Заместитель председателя суда Григорьев Д.Ю.

РЕШЕНИЕ

 № 7-82/2019

(дело № 5-56/2019)

22 июля 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович 

<

адрес>, при секретаре Хандилян Л.А., с участием защитника Аштеменко В.П., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобам военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

Ацаламова Беслана Владимировича, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, подвергавшегося административным наказаниям 20 августа 2018 г. и 4 марта 2019 г. по ч. 1 ст. 12.37 и ст. 12.6 КоАП РФ соответственно, проживающего по адресу: 

<

адрес>,

на постановление заместителя председателя Будённовского гарнизонного военного суда от 6 июня 2019 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно судебному постановлению 9 марта 2019 г. на 

<

адрес> водитель ФИО1, в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, управлял транспортным средством в состоянии опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев.

В первоначальной и дополнительной жалобах, поданных в порядке пересмотра, ФИО1 просит судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование автор жалоб, ссылаясь на нормы Конституции РФ, КоАП РФ и нормативные правовые акты, утверждает, что дело рассмотрено необъективно, сделанные выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины не истолкованы в его пользу.

Так, существенно нарушен порядок привлечения к административной ответственности: сотрудник полиции, останавливая транспортное средство под его управлением, не представился и не разъяснил причину остановки, а впоследствии не проинформировал его о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения и о целостности клейма государственного поверителя.

Кроме того, в материалах дела отсутствует видеофиксация составления протоколов об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и о задержании транспортного средства, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. В протоколах процессуальных действий, в графе «понятые», отсутствует запись о понятых. При этом протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен в 19 час. 55 мин., тогда как время самого отстранения его от управления транспортным средством указано 19 час. 45 мин.

Наряду с этим в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указана дата последней поверки алкотестера: «08.06.2019», что невозможно, так как имевшие место события происходили 9 марта 2019 г.

По мнению автора жалоб, приложенная к материалам дела видеозапись получена с нарушением закона, поскольку отсутствуют сведения о техническом средстве, с применением которого производилась видеосъёмка, в то время как использование сотрудником полиции специальных технических средств, не состоящих на балансе органов внутренних дел, не допускается.

Помимо этого в протоколе об административном правонарушении не приведены показания алкотестера, отсутствует отметка о применении видеозаписи, а недостаточное количество строк для изложения объяснений лицом, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, лишило ФИО1 дать «полноценные» объяснения.

В связи с вышеизложенным автор жалоб полагал недопустимыми доказательствами протоколы процессуальных действий и акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалоб, заслушав выступление защитника Аштеменко, нахожу жалобы не подлежащими удовлетворению.

Вывод заместителя председателя суда в постановлении о признании в действиях ФИО1 состава административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения при указанных обстоятельствах подтверждается протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о задержании транспортного средства, а также актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с положительным результатом, свидетельствующим о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в размере 0,948 мг/л, с которым согласился водитель ФИО1.

Вопреки доводам жалоб, приведённые доказательства получены с соблюдением требований закона, содержат необходимые для разрешения дела сведения.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении приняты к ФИО1 с применением видеозаписи, содержащей все юридически значимые обстоятельства, в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ. При том, вопреки ошибочному мнению автора жалоб, необходимость видеосъёмки иных обстоятельств (помимо тех, которые предусмотрены ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ), в том числе видеофиксации оформления и подписания протоколов соответствующих процессуальных действий, законом не предусмотрена.

Все собранные по делу доказательства получили оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для переоценки этих доказательств не имеется.

Нормы материального и процессуального права при разрешении дела применены правильно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», определение факта нахождения лица в состоянии опьянения при управлении транспортным средством осуществляется посредством его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проводимых в установленном порядке. Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются уполномоченным должностным лицом. При этом состояние опьянения определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений (в которую входит, в частности, погрешность технического средства измерения), а именно 0,16 мг на один л выдыхаемого воздуха. Доказательством наличия у водителя состояния опьянения является составленный уполномоченным должностным лицом в установленном законом порядке акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Как видно из содержания приложенной к материалам дела видеозаписи, водителю ФИО1, отстранённому от управления транспортным средством, сотрудник полиции разъяснил права и обязанности, после чего провёл его освидетельствование, по результатам которого у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения 

<

данные изъяты>

Утверждение автора жалоб о том, что сотрудник полиции, останавливая транспортное средство, не представился и не разъяснил причину остановки, является голословным и материалами дела не подтверждено. При этом, как следует из указанной видеозаписи, сотрудник полиции объявил водителю ФИО1, что последний отстраняется от управления транспортным средством в связи с подозрением в нахождении в состоянии опьянения. Сущность данного разъяснения ФИО1 была понятна, каких-либо замечаний в связи с остановкой транспортного средства последний сотруднику полиции не делал и вопросов о причинах такой остановки не задавал.

В связи с вышеизложенным ссылка ФИО1 на то, что он не был в установленном порядке отстранён от управления транспортным средством, является необоснованной и противоречит материалам дела.

То обстоятельство, что ФИО1 был отстранён от управления транспортным средством в 19 час. 45 мин., а соответствующий протокол составлен спустя десять минут, вопреки ошибочному мнению автора жалоб, не свидетельствует о каком-либо нарушении сотрудником полиции при совершении данного процессуального действия.

Доводы жалоб о нарушении порядка освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в связи с неинформированием ФИО1 сотрудником полиции о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения и о целостности клейма государственного поверителя несостоятельны. Модель, заводской номер прибора, с применением которого ФИО1 было предложено пройти освидетельствование, а также дата его последней поверки, отражены на бумажном носителе, приложенном к акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с которым ФИО1 был ознакомлен, возражений относительно изложенных в данных документах сведений не указал, подписал их без замечаний 

<

данные изъяты>. Кроме того, из представленной видеозаписи следует, что перед проведением освидетельствования ФИО1 был продемонстрирован сам прибор и свидетельство о его поверке.

Неверное указание в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения даты последней поверки алкотестера является технической ошибкой, о чём свидетельствует содержание соответствующего бумажного носителя, согласно которому датой последней поверки прибора является 8 июня 2018 г., в связи с чем оснований сомневаться в достоверности и допустимости данного акта не имеется.

Также не имеется оснований для признания недопустимыми доказательствами видеозаписи, в связи с отсутствием в материалах дела данных о техническом средстве, на которое она производилась, а также составленных на её основании процессуальных документов.

В соответствии с абз. 2 п. 76 «Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения», утверждённого приказом МВД России от 23 августа 2017 г. № 664, при надзоре за дорожным движением допускается использование иных (помимо измерительных) технических средств фото-, звуко- и видеозаписи.

С учётом этого, каких-либо препятствий для производства видеосъёмки при оформлении административного материала в отношении ФИО1, в том числе с помощью принадлежащего сотруднику полиции мобильного устройства, не состоящего на балансе органов внутренних дел и не относящегося к специальным измерительным приборам, не имелось.

Утверждение ФИО1 о недостаточном количестве строк в протоколе об административном правонарушении для изложения своих объяснений является надуманным, поскольку на предоставленную сотрудником полиции возможность ФИО1 собственноручно указал об употреблении им спиртных напитков и о согласии с правонарушением, а также об отсутствии у него каких-либо замечаний к содержанию протокола 

<

данные изъяты>

Вопреки ошибочному мнению автора жалоб, указание в протоколе об административном правонарушении сведений о показаниях алкотестера и о применении видеозаписи не требуется, в связи с чем отсутствие в этом документе таких сведений не ставит под сомнение достоверность и допустимость собранных по делу доказательств, подтверждающих законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Ссылка автора жалоб на отсутствие в протоколах процессуальных действий, в графе «понятые», записи о понятых беспредметна, поскольку при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении производилась видеосъёмка, о чём в этих протоколах имеются соответствующие записи.

С учётом изложенного вывод заместителя председателя суда о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения сомнений не вызывает, порядок привлечения последнего к административной ответственности соблюдён.

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобах на наличие неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО1 в совершении вменённого административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, совокупность положенных в основу судебного постановления доказательств свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Нарушений, влекущих отмену или изменение судебного постановления, по делу не допущено.

Назначенное ФИО1 административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учётом обстоятельств, смягчающего и отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление заместителя председателя Будённовского гарнизонного военного суда от 6 июня 2019 г. о назначении ФИО1 Беслану Владимировичу административного наказания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобы ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин