04RS0022-01-2020-001111-26

Уголовное дело № 1-42/2021

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Тарбагатай 10 марта 2021 года

Тарбагатайский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Шурыгина Е.И. единолично,

при секретаре судебного заседания Балдановой Г.Б.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Тарбагатайского района Васильевой В.В.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Степанова А.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

а также потерпевшей А.Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, 

<

анкетные данные>, судимого:

- 27.10.2010 Прибайкальским районным судом Республики Бурятия (с учетом постановления Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015) по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 7 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

- 27.10.2010 Прибайкальским районным судом Республики Бурятия (с учетом постановления Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015) по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

- 28.02.2011 Железнодорожным районным судом г. Улан-Удэ по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменены условные осуждения по приговорам Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 27.10.2010, от 27.10.2010. На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговорам Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 27.10.2010, от 27.10.2010 окончательно назначено (с учетом постановления Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015) 3 года 4 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- 19.04.2011 Советским районным судом г. Улан-Удэ по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 28.02.2011 окончательно назначено (с учетом постановления Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015) 8 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- 03.09.2013 Прибайкальским районным судом Республики Бурятия по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Советского районного суда г. Улан-Удэ от 19.04.2011 окончательно назначено (с учетом постановления Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015) 8 лет 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 09.07.2019 освобожден по отбытию наказания.

27.02.2019 решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ установлен административный надзор сроком на 3 года;

- 10.09.2020 Советским районным судом г. Улан-Удэ по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление против жизни при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 час. до 21 час. в доме по адресу: 

<

адрес>, между Ф.С.А. и ФИО1 произошла ссора, в ходе которой у Ф.С.А. ударил рукой по голове ФИО1 В этот момент у ФИО1 на почве внезапно возникшей личной неприязни возник преступный умысел на убийство Ф.С.А.

С этой целью, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти Ф.С.А. и желая этого, ФИО1, находясь там же и в то же время, нанес Ф.С.А. кулаками обеих рук не менее 7 ударов в область головы. После этого, продолжая свои действия, направленные на причинение Ф.С.А. смерти, находясь там же и в то же время, ФИО1 обхватил руками шею Ф.С.А. и стал сдавливать её, перекрывая поступление кислорода в легкие Ф.С.А.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Ф.С.А. следующие телесные повреждения: механическую асфиксию, развившуюся в результате сдавления органов шеи пальцами рук: полный поперечный перелом левого большого рога подъязычной кости, кровоизлияния в корень языка слева, мягкие ткани голосовой щели, подъязычной кости, в мышцы шеи справа и слева, отек голосовой щели с кровоизлияниями, эмфизему легких с признаками быстро наступившей смерти, множественные точечные кровоизлияния в конъюктиву век, точечные кровоизлияния под висцеральную плевру и эпикард (пятна Тардье), полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови, которое по своим свойствам расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть комнпесировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние); кровоподтек верхнего века левого глаза, кровоподтек и 2 ссадины лобной области справа, кровоподтек нижнего века правого глаза, 2 кровоподтека правой щечной и скуловой областей, которые по своим свойствам расцениваются как не причинившие вреда здоровью человека.

В результате преступных действий ФИО1 от полученных телесных повреждений Ф.С.А. скончался на месте.

Смерть Ф.С.А. наступила в результате механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов шеи пальцами рук, сопровождавшейся полным поперечным переломом левого большого рога подъязычной кости, кровоизлияниями в корень языка слева, мягкие ткани голосовой щели, подъязычной кости, в мышцы шеи справа и слева, отеком голосовой щели с кровоизлияниями, эмфиземой легких и признаками быстро наступившей смерти (множественные точечные кровоизлияния в конъюктиву век, точечные кровоизлияния под висцеральную плевру и эпикард (пятна Тардье), полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови).

Подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении признал частично, суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ распивал спиртное в 

<

адрес>. После того, как он с А.Н.Ю. сходили в магазин, О.Н.В. пожаловалась им, что к ней приставал его отец Ф.С.А.. Около 20-21 час. он подошел к Ф.С.А., который лежал на диване в зале, чтобы поговорить об этом факте. В доме в это время также находились О.Н.В., А.Н.Ю., Ф.Д.С.. Между ним и его отцом произошел конфликт, в ходе которого Ф.С.А. нанес ему удар по уху тыльной стороной кисти. Он поднял Ф.С.А., после чего нанес ему не более 3-4 ударов по лицу. Ф.С.А. пытался нанести еще удары, толкал его, поэтому он защищался от нападения Ф.С.А.. После последнего удара Ф.С.А. потерял сознание, упал на спину около дивана. Он положил Ф.С.А. на диван на левый бок, в этот момент в дом зашла А.Н.Ю.. Ф.С.А. дышал, но в себя не приходил. После драки у Ф.С.А. были кровоподтеки с правой стороны лица, кровь не шла. Драка длилась не более 3-4 минут. Допускает, что, нанося удары, он попал Ф.С.А. в шею. Цели убийства Ф.С.А. не преследовал, желал успокоить его. Того, что от его ударов Ф.С.А. может скончаться, не допускал. Во время драки на Ф.С.А. не садился, не душил его. Отметил, что на одежде Ф.С.А. не обнаружено его биологических следов. В момент драки он (ФИО1) находился в средней степени тяжести алкогольного опьянения, однако осознавал свои действия. Ф.С.А. находился в легкой степени алкогольного опьянения. Когда началась драка, О.Н.В. находилась на диване возле Ф.С.А., А.Н.Ю. – в кресле рядом с ним (ФИО1), Ф.Д.С. – на веранде, зашел в дом только после А.Н.Ю.. Во время драки А.Н.Ю. остановить его (ФИО1) не пыталась, ударов ей он не наносил. После драки О.Н.В. и А.Н.Ю. вышли на веранду. Он также после драки вышел на веранду, где уснул. Утром ДД.ММ.ГГГГ он спросил у А.Н.Ю. про Ф.С.А., пошел его будить, однако обнаружил, что тот умер. После этого он (ФИО1) уехал в 

<

адрес>, где был задержан сотрудниками уголовного розыска. Считает, что его опьянение не повлияло на причину возникновения драки, поскольку такой же конфликт мог произойти у них и в трезвом состоянии.

Судом в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя ввиду существенных противоречий частично оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в ходе очной ставки с потерпевшей А.Н.Ю., из которых следует, в ходе ссоры Ф.С.А. резко поднялся с дивана в положение сидя, ударил его в ухо. Они оба встали на ноги, и он (ФИО1) нанес Ф.С.А. не менее 4 ударов по лицу, допускает, что мог при нанесении ударов кулаками попасть Ф.С.А. в шею. От ударов Ф.С.А. потерял равновесие и сел на пол у дивана. Он помог Ф.С.А. сесть на диван, они поговорили, после чего Ф.С.А. лег спать на диван, а он (ФИО1) ушел из дома (л.д. 217-222).

Оглашенные показания подсудимый ФИО1 подтвердил. Показал, что у Ф.С.А. были люди, с которыми тот был в конфликтных отношениях – З.Л.А., А.Н.. Он (ФИО1) не просил А.Н.Ю. высказывать какие-то иные версии произошедшего. Н.А.С. о произошедшем сообщил он. Если бы преступление совершил он, то скрылся бы от правосудия. Считает, что преступление могла совершить А.Н.Ю., а также то, что Ф.С.А. мог умереть от иного ударного воздействия. Он (ФИО1) в тот день выпил полбутылки вина, полторы бутылки пива, 1-2 рюмки водки, события дня помнил, в том числе на следующее утро. Когда он проснулся около 08 час., дверь на веранду была открыта. Ночью он не просыпался, посторонних шумов не слышал. Когда пошел будить Ф.С.А., тот лежал в том же положении, в котором он (ФИО1) его положил, обычно Ф.С.А. спал в этой же позе. Также при Ф.С.А. был мобильный телефон, который наутро достал К.Н.С. – сын А.Н.Ю.. Поставил под сомнение выводы ситуационной экспертизы, поскольку она была сделана с учетом неверных показаний, а также ввиду отсутствия на теле Федосова следов удушения. Считает, что Ф.С.А. погиб из-за перелома подъязычной кости. Указал, что труп Ф.С.А. был обнаружен на боку, что невозможно в случае его удушения. Считает показания потерпевшей ложными, поскольку она говорила ему (ФИО1), что Ф.С.А. ночью вставал, ел суп. Также указал на психическую недоразвитость несовершеннолетнего свидетеля Ф.Д.С. 

Несмотря напоказания ФИО1 его вина в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей по делу, заключениями экспертов, протоколами осмотра мест происшествия, а также совокупностью других доказательств.

Потерпевшая А.Н.Ю. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она, Ф.С.А., ФИО1, О.Н.В., Е.А.С. и Б.В.И. распивали спиртное у нее дома. В обеденное время она пошла в магазин вместе со ФИО1 и своим сыном Ф.Д.С.. Когда они вернулись из магазина О.Н.В. сидела за оградой дома, сказала, что Ф.С.А. домогался до неё. После этого О.Н.В. увела ФИО1 мыться к бане, после чего Скобяев вернулся в возбужденном состоянии, стал ругаться с Ф.С.А., который до этого спал в зале. Она в это время была со своим сыном Ф.Д.С. на кухне, из которой видно, что происходит в зале. В ходе ссоры ФИО1 прыгнул на Ф.С.А., прижал ему ноги, стал его бить кулаками обеих рук, ударил не менее 5-6 раз, Ф.С.А. пытался защищаться. Затем ФИО1 схватил руками Ф.С.А. за шею, стал его душить. Она подбежала к ним и попыталась их разнять, однако ФИО1 ударил ее локтем, отчего она присела. Ее сын Ф.Д.С., который сидел за кухонным столом, увидев это, закричал. Она взяла Ф.Д.С. и увела его из дома. Примерно через пять минут она вернулась в дом и увидела, что ФИО1 сидел в зале в кресле, а Ф.С.А. лежал на диване на левом боку, подогнув ноги, которые были укрыты пледом. ФИО1 сказал ей, что Ф.С.А. спит, поэтому она не подходила к нему до следующего утра. Повреждений на Ф.С.А. она не видела, потому что он лежал лицом к спинке кресла. ФИО2 Ф.С.А. не издавал. О.Н.В. ушла от них около 20 час. 30 мин. по её просьбе. ФИО1 в это время спал на кресле рядом с Ф.С.А.. Около 21 час. она легла спать с Ф.Д.С.. Ночью ФИО1 подходил к ней и спрашивал, где О.Н.В., затем ушел спать в кладовку. ДД.ММ.ГГГГ утром она проснулась и курила на крыльце. Туда вышел ФИО1 и спросил у неё о причине произошедшего между ним и Ф.С.А. конфликта, поскольку не помнил этого. Она рассказала ФИО1, как все происходило накануне, он пошел извиняться перед Ф.С.А.. Скобяев выбежал и сказал, что Ф.С.А. умер, при этом сам был испуган. Она подошла к Ф.С.А., его тело было окоченевшим, были следы запекшейся крови из носа, царапины на лбу и переносице. Они испугались и, взяв Ф.Д.С., ушли к её старшей дочери. Оставив Ф.Д.С. там, они вернулись домой, чтобы вызвать скорую помощь и полицию, что сделали около 10 час. Она хотела позвонить раньше, однако ФИО1 просил её не делать этого, потому что боялся понести ответственность за убийство. Своей дочери изначально она сказала, что между Ф.С.А. и ФИО1 произошла драка, не говорила о том, что ФИО1 душил Ф.С.А.. ФИО1 попросил её сказать полиции, что между ними произошла драка, после которой она выгнала ФИО1 и тот уехал. На тот момент они считали, что Ф.С.А. умер по другим причинам, а не из-за удушения. В тот же день после обеда ФИО1 приехал к ней, был пьян, угроз не высказывал, уснул в кладовке. Она вызывала сотрудников полиции. После этого Скобяев вновь уехал, кто-то увез его на остановку. В настоящее время на неё оказывают давление сестры ФИО1, требуют изменить показания. Охарактеризовала ФИО1 как хозяйственного в трезвом состоянии, агрессивного – в нетрезвом, однако ни с ней, ни с детьми он не конфликтовал. 

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству подсудимого и его защитника с согласия сторон в связи с существенными противоречиями были частично оглашены показания потерпевшей А.Н.Ю., данные ею в ходе предварительного следствия, из которых следует, что утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привел к ним домой Е.А.С. и Б.В.И., с которыми они стали распивать водку. Также показания были оглашены в части драки между Ф.С.А. и ФИО1, а именно в той части, что она вошла в зал, когда Скобяев вскочил с кресла и сел сверху на Ф.С.А., начав бить его руками по лицу. Она попыталась оттащить ФИО1, однако он оттолкнул её. После этого она вышла из дома с ребенком. После случившегося между ФИО1 и Ф.С.А. ФИО1 примерно через 3 минуты вышел из дома и закурил (л.д. 138-142).

Оглашенные показания потерпевшая А.Н.Ю. подтвердила частично – в части времени появления в доме Е.А.С. и Б.В.И.. В части того, что Скобяев вышел из дома после произошедшего с Ф.С.А. конфликта, оглашенные показания не подтвердила. Пояснила, что не говорила на первоначальном допросе о том, что ФИО1 душил Ф.С.А., потому что считала, что Ф.С.А. умер не из-за удушения, хотела помочь ФИО1. Угроз убийством ФИО1 Ф.С.А. не высказывал. Также дополнила, что в момент, когда переворачивали труп Ф.С.А., в доме были сотрудники полиции и сестры ФИО1. Её старший сын труп не переворачивал, он только хотел достать телефон из одежды Ф.С.А.. До приезда полиции положение трупа не менялось. Считает, что ФИО1 не желал смерти Ф.С.А.. Пояснила, что ФИО1 в тот день был в тяжелой степени опьянения, в течение дня употреблял водку. На протяжении ночи с 23 на 24 июля к ним в дом никто не заходил. Её не смутило, что Ф.С.А. лежал всю ночь в одном положении, поскольку в нетрезвом состоянии он всегда спал именно так. Пояснила, что претензий к подсудимому не имеет, просит строго его не наказывать.

Свидетель Н.А.С. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов утра к ней домой пришли её мать А.Н.Ю. с сыном Ф.Д.С.. Также с ними был ФИО1, который к дому не подходил. А.Н.Ю. оставила ребенка, попросила взять телефон и прийти к ней. А.Н.Ю. и ФИО1 сообщили ей, что умер Ф.С.А.. Изначально ей сказали, что Ф.С.А. где-то подрался, они между собой поругались, после чего Ф.С.А. лег спать. ФИО1 ей сказал, что между ними была драка, он к смерти отца не причастен, однако его захотят привлечь. Она (Н.А.С.) пошла с А.Н.Ю. и ФИО1 домой к матери, откуда вызвали полицию и скорую помощь. В дом заходили втроем. Труп Ф.С.А. лежал на диване на левом боку на краю дивана – так обычно спал Ф.С.А.. Телесных повреждений на трупе она не видела. Ее брат К.Н.С. пришел позже, он достал телефон из одежды Ф.С.А. и отдал его А.Н.Ю.. Когда он расстегнул куртку на трупе, она увидела трупные пятна, которые она сначала приняла за синяки. Когда она вышла на улицу, ФИО1 уже ушел, его увез А.. Также при транспортировке трупа в морг она видела у Ф.С.А. синяк под глазом и царапины на лице, из носа постоянно шла кровь. Мать давала объяснения сотрудникам полиции о том, что Ф.С.А. ушел из дома, его где-то побили, затем он вернулся домой и лег спать. Позже от матери она узнала, что ФИО1 душил Ф.С.А., о чем та говорила при проведении ее опроса с использованием полиграфа. Затем ФИО1 ей говорил, что он дрался с Ф.С.А., однако между ними и раньше случались драки. Характеризует ФИО1 как адекватного, спокойного в трезвом состоянии и неуправляемого – в нетрезвом. Указала, что перед судебным заседанием ей угрожали сестры ФИО1, требовали поменять показания, о чем она писала заявление участковому уполномоченному полиции.

Свидетель Б.В.И. суду показал, что соседа Ф.С.А. знал под прозвищем «Б.» около 7 лет. Незадолго до произошедшего, в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 попросил у него различные инструменты для ремонта. Он (Б.В.И.) одолжил им инструменты на три дня, а затем инструменты забрал. В тот день в доме Ф.С.А. они употребляли спиртное, в доме были сам Ф.С.А., его жена, ФИО1 и его сожительница, а также маленький ребенок. После того, как он (Б.В.И.) выпил, он ушел, находился у них примерно час. Никаких конфликтов не помнит. Помнит, что Ф.С.А., принеся бутылку водки и бутылку пива, ушел спать, это было около 17 час. Ф.С.А. был одет в зеленую пятнистую куртку, брюки и ботинки, телесных повреждений на нем не было. На следующий день он узнал, что Ф.С.А. умер. После этого он в доме А.Н.Ю. не был.

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству подсудимого и его защитника с согласия сторон в связи с существенными противоречиями были частично оглашены показания свидетеля Б.В.И., данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ, проходя мимо дома Ф.С.А., он услышал, как плачет А.Н.Ю., которая сообщила ему, что Ф.С.А. умер. Он (Б.В.И.) зашел в дом, проверил пульс у Ф.С.А. и понял, что тот действительно скончался (л.д. 164-166).

Оглашенные показания свидетель Б.В.И. подтвердил, объяснив возникшие противоречия проблемами с памятью после ДТП. Дополнил, что труп Ф.С.А. лежал на боку лицом к стене.

Свидетель О.Н.В. суду показала, что ФИО1 – её сожитель, с которым она проживала в 

<

адрес> в одном доме с А.Н.Ю. и её сыном. В день произошедшего, в ДД.ММ.ГГГГ, они распивали спиртное – пиво и водку, все были в состоянии алкогольного опьянения. В вечернее время, когда она (О.Н.В.) находилась в зале, А.Н.Ю. занималась домашними делами, в зале между ФИО1 и Ф.С.А. произошла ссора, в ходе которой ФИО1 ударил Ф.С.А. в область лба и носа. Ф.С.А. в это время лежал на спине на диване, ФИО1 подошел к Ф.С.А. и стоя нанес удар, на Ф.С.А. не садился. Что происходило дальше, не знает, поскольку сразу же ушла в 

<

адрес>. Причину конфликта между ФИО1 и Ф.С.А. не помнит. Между нею и Ф.С.А. конфликтов не было, однако Ф.С.А. к ней приставал, предлагал вступить в интимную связь, когда ФИО1 и А.Н.Ю. ходили в магазин. По этой причине она выбежала из дома и дождалась, когда придут ФИО1 с А.Н.Ю.. Она ФИО1 не говорила, почему она находится на улице, однако ФИО1 догадался, потому что подобные предложения от Ф.С.А. поступали и ранее. Примерно через день А.Н.Ю. сообщила ей, что Ф.С.А. убили. Она поняла, что это сделал ФИО1. Охарактеризовала ФИО1 положительно, однако отметила, что он вспыльчив. 

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ судом были частично оглашены показания свидетеля О.Н.В., данные ею в ходе предварительного следствия, из которых следует, что она рассказала ФИО1 о том, что Ф.С.А. приставал к ней и просила ФИО1 поговорить с Ф.С.А. по этому поводу (л.д. 168-170). 

Оглашенные показания свидетель О.Н.В. подтвердила. 

Свидетель З.Л.А. суду показал, что о произошедшем ему известно только со слов А.Н.Ю., с которой он ранее сожительствовал. Она позвонила ему примерно ДД.ММ.ГГГГ и попросила помочь с организацией похорон мужа. Он помогал ей по дому на второй или третий день после похорон. Она ему сказала, что ФИО1 стал ругаться с Ф.С.А., конфликт перерос в драку, в ходе которой ФИО1 стал душить Ф.С.А.. Она пыталась их разнять, однако ФИО1 её ударил, отчего она упала. Из-за этого заплакал ребенок. Она взяла ребенка и вышла с ним на улицу. После этого она зашла домой, ФИО1 сидел в кресле, а Ф.С.А. лежал на диване. Охарактеризовал А.Н.Ю. как спокойную женщину. Она никогда его не обманывала, поэтому он доверяет её словам. 

Свидетель Р.В.Л. суду показала, что А.Н.Ю. – её свекровь. Подсудимый жил с ней, ее мужем и их сыном с ДД.ММ.ГГГГ. Со слов свекрови ей известно, что ФИО1 часто употреблял спиртное, устраивал скандалы, иногда дрался. После гибели Ф.С.А. она была у А.Н.Ю. на следующий день, дату не помнит. А.Н.Ю. рассказала ей, что между Ф.С.А. и ФИО1 произошла драка, в ходе которой ФИО1 душил Ф.С.А.. Это произошло на диване в зале. А.Н.Ю. пыталась их разнять, однако ФИО1 ударил её в грудь локтем, та от удара присела. Затем А.Н.Ю. забрала ребенка и вышла из дома. Примерно через 5 минут А.Н.Ю. зашла в дом. ФИО1 сидел в кресле, а Ф.С.А. лежал на диване. ФИО1 сказал, что тот спит. О том, что Ф.С.А. умер, поняли только на следующее утро, это обнаружил ФИО1. Ф.С.А. лежал в том же положении. А.Н.Ю. ту ночь спала с ребенком в комнате. После обнаружения трупа А.Н.Ю. с ребенком и ФИО1 пошли к Н.А.С., с ее помощью вызвали полицию. Охарактеризовала Ф.С.А. как спокойного, неконфликтного.

Допрошенный по ходатайству стороны защиты свидетель Д.А.Д. суду показал, что состоит в должности участкового уполномоченного полиции О МВД РФ по Тарбагатайскому району. По роду своей деятельности он знал ФИО1, а также Ф.С.А. и А.Н.Ю., состоявших на профилактическом учете. Они проживали в 

<

адрес>, ранее 

<

адрес> обслуживалось им, на момент происшествия – участковым Х.. По рассматриваемому уголовному делу он выезжал на место происшествия в составе следственно-оперативной группы. О произошедшем ему сообщил участковый Х., тому стало известно, насколько он помнит, из дежурной части. Труп Ф.С.А. находился в зале на диване или кровати. ФИО1 на месте не было. Звонила ли ему А.Н.Ю., не помнит.

В соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон оглашены показания неявившегося свидетеля Е.А.С., из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ утром он пришел домой к Ф.С.А. для совместного употребления спиртного. Там были сам Ф.С.А., его супруга А.Н.Ю., ФИО1 и его сожительница О.Н.В.. Они стали распивать водку и пиво. Спустя некоторое время также пришел Б.В.И.. Когда они пошли в магазин, там произошел конфликт, была драка. Затем он ушел домой. На следующий день он от кого-то узнал, что Ф.С.А. умер. Когда он пришел в дом Ф.С.А., труп увезли в морг, в доме находились ФИО1 и его сестры, а также другие местные жители. Спустя несколько дней он узнал от А.Н.Ю., что ФИО1 убил Ф.С.А. (л.д. 161-163).

Из оглашенных на основании ч. 6 ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего свидетеля Ф.Д.С. следует, что ранее с ними проживал его отец Ф.С.А.. ФИО1 он ненавидит, потому что тот бил его отца, а потом задушил, когда отец лежал на диване. Он (Ф.Д.С.) в тот момент кушал на кухне. Его мать пыталась защитить отца, но ФИО1 её ударил. Дома в тот момент были отец, Владимир, мать и он (Ф.Д.С.). В т день было тепло (л.д. 179-182).

По ходатайству защитника в судебном заседании был допрошен несовершеннолетний свидетель Ф.Д.С., который показал, что ФИО1 задушил его отца, показав способ удушения (сдавил руками шею). Он (Ф.Д.С.) в это время кушал за столом. Отец в это время спал в другой комнате, где не было света. Когда он (Ф.Д.С.) это увидел, то испугался и ушел на улицу, его увела мать. Она подходила к ФИО1 и его отцу, но отец ударил её в лоб. В тот день был дождь. ФИО1 с отцом в тот день не ругались. К ФИО1 относится хорошо.

Специалист А.Л.В. суду показала, что она работает психологом службы сопровождения замещающих семей в ГБУСО «Тарбагатайский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних». У Ф.Д.С. при диспансеризации отмечена задержка психического и умственного развития. Ему 6 лет, однако речь у него не соответствует возрасту, он не знает временных, пространственных понятий, не знал цвета, геометрические фигуры. При проведении следственных действий ребенка допрашивали с её участием. Он давал те же показания, о том, что отец лежал, Владимир его душил, а он был на кухне, кушал. При допросе также присутствовала мать, она ничего не говорила, не подсказывала. Считает данные Ф.Д.С. показания правдивыми, поскольку при фантазировании ребенок будет придумывать каждый раз что-то новое, а показания Ф.Д.С. постоянны. Разночтения в показаниях относительно деталей связывает с задержкой в развитии ребенка. По ее мнению жестикуляция указывает на правдивость увиденного Ф.Д.С..

По ходатайству подсудимого ввиду существенных противоречий были частично оглашены показания специалиста А.Л.В., которая показала, что психологическое развитие Ф.Д.С. соответствует развитию, при этом ребенок усидчивый, общительный, незамкнутый, открытый, доступный общению (л.д. 183-184).

Противоречия в показаниях в части психического развития Ф.Д.С. А.Л.В. объяснила тем, что на момент допроса внешне ребенок был развит нормально, беседовал с ней, из чего она сделала вывод о соответствии возрастному развитию. Задержка психического развития была выявлена врачами в ходе диспансеризации при поступлении Ф.Д.С. в их учреждение. Его ненависть к подсудимому, возможно, была обусловлена временной близостью произошедших событий на момент допроса. При этом желание его отпустить на момент допроса в судебном заседании может быть мотивировано тем, что Ф.Д.С. скучает по ФИО1. Видеозапись во время допроса Ф.Д.С. не применялась, поскольку он терялся при виде видеокамеры. Ф.Д.С. не понимает, что его отца нет в живых, мать ему об этом не говорила. Считает, что показания Ф.Д.С. не являются заученными, потому что он не смог бы их запомнить.

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя свидетель Ш.Д.О. суду показал, что он состоит в должности заместителя руководителя Мухоршибирского МСО СУ СК РФ по РБ. В его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 Им (Ш.Д.О.) проводился допрос несовершеннолетнего свидетеля Ф.Д.С. Допрос проводился в помещении Мухоршибирского МСО СУ СК РФ по РБ при участии законного представителя свидетеля – матери А.Н.Ю., а также специалиста – психолога А.Л.В. Ребенок допрашивался по инициативе следствия, в ходе допроса давления ни на кого не оказывалось. В ходе допроса ребенок пояснил, что находился с матерью в момент совершения преступления, то есть непосредственно видел действия, которые совершал ФИО1. При этом ребенок сам сообщил, что видел, как ФИО1 душил Ф.С.А. двумя руками, и сопроводил это соответствующей жестикуляцией. Его мать пояснила, что до допроса на эту тему с ребенком никто не разговаривал. От ведения видеозаписи во время допроса отказалась мать. В ходе допроса ребенок ориентировался во времени и пространстве, сам называл фамилии ФИО1 и других. Считает, что ребенок видел конфликт, потому что демонстрировал его жестами. Протокол допроса был составлен со слов ребенка. Также показал, что версия следствия о причастности ФИО1 к совершению преступления появилась после пояснений потерпевшей. Изначально причина смерти установлена не была, проводился подворный обход для установления лиц, причастных к смерти Ф.С.А.. По поводу обнаружения под ногтями трупа следов ДНК был допрошен эксперт, который показал, что на одежде и под ногтями может находиться определенное количество следов неопределенный промежуток времени. У ФИО1 такие следы не изымались ввиду его задержания спустя продолжительное время. Иные лица на причастность к смерти Ф.С.А. в дальнейшем не проверялись, поскольку, согласно пояснениям потерпевшей, в доме на момент преступления находился ограниченный круг лиц. 

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя свидетель Ж.В.С. суду показал, что он состоит в должности старшего оперуполномоченного О МВД РФ по Тарбагатайскому району. У него в пользовании имеется сим-карта с номером №, зарегистрированная на него. Он знал Ф.С.А., ДД.ММ.ГГГГ звонил тому в 16 час. 46 мин. по местному времени с целью установления местонахождения жителей 

<

адрес> в связи с произошедшим ранее убийством, однако Ф.С.А. находился в состоянии алкогольного опьянения, не сообщил необходимую информацию. Разговор длился около трех минут. Более в этот день они не созванивались. Ф.С.А. о каких-либо скандалах, драках в тот момент ему не сообщал, посторонних звуков слышно не было. После убийства Ф.С.А. он в его дом не заходил.

Свидетель защиты П.Т.В. суду показала, что ФИО1 – её брат. Охарактеризовала его как доброго, отзывчивого, но резкого в алкогольном опьянении. Ф.С.А. – её отчим, но относилась к нему как к отцу. Ф.С.А. и ФИО1 были в хороших отношениях. А.Н.Ю. охарактеризовала как злоупотребляющую спиртным. Из-за этого алкоголем стал злоупотреблять и Ф.С.А.. Между Ф.С.А. и А.Н.Ю. происходили ссоры, драки. ДД.ММ.ГГГГ около 18 час. она звонила ФИО1, он был очень пьян, Ф.С.А. также был сильно пьян, она слышала его голос. На следующий день ФИО1 сообщил ей, что Ф.С.А. умер. При встрече в тот же день в 

<

адрес>, после того, как труп увезли в морг, ФИО1 сообщил, что Ф.С.А. избили, скорее всего, виноват в его смерти он, поскольку между ними была драка. А.Н.Ю. просила, чтобы она (П.Т.В.) сказала, что ФИО1 ночевал в 

<

адрес>. Также А.Н.Ю. рассказала, что ФИО1 с Ф.С.А. подрались, после чего ФИО1 уснул в кресле, Ф.С.А. лег спать на диване. Потом ФИО1 упал с кресла, а Ф.С.А. просыпался после этого, около 00 час., переступал через ФИО1. Впоследствии А.Н.Ю. говорила, что конфликт между Ф.С.А. и Скобяевым возник из-за подруги ФИО1, до которой домогался Ф.С.А.. Как ей стало известно от следователя, Ф.С.А. умер из-за перелома подъязычной кости. А.Н.Ю. просила её и её сестер сказать, что ФИО1 душил Ф.С.А.. Малолетний сын ФИО3 Ф.Д.С. знает понятие «душить», поскольку старший брат часто душил его самого.

Свидетель защиты Л.Л.В. суду показала, что ФИО1 – её брат. Охарактеризовала его положительно, считает его кормильцем. Ф.С.А. – их отец, который стал злоупотреблять спиртным после того, как стал жить с А.Н.Ю.. О смерти отца ей сообщила сестра П.Т.В. Она приехала домой к Ф.С.А., где были П.Т.В. и А.Н.Ю.. Труп Ф.С.А. лежал на диване. Затем приехали сотрудники полиции. А.Н.Ю. говорила, что они накануне употребляли спиртное, после чего легли спать. Ф.С.А. ночью вставал, ел суп, разговаривал. Также А.Н.Ю. сказала, что Ф.С.А. подрался со ФИО1, после драки ФИО1 уснул в кресле, а Ф.С.А. поел и лег спать.

Свидетель защиты З.Ю.П. суду показала, что ФИО1 – её сожитель. Охарактеризовала его как хорошего, доброго, отзывчивого, трудолюбивого, но злоупотребляющего алкоголем. Они жили в 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 часто ездил в город, постепенно переселился в 

<

адрес>.

Судом были также исследованы письменные доказательства.

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 добровольно сообщил о том, что ДД.ММ.ГГГГ он убил ФИО4 в ходе драки, возникшей из-за того, что Ф.С.А. приставал к его подруге О.Н.В. В ходе драки он нанес Ф.С.А. около 3-4 ударов в область лица, отчего тот упал на пол. После этого они успокоились. Затем он (ФИО1) и О.Н.В. вышли на веранду, а Ф.С.А. остался в зале, жалоб на здоровье не высказывал. Около 08 час. следующего утра он захотел разбудить Ф.С.А., однако тот был уже мертв, о чем он сообщил А.Н.Ю.. Это же подтверждается собственноручно написанной ФИО1 явкой с повинной (л.д. 203, 205).

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что осмотрен дом и двор, расположенные по адресу: 

<

адрес>. В ходе осмотра изъяты: срезы с ногтевых пластин трупа Ф.С.А., куртка и штаны цвета «хаки». Труп Ф.С.А. направлен в бюро СМЭ (л.д. 22-37).

Срезы ногтевых пластин, куртка и штаны цвета «хаки», изъятые в ходе вышеуказанного осмотра места происшествия, осмотрены ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст.ст. 176, 177 УПК РФ, о чем составлен соответствующий протокол (л.д. 128-130). 

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть Ф.С.А. наступила в результате механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов шеи, что подтверждается полным поперечным переломом левого большого рога подъязычной кости, кровоизлияниями в корень языка слева, мягкие ткани голосовой щели, подъязычной кости, в мышцы шеи справа и слева, отеком голосовой щели с кровоизлияниями, множественными точечными кровоизлияниями в конъюктиву век, точечными кровоизлияниями под висцеральную плевру и эпикард (пятна Тардье), полнокровием внутренних органов, жидким состоянием крови.

Обнаруженная при исследовании трупа Ф.С.А. механическая асфиксия, приведшая к смерти, образовалась в результате не менее одного воздействия твердого тупого предмета, что не исключает её (механической асфиксии) развития в результате сдавливания шеи пальцами рук.

Механическая асфиксия – это такое состояние, которое в соответствии с п. 4 Правил определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека и п. 6.2.10 Медицинских критериев к данным Правилам расценивается как тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни человека, вызвавший расстройства жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние).

Также у Ф.С.А. обнаружены кровоподтек левого глаза (1), кровоподтек правого глаза (1), кровоподтек лобной области справа (1), кровоподтеки правой щечной и скуловой области (2), ссадины лобной области (2), которые по своим свойствам расцениваются как не причинившие вред здоровью человека.

Механическая асфиксия приводит к гипоксическому поражению центральной нервной системы, проявляющемуся утратой сознания, которое в зависимости от силы и длительности воздействия (сдавления органов шеи) развивается с 1-3 минуты, после чего совершение осознанных, активных действий исключено.

Взаиморасположение потерпевшего и нападавшего(-их) могло быть любым, при котором доступны данные анатомические области, подвергшиеся травматизации.

Получение повреждения, приведшего к смерти при падении с высоты собственного роста, исключено.

Давность наступления смерти Ф.С.А. на момент исследования трупа в морге, учитывая выраженность ранних трупных явлений, может соответствовать сроку около 3-5 суток.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа Ф.С.А. обнаружен этиловый спирт в концентрации соответственно 1,3‰. Данная концентрация у живых лиц может соответствовать легкой степени алкогольного опьянения (л.д. 63-69).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на куртке, представленной на экспертизу, обнаружены смешанные следы пота и эпителиальных клеток, которые произошли от Ф.С.А. Происхождение данных следов от ФИО1 и иных лиц исключается. На брюках, представленных на экспертизу, обнаружены: следы пота и эпителиальных клеток, которые произошли от Ф.С.А. Происхождение данных следов от ФИО1 и иных лиц исключается; смешанные следы пота и эпителиальных клеток, которые произошли от Ф.С.А. и еще одного неизвестного лица мужского генетического пола. Происхождение данного следа от ФИО1 исключается. Из четырех срезов ногтевых пластин Ф.С.А. представленных на экспертизу: на трех срезах обнаружен биологический (генетический) материал, который произошел от Ф.С.А. Происхождение данных следов от ФИО1 и иных лиц исключается; на одном срезе обнаружен биологический (генетический) материал, который произошел от Ф.С.А. и еще одного неизвестного лица мужского генетического пола. Происхождение данных следов от ФИО1 исключается (л.д. 77-88).

Из протокола допроса специалиста С.В.А., оглашенного по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что смешанные следы пота и эпителиальных клеток могли образоваться или могли быть оставлены в любой временной интервал. При этом установить давность образования следов в рамках экспертизы по исследованию ДНК не представилось возможным. При этом образование контактных следов (следов пота и эпителиальных клеток) возможно как непосредственно от лица (лиц), так и от предметов, на которых находились биологические следы иных лиц (л.д. 176-177).

В соответствии с заключением ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ:

Непосредственной причиной смерти Ф.С.А. явилась механическая асфиксия, развившаяся в результате сдавления органов шеи пальцами рук, сопровождавшейся полным поперечным переломом левого большого рога подъязычной кости, кровоизлияниями в корень языка слева, мягкие ткани голосовой щели, подъязычной кости, в мышцы шеи справа и слева, отеком голосовой щели с кровоизлияниями, эмфиземой легких и признаками быстро наступившей смерти (множественные точечные кровоизлияния в конъюктиву век, точечные кровоизлияния под висцеральную плевру и эпикард (пятна Тардье), полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови).

В данном случае перелом левого большого рога подъязычной кости образовался в результате бокового сдавления пальцами рук на стороне непосредственного воздействия в область левого большого рога подъязычной кости, что подтверждается сгибательным характером перелома с формированием «зоны разрыва» костной ткани на наружной поверхности (края перелома сопоставимы, относительно ровные) и «зоны сжатия» на внутренней поверхности (края перелома зубчатые).

При травматическом воздействии (удара твердым тупым предметом) спереди в область подъязычной кости последняя смещается назад и вверх, при этом большие рога упираются в позвоночник и расходятся. Происходит разгибание костной дуги и образуются разгибательные переломы больших рогов подъязычной кости с формированием «зоны разрыва» костной ткани на внутренней поверхности, «зона сжатия» – на наружной поверхности.

Смерть Ф.С.А. при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе допроса в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте (при ударе в область шеи) исключается.

При этом повреждения в виде кровоподтека верхнего века левого глаза, кровоподтека и ссадин (2) лобной области справа, кровоподтека нижнего века правого глаза, кровоподтеков правой щечной и скуловой области (2), обнаруженные при исследовании трупа Ф.С.А., могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе допроса в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте (при нанесении ударов кулаками).

Судебно-медицинский эксперт Х.В.Ц., допрошенный в судебном заседании по ходатайству подсудимого, показал, что подъязычная кость находится в подчелюстной области, в гортани. Вывод о том, что подъязычная кость сломалась под давлением органов шеи, сделан в результате установления механизма образования перелома. Данный вывод был сделан на основании результатов вскрытия трупа. В данном случае подъязычная кость смещена не была, был установлен поперечный перелом большого рога подъязычной кости с формированием «зоны разрыва». В результате воздействия прямого удара в область подъязычной кости, от удара тупым предметом сбоку должен был образоваться другой перелом, т.е. кости должны были сломаться по разгибательному типу, поскольку в таком случае подъязычная кость сместилась бы назад либо вбок. Внешние повреждения на кожных покровах в области шеи от удушья могут не образоваться. Сгибательный перелом подъязычной кости может образоваться только в результате сдавления органов шеи.

Также государственным обвинителем от потерпевшей А.Н.Ю. и свидетелем Ж.В.С. предоставлены детализации предоставленных услуг для номеров абонентов № (абонент К.Н.С., фактический пользователь – Ф.С.А.) и № (абонент Ж.В.С.). Из указанных детализаций следует, что между ДД.ММ.ГГГГ около 16 час. 47 мин. между указанными абонентами состоялся разговор длительностью 02 мин. 06 сек. До указанного разговора у абонента № состоялся разговор около 08 час. 26 мин. длительностью 33 сек. с абонентом №, свидетель защиты П.Т.В. пояснила, что данным абонентом является она. После указанных разговоров следующий разговор у абонента № состоялся только ДД.ММ.ГГГГ около 10 час. 25 мин. длительностью 03 мин. 52 сек. с абонентом №.

Сторона государственного обвинения ссылалась также на заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 112-120) – опрос А.Н.Ю. с использованием «полиграфа». 

Однако суд считает данное доказательство недопустимым, поскольку оно добыто с нарушением требований УПК РФ. Так, указанное исследование, проведенное с использованием «полиграфа», не является доказательством по делу, поскольку проверка объективности показаний с использованием «полиграфа» уголовно-процессуальным законом не предусмотрена; данный вид исследования является результатом опроса с применением прибора, регистрирующего только психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и не может рассматриваться в качестве надлежащего и достоверного доказательства, соответствующего требованиям ст. ст. 74, 80, 204 УПК РФ.

В настоящий момент не существует научно-обоснованного подтверждения надежности и достоверности результатов подобных исследований, которые позволяли бы суду признать их доказательством по уголовному делу. Помимо этого, вывозы специалиста носят вероятностный характер.

Все остальные доказательства, представленные сторонами, являются относимыми, допустимыми, а в своей совокупности – достаточными для вынесения по делу итогового решения. По мнению суда, исследованные доказательства добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого ФИО1 в умышленном причинении смерти Ф.С.А. полностью доказана.

В основу приговора суд считает необходимым положить показания потерпевшей А.Н.Ю., а также малолетнего свидетеля Ф.Д.С., данные ими в судебном заседании, поскольку они являются последовательными, непротиворечивыми, подтверждают друг друга, а также согласуются с выводами судебно-медицинской и комиссионной медико-криминалистической судебной экспертиз о причине смерти Ф.С.А. и механизме нанесения ему повреждений, приведших к смерти.

Так, потерпевшая А.Н.Ю., а также малолетний Ф.Д.С. показали, что были очевидцами того, как ФИО1 сначала ударил, а потом руками стал душить Ф.С.А., лежавшего на диване. С учетом выводов судебно-медицинских экспертов о том, что причиной смерти Ф.С.А. явилась механическая асфиксия от сдавления шеи пальцами рук, суд приходит к убеждению о достоверности показаний указанных лиц.

На выводы суда не влияют незначительные противоречия в показаниях малолетнего Ф.Д.С. о времени происходивших событий, непоследовательности изложения им деталей происходившего ДД.ММ.ГГГГ. Как следует из показаний педагога-психолога А.Л.В., Ф.Д.С. обнаруживает отставание в умственном развитии, в связи с чем не всегда ориентируется во времени и окружающей обстановке, не может назвать имен и фамилий людей. 

Между тем, суд соглашается с мнением А.Л.В. о том, что Ф.Д.С., несмотря на имеющиеся отклонения в развитии, последовательно показывает то, каким образом ФИО1 душил Ф.С.А. Несмотря на тот факт, что на одни и те же вопросы Ф.Д.С., как ребенок, фантазирует и отвечает по-разному, на вопрос о том, что он видел ДД.ММ.ГГГГ, Ф.Д.С. каждый раз сообщает одни и те же сведения: он видел, как ФИО1 душил его отца. По мнению суда, такая последовательность в показаниях малолетнего Ф.Д.С. связана с тем, что он являлся очевидцем того, о чем говорит. 

Поэтому версия подсудимого, его защитника, а также свидетеля П.Т.В. о том, что А.Н.Ю. научила Ф.Д.С. давать такие показания, является надуманной, поскольку никакими доказательствами не подтверждена. Более того, в судебном заседании Ф.Д.С. был допрошен в отсутствие А.Н.Ю., с которой вследствие нахождения в социально-реабилитационном центре он длительное время не виделся, однако дал суду показания о том, что он видел, как подсудимый душил его отца. 

Тот факт, что потерпевшая А.Н.Ю. сразу после смерти Ф.С.А. умолчала о том, что ФИО1 душил его накануне, не опровергает выводы суда о достоверности ее показаний, данных в ходе судебного следствия. Так, А.Н.Ю. пояснила суду, что подобным умолчанием она хотела помочь ФИО1, поскольку не знала о том, что супруг скончался от удушения. Выяснив же причину смерти Ф.С.А., она стала говорить правду.

По этой причине суд отвергает доводы подсудимого, а также свидетелей П.Т.В. и Л.Л.В. о непоследовательности показаний А.Н.Ю., а также о том, что с ее слов после конфликта со ФИО1 Ф.С.А. был жив, вставал с дивана, кушал. Также суд расценивает доводы ФИО1 о его оговоре со стороны А.Н.Ю. как голословные, поскольку они ничем не подтверждены. Помимо этого, А.Н.Ю. пояснила, что неприязни к ФИО1 даже после смерти Ф.С.А. она не испытывает, перед началом допроса она была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Как следует из показаний А.Н.Ю., а также подсудимого после конфликта между ФИО1 и Ф.С.А. ДД.ММ.ГГГГ последний остался лежать на диване на боку, и был обнаружен наутро следующего дня на указанном диване в том же положении. При этом в доме кроме А.Н.Ю., ее малолетнего сына Ф.Д.С., ФИО1 и потерпевшего никого не было. Также А.Н.Ю. исключила нахождение в доме в ночное время посторонних лиц. 

При таких обстоятельствах суд приходит к убеждению о том, что в ходе возникшего конфликта ФИО1, действуя с целью причинения смерти Ф.С.А., сдавливая шею последнего руками, задушил потерпевшего, оставил его лежащим на диване и именно в таком положении Ф.С.А. был обнаружен им и А.Н.Ю. наутро.

Судом проверялись доводы подсудимого о том, что он нанес только 3-4 удара Ф.С.А. в область лица и, возможно, один или несколько из них попали в шею потерпевшего, причинив перелом рога подъязычной кости. Данные доводы ФИО1 суд отвергает как не соответствующие действительности по следующим основаниям.

Позиция ФИО1 и его защитника противоречит показаниям потерпевшей А.Н.Ю. и малолетнего свидетеля Ф.Д.С., которые показали, что видели, как ФИО1 душил руками лежавшего на кровати Ф.С.А. Объективно приведенные ФИО1 и его защитником доводы опровергаются заключением комиссионной медико-криминалистической судебной экспертизы, а также показаниями эксперта Х.В.Ц. о том, что перелом рога подъязычной кости при ударе (-ах) твердым тупым предметом (в т.ч. кулаком) в область шеи исключается. Как пояснил суду судебно-медицинский эксперт Х.В.Ц. при вскрытии трупа Ф.С.А. было установлено, что подъязычная кость смещена не была, был установлен поперечный перелом большого рога подъязычной кости с формированием зоны разрыва. В результате воздействия прямого удара в область подъязычной кости от удара тупым предметом должен был образоваться другой перелом, т.е. кости должны были сломаться по разгибательному типу, поскольку в таком случае подъязычная кость сместилась бы назад либо вбок. Сгибательный перелом подъязычной кости может образоваться только в результате сдавления органов шеи. 

Не доверять заключению медико-ситуационной экспертизы, а также показаниям судебно-медицинского эксперта Х.В.Ц. у суда оснований не имеется, поскольку проводившие экспертизу судебно-медицинские эксперты являются не заинтересованными в исходе дела лицами, обладают специальными познаниями в области судебной медицины, имеют продолжительный стаж экспертной работы, а также были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Помимо этого, суд отмечает, что выводы экспертов категоричные, научно обоснованные и мотивированные. 

Помимо этого, доводы ФИО1 о том, что он, промахнувшись, мог случайно ударить кулаком в область шеи Ф.С.А., отчего произошел перелом подъязычной кости, в результате которого Ф.С.А. скончался опровергаются выводами судебно-медицинской экспертизы трупа Ф.С.А., а также выводами ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы о том, что непосредственной причиной смерти Ф.С.А. явилась механическая асфиксия, развившаяся в результате сдавления органов шеи пальцами рук, а не перелом подъязычной кости, как указывает ФИО1 

Полный поперечный перелом левого большого рога подъязычной кости является повреждением, сопутствующим механической асфиксии и сам по себе причиной смерти Ф.С.А. не является. Как установлено экспертизой трупа Ф.С.А., механическая асфиксия приводит к гипоксическому поражению центральной нервной системы, проявляющемуся утратой сознания, которое в зависимости от силы и длительности воздействия (сдавления органов шеи) развивается с 1-3 минуты, после чего совершение осознанных, активных действий исключено. Таким образом, для наступления смерти потерпевшего от механической асфиксии необходимо длительное (от 1 до 3 минут) сдавление его шеи руками. Очевидцами такого сдавления шеи Ф.С.А. руками ФИО1 явились А.Н.Ю. и малолетний Ф.Д.С.

Несмотря на отсутствие на кожных покровах шеи Ф.С.А. каких-либо повреждений, с учетом выводов судебно-медицинских экспертов о том, что причиной смерти потерпевшего явилась механическая асфиксия от сдавления органов шеи руками, суд, с учетом показаний судебно-медицинского эксперта Х.В.Ц., приходит к выводу о том, что такие повреждения на кожных покровах (кровоподтеки, ссадины) образуются не в каждом случае удушения. Как пояснил эксперт Х.В.Ц., у Ф.С.А. таких повреждений не образовалось. 

Отсутствие на теле потерпевшего Ф.С.А. биологического материала ФИО1, наличие на ногтевых срезах потерпевшего биологического материала, принадлежащего третьему лицу, а не ФИО1, не свидетельствует о том, что ФИО1 не душил Ф.С.А., а также о том, что потерпевший был задушен третьим лицом. 

Так, как пояснил специалист С.В.А., смешанные следы пота и эпителиальных клеток могли образоваться или могли быть оставлены в любое время. При этом установить давность образования следов в рамках экспертизы по исследованию ДНК невозможно. Образование следов пота и эпителиальных клеток возможно как непосредственно от лица (лиц), так и от предметов, на которых находились биологические следы таких лиц. 

Наличие на срезах ногтевых пластин Ф.С.А. и брюках биологического материала неустановленного лица объясняется, по мнению суда, тем, что Ф.С.А. ДД.ММ.ГГГГ распивал спиртное в компании ранее знакомых лиц, до этого дня вел активный образ жизни, брал в руки различные предметы, касался руками предметов окружающей обстановки. Указанный биологический материал в подногтевом содержимом Ф.С.А. и на его брюках мог образоваться в процессе его жизнедеятельности, и его наличие не свидетельствует о невиновности ФИО1 

Также не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в убийстве Ф.С.А. отсутствие на одежде последнего биологического материала, принадлежащего подсудимому. По мнению суда, с учетом обстановки, в которой произошло убийство, того факта, что активного сопротивления при его удушении Ф.С.А. ФИО1 не оказывал, биологический материал ФИО1 на одежде потерпевшего мог не остаться. 

По указанной причине суд находит не подлежащим удовлетворению ходатайство ФИО1, поддержанное его защитником, о возвращении уголовного дела прокурору в порядке, установленном ст. 237 УПК РФ для установления иного лица, причинившего смерть Ф.С.А. Указанное ходатайство государственным обвинителем поддержано не было.

По мнению суда, стороной государственного обвинения представлено достаточно доказательств, приведённых выше, неоспоримо свидетельствующих о том, что именно ФИО1 с целью убийства Ф.С.А. обхватил шею последнего руками и сжимал ее, перекрывая доступ воздуха. В результате описанных действий ФИО1 Ф.С.А. скончался от механической асфиксии.

Таким образом, каких-либо препятствий для рассмотрения уголовного дела судом не имеется.

Установив указанные обстоятельства, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Об умысле ФИО1 на лишение жизни Ф.С.А. свидетельствует интенсивность и продолжительность сжатия им руками шеи потерпевшего. Перекрывая руками доступ кислорода к органам Ф.С.А., который был обездвижен и лежал, ФИО1 понимал, что от этого неминуемо наступит смерть Ф.С.А., и действовал именно с целью причинения такой смерти.

Оснований для прекращения уголовного дела, а также освобождения ФИО1 от уголовной ответственности и наказания суд не усматривает.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, требования разумности и справедливости, а также характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

Исследовав материал, характеризующий подсудимого, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 ранее судим, что подтверждается справкой ИЦ МВД по РБ (л.д. 250-254) и копиями приговоров Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 27.10.2010 (л.д. 257-258) от 27.10.2010 (л.д. 259-265), от 03.09.2013 (л.д. 266-268), Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 28.02.2011 (л.д. 270-272), Советского районного суда г. Улан-Удэ от 19.04.2011 (л.д. 275-281), от 10.09.2020 (л.д. 292-294), постановлений Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 02.09.2015 (л.д. 284), от 30.10.2018 (л.д. 285-287), состоит под административным надзором, что подтверждается копией решения Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 27.02.2019 (л.д. 288-289), на учете в ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер», ГБУЗ «Республиканский психоневрологический диспансер» ФИО1 не состоит (л.д. 244, 245). Согласно характеристике участкового уполномоченного полиции по месту жительства подсудимый характеризуется отрицательно (л.д. 246). По сведениям филиала «Медицинская часть №4» ФКУЗ «Медико-санитарная часть №3» УФСИН РФ состояние здоровья ФИО1 расценивается как удовлетворительное. Наблюдался в филиале по контакту с новой коронавирусной инфекцией (на 1 л.).

Принимая во внимание данные характеризующие материалы в отношении ФИО1, а также учитывая его поведение в ходе судебного разбирательства, суд признает ФИО1 вменяемым как на момент совершения преступления, так и в настоящее время, следовательно, – подлежащим уголовной ответственности.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает частичное признание им вины в ходе предварительного следствия и в судебном заседании; раскаяние в содеянном; явку с повинной; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; положительные характеристики подсудимого со стороны потерпевшей, а также свидетелей П.Т.В., Р.В.Л., Л.Л.В. З.Ю.П., Н.А.С. и О.Н.В.; мнение потерпевшей, просившей строго подсудимого не наказывать. 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд признает рецидив преступлений, который в силу положений п. «б» ч. 3 ст. ст. 18 УК РФ является особо опасным. Других обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено. 

Оценив показания ФИО1 о том, что он совершил преступление в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, однако это не явилось одним из обстоятельств, повлекших совершение преступления, суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ считает необходимым не признавать отягчающим обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Кроме того, нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения объективно ничем не доказано, медицинского или иного освидетельствования ФИО1 не проводилось, количество и крепость употребленных ФИО1 спиртных напитков в ходе предварительного следствия установлены не были. 

Определяя вид и размер назначаемого подсудимому наказания, суд не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ в связи с отсутствием исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления.

Несмотря на наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учитывая наличие отягчающего наказания обстоятельства, суд назначает ФИО1 наказание без учета положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Для достижения целей наказания, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, характеризующие его личность материалы, суд считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы. 

Принимая во внимание совокупность смягчающих обстоятельств, приведенную выше, суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, полагая, что исправление ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть обеспечены при назначении только основного наказания. 

Установив в действиях ФИО1 отягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, суд назначает ему наказание по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ. При этом с учетом обстоятельств совершенного преступления, его характера и степени общественной опасности, а также сведений, характеризующих ФИО1, суд не находит оснований для назначения наказания в соответствии с правилами ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и степень его общественной опасности суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, его характеристики по месту жительства, наличия в его действиях особо опасного рецидива преступлений, суд приходит к выводу о невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания, а потому не применяет к назначенному наказанию правила ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание по настоящему приговору ФИО1 следует в исправительной колонии особого режима. 

Принимая во внимание тот факт, что в настоящее время ФИО1 отбывает наказание по приговору Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10.09.2020, окончательное наказание ФИО1 подлежит назначению по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ – по совокупности преступлений. 

В связи с назначением ФИО1 наказания в виде лишения свободы, в целях обеспечения исполнения приговора суда, меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу следует изменить на заключение под стражу. После вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде заключения под стражей подлежит отмене.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд руководствуется правилами ст. 81 УК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с вознаграждением труда адвоката Мудаевой С.С. в ходе предварительного следствия в сумме 1 875 руб., адвоката Степанова А.В. в ходе предварительного следствия в сумме 13 125 руб. и за участие в судебном заседании в сумме 13 500 руб., возмещенные за счет средств федерального бюджета, подлежат взысканию со ФИО1, поскольку оснований для его освобождения от выплаты процессуальных издержек судом не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 299, 304, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10.09.2020 окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок окончательного наказания ФИО1 наказание, отбытое по приговору Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10.09.2020 с 27.10.2020 по 10.03.2021. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу. Заключить ФИО1 под стражу в зале суда. После вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 отменить.

В соответствии со ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 10.03.2021 до дня вступления приговора в законную силу включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Вещественные доказательства по уголовному делу, находящиеся в камере хранения Тарбагатайского районного суда – срезы с ногтевых пластин Ф.С.А., куртку, брюки – по вступлению приговора в законную силу уничтожить.

Процессуальные издержки, связанные с вознаграждением труда адвокатов Мудаевой С.С. и Степанова А.В. в сумме 28 500 рублей, возмещенные за счет средств федерального бюджета, взыскать со ФИО1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение 10 суток со дня провозглашения, а осуждённым – в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, и в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного представления или апелляционной жалобы.

Судья Тарбагатайского 

районного суда п/п Е.И. Шурыгин

Согласовано

Судья Тарбагатайского 

районного суда Е.И. Шурыгин