым воздействия на свидетелей или иных участников уголовного судопроизводства могут свидетельствовать угрозы данным лицам со стороны обвиняемого и его родственников, предложение выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу, предъявление обвинения в совершении преступления в составе организованной группы или преступного сообщества. Считает, что никаких реальных доказательств, свидетельствующих о возможности выполнения обвиняемой Р. указанных действий, следствием не представлено и судом в решении не приведено. Обращает внимание, что она скрываться, вмешиваться в ход следствия и продолжать заниматься преступной деятельностью не намерена, свою причастность к инкриминируемому деянию признала, оспаривает лишь наличие умысла на причинение потерпевшему смерти, вышла из окна не в целях скрыться, а испугавшись, что К. вернулся, чтобы ей отомстить, т.к. ранее ее избивал. Отмечает, что следствием указанные обстоятельства не опровергнуты, при этом все необходимые первоначальные следственные действия проведены, свидетели допрошены, и повлиять на их показания Р. не может. Обращает внимание на возраст Р., состояние ее здоровья, в частности повреждение ноги, сотрясение головного мозга, наличие иных хронических заболеваний, на учете врачей нарколога и психиатра она не состоит, имеет престарелую мать, которой оказывала помощь. Просит избрать ей иную, более мягкую меру пресечения. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый (подозреваемый) скроется от органов дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при избрании меры пресечения учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого: его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 28.02.2025 № 13-ФЗ) заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом соблюдены.

Принимая решение об избрании Р. меры пресечения в виде заключения под стражу, судья принял во внимание положения ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ, а также учел тяжесть и обстоятельства преступления, в совершении которого она обвиняется, проверил наличие в представленных материалах сведений, подтверждающих обоснованность подозрения ее в причастности к инкриминируемому преступлению и законность задержания.

Учитывая, что Р. обвиняется в совершении умышленного преступления против личности, наказание за которое предусмотрено до 15 лет лишения свободы, а также обстоятельства расследуемого дела, данные о личности обвиняемой, употребляющей спиртные напитки, ее поведение после совершения инкриминируемого деяния – принятие мер к сокрытию следов преступления (замыла следы крови, сложила окровавленное белье в стиральную машину), пыталась скрыться от правоохранительных органов, выпрыгнув из окна, доводы следователя и выводы судьи о наличии риска, что она скроется под страхом грозящего наказания в случае осуждения за совершение особо тяжкого преступления, окажет воздействие на свидетелей, являющихся ее соседями по коммунальной квартире, продолжит противоправную деятельность, учитывая, что употребляет спиртные напитки и в состоянии опьянения свои действия не контролирует, о чем свидетельствуют показания Ш., иным образом может воспрепятствовать производству по делу, предварительное следствие по которому находится на первоначальном этапе, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, являются обоснованными. 

Указанная позиция соответствует и разъяснению, данному в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (в редакции от 27.05.2025) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», согласно которому на первоначальном этапе производства по уголовному делу, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, может быть обоснован лишь тяжестью предъявленного обвинения (подозрения) и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Вопреки доводам жалобы, применяя самую строгую меру пресечения, судья располагал сведениями о семейном и имущественном положении Р., ее занятости и наличии престарелой матери, но, исходя из представленных материалов сделал правильный вывод о невозможности избрания ей на первоначальном этапе расследования иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, в том числе в виде домашнего ареста, исполнение которого по месту ее проживания, являющегося местом совершения преступления, невозможно в силу риска утраты следов преступления и доказательств, сбор которых не завершен.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 110 УПК РФ предусмотрено изменение меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую при выявлении у подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей.

По Правилам медицинского освидетельствования подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 года № 3 (в редакции от 23.06.2025), решение о направлении подозреваемого или обвиняемого на медицинское освидетельствование принимается следователем или органом, в производстве которого находится уголовное дело, либо начальником места содержания под стражей по письменному обращению подозреваемого или обвиняемого, либо его законного представителя или защитника о наличии у подозреваемого или обвиняемого тяжелого заболевания, включенного в Перечень заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, подтвержденного медицинскими документами, а также по ходатайству руководителя медицинского подразделения места содержания под стражей или лечебно-профилактического учреждения уголовно-исполнительной системы.

Данных о наличии у Р. заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, в судебном материале не имеется и не подтверждается представленной 18 ноября 2025 года филиалом «Медицинская часть № 14» ФКУЗ МСЧ-59 ФСИН России информацией, согласно которой состояние здоровья Р. оценивается как относительно удовлетворительное, без отрицательной динамики, она находится под наблюдением медицинских работников.

Ссылка в жалобе на то, что Р. наступление смерти потерпевшего не желала, напрямую связана с вопросом о доказанности вины и правильности квалификации ее действий и предметом рассмотрения при решении вопроса об избрании меры пресечения не является.

Судебное решение об избрании Р. меры пресечения в виде заключения под стражу основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и полученных из объяснений должностного лица, участвующего в расследовании уголовного дела, принято в соответствии с требованиями ст. 108 УПК РФ, с соблюдением всех норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок разрешения вопросов о мере пресечения.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении дела судом первой инстанции, в результате апелляционного рассмотрения не выявлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Индустриального районного суда г. Перми от 14 ноября 2025 года в отношении Р. оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Андрюковой Л.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий